В воздухе уже как пол часа повисла неловкая, тяжелая тишина. Обсидиан старается не обращать внимания на неё. Подтягивая в очередной раз бандану, поправляя волосы под ней, он отводит взгляд куда-то в сторону — глядит на лес темный, что кажется особенно враждебным в данный момент. Медленно переводит взгляд на свой дом, хотя ему, скорее, более близко слово "база". Множество складов, ферм с животными, генераторы работающие на основе маны из чистейших лилий, ради которых он, регулярно, убивает по несколько часов собирая белые лепестки ромашек и прочих цветов. Где-то вдалеке лишь стоит небольшое здание, больше схожее с пристройкой к чему-то или летней кухней — вот там он и живет. Самому Тайму много места не нужно: кухонька, банька пристроенная рядом, спальня, пара шкафчиков и тумб для личных вещей… Где-то рядом с домом спуск в шахту самодельную, что медленно перетекает в обширные пещеры. Обжитые кем-то задолго до него. Кем-то, кто сейчас сидит по левую сторону от него и смотрит. Смотрит на него своими мертвыми, алыми очами, расплываясь в зверином оскале.
—Долго будешь башкой вертеть? – почти шипит существо рядом с ним, заставляя человека подпрыгнуть на месте, почти спрыгнуть с обрыва прямо в озеро, что располагалось под ним, но холодная рука хватает его за шкирку, не давая этого сделать.
  С уст Обсидиана срывается отчаянный стон, похожий на визг. Ему страшно находится рядом с ним. Рядом с вампиром, что уже очень долгое время питается его кровью и ходит по его дому. Хотя, стоит ещё поспорить чей это дом и территория на самом деле.
  Диамкей же продолжает держать ещё с пару минут, губы тонкие облизывая, видя страх на чужом лице, но вдруг одергивает себя, отпускает осторожно так, словно это не он только что мертвым хватом вцепился в чужую шею, царапая кожу на загривке и оставляя дыры на бандане своими когтями. Длинными и прочными, что с лёгкостью могут разорвать кожу, обнажая так нужную для выживания плоть, разрывая вены с которых ручьем вытекает горячая, алая, почти черная кровь. От адреналина она не такая вкусная, но грешно жаловаться. Выбора нет.
  Обсидиан с опаской поворачивает голову к вампиру, смотрит уже на него. При свете луны трудно разглядеть что-то нормально, но он отчётливо видит какое-то разочарование в лице существа, что хмуриться и руки свои в замок складывает. —Прости. – Быстро выдает Диамкей, улыбаясь неловко так, обнажая острые, заточенные, желтоватые зубы.
  Тайм не знает почему, но засматривается на них каждый раз. Каждый раз сердце замирает при виде этой улыбки, или скорее оскала, но в данном контексте ему нечего боятся, ведь так?
  У человека каждый раз перехватывало дух при виде хозяина пещер — так его прозвали те немногие, кто выжил после пары недель жизни на этой территории. Он постоянно был где-то неподалёку, был рядом, создавая ощущение чего-то присутствия рядом, что Обсидиан, как бы не пытался убедить себя в обратном, не был один. Со временем, это чувство перестало вызывать страх, а противоположный ему интерес. Обсидиан любил наблюдать за странным "гостем", что так по-хозяйски разгуливает по территории в ночное время, заглядывая в пристройки, сундуки, ящики.
  А сейчас. Этот упырь сидит рядом с ним, разговаривает, не пытается напугать, по крайней мере осознанно. Сидит рядом и так же смотрит на звезды, утопая в неловком, тяжёлом молчании.
—Хочешь клюквы? – спрашивает внезапно Обсидиан, впервые за весь час подавая голос, сразу привлекая к себе внимание вампира, что оказался жутким её любителем.
—Хочу. – кратко отвечает Диамкей, на что Тайм достает из своей сумки небольшой, пару веточек и протягивает их ему.
Вампир смотрит с пару минут на ягоды, неуверенно руку тянет, в которую человечишка вкладывает те веточки, собранные утром, и отрывая пару ягод, отправляет себе в рот. Кислые, немного горьковатые. Такие же, как и сложившаяся ситуация, но по прежнему отдающие чем-то сладким.

Обси улыбается, а это хорошо видно даже через бандану, даже с учётом плохого освещения вампир видит улыбку юноши и сам улыбается, хоть и слабее, стараясь уже не оголять клыков.
  Он снова смотрит на Тайма, а последний уставился на небо, уже не замечая этого пристального взгляда.
«Всё это так нелепо.» – думает Диамкей, закидывая в рот пару ягод, но после хихикает тихо, задорно так. Давно с ним таких ситуаций не происходило и он, каждый раз, радуется им как впервые, выделяя им особое место в своей памяти.