Лекарствоверие – это самое натуральное многобожие.
«Женщина при 1000 °C» Хатльгрим Хельгасон.
На фото калужская аптека «на стрелке».
#цитата
Оно располагает десятками тысяч богов, и каждый может выбрать себе одного или нескольких подходящих. Это, пожалуй, доступнее, чем христианство, где выбор есть только между тремя возможностями, две из которых, к тому же – родные отец с сыном. А лекарствохрамы есть почти в каждом уголке мира, отмеченные зеленым крестиком.
«Женщина при 1000 °C» Хатльгрим Хельгасон.
На фото калужская аптека «на стрелке».
#цитата
❤111🔥76👍60🕊10😡3
Люди со странностями
Книгу «Сочувствую, что вы так чувствуете» Ребекки Уэйт можно как читать глазами, так и слушать ушами — она довольно легко воспринимается на слух. Я чередовала оба формата.
Если кратко, то это роман об отношениях между родителями и детьми, сёстрами и братьями. Как родители проецируют собственные травмы на детей и мешают им жить. Недолюбленные взрослые ломают своих чад, а те, вырастая, с разбега наступают на те же грабли. А ведь порой надо просто поговорить.
Увы, этот роман для меня оказался очередной одноразовой книгой. Я бы точно не стала покупать его в бумаге, чтобы перечитывать. Хороший сюжет, отличные диалоги, по-своему бесячие персонажи. При этом тексту катастрофически не хватает глубины и объёма. Герои будто находятся в вакууме. В книге упоминаются города и страны, школы и университеты. Но нам не дают их почувствовать. Время тоже в книге есть, но и оно будто совсем неважно. Словно в блюдо забыли добавить приправ. Получилось вкусно, но пресно. Простите, гурманы, у меня эта книга ассоциируется почему-то исключительно с ужином. Возможно, я бы иначе воспринимала книгу, если бы не финал. Писательница зачем-то решила раскрыть, что будет с героями через несколько лет. И этим окончательно меня разочаровала. Зачем? В итоге неплохой текст, который и так-то вызвал некоторые вопросы, превратился и вовсе во что-то неудобоваримое а-ля подтаявшее мороженое.
Не знаю, есть ли секрет, какая-то формула, как одни книги с тривиальным сюжетом становятся классикой, а другие забываются через полгода. Этот текст — пример хорошей, но недотягивающей до высот литературы. В очередной раз за автора обидно. Потенциал у истории явно есть.
#отзыв
Книгу «Сочувствую, что вы так чувствуете» Ребекки Уэйт можно как читать глазами, так и слушать ушами — она довольно легко воспринимается на слух. Я чередовала оба формата.
Если кратко, то это роман об отношениях между родителями и детьми, сёстрами и братьями. Как родители проецируют собственные травмы на детей и мешают им жить. Недолюбленные взрослые ломают своих чад, а те, вырастая, с разбега наступают на те же грабли. А ведь порой надо просто поговорить.
Увы, этот роман для меня оказался очередной одноразовой книгой. Я бы точно не стала покупать его в бумаге, чтобы перечитывать. Хороший сюжет, отличные диалоги, по-своему бесячие персонажи. При этом тексту катастрофически не хватает глубины и объёма. Герои будто находятся в вакууме. В книге упоминаются города и страны, школы и университеты. Но нам не дают их почувствовать. Время тоже в книге есть, но и оно будто совсем неважно. Словно в блюдо забыли добавить приправ. Получилось вкусно, но пресно. Простите, гурманы, у меня эта книга ассоциируется почему-то исключительно с ужином. Возможно, я бы иначе воспринимала книгу, если бы не финал. Писательница зачем-то решила раскрыть, что будет с героями через несколько лет. И этим окончательно меня разочаровала. Зачем? В итоге неплохой текст, который и так-то вызвал некоторые вопросы, превратился и вовсе во что-то неудобоваримое а-ля подтаявшее мороженое.
Не знаю, есть ли секрет, какая-то формула, как одни книги с тривиальным сюжетом становятся классикой, а другие забываются через полгода. Этот текст — пример хорошей, но недотягивающей до высот литературы. В очередной раз за автора обидно. Потенциал у истории явно есть.
Извиняется Ханна крайне редко. Практически так же редко, как и мать. Вообще-то, думает Элис, они обе почти никогда не извиняются. Самое большее, на что они способны, — это сказать: «Сочувствую, если ты не видишь, что тебе добра желают» (так мать говорит Ханне). Или: «Уж прости, что я для тебя обуза» (мать, обращаясь к Элис). Или (Ханна): «Да уж, я не святая Элис, простите». Или мамино любимое, коротко брошенное: «Сочувствую, что вы так чувствуете». Некоторые из этих фраз вроде как смахивают на извинения, но на самом деле они — троянские кони, не-извинения, замаскированные под извинения.
#отзыв
4❤115👍93🔥83💯13❤🔥12🤣4🦄1😡1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Не в своём теле, или Авторы, которые притворились женщинами
Как-то я опубликовала пост о том, что мужчины приписывали себе работы женщин. А женщины, даже сегодня, выдают себя за мужчин. Например, Джоан Роулинг под мужским псевдонимом Роберт Гэлбрейт опубликовала серию детективов о Корморане Страйке. А Алла Пугачёва выдавала себя за композитора Бориса Горбонса.
Но и мужчины выдают себя за женщин. К немалому моему удивлению Александр Грин, а все мы знаем, что это ненастоящая фамилия, если верить сети, некоторое время публиковался под именем Нина Воскресенская.
У Валерия Брюсова было множество псевдонимов: Валерий Маслов, Аврелий, К. Веригин, Турист, Д. Сбирко, И. Смирнов, Enrico и даже Нелли.
Но не только наши авторы так развлекались. Проспер Мериме под именем вымышленной испанской актрисы и общественной деятельницы Клары Газуль издал сборник пьес «Театр Клары Газуль».
А для вас важен пол автора, когда вы читаете книгу?
#потрындеть
Как-то я опубликовала пост о том, что мужчины приписывали себе работы женщин. А женщины, даже сегодня, выдают себя за мужчин. Например, Джоан Роулинг под мужским псевдонимом Роберт Гэлбрейт опубликовала серию детективов о Корморане Страйке. А Алла Пугачёва выдавала себя за композитора Бориса Горбонса.
Но и мужчины выдают себя за женщин. К немалому моему удивлению Александр Грин, а все мы знаем, что это ненастоящая фамилия, если верить сети, некоторое время публиковался под именем Нина Воскресенская.
У Валерия Брюсова было множество псевдонимов: Валерий Маслов, Аврелий, К. Веригин, Турист, Д. Сбирко, И. Смирнов, Enrico и даже Нелли.
Но не только наши авторы так развлекались. Проспер Мериме под именем вымышленной испанской актрисы и общественной деятельницы Клары Газуль издал сборник пьес «Театр Клары Газуль».
А для вас важен пол автора, когда вы читаете книгу?
#потрындеть
1❤122👍95🔥83❤🔥20🎉5🕊5🦄5😡1
По Питеру слона водили
Впрочем, гулять «Слон» Саши Филипенко мог в любом городе России.
Внезапно слоны появляются в спальнях и на кухнях, в театре и на улице, на вокзале и в аэропортах. Откуда они пришли и что с ними делать, может быть, они были здесь всегда. Метафора автора бьёт прямо в лоб — а слона-то я и не заметил. Первое ощущение, что ничего страшного не происходит. Слоны же, вроде, милые и добрые животные. Поэтому кто-то пытается их не замечать, кто-то за ними ухаживает, а кто-то хочет выяснить, что же произошло и как всё вернуть в дослоновью эпоху.
Что символизирует собой слон? Это политический строй, международная ситуация или личная проблема? Каждый из нас живёт со своим слоном: он такой большой, тёплый, привычный, разбираться с ним совсем не хочется, это слишком сложно и больно. Да и у всякого поколения где-то в чулане припрятаны слоны, но уши и хвост торчат.
У романа прихотливая структура. Он состоит из самой истории-книги, которую пишет некий известный писатель Александр, секретных донесений МВД и комментариев читателей на книгу. Правда, эти комментарии пишет сам известный автор. Запутаться можно запросто. А ещё получается, что наши отзывы и впечатления становятся продолжением книги.
Местами роман мне напоминал «Приглашение на казнь» Набокова, местами — «Особое мясо». Читать очень больно, порой невыносимо. Но какой же финал. Душевыворачивающая последняя фраза.
О чём же получилась книга? О расчеловечивании, замалчивании? Мне кажется, о любви.
#отзыв
Впрочем, гулять «Слон» Саши Филипенко мог в любом городе России.
Внезапно слоны появляются в спальнях и на кухнях, в театре и на улице, на вокзале и в аэропортах. Откуда они пришли и что с ними делать, может быть, они были здесь всегда. Метафора автора бьёт прямо в лоб — а слона-то я и не заметил. Первое ощущение, что ничего страшного не происходит. Слоны же, вроде, милые и добрые животные. Поэтому кто-то пытается их не замечать, кто-то за ними ухаживает, а кто-то хочет выяснить, что же произошло и как всё вернуть в дослоновью эпоху.
Что символизирует собой слон? Это политический строй, международная ситуация или личная проблема? Каждый из нас живёт со своим слоном: он такой большой, тёплый, привычный, разбираться с ним совсем не хочется, это слишком сложно и больно. Да и у всякого поколения где-то в чулане припрятаны слоны, но уши и хвост торчат.
У романа прихотливая структура. Он состоит из самой истории-книги, которую пишет некий известный писатель Александр, секретных донесений МВД и комментариев читателей на книгу. Правда, эти комментарии пишет сам известный автор. Запутаться можно запросто. А ещё получается, что наши отзывы и впечатления становятся продолжением книги.
Местами роман мне напоминал «Приглашение на казнь» Набокова, местами — «Особое мясо». Читать очень больно, порой невыносимо. Но какой же финал. Душевыворачивающая последняя фраза.
О чём же получилась книга? О расчеловечивании, замалчивании? Мне кажется, о любви.
Мы тратим так много усилий, чтобы адаптироваться к этой реальности, вместо того чтобы просто разобраться с ней
#отзыв
1❤121🔥89👍81🥰20🕊10👏8🤣3😡1
«Всё в мире — любовь, да лишь она, да лишь она»
Книга Гайто Газданова «Побуждение» стала для меня откровением. Во-первых, совершенно новый для меня автор с потрясающим языком. Во-вторых, совершенно неожиданный сюжет. В-третьих, после прочтения книги мне захотелось петь. И, собственно говоря, я это и сделала. А кто меня остановит?
Это произведение поднимает вопросы смысла человеческого существования. Как мы проводим отведённое нам время. А мне эта история, напоминает сказку «Аленький цветочек». Только чудовище здесь не мужчина, а женщина. Не буду спойлерить. Но точно буду и дальше читать Газданова. Как же он хорош!
#впечатление
Книга Гайто Газданова «Побуждение» стала для меня откровением. Во-первых, совершенно новый для меня автор с потрясающим языком. Во-вторых, совершенно неожиданный сюжет. В-третьих, после прочтения книги мне захотелось петь. И, собственно говоря, я это и сделала. А кто меня остановит?
Это произведение поднимает вопросы смысла человеческого существования. Как мы проводим отведённое нам время. А мне эта история, напоминает сказку «Аленький цветочек». Только чудовище здесь не мужчина, а женщина. Не буду спойлерить. Но точно буду и дальше читать Газданова. Как же он хорош!
Мы вступаем в эпоху торжества среднего человека, когда десятки миллионов людей будут жить совершенно одинаковой жизнью, в одних и тех же условиях и даже внешне станут похожи друг на друга, как это наблюдается уже теперь в некоторых промышленных центрах земного шара.
Посмотрите на этого среднего человека, и вы убедитесь, что в его жизни не будет ничего неожиданного, ничего чрезвычайного, ничего выдающегося — он не способен ни на преступление, ни на героизм, ни на крайнюю подлость, которая могла бы его отличать от других, ни на великодушие, которое могло бы сделать его не похожим на современников.
#впечатление
❤108👍72👏61❤🔥9🤣8🍾8🔥7
В плену предубеждений
О книге «Снег на кедрах» Дэвида Гатерсона я впервые услышала лет 5 назад от литературоведа Галины Юзефович. Она частенько комплементарно отзывалась о произведении, подчёркивая, что его давно не переиздают, поэтому найти сложно. И вот свершилось — издательство «Дом историй» перевыпустило роман.
В этом тексте есть всё, что я так люблю: отличный сюжет с детективными нотками и много параллельных тем. Сама история происходит на вымышленном острове Сан-Пьедро в США. В море находят тело 30-летнего рыбака. Казалось бы, обычное дело — несчастные случаи на воде не редкость. Но шериф уверен — это убийство. Тем более что относительно недавно закончилась Вторая мировая. И остров населён вчерашними врагами — японцами. Да и повод у одного из них точно есть.
Книгу можно читать как семейную сагу; как любовный роман с весьма чувственными сценами — за это её, кстати, канадская католическая школа временно убрала с полок, были и проблемы в некоторых штатах США; юридическую/судебную драму; антивоенный очерк — высадка американцев на один из островов Японии показан жутко. И это ещё не всё. Это и история о поиске смысла жизни, себя, о том, как мы порой находимся в плену мечт и целей своих родителей, а выпутаться и найти свой собственный путь — непросто.
Мои книжные друзья отметили, что в истории практически нет отрицательных персонажей. Есть люди, которые делают непростой выбор. Добавьте к этому шикарные описания природы. Могучие, заснеженные кедры, которые постоянно возникают в сюжете, позволяя читателю замедлиться, заземлиться. Чтобы не происходило, как бы не менялось жизнь, деревья продолжают расти, снег — падать, а мы — читать.
#отзыв
О книге «Снег на кедрах» Дэвида Гатерсона я впервые услышала лет 5 назад от литературоведа Галины Юзефович. Она частенько комплементарно отзывалась о произведении, подчёркивая, что его давно не переиздают, поэтому найти сложно. И вот свершилось — издательство «Дом историй» перевыпустило роман.
В этом тексте есть всё, что я так люблю: отличный сюжет с детективными нотками и много параллельных тем. Сама история происходит на вымышленном острове Сан-Пьедро в США. В море находят тело 30-летнего рыбака. Казалось бы, обычное дело — несчастные случаи на воде не редкость. Но шериф уверен — это убийство. Тем более что относительно недавно закончилась Вторая мировая. И остров населён вчерашними врагами — японцами. Да и повод у одного из них точно есть.
Книгу можно читать как семейную сагу; как любовный роман с весьма чувственными сценами — за это её, кстати, канадская католическая школа временно убрала с полок, были и проблемы в некоторых штатах США; юридическую/судебную драму; антивоенный очерк — высадка американцев на один из островов Японии показан жутко. И это ещё не всё. Это и история о поиске смысла жизни, себя, о том, как мы порой находимся в плену мечт и целей своих родителей, а выпутаться и найти свой собственный путь — непросто.
Мои книжные друзья отметили, что в истории практически нет отрицательных персонажей. Есть люди, которые делают непростой выбор. Добавьте к этому шикарные описания природы. Могучие, заснеженные кедры, которые постоянно возникают в сюжете, позволяя читателю замедлиться, заземлиться. Чтобы не происходило, как бы не менялось жизнь, деревья продолжают расти, снег — падать, а мы — читать.
Горе приходит, свивает внутри уютное гнездышко и остается. Оно питается теплом души до тех пор, пока ты не замерзаешь окончательно. Да так и живешь с этим холодом.
#отзыв
1❤134🔥107🥰84😈12❤🔥8🤣8🕊3
До детства обратный билет
Замёрзли? Согреваемся хорошими книгами. Произведение «Двадцать шестой» Марии Даниловой у нас с книжными друзьями буквально пошло по рукам. Сначала прочитал Рома, и ему понравилось, потом Кира, теперь книга дошла и до меня. И она действительно хороша.
Это сборник рассказов о конце 80-х годов. Страна оказалась на пороге перемен: выступления Сахарова, танки в Москве, уход Горбачёва. Этот вихрь пробрался и в квартиры обычных москвичей: кто-то надеется наконец-то выехать из коммуналки, кто-то за границу, а кто-то создать новые отношения. Главные герои — дети. Они с непосредственностью, искренностью и меткостью рассказывают о происходящем. А связывает все эти истории 26-й трамвай, который везёт до больницы, школы, музыкалки или магазина.
И как же я хорошо помню это время: пустые магазины и бесконечные очереди, сеансы Кашпировского по телевизору и Ленин с доброй улыбкой всё ещё смотрит на тебя с портретов в детском саду и школе.
Книга получалась с нотками ностальгии — все, кто как и я, рос в это время, вздохнут и скажут: «С меня прям списано!». Но в целом для меня это произведение скорее о надеждах, вере наших родителей в то, что птица счастья завтрашнего дня обязательно прилетит, конечно, крыльями звеня. Чем обернулась эта птица, как мечты стали пеплом, на что в итоге страна напоролась, мы сейчас видим.
Трогательная, добрая и честная книга о том времени, когда деревья были большими и волшебными, папа – молодым, мамины глаза ещё не знали слёз, и все ещё живы. Эти истории точно согреют. И не только зябкой осенью. Очень хочется что-то ещё почитать у Марии, ведь она мастерски пишет.
#отзыв
Замёрзли? Согреваемся хорошими книгами. Произведение «Двадцать шестой» Марии Даниловой у нас с книжными друзьями буквально пошло по рукам. Сначала прочитал Рома, и ему понравилось, потом Кира, теперь книга дошла и до меня. И она действительно хороша.
Это сборник рассказов о конце 80-х годов. Страна оказалась на пороге перемен: выступления Сахарова, танки в Москве, уход Горбачёва. Этот вихрь пробрался и в квартиры обычных москвичей: кто-то надеется наконец-то выехать из коммуналки, кто-то за границу, а кто-то создать новые отношения. Главные герои — дети. Они с непосредственностью, искренностью и меткостью рассказывают о происходящем. А связывает все эти истории 26-й трамвай, который везёт до больницы, школы, музыкалки или магазина.
И как же я хорошо помню это время: пустые магазины и бесконечные очереди, сеансы Кашпировского по телевизору и Ленин с доброй улыбкой всё ещё смотрит на тебя с портретов в детском саду и школе.
Книга получалась с нотками ностальгии — все, кто как и я, рос в это время, вздохнут и скажут: «С меня прям списано!». Но в целом для меня это произведение скорее о надеждах, вере наших родителей в то, что птица счастья завтрашнего дня обязательно прилетит, конечно, крыльями звеня. Чем обернулась эта птица, как мечты стали пеплом, на что в итоге страна напоролась, мы сейчас видим.
Трогательная, добрая и честная книга о том времени, когда деревья были большими и волшебными, папа – молодым, мамины глаза ещё не знали слёз, и все ещё живы. Эти истории точно согреют. И не только зябкой осенью. Очень хочется что-то ещё почитать у Марии, ведь она мастерски пишет.
– А вы знаете, у моей мамы тоже было сердце – аритмия, давление, корвалол все время пила, – отозвался дядя Вова. Он привстал, чтобы положить себе кусок торта. – Но после Кашпировского все прошло.
– Ох, не начинайте, – отмахнулся дедушка. – Глупости все это, ваш Кашпировский.
– А вот тут я, папа, с тобой не соглашусь, при всем моем уважении, – отозвалась мама. – У нас на работе завотделом, Наталья Григорьевна, ходила на очный сеанс. После этого она похудела на десять килограммов и помолодела на десять лет!
#отзыв
❤121🔥93🥰67👍18❤🔥14🎉12👏7🙏1
Русских авторов и тут и там издают
С любопытством, а порой и с завистью (что уж скрывать) наблюдаю за развитием русского книгоиздательства за границей. Особенно мне близко издательство книжного магазина «Бабель» — некоторые работы продаются и у нас, какие-то можно заказать с доставкой оттуда. Но есть книги ряда редакций, которые пока в России под запретом.
И всё чаще заграничные издательства сравнивают с тамиздатом советского времени. Но есть существенное отличие. За рубежом сейчас печатают авторов, которые по разным причинам уехали из России. И, покупая их книги, рискует или нет только читатель. А каких-то 70 лет назад тамиздат не был прибежищем эмигрантских писателей. Он выпускал книги советских авторов, проживающих и пишущих в СССР. И эти заграничные книги важно было ещё и распространить в Советах.
Читаю невероятно любопытное произведение Якова Клоца «Тамиздат. Контрабандная русская литература в эпоху холодной войны». Периодически буду к нему возвращаться.
Ну и рисунок из советского журнала уже не выглядит устаревшим, если вспомнить о стоимости книг и о том, как их у нас упорно запрещают.
С любопытством, а порой и с завистью (что уж скрывать) наблюдаю за развитием русского книгоиздательства за границей. Особенно мне близко издательство книжного магазина «Бабель» — некоторые работы продаются и у нас, какие-то можно заказать с доставкой оттуда. Но есть книги ряда редакций, которые пока в России под запретом.
И всё чаще заграничные издательства сравнивают с тамиздатом советского времени. Но есть существенное отличие. За рубежом сейчас печатают авторов, которые по разным причинам уехали из России. И, покупая их книги, рискует или нет только читатель. А каких-то 70 лет назад тамиздат не был прибежищем эмигрантских писателей. Он выпускал книги советских авторов, проживающих и пишущих в СССР. И эти заграничные книги важно было ещё и распространить в Советах.
Читаю невероятно любопытное произведение Якова Клоца «Тамиздат. Контрабандная русская литература в эпоху холодной войны». Периодически буду к нему возвращаться.
Проза Владимира Набокова в Советской России, несомненно, могла казаться таким же запретным плодом, как роман Бориса Пастернака «Доктор Живаго», впервые изданный в 1957 году в Италии и считающийся первой тамиздатовской публикацией. Но причина, по которой «Доктор Живаго» — тамиздат, а произведения Набокова — нет, заключается не в тематике сочинений этих писателей (обманчиво аполитичной в случае Набокова и несколько более злободневной у Пастернака), а в местонахождении авторов по отношению к своим зарубежным издателям.
Ну и рисунок из советского журнала уже не выглядит устаревшим, если вспомнить о стоимости книг и о том, как их у нас упорно запрещают.
❤118🔥103👍85💯14🥰13❤🔥6