Во-первых, нужно сказать, что ребята из Russian Field сделали интересный опрос, применили новый подход. До этого никто такого не делал, и это позволяет свежим взглядом посмотреть на партийную гонку.

Теперь по поводу цифр. Важно понимать: это не рейтинги партий. Это ожидания россиян по поводу того, кто займет второе место. Главная проблема — мы не видим динамики. Сейчас 29% ожидают КПРФ на втором месте, 25% — ЛДПР. Но вопрос: сколько было два года назад?

Цифр нет, потому что вопрос задали впервые. Сравнить не с чем, и сложно оценить, насколько ЛДПР реально продвинулась к этому второму месту.

По моим ощущениям и наблюдениям — года два назад у ЛДПР эти цифры были бы раза в два ниже. И если моя оценка верна, для КПРФ это катастрофа.

Получается, что немалая часть избирателей уже уверена: КПРФ как главная оппозиционная сила, как вторая партия — не в состоянии выполнять эту роль.

На эту роль сейчас примеряют ЛДПР. И причина понятна: партия выглядит более активной, современной, быстрой. Они формируют повестку, заявляют новые интересные идеи. Причем делают это комплексно: не разрозненные законопроекты по демографии или мигрантам, а целые пакеты решений.

Для КПРФ ситуация нехорошая. Они сильно просели в глазах избирателей.

В 2021 году и до этого они выстрелили за счет протестных настроений, пенсионной реформы, а также за счет союза с несистемщиками.

И вот это аукнулось жестко в последние годы. КПРФ пришлось нивелировать скандалы с теми, кто выступал против СВО, уезжал за границу. Добавим сюда не всегда разумный популизм. Иногда их уносит в левый популизм уровня «раздадим всем денег, и побольше».

Сочетание этих факторов привело к тому, что КПРФ не может найти себя в новой реальности. Не могут найти новое позиционирование. А ЛДПР — нашла. Отсюда и такие результаты.

В части взаимоотношений с несистемщиками прививка у КПРФ получилась жесткая. Хотя надо понимать: любая партия не до конца контролирует активистов на местах.

Никто не даст гарантии, что какой-нибудь районный депутат не свяжется с кем попало. Но в целом урок выучили, но дался он дорого.

Что касается популизма — КПРФ будет продолжать в этом русле. Потому что другого выхода нет. С одной стороны, КПРФ приняла цели и задачи СВО, поддержала внешнюю политику. Это большой плюс.

Но внутри страны они позиционируют себя как критики экономической политики. А здесь без левого популизма не обойтись. По-другому просто не получится.

Правительство Ливана играет негативную роль против своего же народа. Израильтяне используют фашистские методы: жителям юга дают полчаса-час на эвакуацию. Полмиллиона или миллион человек должны эвакуироваться за час. Как это можно сделать?

Люди стояли по 15–20 часов, чтобы преодолеть 70 километров с юга в Бейрут. Никто не хочет попасть под обстрелы. Я это испытал лично. Моей маме 89 лет, она после операции, у нее был перелом шейки бедра, отцу 94 года. Мы оказались в Бейруте в пятницу случайно. И я не мог вернуться за стариками — дороги уже закрыли.

Люди едут на север, спасаются. А правительство что делает? Проверяет каждую машину. Даже булку хлеба проверяют: вдруг там «Хезболла» ракету спрятала!

Чести у них нет. Совести нет. Мучают людей. Женщины рожают на улицах. Старики умирают на асфальте.

Потом спохватились: открыли школы, разрешили размещаться в учреждениях. Люди разбили палатки на берегу Бейрута. И тут же новая команда: быстро снять. Это грязь, это нарушает общий вид столицы.

Это гуманитарная катастрофа. Мы сами все там оставили — квартиру, дом, офис. Восстанавливали после предыдущей войны и еще не закончили. Жили в Москве, приехали помочь родителям. И вот итог.

Сопротивление справится. Но нам главное — народное единство. Нельзя конфликтовать с другими конфессиями внутри Ливана, сколько бы нас ни провоцировали.

Поэтому терпим. Придет момент, и терпение лопнет не только у сопротивления, а у всего ливанского народа. И тогда это нелегитимное, фальсифицированное правительство свергнут просто.

Израиль ничего не смог сделать с сопротивлением. Что смогут сделать Наваф и этот лысенький Жозеф Аун? Ливанский народ их снесет.

С американской стороны визит Трампа в Пекин, скорее всего, состоится — они будут его продавливать. А вот китайская сторона может преподнести сюрприз.

И дело не только в политике, а в элементарном протоколе, который американцы, судя по всему, решили проигнорировать.

По китайской традиции любой крупный лидер обязан помимо официальных переговоров в Пекине посетить какое-то историческое место. Это дань уважения культуре.

Никсон в 1972 году ездил на Великую стену — кадры обошли мир. Все последующие президенты США эту традицию соблюдали.

То, что Трамп, по имеющейся информации, едет исключительно в Пекин — это нонсенс. Это граничит с дипломатическим хамством. В Китай нельзя просто прилететь, «побазарить» и сразу уехать. Так не работает.

Исходя из стиля Трампа, готовится либо громкий скандал, либо реально большая сделка. Его устроит и то, и другое.

Если говорить о сделке, то в первую очередь на столе — тарифы. Сейчас для Китая они зашкаливают: под 15-25% на многие позиции. Китай в ответ тоже захлопнул свой рынок для американских товаров. Размен может быть красивым.

Например, соя — один из ключевых товаров американского экспорта в Китай. Резкое понижение или отмена пошлин на нее стала бы эффектным жестом.

Поговаривают даже о более радикальном сценарии: Трамп может предложить создать зону свободной торговли с Китаем по образцу недавней сделки ЕС с Индией.

Но есть и обратная сторона медали — давление. США могут потребовать от Китая кардинально сократить закупки российской нефти, а это 18-20% всего китайского импорта «черного золота». Просто так Китай на это не пойдет. Значит, США должны предложить взамен нечто эквивалентное.

Китай пока в глухой обороне. Отмалчивается, отделывается дежурным «welcome», но внимательно следит за поведением Вашингтона. Пекин будет смотреть, с чем именно приедет Трамп.

Объективно серьезный удар нанесен и по самому Китаю. У Пекина было около десяти основных поставщиков нефти: Саудовская Аравия, Эмираты, Россия. Сейчас из этого списка исключены Иран и Венесуэла.

Многие скажут: «Россия выигрывает, остается главным надежным поставщиком». Формально да. Но Китай привык диверсифицировать риски, а тут пул поставщиков сужается. Для них это серьезная проблема.

США тоже видят в этом свой интерес. Трамп, убирая мелких игроков в лице Ирана и Венесуэлы расчищает место на китайском рынке для себя. Он пытается разыграть партию в трехстороннем формате: Россия — Китай — США.

Российская нефть для Китая и дешевая, и надежная, и логистически безопасная. Ее роль объективно возросла. Думаю, в США такого расклада не ожидали. Или ожидали, но просчитались.

Сейчас там, судя по всему, легкая паника: если в ближайший месяц ситуация с ценами и логистикой не выправится, пострадают не только глобальные рынки, но и ближайшие союзники самих Штатов.

Признание религиозных браков (никаха) в России, а далее и признание многоженства в ближайшее время может стать нашей новой реальностью. Такой же реальностью, как уже стал халяльный банкинг, бизнес по законам Шариата, халяльные услуги в ОМС-медицине, шариатские суды, намазы где только не, даже возле Красной площади и девочки в хиджабах в школах центральной России.

Идея с религиозными браками и многоженством активно продвигается сейчас не только на уровне представителей радикально настроенного исламского духовенства, но и на уровне властей некоторых российских регионов, где создаются шариатские суды и признаются в качестве официальных свидетельства, выдаваемые в случае заключения религиозных браков. Это всё уже есть в нашей светской стране, даже несмотря на нормы Конституции РФ. Пора уже признать, что в России полным ходом формируется параллельная российской правовой системе иная правовая государственная система, построенная на основе религиозных принципов, более того, не большинства, ещё и в угоду в т.ч. пришлому элементу. И не замечать этого уже нельзя.

Смысл создания подобного двузакония заключается как раз в формировании условий для развала нашей страны.

Для начала — про импичмент, которым нам снова начали махать как красной тряпкой. Сейчас, пока республиканцы контролируют обе палаты Конгресса, вероятность этого сценария равна нулю. Забудьте до января 2027-го.

А вот дальше начинается игра. Если демократы на выборах-2026 заберут хотя бы Палату представителей, то к следующей весне мы снова увидим шоу. Вопрос только в том, какой козырь на этот раз вытащат из рукава демократы. В 2019-м был звонок Зеленскому, в 2021-м — штурм Капитолия. Теперь повесток много: миграционные рейды, дело Эпштейна, Иран.

Но важно понимать расклад: в нижней палате статьи импичмента принять реально, там нужно простое большинство. Но в Сенате это дело благополучно положат под сукно.

Никакого досрочного отстранения Трампа не случится. Если только он сам физически не скончается. Это будет чистый политический театр — формальная поправка, которая создаст шум, заставит его аппаратчиков бегать по слушаниям, но не более того.

Экономика — вот где собака зарыта. В Америке железное правило: чем выше цифры на заправках, тем ниже рейтинг президента. Корреляция безотказная.

И Трамп уже обнулил все свои достижения первого года второго срока по снижению цен на топливо. Это факт.

Да, европейцам и Азии сейчас больнее — их экономики сильнее завязаны на нефть через Ормузский пролив. Но Америка тоже импортирует нефть из Кувейта и Ирака, плюс закупает нефтепродукты в Азии и Европе.

Мир глобальный: если там дефицит и цены, по цепочке это бьет по кошельку американского обывателя. А значит, и по рейтингу хозяина Овального кабинета. Это один из главных рычагов, который в итоге повлияет на позицию Трампа наравне с военно-техническим истощением.

История с минами в Ормузском проливе — это была классическая словесная интервенция. Попытка Белого дома эмоциональными качелями повлиять на рынок, сбить нефтяной тренд. И да, краткосрочно это сработало: цены упали со 120 до 80 долларов за баррель.

Но когда Трамп призывает суда «прорываться самим», это не бравада. Это констатация факта: технических возможностей у США здесь и сейчас на полноценную операцию по разминированию просто нет.

Семь миноносцев на весь Ближний Восток — этого смехотворно мало. На реальную зачистку пролива уйдут недели, если не месяцы.

Так что вопрос не в том, как быстро ВМС США разгребут эту клоаку. Вопрос в том, когда конкретный человек в Белом доме начнет сдавать назад и запустит реальные переговоры.

С учетом энергокризиса и пустеющих арсеналов, ждать этого долго не придется. Думаю, конец марта — крайний срок.