Шмыгаль дал поручение выдать мобильным группам ТЦК табельное оружие.

На видео Харьков сегодня.
Правильно, нарушай закон и применяй орудие по простым гражданам, именно такую армию мы хотели видеть. Больше треша от военкомов-полицаев и тогда Буданову прийдется признать очевидное-беззаконие уничтожило мобилизацию.

По слухам в кулуарах, военные и генпракуратура отмечает, что СЗЧ имеет несколько ключевых причин. В частности называются прежде всего два таких. Во-первых, ситуация с процессом мобилизации: от захвата ТЦК до учебки и отношения к новобранцу - отношение уже после попадания в систему. Во-вторых деньги, а точнее их отсутствие, которое быстро превращает службу в тупик без выхода.

Военные говорят, что решение уйти редко связано с паникой или страхом боя. «Дело не в эмоциях и не в страхе — я давно в армии. Но после принятия бюджета-2026 стало ясно: повышать зарплаты военным власть не собирается. Деньги есть на увеличение выплат нардепам до 200 тысяч, а на нас — нет. Говорят, нас слишком много. Но при окладе чуть больше 20 тысяч я просто не могу содержать семью. Жена уже в долгах — на эти деньги не выжить», — признался один из военных журналистам издания «Страна».

Из этого логично вытекают и дальнейшие шаги. Его план уйти в «серую» занятость без официального оформления, снять жильё и работать удалённо, не выходя из дома. По его словам, такие же настроения у многих сослуживцев. Люди не строят иллюзий и не ждут изменений, они просто ищут способ выжить и прокормить семьи.

Что же касается процесса мобилизации, то сцен беспредела в ходе этого предостаточно. Свежий пример Ровно, где ТЦКашники-полицаи применили газовый баллончик даже против женщины, державшей на руках ребёнка. На видео видно, как местные жители пытались помешать принудительной мобилизации мужчины, после чего людолов распылил газ в сторону двух женщин, одна из которых была с ребёнком. Мужчину после этого силой погрузили в машину и увезли.

На фоне таких эпизодов неудивительно, что тенденция ухода в СЗЧ только усиливается. Давление, отсутствие доверия, страх за близких и ощущение полной несправедливости складываются в одну линию. И эта линия ведёт не к росту боеспособности, а к массовому разрыву между армией и обществом.

Показательно, что прокуратура засекретила данные о самоволке после того, как официальное число ушедших перевалило за 400-450 тысяч. По неофициальным оценкам, речь уже идёт почти о миллионе человек. Ежемесячно с фронта официально уходят более 30 тысяч, но цифры могут быть выше. Эти цифры прямое следствие той системы, которая сегодня формирует и мобилизацию, и отношение к тем, кого в неё загоняют.