Какой прекрасный кадр с Лешей Поляриновым, Женей Власенко и Анной Бабяшкиной нашел (я в роли свидетеля из Фрязино). Шесть лет назад

давай георгий утешаться тем что обрушиться не может
что нужно как-то удержаться не бездны страшной на краю
кто сам одной ногой в небесной уже дивизии растущей
где тыща пасынков не местных не помещаются в строю

а помнишь мы с тобой учиться с азартом тыкались щенята
и эта мертвая волчица все там же спит окаменев
мы первородной чечевицы не променяв на превосходство
чтоб нам всевышнего не вызвать он только сам приходит гнев

давай приятель лет последних предел положим нашей грусти
как эти женщины ну здрасьте которых помнишь имена
всем от винта сказало время и только лопасти у злости
над этой пропастью от страсти не завертелись ни хрена

смешно когда прошло полвека и нет предела расстояниям
где мы кричали не допустим теперь и этот принцип сдан
в любом предместном захолустье нева едва течет из крана
уж так сложились наши жизни что обе влезли в чемодан

Демьян Кудрявцев

То, что за фондом Зиминых придут ретивые люди в погонах, к сожалению, казалось делом времени. Сегодня это время настало.
Фонд, объявленный так называемой генпрокуратурой "нежелательной организацией", много лет поддерживал важные просветительские, журналистские, культурные проекты. Спасибо ему за это.
Слова и мысли поддержки премии "Просветитель".
👇

Организационный комитет премий Дмитрия Зимина «Просветитель» благодарит Zimin Foundation* за долгие годы поддержки премии. К сожалению, сегодня это сотрудничество заканчивается.

Премия продолжает существовать в интересах людей, занимающихся распространением научной картины мира в естественных, точных и гуманитарных науках на русском языке среди максимально широких масс читателей.

*признан нежелательной организацией

К 70-летию великого и ужасного Владимира Георгиевича Сорокина вместе с коллегами написал несколько слов о нем для "КиноПоиска".

В нулевые часто приходилось слышать, что Владимир Георгиевич – главный отечественный фантаст, поскольку никто не умеет так испугать антиутопией и шарахнуть гиперболой. Он был вроде заведующего обратной стороной будущего. Представлялось, будто Сорокин – как создатели хорроров – заговаривает страшное, чтобы оно не постучалось в наш дом. А вышло, что он точно и безжалостно картографировал настоящее.

Еще один сегодняшний именинник - Алексей Сальников. Автор, кажется, лучшей книги о том, почему мы оказались в этом, а не в каком-нибудь другом месте - "Отдел".

это великое фото сделано Васей Владимирским

Как они горят

Рукописи, конечно, горят, что бы ни говорил глава запрещенной в России организации Воланд.
А еще остаются в столе или пропадают разными другими способами.
Часто приходится слышать, что хороший текст все равно пробьется, но я в это, к сожалению, не особенно верю.
В юности мне случилось быть в роли рецензента красноярского литературного журнала "День и ночь". Это крупнейший в Сибири "толстый" журнал, некогда вполне пристойного качества. Он не был местечковым. В нем публиковали Виктора Пелевина, Василия Аксенова, Михаила Успенского и много кого еще.
Рецензентов было двое: я и блестящий молодой прозаик Саша Силаев. Мы делили приходящие в "ДиН" рукописи и читали каждый свою часть. Возникали сомнения - советовались.
И вот однажды мне звонит Саша и говорит, слушай, тут такое дело, не знаю, что и думать, Давай ты тоже посмотришь. А надо сказать, что Сашу смутить трудно, я сразу заинтересовался.
И вот передает он мне рукопись под названием "Раковина". Имя автора какое-то самое обычное, нам не известное.
Сажусь читать и очень скоро понимаю, что это совершенно не похоже на 99% того, с чем мы до этого сталкивались. Два уровня повествования: реалистический и притчевый. Во втором - история древнего моллюска. Странный фокус, необычный ритм, сложные вшитые метафоры. Текст, казалось, ошибся адресом, он не был похож на журнальный самотёк.
Я с некоторым обалдением это прочитал и говорю Силаеву: слушай, я, кажется, сильно не все понял, но очень круто. Вот да, говорит Силаев, то же ощущение. А тут опять надо отметить - ладно я, но Сашу, к 20 годам прочитавшего весь корпус мировой философии, поймать на комментарии "я не понял" было очень затруднительно.
В общем, мы написали восторженные рецензии и безусловно предлагали роман к публикации.
А потом редактор "ДиНа" Роман Солнцев рукопись потерял. Как это произошло - бог весть. Но рукопись была распечаткой в большом почтовом конверте (он потерялся вместе с ней). Имени автора никто не записал. Копии не было.
С тех пор прошло больше 20 лет. И сами, и с помощью знакомых мы несколько раз с тех пор пытались найти создателя "Раковины" и ее саму, но тщетно.
Несколько раз я пробовал обнаружить следы романа на сетевых площадках - но опять же без результата.
Не исключено, что сегодня этот текст ни мне, ни Силаеву бы уже не показался столь впечатляющим. Не исключено, что память окутывает его флером загадочности, которой первоисточник был лишен.
И все же факт остается фактом: роман, который был куда более достоин публикации, чем сотни других, похоже, так и не встретился с читателем.
Поэтому как бы удачно или нет ни складывалась судьба любого из нас, что-то опубликовавших, всегда стоит помнить, что нам очень повезло. А многим - ничуть не менее (а часто - более) достойным - нет.

Четверть века прошло уже - с "Курска".

Иногда я задумываюсь о том, как себе объясняют свою работу люди в так называемом Роскомнадзоре. В самом ли деле полагают, что грудью закрывают Родину от шпионов, иноагентов и прочих троцкистов, которые норовят облизнуться на нашу Отчизну. Просто ли убедили себя, что, ну, все равно кто-нибудь это сделает, так что никакой разницы, я или не я. Или кому-то все же там неуютно, совестно, может даже, стыдно признаваться, где именно работает.
Интересное могло бы быть антропологическое исследование.

Насчёт запретов на новые технологии (в виде общения и звонков через мессенджеры) - это попытка отменить прогресс, там где он уже стал нормой жизни.
Политикой интересуются единицы, мессенджерами пользуются все. Создавать неудобства и проблемы для всех это толкать лишнее число людей в политику. При этом если режим на чем то и держится, то на массовом гражданском неучастии в политической и общественной жизни.
Отменять прогресс это всё равно что пересаживать людей с машин на сани с лошадьми, или заставлять носить лапти.
На длинную дистанцию это обречено на поражение.
Такими решениями власть идет против общества, показывая что её интересы и интересы общества и обычных людей, мягко говоря, отличаются. Люди воспринимают это как самодурство, и власть ничего с этим сделать не сможет

Трактовки песен «Кино» через призму поиска евангельских и апокалипсических мотивов в творчестве Виктора Цоя доходили до курьезов: к примеру, в 1999 году, когда многие эсхатологически настроенные люди ждали конца света, вышла книга астронома и уфолога Зуфара Сабирзяновича Кадикова «По следам пророка света», полностью посвященная расшифровке тайных смыслов 18 текстов Цоя. Сам музыкант называется автором-предтечей второго пришествия Христа. Кадиков построчно разбирает стихи Цоя, иногда приглашая читателя к самостоятельным духовным упражнениям: например, сутки медитировать на могиле Цоя с закольцованным треком в наушниках, чтобы понять тайну строчки «24 круга прочь» в песне «Я асфальт».

https://sreda.v-a-c.org/ru/read-19

35 лет со дня гибели Цоя сегодня.