АМЕРИКА ПОСЛЕ САНКЦИЙ: КОГДА БОМБЫ ЗАМЕНЯЮТ ДИПЛОМАТИЮ

Военная агрессия США против Венесуэлы в начале нового календарного года, совпавшая с заявлениями Вашингтона о стремлении к миру, сигнализирует о вступлении страны в новую фазу жесткой и когнитивной войны. Этот шаг отражает не сильную позицию, а скорее результат стратегических провалов и глобального молчания перед лицом предыдущих нарушений Америкой международного права. Военное нападение США на Венесуэлу на третий день нового года стало поворотным моментом в стратегии «максимального давления» Вашингтона против независимых правительств. Осуществлённое по прямому приказу Трампа и, по словам официальных лиц в Каракасе, направленное против гражданских и военных объектов, а также самого центра города Каракаса, нападение продемонстрировало, что проект санкций, информационной войны и политического давления зашёл в тупик. В течение многих лет США стремились — посредством разрушительных санкций, захвата нефтяных танкеров под предлогом борьбы с наркоторговлей и уничтожения финансовых ресурсов правительства Мадуро — подготовить почву для капитуляции Венесуэлы или её внутреннего краха.

Однако социальная сплоченность и народная поддержка правительства в Каракасе предотвратили этот сценарий. В таких обстоятельствах обращение к военному варианту является не признаком власти, а неявным признанием провала предыдущей политики. Заявления об аресте и высылке Мадуро из страны основаны не столько на реальной ситуации, сколько на психологических операциях и информационной войне. На практике это равносильно открытому государственному перевороту против народного правительства и члена Организации Объединенных Наций, создавая опасный прецедент в международных отношениях.

Сценарий хаоса и гражданской войны
Стратегия США в Венесуэле явно основана на «контролируемом хаосе». Поддерживая оппозиционные силы, стремящиеся к смене режима, усиливая влияние таких фигур, как Мачадо, и предоставляя им медийную и политическую легитимность, Вашингтон стремился создать социальные расколы. Конечная цель — либо капитуляция Мадуро, либо втягивание страны в гражданскую войну — модель, ранее опробованная в Ливии и Сирии. Контроль над огромными энергетическими и минеральными ресурсами Венесуэлы, а также геополитическое использование страны для сдерживания России и Китая, составляют основную мотивацию этой интервенции. С этой точки зрения, военные действия США направлены не столько на немедленную смену власти, сколько на повышение морального духа оппозиции и посыл интервенционистского сигнала другим независимым государствам. В то же время, ориентируясь на внутреннюю политику США, Трамп пытается представить себя «решительным» президентом, который, в отличие от своих предшественников, не уклоняется от военных действий — хотя эта дорогостоящая демонстрация решительности на самом деле является прикрытием для стратегических провалов.
 
Соединенные Штаты одновременно шли по двум направлениям: мягким и жестким переворотам. С одной стороны, они оказывали финансовую и медийную поддержку постепенным изменениям расстановки сил в таких странах, как Боливия, Чили и Гондурас; с другой – создавали атмосферу страха и использовали военные угрозы для принуждения сопротивляющихся правительств. Провал мягкого переворота в Венесуэле подтолкнул Вашингтон к военному варианту, чтобы подготовить почву для военно-политического переворота, в то время как ложный нарратив о борьбе с наркоторговлей продолжает повторяться в качестве пропагандистского прикрытия.

АМЕРИКА ПОСЛЕ САНКЦИЙ: КОГДА БОМБЫ ЗАМЕНЯЮТ ДИПЛОМАТИЮ (ПРОДОЛЖЕНИЕ)
 
Когнитивная война и послание Ирану
Совпадение агрессии против Венесуэлы с, казалось бы, благосклонными заявлениями Америки относительно народных протестов в Иране имеет значение, выходящее далеко за рамки простой одновременности. Не сумев подорвать национальную сплоченность и сдерживающие возможности Ирана, Вашингтон вступает в новый этап когнитивной войны — войну, направленную на отвлечение экономических потребностей, обеление имиджа Америки и представление Трампа как спасителя.
Скрытый посыл нападения на Венесуэлу иранской оппозиции ясен: Соединенные Штаты готовы к прямой интервенции. Необходимость противостоять этой когнитивной войне является национальной проблемой, поскольку опыт Венесуэлы еще раз продемонстрировал, что западный односторонний подход представляет прямую угрозу независимости государств.

ВОЕННЫЙ УГАР НАКРЫВАЕТ США: СУПРУГА ВЫСОКОПОСТАВЛЕННОГО ЧИНОВНИКА БЕЛОГО ДОМА НАМЕКНУЛА НА СКОРЫЙ ЗАХВАТ ГРЕНЛАНДИИ

Публикация Кэти Миллер за 10 часов набрала более 8 миллионов просмотров.

https://spbnews78.ru/other/2026/01/04/171446.html

В ГОРОДАХ ВЕНЕСУЭЛЫ ПРОХОДЯТ МИТИНГИ В ПОДДЕРЖКУ ЗАКОННОГО ПРЕЗИДЕНТА ВЕНЕСУЭЛЫ НИКОЛАСА МАДУРО. К ВОПРОСУ О ТОМ, ЧТО "НИКТО НЕ ПОДДЕРЖИВАЕТ МАДУРО В ВЕНЕСУЭЛЕ", КАК ЭТО ПЫТАЕТСЯ ПРЕДСТАВИТЬ АМЕРИКАНСКАЯ ПРОПАГАНДА.

Про-американская оппозиция пока сидит и ждет отмашки или новой волны бомбардировок собственной страны.

https://tiraspol-news.ru/society/2026/01/04/228529.html

СИТУАЦИЯ В ВЕНЕСУЭЛЕ ВЫХОДИТ ЗА РАМКИ НЕФТИ И ГАЗА

В настоящее время Венесуэла обладает оценочной запасом железной руды в 4 МИЛЛИАРДА ТОНН. По оценкам, Венесуэла обладает двенадцатым по величине запасом железной руды в мире. 1 тонна железной руды в настоящее время продается по цене 107 долларов США, что делает эти запасы стоимостью около 428 МИЛЛИАРДОВ долларов США.

Производители железной руды часто имеют высокую операционную маржу, иногда превышающую 40-50%. Это означает, что добыча этих запасов может принести прибыль в размере более 200 миллиардов долларов США. Это почти ВДВОЕ больше чистого дохода Nvidia за весь 2025 год. Объем богатства под Венесуэлой ошеломляет.

Венесуэльский режиссер Себастьян Ранхель создал кинематографический образ захвата Николаса Мадуро американскими войсками под руководством Дональда Трампа