Сегодня 100 лет со дня рождения Эвальда Ильенкова
Эвальд Васильевич занимался философией, педагогикой, психологией и целым рядом иных проблем, будь то этические или эстетические вопросы. Все его работы пропитаны духом подлинного гуманизма. Всестороннее, гармоничное развитие личности — вот та проблема, что красной нитью проходит через многочисленные статьи и очерки Ильенкова.
Стиль его работ стоит отдельного упоминания. Он превосходен. Рассуждения на сложнейшие темы ведутся очень изящным и в то же время популярным языком. Уже по этой причине их стоит читать и перечитывать.
Осмысление вклада Ильенкова в гуманитарную мысль — дело будущего. Сегодня, к сожалению, этим делом часто заняты апологеты, принимающие едва ли не все идеи Эвальда Васильевича, включая, например, идею тождества мышления и бытия, его трактовку идеального, или идею о том, что мышление является атрибутом материи.
Так или иначе, именно его сборник очерков под названием «Диалектическая логика» по-настоящему заинтересовал меня в философии, дал первое знакомство с идеями Спинозы, Канта и Фихте.
Ильенков — значимая для меня фигура. К его книгам я обязательно буду возвращаться. Благо сейчас издаётся собрание сочинений в 10-ти томах, и 6 томов уже лежат в электронном виде на моем жёстком диске.
#Ильенков
Эвальд Васильевич занимался философией, педагогикой, психологией и целым рядом иных проблем, будь то этические или эстетические вопросы. Все его работы пропитаны духом подлинного гуманизма. Всестороннее, гармоничное развитие личности — вот та проблема, что красной нитью проходит через многочисленные статьи и очерки Ильенкова.
Стиль его работ стоит отдельного упоминания. Он превосходен. Рассуждения на сложнейшие темы ведутся очень изящным и в то же время популярным языком. Уже по этой причине их стоит читать и перечитывать.
Осмысление вклада Ильенкова в гуманитарную мысль — дело будущего. Сегодня, к сожалению, этим делом часто заняты апологеты, принимающие едва ли не все идеи Эвальда Васильевича, включая, например, идею тождества мышления и бытия, его трактовку идеального, или идею о том, что мышление является атрибутом материи.
Так или иначе, именно его сборник очерков под названием «Диалектическая логика» по-настоящему заинтересовал меня в философии, дал первое знакомство с идеями Спинозы, Канта и Фихте.
Ильенков — значимая для меня фигура. К его книгам я обязательно буду возвращаться. Благо сейчас издаётся собрание сочинений в 10-ти томах, и 6 томов уже лежат в электронном виде на моем жёстком диске.
#Ильенков
👍4
По ходу чтения "Немецкой классической философии" А. В. Гулыги возникла такая мысль: идеи имеют второстепенное значение в сравнении с теориями (т.е. системами идей).
В самом деле, идея историзма, идея о том, что всё в мире существует не иначе как в движении и развитии, возникла ещё в глубокой древности. Но её разработка и расширение велись на протяжении всей последующей интеллектуальной истории и особенно в эпоху немецкого Просвещения и эпоху немецкой классики.
То есть история философии интересуется теориями Канта, обнаружившего неустранимость противоречий в ходе познания, Фихте, приведшего в движение систему философских категорий, Шеллинга, воспевшего диалектику природы, Гегеля, создавшего грандиозную развивающуюся систему онтогностических категорий, а вовсе не той суммой идей (развития, антиномичности и т.д), которая была общей для всех этих мыслителей.
Итого: идея — ничто, теория — нечто. Но равно и факты — ничто, идея, их связующая, — нечто.
#Кант #Гегель #диалектика
В самом деле, идея историзма, идея о том, что всё в мире существует не иначе как в движении и развитии, возникла ещё в глубокой древности. Но её разработка и расширение велись на протяжении всей последующей интеллектуальной истории и особенно в эпоху немецкого Просвещения и эпоху немецкой классики.
То есть история философии интересуется теориями Канта, обнаружившего неустранимость противоречий в ходе познания, Фихте, приведшего в движение систему философских категорий, Шеллинга, воспевшего диалектику природы, Гегеля, создавшего грандиозную развивающуюся систему онтогностических категорий, а вовсе не той суммой идей (развития, антиномичности и т.д), которая была общей для всех этих мыслителей.
Итого: идея — ничто, теория — нечто. Но равно и факты — ничто, идея, их связующая, — нечто.
#Кант #Гегель #диалектика
🤔1
Forwarded from Гегельнегоголь
К вопросу об историческом оптимизме.
Вот, пожалуй, та мысль, которая не даёт падать духом. Как-то я сказал, что верю в Великий Антитезис — да, но сам антитезис значим лишь абстрактный момент конкретной логики.
Всё изменится, ничто не останется вечным, в какой бы строгости, даже жестокости и, как, казалось бы, прочно, оно ни оселось.
Всё так. Но всё чревато своей противоположностью: объективный оптимизм, как правило, своим визави имеет субъективное уныние. Параграф в учебнике истории может вмещать жизни целых поколений, надеявшихся, но так и не увидевших новый исторический день.
Ибо: осуждённое логически, внутренне и по сути убитое логикой — в плане внешне-физическом может ещё какое-то время как-бы-здравствовать, подавать внешние призраки жизни. Существовать без сущности. Материальное всегда отстаёт от идеального — об этом я уже как-то писал: мы живём в мире мертвецов.
Причина — трагический разрыв между душой и Духом, единичным и Всеобщим, историей и логикой.
Вопрос лишь в том, как преодолеть разрыв между ними. Можно, конечно, вспомнить «утешение философией» как лучший способ «индивидуального спасения»: стоически внушить себе, что значима только объективная логика — но надо помнить, что индивидуального спасения не бывает, оно возможно всегда лишь как спасение коллективное. Ибо человек, соответствующий своему понятию, есть человек коллективный: человек начинается и заканчивается там, где начинается и заканчивается общество.
Что же делать? Конкретных умозрительных рецептов здесь быть не может: вспомним, как ещё маэстро Гегель в «Философии права» запретил заглядывать под юбку истории. В итоге ответ на вопрос подскажет только сама общественная практика. Но общий принцип сформулировал ещё Герцен: дело в том, чтоб применить логику к политике.
#Гегель #Герцен #исторический_оптимизм
Вот, пожалуй, та мысль, которая не даёт падать духом. Как-то я сказал, что верю в Великий Антитезис — да, но сам антитезис значим лишь абстрактный момент конкретной логики.
Всё изменится, ничто не останется вечным, в какой бы строгости, даже жестокости и, как, казалось бы, прочно, оно ни оселось.
Всё так. Но всё чревато своей противоположностью: объективный оптимизм, как правило, своим визави имеет субъективное уныние. Параграф в учебнике истории может вмещать жизни целых поколений, надеявшихся, но так и не увидевших новый исторический день.
Ибо: осуждённое логически, внутренне и по сути убитое логикой — в плане внешне-физическом может ещё какое-то время как-бы-здравствовать, подавать внешние призраки жизни. Существовать без сущности. Материальное всегда отстаёт от идеального — об этом я уже как-то писал: мы живём в мире мертвецов.
Причина — трагический разрыв между душой и Духом, единичным и Всеобщим, историей и логикой.
Вопрос лишь в том, как преодолеть разрыв между ними. Можно, конечно, вспомнить «утешение философией» как лучший способ «индивидуального спасения»: стоически внушить себе, что значима только объективная логика — но надо помнить, что индивидуального спасения не бывает, оно возможно всегда лишь как спасение коллективное. Ибо человек, соответствующий своему понятию, есть человек коллективный: человек начинается и заканчивается там, где начинается и заканчивается общество.
Что же делать? Конкретных умозрительных рецептов здесь быть не может: вспомним, как ещё маэстро Гегель в «Философии права» запретил заглядывать под юбку истории. В итоге ответ на вопрос подскажет только сама общественная практика. Но общий принцип сформулировал ещё Герцен: дело в том, чтоб применить логику к политике.
#Гегель #Герцен #исторический_оптимизм
🤔1
Начал читать К. К. Платонова "О системе психологии" (1972)
Автор задался целью дать предварительный набросок системы психологических категорий. Он справедливо указывает на имеющие место неточность, двусмысленность используемых в психологии понятий, на необходимость выстроить их в систему.
Начинает Платонов с основного вопроса философии (ОВФ), вопроса об отношении сознания к материи. Решение его в материалистическом ключе означает, что сознание понимается как свойство высокоорганизованной материи, состоящее в отражении объективного мира.
Отражение и является следующей категорией системы. Есть три его вида(физическое, физиологическое и психическое). Первые два автор только упоминает, но не описывает. А развитие форм психического отражения конспективно выглядит так:
"Переживаемость" суть эмоции (недифференцированное отражение удовлетворённости объективной потребности) → чувствительность суть ощущения → мышление (понятия и умозаключения) → восприятие → воля → память (как следовые формы всех предыдущих)
Вопрос филогенеза К. К. Платонов, как видно, рассматривает иначе, чем А. Н. Леонтьев.
Во-первых, простейшим элементом психики признаётся эмоция как недифференцированное отражение удовлетворённости/неудовлетворённости некоторой объективной потребности.
Гипотеза Леонтьева-Фабри состоит в том, что исторически первой единицей психики является ощущение, развивающееся далее в восприятие, интеллект и наконец сознание.
Во-вторых, Платонов утверждает, что восприятие возникло после мышления (в котором автор выделяет понятия и суждения), присущего только человеку, как сам автор и пишет. Платонов не отрицает, что целостность, предметность и константность отражения (свойства восприятия по Леонтьеву) есть и у животных, но называет это "комплексом ощущений". Само различение восприятия животных и человеческого восприятия смысл, думаю, имеет, но термин "комплекс ощущений" довольно тесно ассоциируется с философией махизма, где имеет иное значение; и в этой связи вопрос — зачем его вводить?
Далее в книге рассмотрены воля и память, но о них в другой раз.
Пока писал заметку, нашел интересную статью с критикой гипотезы Леонтьева-Фабри.
#Платонов #Леонтьев #психика
Автор задался целью дать предварительный набросок системы психологических категорий. Он справедливо указывает на имеющие место неточность, двусмысленность используемых в психологии понятий, на необходимость выстроить их в систему.
Начинает Платонов с основного вопроса философии (ОВФ), вопроса об отношении сознания к материи. Решение его в материалистическом ключе означает, что сознание понимается как свойство высокоорганизованной материи, состоящее в отражении объективного мира.
Отражение и является следующей категорией системы. Есть три его вида(физическое, физиологическое и психическое). Первые два автор только упоминает, но не описывает. А развитие форм психического отражения конспективно выглядит так:
"Переживаемость" суть эмоции (недифференцированное отражение удовлетворённости объективной потребности) → чувствительность суть ощущения → мышление (понятия и умозаключения) → восприятие → воля → память (как следовые формы всех предыдущих)
Вопрос филогенеза К. К. Платонов, как видно, рассматривает иначе, чем А. Н. Леонтьев.
Во-первых, простейшим элементом психики признаётся эмоция как недифференцированное отражение удовлетворённости/неудовлетворённости некоторой объективной потребности.
Гипотеза Леонтьева-Фабри состоит в том, что исторически первой единицей психики является ощущение, развивающееся далее в восприятие, интеллект и наконец сознание.
Во-вторых, Платонов утверждает, что восприятие возникло после мышления (в котором автор выделяет понятия и суждения), присущего только человеку, как сам автор и пишет. Платонов не отрицает, что целостность, предметность и константность отражения (свойства восприятия по Леонтьеву) есть и у животных, но называет это "комплексом ощущений". Само различение восприятия животных и человеческого восприятия смысл, думаю, имеет, но термин "комплекс ощущений" довольно тесно ассоциируется с философией махизма, где имеет иное значение; и в этой связи вопрос — зачем его вводить?
Далее в книге рассмотрены воля и память, но о них в другой раз.
Пока писал заметку, нашел интересную статью с критикой гипотезы Леонтьева-Фабри.
#Платонов #Леонтьев #психика
npsyj.ru
Природа психики и психической формы отражения
Природа психики и психической формы отражения. Статья по психологии
«Легче действовать на ум, когда он пристрастился к заблуждению, нежели когда он равнодушен к истине. Ложные мнения не могут всегда состояться; они порождают другие; таким образом, вкрадывается несогласие, и самое противоречие производит некоторого рода движение, из которого, наконец, возникает истина».
Д. В. Веневитинов, русский философ-шеллингианец
___
Цит. по: Сарычев В. В. Искатели Абсолюта. История русских гегельянцев. Т. 1. — СПб.: Издательство «Умозрение», 2021. — 724 с. С. 72-73
#диалектика #Сарычев
Д. В. Веневитинов, русский философ-шеллингианец
___
Цит. по: Сарычев В. В. Искатели Абсолюта. История русских гегельянцев. Т. 1. — СПб.: Издательство «Умозрение», 2021. — 724 с. С. 72-73
#диалектика #Сарычев
Продолжаю читать К. К. Платонова. О мышлении, воле и ещё о филогенезе психики
Воля определяется автором как одна из форм отражения.
Зафиксируем: воля есть отражение отношения цели деятельности к самой деятельности.
Зачем определять волю как отражение? И разве не следует из данного определения, что деятельность сама не носит волевой характер? Кроме того, в рисуемой автором последовательности появления психических функций в фило- (а значит, и в онтогенезе) воля является одной из позднейших, возникая лишь после мышления и восприятия. Это странно, ведь ни мышление, ни человеческие внимание и восприятие не мыслимы без волевого компонента.
Мышление и воля в некотором смысле — одно и то же, только взятое в разных отношениях. В первом отношении мышление выступает как отражение мира (притом творческое отражение), во втором — как средство его преобразования, как воля. Человеческая практика и представляет собой живое единство мышления и воли.
Далее.
К. К. Платонов показывает слабые места гипотезы Леонтьева-Фабри. Например, говорит о недопустимости взгляда на психику насекомых (если таковая вообще есть) как на логическую ступень в эволюции психики от простейшей до человеческой, поскольку насекомые относятся к таксону первичноротых, а люди к таксону вторичноротых. Их органы и психика чаще аналогичны (то есть генетически восходят к разным органам, но исполняют одну функцию), чем гомологичны (органы-гомологи имеют "общего предка", но могут отличаться по функциям).
Вообще, Платонов настаивает, и справедливо, на необходимости включить в систему психологических категорий понятия гомологии и аналогии.
Платонов делает ряд ценных замечаний, но картина филогенеза форм психического отражения в его изложении туманна. Вообще книга "О системе психологии" предоставляет читателю больше проблем, чем решений, что, разумеется, не плохо.
_______________
Платонов К. К. О системе психологии. М., «Мысль», 1972. 216 с.
#Платонов #Леонтьев #психика
Воля определяется автором как одна из форм отражения.
"Воля — это отражение объективного отношения цели деятельности, соответствующей уровню притязаний личности и фактически выполняемой собственной деятельности, обеспечивающей достижение этой цели" [с. 56-57].
Зафиксируем: воля есть отражение отношения цели деятельности к самой деятельности.
Зачем определять волю как отражение? И разве не следует из данного определения, что деятельность сама не носит волевой характер? Кроме того, в рисуемой автором последовательности появления психических функций в фило- (а значит, и в онтогенезе) воля является одной из позднейших, возникая лишь после мышления и восприятия. Это странно, ведь ни мышление, ни человеческие внимание и восприятие не мыслимы без волевого компонента.
Мышление и воля в некотором смысле — одно и то же, только взятое в разных отношениях. В первом отношении мышление выступает как отражение мира (притом творческое отражение), во втором — как средство его преобразования, как воля. Человеческая практика и представляет собой живое единство мышления и воли.
Далее.
К. К. Платонов показывает слабые места гипотезы Леонтьева-Фабри. Например, говорит о недопустимости взгляда на психику насекомых (если таковая вообще есть) как на логическую ступень в эволюции психики от простейшей до человеческой, поскольку насекомые относятся к таксону первичноротых, а люди к таксону вторичноротых. Их органы и психика чаще аналогичны (то есть генетически восходят к разным органам, но исполняют одну функцию), чем гомологичны (органы-гомологи имеют "общего предка", но могут отличаться по функциям).
Вообще, Платонов настаивает, и справедливо, на необходимости включить в систему психологических категорий понятия гомологии и аналогии.
«Аналогия для психологии имеет огромное значение не только для более глубокого понимания развития психики в филогенезе и антропогенезе. Можно только удивляться, что этнопсихология, психология религии, психология искусства и другие психологические науки до сих пор не уделяют ей должного внимания. Ведь есть религиозные явления, в частности ритуалы, исторически и контактно преемственные, но есть и очень схожие, но только аналогичные. Шаманство в Северной Сибири и в Африке, фетиши в Африке и Северной Америке, инициации — посвящение мальчика в воина — в Австралии и Африке имеют не больше исторической гомологии, чем гнездование аиста и орангутанга. Но не только психологи, но и этнографы, и религиоведы проблему аналогии не замечают» [с. 60-61].
Платонов делает ряд ценных замечаний, но картина филогенеза форм психического отражения в его изложении туманна. Вообще книга "О системе психологии" предоставляет читателю больше проблем, чем решений, что, разумеется, не плохо.
_______________
Платонов К. К. О системе психологии. М., «Мысль», 1972. 216 с.
#Платонов #Леонтьев #психика
👍4
На заборах тоже пишут, или как древнегреческие мужи нам жизнь попортили
По сведениям античных авторов, на стене храма Аполлона в Дельфах было сделано несколько надписей-граффити. Одна из таких надписей гласила: «Познай самого себя». Автор этого высказывания неизвестен; античные источники приписывали его разным авторитетам древности.
По сей день эта установка носит характер самоочевидности, что выражается в стремлениях людей "найти себя", как если бы этот настоящий Я сидел где-то на задворках психики и ждал своего часа; заниматься "личностным ростом" так, будто это нечто отличное от реально существующей системы их деятельностей; найти в себе источники мотивации, будто всё внутреннее не является интериоризированным внешним и пр.
Всё это, конечно, не значит, что эта максима лишена смысла. Она выступает призывом к рефлексии, к мышлению о мышлении — это та точка, где начинается философия. Следует только избегать абсолютизаций.
*Почему А. Г. Асмолов внёс в этот перечень структурализм — не понятно. Как "современное философское течение" он фокусируется как раз на общем, на структурах, связующих элементы, а не на самих элементах.
______________
Асмолов А. Г. Психология личности: культурно-историческое понимание человека. — 3-е изд. испр. и доп. М.: Смысл, 2007. — 526 с.
#личность #Асмолов
«Идеи о том, что центр изучения человека это мир человека, что его социальная сущность заключена в ансамбле всех общественных отношений, вступили в противоречие с традиционной логикой понимания человека в обыденном сознании, а также с разными историческими и современными философскими течениями — философской антропологией, персонализмом, экзистенциализмом, позитивизмом, структурализмом* и др.
Эти направления порой опираются в своих концепциях человека на родившийся в античные времена стереотип мышления, устойчивый схематизм сознания, представленный старой формулой "Познай самого себя". Как бы ни подкупала эта формула, она стала той надсознательной установкой мышления, которая нацелила на поиски сущности человека в психических внутренних переживаниях или биологических проявлениях. Формула "Познай самого себя" оказалась ловушкой, в которую попадали мыслители разных времен». [С. 68]
По сведениям античных авторов, на стене храма Аполлона в Дельфах было сделано несколько надписей-граффити. Одна из таких надписей гласила: «Познай самого себя». Автор этого высказывания неизвестен; античные источники приписывали его разным авторитетам древности.
По сей день эта установка носит характер самоочевидности, что выражается в стремлениях людей "найти себя", как если бы этот настоящий Я сидел где-то на задворках психики и ждал своего часа; заниматься "личностным ростом" так, будто это нечто отличное от реально существующей системы их деятельностей; найти в себе источники мотивации, будто всё внутреннее не является интериоризированным внешним и пр.
Всё это, конечно, не значит, что эта максима лишена смысла. Она выступает призывом к рефлексии, к мышлению о мышлении — это та точка, где начинается философия. Следует только избегать абсолютизаций.
*Почему А. Г. Асмолов внёс в этот перечень структурализм — не понятно. Как "современное философское течение" он фокусируется как раз на общем, на структурах, связующих элементы, а не на самих элементах.
______________
Асмолов А. Г. Психология личности: культурно-историческое понимание человека. — 3-е изд. испр. и доп. М.: Смысл, 2007. — 526 с.
#личность #Асмолов
🔥2
«Социальные перевороты - это раздолье противоречий, время открытого противостояния противоположных общественных начал и интересов, персонифицированных, нашедших своё воплощение в конкретных людях. И такова уж горькая ирония самой истории: в битве отвлечённых идей гибнут конкретные люди. За эту историю и принялся юный Саша Герцен.
Надо сказать, настоящая революция — лучший учебник диалектики. Гегель считал эпохи социальных кризисов наиболее благоприятными для развития мышления человечества: в "Лекциях по истории философии" он так говорит о возникновении греческой (следовательно, и европейской философии): "Греческая философия начинается в VI веке до Р. Х., в царствование Кира, в эпоху упадка Ионийских свободных государств в Малой Азии. Когда погиб этот прекрасный мир, самостоятельно развившийся и достигший высокого уровня культуры, тогда появилась философия..." Вот она, диалектика истории и жестокая ирония Абсолютного Духа: для зарождения научного мышления, философии, потребовалась гибель целых обществ. Социальный переворот, ведущий к краху устоявшегося материального бытия, освобождает и стимулирует к развитию мысль, идею. Потому смерть греческих государств-полисов означала жизнь человеческого мышления».
Сарычев В. В. Искатели Абсолюта. История русских гегельянцев. Т. 1. — СПб.: Издательство «Умозрение», 2021. — 724 с. — С. 342-343
#общество #диалектика #Гегель #Сарычев
Надо сказать, настоящая революция — лучший учебник диалектики. Гегель считал эпохи социальных кризисов наиболее благоприятными для развития мышления человечества: в "Лекциях по истории философии" он так говорит о возникновении греческой (следовательно, и европейской философии): "Греческая философия начинается в VI веке до Р. Х., в царствование Кира, в эпоху упадка Ионийских свободных государств в Малой Азии. Когда погиб этот прекрасный мир, самостоятельно развившийся и достигший высокого уровня культуры, тогда появилась философия..." Вот она, диалектика истории и жестокая ирония Абсолютного Духа: для зарождения научного мышления, философии, потребовалась гибель целых обществ. Социальный переворот, ведущий к краху устоявшегося материального бытия, освобождает и стимулирует к развитию мысль, идею. Потому смерть греческих государств-полисов означала жизнь человеческого мышления».
Сарычев В. В. Искатели Абсолюта. История русских гегельянцев. Т. 1. — СПб.: Издательство «Умозрение», 2021. — 724 с. — С. 342-343
#общество #диалектика #Гегель #Сарычев
👍2
Досужие рассуждения о теориях личности
Подходит к концу дисциплина «Психология личности». В первом приближении рассмотрено несколько теорий, претендующих на объяснение природы этого самого предмета.
Бросается в глаза поразительное несходство концепций разных авторов — эти теории говорят о разном и на разных языках.
Психоаналитик и бихевиорист никогда не договорятся — нет единого предмета спора, нет опоры на одни и те же факты.
С одной стороны, да, ситуация крайней абстрактности центрального понятия — явление, характерное для многих наук: сколькими определениями культуры оперирует культурология, сколькими дефинициями общества пользуется социология!
С другой, глубина проблемы применительно к психологии личности, как мне кажется, может быть объяснена тем, что большинство авторов не ставит открыто вопрос об онтологическом статусе личности, вопрос о том, в каком пространстве существует личность: есть ли она нечто субъективное или объективное, если объективное, то в каком смысле.
Казалось бы, объективному наблюдению доступна деятельность человека. Разве она не является ближайшим проявлением, и в то же время сущностью личности? Однако психологи понимают личность не в качестве системы деятельности как таковой, а в качестве системы мотивов (Леонтьев), устойчивого ядра психики (Кеттел), динамичной системы инстинктов и культурных норм (Фрейд), высшего "этажа" психики-носителя свободной воли (Франкл), системы когнитивных конструктов (Келли) и т.д. То есть отождествление (сколь угодно гибкое и диалектическое) личности и деятельности неправомерно.
Даже в случаях, когда исследователь берет деятельность в качестве центральной категории, он (как например К.К. Платонов) может включать в структуру личности биологические признаки, такие как пол и возраст.
В принципе, отрицать влияние различного рода непсихологичечких, несоциальных факторов на деятельность нельзя, но включать ли их в структуру личности — вопрос интересный. Если признавать биологические свойства человека элементами его личности, то в чем будет заключаться специфика последней, в чем тогда различие понятий "личность" и "человек"?
У меня есть некоторые (пока весьма туманные) мысли о том, на каком основании можно упорядочить психологические понятия, описывающие указанный феномен. Надеюсь изложить их в будущих постах.
#личность #Фрейд #Франкл #Леонтьев
Подходит к концу дисциплина «Психология личности». В первом приближении рассмотрено несколько теорий, претендующих на объяснение природы этого самого предмета.
Бросается в глаза поразительное несходство концепций разных авторов — эти теории говорят о разном и на разных языках.
Психоаналитик и бихевиорист никогда не договорятся — нет единого предмета спора, нет опоры на одни и те же факты.
С одной стороны, да, ситуация крайней абстрактности центрального понятия — явление, характерное для многих наук: сколькими определениями культуры оперирует культурология, сколькими дефинициями общества пользуется социология!
С другой, глубина проблемы применительно к психологии личности, как мне кажется, может быть объяснена тем, что большинство авторов не ставит открыто вопрос об онтологическом статусе личности, вопрос о том, в каком пространстве существует личность: есть ли она нечто субъективное или объективное, если объективное, то в каком смысле.
Казалось бы, объективному наблюдению доступна деятельность человека. Разве она не является ближайшим проявлением, и в то же время сущностью личности? Однако психологи понимают личность не в качестве системы деятельности как таковой, а в качестве системы мотивов (Леонтьев), устойчивого ядра психики (Кеттел), динамичной системы инстинктов и культурных норм (Фрейд), высшего "этажа" психики-носителя свободной воли (Франкл), системы когнитивных конструктов (Келли) и т.д. То есть отождествление (сколь угодно гибкое и диалектическое) личности и деятельности неправомерно.
Даже в случаях, когда исследователь берет деятельность в качестве центральной категории, он (как например К.К. Платонов) может включать в структуру личности биологические признаки, такие как пол и возраст.
В принципе, отрицать влияние различного рода непсихологичечких, несоциальных факторов на деятельность нельзя, но включать ли их в структуру личности — вопрос интересный. Если признавать биологические свойства человека элементами его личности, то в чем будет заключаться специфика последней, в чем тогда различие понятий "личность" и "человек"?
У меня есть некоторые (пока весьма туманные) мысли о том, на каком основании можно упорядочить психологические понятия, описывающие указанный феномен. Надеюсь изложить их в будущих постах.
#личность #Фрейд #Франкл #Леонтьев
❤3
Одна из интереснейших книг, прочитанных мною за последнее время
«Искатели Абсолюта. История русских гегельянцев. Т. 1» — первая из трёх анонсированных частей масштабного исследования Владислава Викторовича Сарычева о судьбах немецкой классической философии в России.
Перед читателем разворачиваются биографии первых русских любомудров, как величали в XIX веке философов, с их надеждами, достижениями и падениями, дискуссионными кружками, путешествиями в Берлин, бывший «философской Меккой русских интеллектуалов», политической борьбой и ссылками, и, конечно, страстными поисками истины.
Самые разные люди: поэты и критики, революционеры и охранители, славянофилы и западники, историки и «практики» — все они, восприняв учения Фихте, Шеллинга и Гегеля, приняли деятельное участие в формировании культурного пространства николаевской России. Именно это движение дало миру имена Белинского, Герцена, Бакунина, Тургенева и множества менее известных персон. Всем, кто неравнодушен к немецкой (на деле — интернациональной, другой не бывает) философии и/или русской литературе и, шире, культуре, настоятельно рекомендую к прочтению.
Пара слов о методе изложения. Автор книги стоит на гегельянских позициях, и этим объясняются как достоинства, так и недостатки ее. Если несколько огрублять, для Гегеля мировая история представляет собой необходимый (т.е. в главном и основном предопределенный) процесс самопознания Мирового Духа. Проходя последовательно стадии искусства и религии, Дух наконец адекватно осознает себя в философии. Люди и их субъективное сознание видятся тем самым только орудиями абсолютного мышления, случайностями, в которых проявляется закономерность.
Отсюда — цельность изложения, последовательность и стремление показать объективную диалектику идей. Но вместе с тем — преуменьшение роли жизненных перипетий русских гегельянцев, роли общества, в котором они жили, и которое желали изменить. Иначе говоря, историческое опускается в угоду логическому. Пожалуй, только главы, посвященные Аксакову, Самарину и Тургеневу, лишены этого недостатка.
В общем же, такой метод видится оправданным — книга вышла великолепной. Я в восторге. Кстати, в качестве приятных сюрпризов, компенсирующих неубедительные выпады В. В. Сарычева против материализма, там и тут в «Искателях» раскиданы уколы в сторону некоторых марксистских интерпретаций истории философии, ставших пусть не догмами, но весьма расхожими ошибочными формулами вроде «противоречия между методом и системой Гегеля».
#Гегель #Сарычев #диалектика
«Искатели Абсолюта. История русских гегельянцев. Т. 1» — первая из трёх анонсированных частей масштабного исследования Владислава Викторовича Сарычева о судьбах немецкой классической философии в России.
Перед читателем разворачиваются биографии первых русских любомудров, как величали в XIX веке философов, с их надеждами, достижениями и падениями, дискуссионными кружками, путешествиями в Берлин, бывший «философской Меккой русских интеллектуалов», политической борьбой и ссылками, и, конечно, страстными поисками истины.
Самые разные люди: поэты и критики, революционеры и охранители, славянофилы и западники, историки и «практики» — все они, восприняв учения Фихте, Шеллинга и Гегеля, приняли деятельное участие в формировании культурного пространства николаевской России. Именно это движение дало миру имена Белинского, Герцена, Бакунина, Тургенева и множества менее известных персон. Всем, кто неравнодушен к немецкой (на деле — интернациональной, другой не бывает) философии и/или русской литературе и, шире, культуре, настоятельно рекомендую к прочтению.
Пара слов о методе изложения. Автор книги стоит на гегельянских позициях, и этим объясняются как достоинства, так и недостатки ее. Если несколько огрублять, для Гегеля мировая история представляет собой необходимый (т.е. в главном и основном предопределенный) процесс самопознания Мирового Духа. Проходя последовательно стадии искусства и религии, Дух наконец адекватно осознает себя в философии. Люди и их субъективное сознание видятся тем самым только орудиями абсолютного мышления, случайностями, в которых проявляется закономерность.
Отсюда — цельность изложения, последовательность и стремление показать объективную диалектику идей. Но вместе с тем — преуменьшение роли жизненных перипетий русских гегельянцев, роли общества, в котором они жили, и которое желали изменить. Иначе говоря, историческое опускается в угоду логическому. Пожалуй, только главы, посвященные Аксакову, Самарину и Тургеневу, лишены этого недостатка.
В общем же, такой метод видится оправданным — книга вышла великолепной. Я в восторге. Кстати, в качестве приятных сюрпризов, компенсирующих неубедительные выпады В. В. Сарычева против материализма, там и тут в «Искателях» раскиданы уколы в сторону некоторых марксистских интерпретаций истории философии, ставших пусть не догмами, но весьма расхожими ошибочными формулами вроде «противоречия между методом и системой Гегеля».
#Гегель #Сарычев #диалектика
❤7
Ровно год назад ушел из жизни Ю.И. Семёнов
Юрий Иванович был учёным, имевшим весьма широкую область интересов: философия, философия истории, антропология и история первобытности, политическая экономия докапиталистических обществ.
Дать сколь-нибудь полное представление о результатах его работы стоило бы немалых трудов. Вся его долгая жизнь, а прожил он 93 года, была посвящена служению истине. В советские годы Семёнов занимался в основном антропологией и историей первобытности, поскольку в этой сфере, по его словам, давление квазимарксисткой идеологии было наименьшим в сравнении с другими общественными науками. Он отстаивал идею о том, что становление человека современного типа (антропогенез) нельзя понять в отрыве от становления общества, что это две стороны единого процесса — антропосоциогенеза.
Общие положения, касающиеся ранней истории человечества, вели своё происхождение ещё от работ Л. Моргана и Ф. Энгельса, и Юрий Иванович был одним из тех, кто критиковал эти идеи (гипотеза о матриархате), уточнял и развивал их (трудовая теория происхождения сознания).
Также Ю. И. Семёнов создал теорию политарного (“азиатского”) способа производства и основанной на нем первой антагонистической формации, составившей эпоху Древнего Востока. Он показал, какие способы производства помимо магистральных существовали в истории человечества, в частности представил взгляд на общество Союза ССР как на классовое, основанное на частной по сути, государственной по форме собственности (См. Россия: что с ней случилось в XX веке). И надо сказать, эти идеи носят наиболее дискуссионный характер.
В области философии ему принадлежит заслуга разработки вопросов гносеологии (движение от фактов к теории через унитаризацию, холизацию и эссенциализацию), эксплицитного материалистического решения проблемы общего. Юрий Иванович также представил интереснейшие наработки по вопросам соотношения нервных и психических процессов вообще, вопросу физиологических механизмов воли в частности.
Также стоит упомянуть о работах Семёнова, посвященных проблемам этноса и нации, проблемам религии, брака и семьи, общей теории исторического процесса. Словом, библиография внушительная.
Найти оцифрованные книги Юрия Ивановича, спасибо добрым людям, можно здесь, критику тут и тут.
#Семёнов #общество #диалектика
Юрий Иванович был учёным, имевшим весьма широкую область интересов: философия, философия истории, антропология и история первобытности, политическая экономия докапиталистических обществ.
Дать сколь-нибудь полное представление о результатах его работы стоило бы немалых трудов. Вся его долгая жизнь, а прожил он 93 года, была посвящена служению истине. В советские годы Семёнов занимался в основном антропологией и историей первобытности, поскольку в этой сфере, по его словам, давление квазимарксисткой идеологии было наименьшим в сравнении с другими общественными науками. Он отстаивал идею о том, что становление человека современного типа (антропогенез) нельзя понять в отрыве от становления общества, что это две стороны единого процесса — антропосоциогенеза.
Общие положения, касающиеся ранней истории человечества, вели своё происхождение ещё от работ Л. Моргана и Ф. Энгельса, и Юрий Иванович был одним из тех, кто критиковал эти идеи (гипотеза о матриархате), уточнял и развивал их (трудовая теория происхождения сознания).
Также Ю. И. Семёнов создал теорию политарного (“азиатского”) способа производства и основанной на нем первой антагонистической формации, составившей эпоху Древнего Востока. Он показал, какие способы производства помимо магистральных существовали в истории человечества, в частности представил взгляд на общество Союза ССР как на классовое, основанное на частной по сути, государственной по форме собственности (См. Россия: что с ней случилось в XX веке). И надо сказать, эти идеи носят наиболее дискуссионный характер.
В области философии ему принадлежит заслуга разработки вопросов гносеологии (движение от фактов к теории через унитаризацию, холизацию и эссенциализацию), эксплицитного материалистического решения проблемы общего. Юрий Иванович также представил интереснейшие наработки по вопросам соотношения нервных и психических процессов вообще, вопросу физиологических механизмов воли в частности.
Также стоит упомянуть о работах Семёнова, посвященных проблемам этноса и нации, проблемам религии, брака и семьи, общей теории исторического процесса. Словом, библиография внушительная.
Найти оцифрованные книги Юрия Ивановича, спасибо добрым людям, можно здесь, критику тут и тут.
#Семёнов #общество #диалектика
👍2
Forwarded from Рабкор
Ровно год назад, 26 апреля 2023, ушел из жизни историк, философ-марксист Юрий Иванович Семёнов
Юрий Иванович был учёным, имевшим весьма широкую область интересов: философия истории, антропология и история первобытности, политическая экономия докапиталистических обществ.
Дать представление о результатах его работы стоило бы немалых трудов. Вся его долгая жизнь, а прожил он 93 года, была посвящена служению истине. Попытаюсь кратко и конспективно показать, почему современным марксистам стоит изучать интеллектуальное наследие Юрия Ивановича.
🪶 Подробнее читайте на сайте rabkor.ru
Юрий Иванович был учёным, имевшим весьма широкую область интересов: философия истории, антропология и история первобытности, политическая экономия докапиталистических обществ.
Дать представление о результатах его работы стоило бы немалых трудов. Вся его долгая жизнь, а прожил он 93 года, была посвящена служению истине. Попытаюсь кратко и конспективно показать, почему современным марксистам стоит изучать интеллектуальное наследие Юрия Ивановича.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Рабкор.ру | Интернет-журнал, посвященный вопросам политики, экономики, общества и культуры.
Ровно год назад, 26 апреля 2023, ушел из жизни Юрий Иванович Семёнов | Рабкор.ру
Юрий Иванович был учёным, имевшим весьма широкую область интересов: философия истории, антропология и история первобытности, политическая экономия докапиталистических обществ. Дать представление о результатах его работы стоило бы немалых трудов. Вся его долгая…
👍6
«Бертран Рассел однажды заметил, что подопытные животные, которых изучали американские бихевиористы, вели себя как американцы, перемещаясь почти случайным образом, в то время как подопытные животные немцев вели себя как немцы, в основном сидя и размышляя. Возможно, в то время это замечание было уместным, но сегодня оно бессмысленно. Тем не менее он был прав, утверждая, что все мы связаны с культурой и подходим к изучению поведения с неизбежным предубеждением. (И философы, конечно, тоже. Рассказ Рассела о том, как люди думают, очень британский, очень расселовский. Мысли Мао Цзэдуна на ту же тему очень китайские. Как может быть иначе?)»
Скиннер Б. Ф. О бихевиоризме. [перевод с английского И. В. Митрофанова]. — М.: Эксмо, 2023. — 336 с. — С. 26-27
#Скиннер #бихевиоризм
Скиннер Б. Ф. О бихевиоризме. [перевод с английского И. В. Митрофанова]. — М.: Эксмо, 2023. — 336 с. — С. 26-27
#Скиннер #бихевиоризм
👍4
О радикальном бихевиоризме Скиннера
Б. Ф. Скиннер начинает свою книгу «О бихевиоризме» весьма интересным образом — перечисляя 20 основных критических тезисов в адрес бихевиоризма. Вот некоторые из них:
Все они, говорит Скиннер, ошибочны и должны быть развенчаны по ходу изложения. Однако по прочтению книги скорее убеждаешься в правильности этих критических замечаний, пусть не всех и не в такой резкой форме, но по сути — да. Скиннеру не удалось убедить меня в обратном.
Автор, казалось бы, желает объяснить поведение человека (и отчасти объясняет: идея оперантного обусловливания — позитивное подкрепление делает более вероятным повторение данного поведенческого акта в будущем — правильная, иное дело, что ею не должна исчерпываться концепция деятельности человека), но в действительности Скиннер объясняет всё в человеке поведением.
Иногда его усилия по развенчанию «менталистских» объяснений, учитывающих наличие у человека идей, целей, мотивов и способности к свободной целенаправленной деятельности, превращаются не то в простое жонглирование терминами, не то в такие объяснения, в которых теряется сама суть предмета. Так мышление становится «скрытым внутренним поведением», знание о предмете «репертуаром поведения по отношению к предмету» и т.д.
Крайний позитивизм Скиннера доводит его до отрицания не только теоретического знания [2, с. 334], но и науки вообще (даром, что на обложке красуются слова «научный подход к изучению поведения»):
Множество других пассажей, которые здесь приводить, пожалуй, не стану, показывают, что в философском отношении Скиннер находится значительно ниже своего времени, где-то на уровне материалистов-эмпириков XVIII века и епископа Беркли как их визави. Вопрос Давида Юма о причинности также был бы смертелен для нашего автора. И в общем велик соблазн назвать взгляды этого радикального бихевиориста находящимися ниже всякой критики, если бы не одно НО.
«НО» заключается в том, что Скиннер очень последователен. Его нельзя упрекнуть в эклектике или противоречии самому себе, он проводит свои принципы до логического конца. В этом, быть может, и состоит величие и значение Скиннера для науки. Благо, что бихевиористское направление значительно шире его концепции. Так что следует включить в свой понятийный аппарат оперантное обусловливание и некторые другие замечания о подкреплении и его режимах, и двигаться вперед, вместе с куда более плодотворными теориями А. Бандуры и Дж. Роттера, например.
_________________
1. Скиннер Б. Ф. О бихевиоризме; [перевод с английского И. В. Митрофанова]. — М.: Эксмо, 2023. — 336 с.
2. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. — 3-е изд. — СПб.: Питер, 2008. — 607 с.
#Скиннер #бихевиоризм
Б. Ф. Скиннер начинает свою книгу «О бихевиоризме» весьма интересным образом — перечисляя 20 основных критических тезисов в адрес бихевиоризма. Вот некоторые из них:
«1. Бихевиоризм игнорирует сознание, чувства и душевные состояния. <...>
3. Он трактует поведение как просто набор реакций на стимулы, представляя человека как автомат, робота, марионетку или машину. <...>
13. Он скорее наукообразен, чем научен. Он просто подражает науке. <...>
16. Он дегуманизирует человека, носит редукционистский характер и стирает человеческую суть» [1, с. 7-9].
Все они, говорит Скиннер, ошибочны и должны быть развенчаны по ходу изложения. Однако по прочтению книги скорее убеждаешься в правильности этих критических замечаний, пусть не всех и не в такой резкой форме, но по сути — да. Скиннеру не удалось убедить меня в обратном.
Автор, казалось бы, желает объяснить поведение человека (и отчасти объясняет: идея оперантного обусловливания — позитивное подкрепление делает более вероятным повторение данного поведенческого акта в будущем — правильная, иное дело, что ею не должна исчерпываться концепция деятельности человека), но в действительности Скиннер объясняет всё в человеке поведением.
Иногда его усилия по развенчанию «менталистских» объяснений, учитывающих наличие у человека идей, целей, мотивов и способности к свободной целенаправленной деятельности, превращаются не то в простое жонглирование терминами, не то в такие объяснения, в которых теряется сама суть предмета. Так мышление становится «скрытым внутренним поведением», знание о предмете «репертуаром поведения по отношению к предмету» и т.д.
Крайний позитивизм Скиннера доводит его до отрицания не только теоретического знания [2, с. 334], но и науки вообще (даром, что на обложке красуются слова «научный подход к изучению поведения»):
«... ошибочно считать, что мир, описываемый наукой, так или иначе ближе к тому, "что есть на самом деле" <...> Любое поведение определяется, прямо или косвенно, его последствиями, и поведение как ученого, так и неученого формируется под влиянием реальности, но по-разному» [1, с. 166-167].
Множество других пассажей, которые здесь приводить, пожалуй, не стану, показывают, что в философском отношении Скиннер находится значительно ниже своего времени, где-то на уровне материалистов-эмпириков XVIII века и епископа Беркли как их визави. Вопрос Давида Юма о причинности также был бы смертелен для нашего автора. И в общем велик соблазн назвать взгляды этого радикального бихевиориста находящимися ниже всякой критики, если бы не одно НО.
«НО» заключается в том, что Скиннер очень последователен. Его нельзя упрекнуть в эклектике или противоречии самому себе, он проводит свои принципы до логического конца. В этом, быть может, и состоит величие и значение Скиннера для науки. Благо, что бихевиористское направление значительно шире его концепции. Так что следует включить в свой понятийный аппарат оперантное обусловливание и некторые другие замечания о подкреплении и его режимах, и двигаться вперед, вместе с куда более плодотворными теориями А. Бандуры и Дж. Роттера, например.
_________________
1. Скиннер Б. Ф. О бихевиоризме; [перевод с английского И. В. Митрофанова]. — М.: Эксмо, 2023. — 336 с.
2. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. — 3-е изд. — СПб.: Питер, 2008. — 607 с.
#Скиннер #бихевиоризм
👍5
Дабы не отставать от духа времени и быть в курсе, какие ныне в богоспасаемой Евразии (которая всегда... ладно, без этого) утверждены традиции, решил я погружаться понемногу в дивный мир нашей суверенной философии — подписался на тг-канал г-на Дугина, возглавляющего ныне Высшую политическую школу им. Ивана Ильина при РГГУ (если вы, дорогие читатели, не слыхали новостей об этом учреждении в последние пару недель, то рекомендую осведомиться), а также приступил к чтению произведений самого Ильина.
Поскольку погружение мое (может, лишь временно) проводится не то что без акваланга, но даже без трубки, так сказать, путем простой задержки дыхания, постольку мои заметки будут совсем краткими и ученическими.
Открываем сборник «Путь духовного обновления» и читаем о патриотизме:
Всецело доверяя мудрости г-на Ильина, всякий читатель может задаться вопросом: «Коль скоро патриотизм в основе своей инстинктивен, и, стало быть, непременно присущ всем людям от рождения, откуда же берутся, так сказать, безродные космополиты и прочие национал-предатели?»
Г-н Ильин располагает ответом на это замечание, и, ничтоже сумняшеся, пишет, что-де у таких людей просто другой инстинкт:
Вот так-то, дорогие читатели! Пожалуй, будем и дальше наполняться великою мудростью суверенной философии. Тем паче, господа философы достают с полок фолианты А. С. Хомякова, М. Н. Каткова и прочих уважаемых мыслителей, словом, серьезно подходят к вопросу духовного возрождения.
____________
Ильин И. А. Путь духовного обновления / Сост., авт. предисл., отв. ред. О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилизации, 2011. — 1216 с.
#суверенная_философия
Поскольку погружение мое (может, лишь временно) проводится не то что без акваланга, но даже без трубки, так сказать, путем простой задержки дыхания, постольку мои заметки будут совсем краткими и ученическими.
Открываем сборник «Путь духовного обновления» и читаем о патриотизме:
«В здоровой жизни человека инстинкт и дух вообще не оторваны друг от друга: но степень их примиренности, взаимной согласованности и взаимного проникновения бывает неодинакова. Инстинкт, не приемлющий духа, — слеп, самоволен, безудержен и чаще всего порочен; он идет к крушению. Дух, не приемлющий инстинкта, — подорван в своей силе, теоретичен, бесплоден и чаще всего нежизненен; он идет к истощению. Инстинкт и дух призваны к взаимному приятию: так, чтобы инстинкт получил правоту и форму духовности, а дух получил творческую силу инстинктивности. Так и в патриотизме. Патриотизм есть любовь — не просто “предпочтение”, “склонность” или “привычка”. И если эта любовь не “пустое слово” и не “поза”, то она есть инстинктивная прилепленность к родному. Поэтому патриотизм всегда инстинктивен. Но он не всегда духовен. И то, что должно быть достигнуто, есть взаимное проникновение инстинкта и духа в обращении к родине. Инстинктивная страсть должна креститься огнем духа; духовное избрание, предпочтение и самоопределение должно получить всю силу инстинктивной страстности. Это будет любовь зрячая и оформляющая; это будет духовность таинственно-целесообразная и страстно-мудрая, это будет истинный патриотизм…» [С. 163]
Всецело доверяя мудрости г-на Ильина, всякий читатель может задаться вопросом: «Коль скоро патриотизм в основе своей инстинктивен, и, стало быть, непременно присущ всем людям от рождения, откуда же берутся, так сказать, безродные космополиты и прочие национал-предатели?»
Г-н Ильин располагает ответом на это замечание, и, ничтоже сумняшеся, пишет, что-де у таких людей просто другой инстинкт:
«В современном мире есть множество таких несчастных безродных людей, которые не могут любить свою родину потому, что инстинкт их живет лично-эгоистическим или эгоистически-классовым интересом, а духовного органа они лишены» [С. 164].
Вот так-то, дорогие читатели! Пожалуй, будем и дальше наполняться великою мудростью суверенной философии. Тем паче, господа философы достают с полок фолианты А. С. Хомякова, М. Н. Каткова и прочих уважаемых мыслителей, словом, серьезно подходят к вопросу духовного возрождения.
____________
Ильин И. А. Путь духовного обновления / Сост., авт. предисл., отв. ред. О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилизации, 2011. — 1216 с.
#суверенная_философия
👍3
«...психология каждой человеческой личности включает в себя, как мы видели, черты, обусловленные природными условиями и общие для всех людей. (Таковы, например, свойства зрения, вызванные распространением солнечных лучей на земле, и детерминированное этим строение глаза). Поскольку эти условия являются неизменными, закрепившимися в самом строении зрительного прибора и его функциях, общими для всех людей являются и соответствующие свойства зрения. Другие условия изменяются в ходе исторического развития человечества. Таковы, как выше уже отмечалось, например, особенности фонематического слуха, обусловленные фонематическим строем родного языка. Они различны не только у представителей различных народов, говорящих на разных языках; они изменяются и в ходе развития одного народа. Определенные сдвиги и изменения в психическом облике людей происходят с изменением общественной формации. Хотя существуют общие для всех людей законы мотивации, конкретное содержание мотивов, соотношение мотивов общественных и личных изменяется у людей с изменением общественного строя. Такие изменения являются типически общими для людей, живущих в условиях данного общественного строя. Они выступают у каждого человека в индивидуальном преломлении, обусловленном соотношением специфических для него внешних и внутренних условий. В силу этого соотношения с внутренними условиями формально одни и те же внешние условия (на пример, условия жизни и воспитания для двух детей в одной семье) оказываются по существу, по своему жизненному смыслу для индивида различными. В этой индивидуальной истории развития складываются индивидуальные свойства или особенности личности. Таким образом, свойства личности никак не сводятся к ее индивидуальным особенностям. Они включают и общее, и особенное, и единичное. Личность тем значительнее, чем больше в индивидуальном преломлении в ней представлено всеобщее. Индивидуальные свойства личности это не одно и то же, что личностные свойства индивида, т.е. свойства, характеризующие его как личность».
Рубинштейн С. Л. Бытие и сознание. — СПб.: Питер, 2012. — 288 с.: ил. — С. 270
#Рубинштейн #личность
Рубинштейн С. Л. Бытие и сознание. — СПб.: Питер, 2012. — 288 с.: ил. — С. 270
#Рубинштейн #личность
❤2🤔1