Гаврила взял пакет в «Магните»,
Теперь Гаврила «средний класс».

⚡️⚠️🛢🇸🇦#нефть #макро #warning #нефтяныевойны #саравия
ARAMCO: С.АРАВИЯ В АПРЕЛЕ - МАЕ СНИЗИТ ПЕРЕРАБОТКУ НА МЕСТНЫХ НПЗ ДЛЯ УВЕЛИЧЕНИЯ ЭКСПОРТА НЕФТИ НА ВНЕШНИЕ РЫНКИ

Совладелец ЛУКойла Федун: никто не ожидал, что после выхода России из сделки цена на нефть упадёт до $25, на встрече нефтяников с Путиным 5 марта речь о выходе не шла.
Ну то есть решение, которое обойдётся нам в триллионы рублей потерь, реально приняли Путин с Сечиным на двоих.

В ночь с воскресенья на понедельник, как и ожидалось, началась большая война за передел нефтяного рынка.

После отказа России от сделки с ОПЭК Саудовская Аравия объявила крупнейшую за последние 20 лет распродажу нефти, цена на которую уже обрушилась с 45 до 35 дол. за баррель.

К чему приведёт эта война между Саудовской Аравией, на стороне которой США, и российским нефтяным сектором?

Думаю, что в ближайший год нефтяные котировки опустятся до 15-летнего минимума. Путин делает ставку на золотовалютные резервы и терпение российского народа, поскольку впереди год или два серьёзного затягивания поясов.

У Саудовской Аравии тоже в запасе большие стратегические ресурсы, а также ЗВР в 500 млрд долларов. Но так ли терпелив их народ? Вот этого не знаю, будем смотреть. Но впереди нас ждут большие потрясения.

P.S. Не удивлюсь, что как только Путин поймёт, что проигрывает, хуситы в Йемене взорвут в Баб-эль-Мандебском проливе пару саудовских нефтяных танкеров или запустят пару крылатых ракет в сторону саудовских НПЗ ;)

⚡️⚡️⚡️ Ну что ж, друзья. Я очень прошу перечитать вот этот мой пост. Как только Путин поймет, что он проигрывает... и далее по тексту :)

Что и требовалось доказать.

«Мы задолбались уже возить эту туалетную бумагу», - дальнобойщики из Елабуги жалуются на невыносимые условия труда. Правда, они при этом признают, что перевозчикам гречки сейчас еще хуже.

А в Сыктывкаре и Ярославле производители туалетной бумаги переходят на круглосуточный режим работы – прямо как стратегические предприятия в условиях военного времени.

С днем подводного флота, товарищи!
Павел Бабушкин "Переход ДПЛ "Лада" через Атлантику" (2014)

На ДЭПЛ!
В шторм!!
Через Атлантику!!!
В надводном положении!!!!11

​​Немного о госпитальных судах типа Mercy ("Милосердие"), которые американцы мобилизовали для помощи своей системе здравоохранения в борьбе с коронавирусом. Корабли интересные. Исходно это два больших флотских танкера типа "Сан Клементе" 1974-76 гг постройки, в 1980-х перестроены в госпитальные суда. На сегодня единственные находящиеся в строю плавгоспитали ВМС США.

Корабли очень большие - 70 тысяч тонн, 272 метра длины, 32 ширины. Котлотурбинная одновальная классика. Номинальная вместимость мирного времени - 1000 коек, в военное может быть заметно увеличена. Обширные реанимационные возможности, в основном правда в области ожоговых, травматических, радиационных поражений, что логично - по факту это плавучие госпитали авианосных ударных соединений, с соответствующими вероятными воздействиями в случае войны - от пожаров, осколочных ранений, поражающих факторов ядерного взрыва.

Впрочем, оборудование там и так богатое, а специфические инфекционные вещи быстро разворачиваются уже силами наземной армейской/флотской медицины.

Флот эти суда давно критикует - в первую очередь за тихоходность (17,5 узлов не позволяют держать типовую для АУГ скорость 20+ узлов на быстром переходе) и избыточные размеры и экипаж, делающие их слишком дорогими для использования в зоне локальных конфликтов, но пока на замену ничего толком не предложено.

Но за коронавирусом гоняться скорость не нужна, а размеры как раз позволят и больных в количестве разместить, и изоляцию обеспечить.

Закрыто covid-19.
Плата за то, чтобы остановить пандемию.
Борьба за спасение жизней и экономики, вероятно, представит мучительный выбор.

Планета Земля выключается. В борьбе за контроль над covid-19 одна страна за другой требует, чтобы ее граждане избегали общества. По мере того, как это заставляет экономики шататься, отчаянные правительства пытаются влиять на компании и потребителей, раздавая триллионы долларов в виде помощи и гарантий по кредитам. Никто не может быть уверен, насколько хорошо будут работать эти спасатели.

Но всё хуже. Тревожные новые результаты показывают, что остановка пандемии может потребовать многократных заморозок. И все же теперь также ясно, что такая стратегия обрекает мировую экономику на серьезный - возможно, невыносимый - вред. Впереди очень трудный выбор.

Уже через 12 недель после первых сообщений о людях, загадочно заболевших в Ухане, в центральном Китае, мир начинает осознавать истинные человеческие и экономические потери пандемии. По состоянию на 18 марта sars - cov -2, вирус, вызванный covid-19, зарегистрировал 134 000 инфекций за пределами Китая в 155 странах и территориях. Всего за семь дней это увеличение почти на 90 000 случаев в 43 странах и территориях. Считается, что реальное число случаев по крайней мере на порядок больше.

Напуганные, правительства спешат ввести контроль, который был бы невообразим несколько недель назад. Множество стран, в том числе многие в Африке и Латинской Америке, запретили путешественникам посещать места, где распространен вирус. Таймс-сквер пустынна, в лондонском Сити темно, а во Франции, Италии и Испании кафе, бары и рестораны заперли свои двери. Везде пустые стадионы перекликаются с отсутствующими толпами.

Стало ясно, что экономика переживает гораздо худшие последствия, чем ожидали аналитики. Данные за январь и февраль показывают, что объем промышленного производства в Китае, который, по прогнозам должен был упасть на 3% по сравнению с годом ранее, снизился на 13,5%. Розничные продажи оказались не на 4% ниже, а на 20,5%. Инвестиции в основной капитал, который измеряет расходы на такие вещи, как машины и инфраструктура, сократились на 24%, что в шесть раз больше, чем прогнозировалось. Это заставило экономических прогнозистов всего мира поспешно пересмотреть свои прогнозы. Столкнувшись с самым жестоким спадом в живой памяти, правительства разрабатывают спасательные пакеты в масштабах, превышающих даже финансовый кризис 2007-2009 годов.

Это фон для фундаментального выбора о том, как управлять болезнью. Используя эпидемиологическую модель, группа из Имперского колледжа в Лондоне на этой неделе создала основу, чтобы помочь политикам подумать о том, что ждет впереди. Это мрачно.

Одним из подходов является смягчение, «выравнивание кривой», чтобы сделать пандемию менее интенсивной, скажем, путем изоляции случаев и изолирования зараженных домохозяйств. Другой заключается в том, чтобы подавить его с помощью более широкого спектра мер, включая закрытие всех, кроме тех, кто не может работать из дома, и закрытие школ и университетов. Смягчение последствий сдерживает пандемию, а подавление направлено на то, чтобы остановить ее.

Разработчики моделей обнаружили, что, если вирус останется распространяться, он приведет к гибели около 2,2 млн. В Америке и 500 тыс. В Великобритании к концу лета. Они пришли к выводу, что в странах с развитой экономикой три месяца сглаживания кривой, включая двухнедельный карантин зараженных домохозяйств, в лучшем случае предотвратят только около половины из них. Более того, пиковый спрос на интенсивную терапию все равно будет в восемь раз превышать возможности Британской национальной службы здравоохранения, что приведет к еще большему числу смертей, которые модель не пыталась вычислить. Если бы такая схема сохранилась в других частях Европы, даже ее системы здравоохранения с лучшими ресурсами, в том числе и в Германии, были бы перегружены.

Неудивительно, что правительства выбирают более строгие меры контроля, необходимые для подавления пандемии. Подавление имеет то преимущество, что оно работает в Китае. 18 марта Италия добавила 4 207 новых случаев, тогда как Ухань не насчитал ни одного. В Китае зарегистрировано чуть более 80 000 случаев при населении в 1,4 миллиарда человек. Для сравнения, Имперская группа подсчитала, что оставленный сам вирус заразит более 80% населения Британии и Америки.

Поддерживая относительно низкий уровень заражения, многие люди становятся восприимчивыми к вирусу. И так как covid-19 сейчас так широко распространен в странах и по всему миру, Имперская модель предполагает, что эпидемии вернутся в течение нескольких недель после снятия ограничений. Чтобы избежать этого, страны должны подавлять болезнь каждый раз, когда она всплывает на поверхность, тратя, по крайней мере, половину своего времени на локализацию. Этот цикл включения-выключения должен повторяться до тех пор, пока болезнь не пройдет через население или не появится вакцина, которая может появиться через несколько месяцев, если она вообще сработает.

Это всего лишь модель, а модели - это просто догадки, основанные на лучших доказательствах. Отсюда важность наблюдения за Китаем, чтобы увидеть, может ли жизнь там вернуться к нормальной жизни, если болезнь снова не разразится. Надежда состоит в том, что группы эпидемиологов могут проводить массовые тесты, чтобы заблаговременно выявлять новые случаи, отслеживать их контакты и изолировать их, не переворачивая общество. Возможно, им помогут новые лекарства, такие как японское противовирусное соединение, которое Китай на этой неделе сказал многообещающим.

Но это всего лишь надежда, а надежда - это не политика. Горькая правда в том, что смягчение последствий стоит слишком много жизней, а подавление может быть экономически неустойчивым. После нескольких итераций правительства могут оказаться не в состоянии привлечь бизнес и потребителей. Обычные люди могут не терпеть потрясений. Стоимость повторной изоляции, измеряемая психическим благополучием и долгосрочным здоровьем остальной части населения, может не оправдать это.

В реальном мире между двумя стратегиями есть компромиссы, хотя правительства могут сделать обе стратегии более эффективными. Южная Корея, Китай и Италия показали, что это начинается с массовых испытаний. Чем яснее вы сможете определить, у кого заболевание, тем меньше вы должны зависеть от неизбирательных ограничений. Тесты на антитела к вирусу, определяющие, кто был заражен и выздоровел, необходимы для дополнения сегодняшних, которые действительны только до и во время болезни. Это позволит иммунным людям заниматься своими делами, зная, что они не могут быть источником дальнейших инфекций.

Вторая линия атаки заключается в использовании технологий для управления карантином и социальным дистанцированием. Китай использует приложения, чтобы удостовериться, кто не болен, а кто нет. И он, и Южная Корея используют большие данные и социальные сети для отслеживания инфекций, оповещения людей о горячих точках и поиска контактов. Южная Корея изменила закон, чтобы позволить государству получать доступ к медицинским картам и делиться ими без ордера. В нормальные времена многие демократии могут посчитать это слишком навязчивым. Время не нормальное.

Наконец, правительства должны инвестировать в здравоохранение, даже если их усилия приносят месяцы, чтобы принести плоды, и, возможно, никогда не понадобятся. Они должны увеличить импульсную интенсивность интенсивной терапии. В таких странах, как Великобритания и Америка, отчаянно не хватает коек, специалистов и вентиляторов. Они должны определить лучшие протоколы лечения, разработать вакцины и испытать новые терапевтические препараты. Все это сделало бы смягчение последствий менее смертоносным, а подавление - более дешевым.

Не поддавайся иллюзиям. Такие меры могут еще не помешать пандемии привести к значительным потерям. Сегодня правительства, похоже, привержены подавлению любой ценой. Но если болезнь не победить быстро, они будут направлены на смягчение, даже если это приведет к еще большему числу смертей. Понятно, что сейчас, когда это не является компромиссом, любое правительство готово обдумать это. У них скоро может не быть выбора. ■