В спорах о взыскании задолженности за выполненные строительные работы недостаточно установления факта одностороннего оформления актов КС-2 и КС-3, если ответчик обоснованно ссылается на неисполнение истцом договорных обязательств, препятствующих окончательной приемке результатов работ.

Суд обязан всесторонне проверить наличие у сторон взаимосвязанных обязанностей, включая передачу исполнительной документации, получение справок от эксплуатирующих организаций и устранение замечаний, даже если такие действия требуют совместного участия сторон.

Уклонение одной стороны от выполнения своих процессуальных или организационных действий не освобождает другую сторону от доказывания полноты и надлежащего исполнения всех условий договора.

Кроме того, при наличии в договоре прямого условия о неустойке за просрочку платежей применение процентов за пользование чужими денежными средствами является неправомерным, поскольку закон исключает их одновременное взыскание.

Судебные инстанции обязаны учитывать содержание договора в полном объеме, а не ограничиваться формальной проверкой факта невыплаты.

Выводы о правомерности требований должны быть основаны на полном и взаимосвязанном анализе всех существенных условий обязательства, а не только на отсутствии мотивированного отказа в приемке.

В делах, связанных с расторжением договоров выкупного лизинга и расчетом сальдо встречных обязательств, лизингодатель, реализующий предмет лизинга без проведения открытых торгов, несет бремя доказывания разумности и добросовестности своих действий, включая обоснованность цены продажи и прозрачность процедуры.

Существенное расхождение между рыночной стоимостью имущества и фактической ценой реализации требует от суда тщательной проверки мотивов и условий сделки, особенно при продаже аффилированным лицам или без предварительного согласования с лизингополучателем.

В таких случаях отказ от назначения судебной оценочной экспертизы при наличии ходатайства и готовности истца её оплатить может свидетельствовать о неполном установлении фактических обстоятельств дела.

Кроме того, включение в сальдо высокой неустойки (в частности, превышающей ключевую ставку Банка России в несколько раз) требует особого внимания со стороны суда, особенно если условия неустойки были односторонне определены лизингодателем как экономически сильной стороной.

При этом необходимо учитывать положения о снижении неустойки и правовую позицию о недопустимости извлечения выгоды из собственного незаконного поведения.

Начисление неустойки вперед основного долга и включение неподтвержденных расходов могут нарушать принцип соразмерности ответственности и приводить к чрезмерному обогащению лизингодателя.

В делах о банкротстве при оценке обоснованности требований кредиторов, особенно в случаях возможной фактической аффилированности, судам необходимо не ограничиваться формальным установлением реальности сделок и отсутствием юридической аффилированности, но также анализировать экономическую целесообразность и поведение сторон в контексте финансового состояния должника.

Продолжительное воздержание кредитора от предъявления требований о взыскании задолженности, предоставление авансов без обеспечения исполнения обязательств и отсутствие типичных для добросовестных коммерческих отношений мер по защите своих интересов могут свидетельствовать о нетипичном поведении, характерном для аффилированных лиц.

При этом, даже если требование признано обоснованным по своей сути, суд обязан отдельно исследовать обстоятельства, влияющие на очередность его удовлетворения — в частности, имел ли место имущественный кризис у должника на момент возникновения обязательств и проявляло ли поведение кредитора признаки скрытого финансирования или субсидирования.

Непроведение такой оценки влечёт неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, и требует пересмотра судебного акта в части определения очередности требования.

В случаях, когда хозяйствующий субъект не имеет прямого выхода на железнодорожные пути общего пользования и для обеспечения подачи/уборки вагонов вынужден осуществлять транзитный проезд по железнодорожному пути необщего пользования, принадлежащему другому лицу, возникает необходимость в заключении договора, регулирующего данный проезд.

Отказ владельца пути от заключения такого договора при отсутствии технических, технологических или иных обоснованных препятствий может свидетельствовать о недобросовестном поведении, особенно если контрагент фактически лишен альтернативного доступа к инфраструктуре и зависит от волеизъявления владельца пути.

Суды обязаны устанавливать наличие или отсутствие объективных препятствий для пропуска вагонов, а также оценивать, является ли требуемый проезд необходимым для реализации права собственности и хозяйственной деятельности истца.

При этом обязанность заключить договор может вытекать не только из прямого указания закона, но и из необходимости обеспечения баланса интересов сторон, предсказуемости гражданского оборота и принципа добросовестности.

Если владелец пути не предоставляет мотивированного отказа и игнорирует проект договора, суд вправе признать его действия препятствием для осуществления законной деятельности и понудить к заключению договора на разумных условиях.

В делах о взыскании неосновательного обогащения, связанного с безвозмездным пользованием чужим земельным участком, суды должны исходить из презумпции осведомлённости лица, фактически использующего участок, о необходимости внесения платы за такое пользование.

Проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат начислению с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения, что в случае землепользования предполагается с даты возникновения фактического владения, особенно при наличии у ответчика прав на расположенные на участке объекты недвижимости.

При этом досудебная претензия не является обязательным условием для начала течения процентов в рамках неосновательного обогащения, если иное не установлено законом или договором.

Отказ во взыскании процентов за период до формального получения претензии, при наличии объективных оснований полагать, что должник осведомлён о своей обязанности, противоречит принципу восстановления имущественного положения потерпевшего.

В делах о взыскании страхового возмещения по договору имущественного страхования выводы судов о размере подлежащей выплате суммы должны основываться на точной квалификации характера повреждения застрахованного имущества — полной гибели или частичного повреждения — поскольку от этого зависит применяемый порядок расчёта возмещения, включая возможность вычета стоимости годных остатков.

Такой вычет допустим только при установленном факте полной гибели, что требует чёткого определения самого объекта страхования и подтверждения утраты им функциональных характеристик в полном объёме.

Суды не вправе делать выводы о полной гибели имущества без установления конкретного состава застрахованных объектов и без надлежащей оценки условий договора страхования, включая его приложения.

При отсутствии в материалах дела ключевых документов (например, перечня застрахованного имущества) или ссылок на несуществующие положения договора, судебные акты признаются незаконными и подлежат отмене.

В делах, связанных с договорами купли-продажи (поставки), предусматривающими предварительную оплату товара, взыскание оставшейся части платежа возможно лишь при условии надлежащего исполнения продавцом своего встречного обязательства — передачи товара или хотя бы готовности к такой передаче в установленный договором срок.

Если товар не поставлен, а уведомление о его готовности направлено с нарушением сроков, согласованных сторонами, и не подтверждено документально, требование о принудительном взыскании второй части оплаты противоречит принципу равноценности встречных предоставлений.

Сторона, не исполнившая или не предложившая исполнение своего обязательства, не вправе требовать встречного исполнения и не может быть признана потерпевшей от просрочки контрагента.

В таких обстоятельствах суды обязаны учитывать баланс интересов сторон и отказывать в удовлетворении иска о взыскании оплаты за непоставленный товар, особенно если договором прямо предусмотрена возможность возврата аванса при отказе покупателя от доплаты.

В делах о взыскании задолженности по агентским договорам судам необходимо всесторонне исследовать все представленные доказательства, включая подписанные акты-отчёты, акты сверки, переписку по электронной почте с приложениями, а также иные документы, подтверждающие факт оказания услуг и признание обязательств контрагентом.

Отсутствие у истца оригиналов первичных документов не может само по себе служить основанием для отказа в иске, если иные доказательства в совокупности подтверждают наличие задолженности и исполнение условий договора.

При оценке доказательств суд обязан руководствоваться принципами относимости, допустимости и достоверности, а также учитывать, что подписание актов-отчётов принципалом в рамках агентского договора, как правило, свидетельствует о признании оказания услуг и отсутствии претензий.

В случаях, когда договор поставки расторгнут по соглашению сторон с определением конкретной даты прекращения обязательств, неустойка (включая штрафы и пени) за неисполнение обязательств по поставке подлежит начислению исключительно до даты такого расторжения.

Начисление процентов за пользование чужими денежными средствами по предоплате, в свою очередь, возможно лишь с момента расторжения договора и до фактического возврата средств.

Судам необходимо учитывать условия дополнительных соглашений о расторжении или прекращении обязательств, поскольку они напрямую влияют на период и размер ответственности должника.

Кроме того, при рассмотрении требований о взыскании финансовых санкций суд обязан самостоятельно применять режим моратория, если обязательства возникли в период его действия, независимо от того, заявлял ли об этом должник.

В период действия моратория начисление неустоек, штрафов, пеней и процентов приостанавливается в отношении всех должников, на которых распространяется его действие, что является безусловным основанием для пересмотра размера взыскиваемой ответственности.

В делах о взыскании разницы между размером страхового возмещения по ОСАГО и фактическим ущербом, причинённым в результате ДТП, судам необходимо учитывать, что положения Закона об ОСАГО и методика Банка России не ограничивают право потерпевшего на полное возмещение вреда за счёт причинителя вреда, если страховая выплата оказалась недостаточной.

Причинитель вреда, застраховавший свою ответственность, обязан возместить разницу между страховым возмещением и реальным размером ущерба, при условии, что последний подтверждён надлежащими доказательствами.

При этом суды обязаны всесторонне исследовать все представленные доказательства, включая экспертные заключения и данные о фактическом ремонте, а также мотивированно оценить доводы сторон и обосновать выводы о наличии или отсутствии убытков и их размере.

В делах о расторжении государственных контрактов на выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) взыскание неосновательного обогащения возможно в полном объеме авансового платежа, если исполнитель не завершил все этапы работ, предусмотренные контрактом, и не представил результат, имеющий самостоятельную потребительскую ценность для заказчика.

Наличие промежуточных результатов (например, выполнение первых этапов НИОКР) не исключает обязанности вернуть аванс, если конечная цель контракта — создание конкретного продукта или технологии — не достигнута, а обязательства по итоговому этапу не исполнены в установленный срок.

Судебная коллегия подчеркивает, что при наличии в контракте четкого обязательства исполнителя передать конечный результат (например, лекарственный препарат), стороны тем самым изменяют общее правило о распределении рисков и возлагают на исполнителя риск недостижения результата.

В таких случаях ненадлежащее исполнение обязательств, включая длительную просрочку и отсутствие документального подтверждения готовности к сдаче работ, служит основанием для признания всей полученной суммы неосновательным обогащением и ее возврата заказчику.

В делах о взыскании гарантийных обязательств по договорам подряда, особенно в сфере реставрации объектов культурного наследия, подрядчик несет презумпцию ответственности за выявленные в пределах гарантийного срока недостатки, если не докажет, что они возникли вследствие нормального износа, неправильной эксплуатации или действий третьих лиц.

Суды не вправе отказывать в удовлетворении иска на основании якобы имевшего место встречного неисполнения со стороны заказчика без установления прямой причинно-следственной связи между таким поведением и невозможностью исполнения подрядчиком своих обязательств, а также без проверки наличия у подрядчика реальных препятствий, включая попытки получения необходимых разрешений и выполнения подготовительных действий.

Избрание заказчиком требования о безвозмездном устранении дефектов является надлежащим способом защиты права.

При этом ссылка судов на «ненадлежащий способ защиты» без указания альтернативного и без оценки всех представленных доказательств в совокупности противоречит принципам процессуального и материального права.

В подобных спорах необходимо всесторонне исследовать, предпринимал ли подрядчик добросовестные усилия по исполнению гарантийных обязательств, и не допускать фактического освобождения его от ответственности без установленных законом оснований.

В делах о взыскании задолженности по договору поставки судам необходимо всесторонне исследовать заявления ответчика о зачете встречных однородных требований, в том числе основанных на неустойках за нарушение сроков поставки, даже если такие требования оспариваются истцом.

Зачет возможен при наличии встречного однородного обязательства, независимо от наличия спора о его размере или обоснованности, а одностороннее заявление о зачете подлежит проверке судом на соответствие закону и условиям договора.

Отказ судов первой и апелляционной инстанций от оценки доводов и доказательств, представленных в обоснование заявления о зачете, без мотивированного вывода о наличии или отсутствии условий для его применения препятствует полному и объективному разрешению спора.

В делах о взыскании задолженности по договорам возмездного оказания услуг (включая строительный подряд и смежные отношения), судам необходимо всесторонне выяснять и мотивированно оценивать обстоятельства, связанные с фактическим объемом и стоимостью выполненных работ, качеством их исполнения, а также соблюдением заказчиком установленного договором и законом порядка предъявления претензий и уведомления исполнителя о выявленных недостатках.

Особое значение имеет исследование доказательств, подтверждающих право заказчика на привлечение третьих лиц к устранению недостатков — такое право должно быть прямо предусмотрено договором или возникнуть вследствие законного расторжения договора; в противном случае риск непринятия результата работ лежит на заказчике.

Отказ в удовлетворении иска без установления конкретного объема и стоимости фактически оказанных услуг, без анализа актов приемки, без проверки законности и обоснованности привлечения иных подрядчиков и без оценки соответствия действий заказчика нормам закона не может считаться обоснованным.

Судебные акты должны содержать исчерпывающую мотивировку по всем существенным для дела обстоятельствам, включая анализ доводов сторон и оценку всех представленных доказательств в их совокупности и взаимной связи.

В делах о банкротстве при оспаривании сделок, в том числе соглашений о зачёте встречных требований, судам необходимо тщательно проверять не только формальное соответствие условий сделки требованиям закона, но и экономическую суть таких операций.

Особое внимание следует уделять обстоятельствам, свидетельствующим о возможной неплатежеспособности должника на дату совершения сделки, включая наличие неисполненных обязательств, взысканных впоследствии через суд и включённых в реестр требований кредиторов.

Совершение сделок с аффилированными лицами, особенно в период, близкий к возбуждению дела о банкротстве, требует дополнительной проверки на предмет злоупотребления правом, вывода активов из конкурсной массы и нарушения очередности удовлетворения требований кредиторов.

Кроме того, при оценке «обычной хозяйственной деятельности» недостаточно констатировать, что сделка формально относится к профилю деятельности должника. Необходимо установить, имела ли должник практику совершения аналогичных сделок с независимыми контрагентами при сопоставимых условиях.

Передача имущества или имущественных прав третьим лицам по отступному с дисконтом, особенно если обязательства по таким сделкам уже просрочены, а встречное исполнение (например, оплата по ДДУ) не было фактически произведено, может свидетельствовать о попытке искусственного погашения задолженности и нарушении интересов конкурсной массы.