История Средневекового Еревана.

Ованнес Шаххатунянц является одним из немногочисленных армянских историков, которые осветили историю Еревана. По его данным Ереван являлся частью исторической области Котайк. В прежние времена Ереван не имел столь значимого статуса, как начиная с 15 века. Однако, со ссылкой на Католикоса Иоанна VI Ованес утверждает, что Ереван раньше считался столичным городом Котайка.
У Ованнеса приводятся известные предания про основание Еревана. Например, про то, что город был основан одним из царей с именем Ерванд и назывался раньше Ервандашат. Однако, потом он сам говорит, что это ошибочно, так как Ервандашат находился у слияния Ахуряна и Аракса.
Далее он говорит про его основание Ноем и про этимологию от слова еревац/ереван.
По данным Ованнеса Ереван оставался управляемым армянами вплодь до 15 века. С 15 века началось правление предков азербайджанских тюрок в лице племён Гарагоюнлу и Аггоюнлу. Однако, тут уже начинаются хронологические и родовые ошибки, что связано с нехватком материала у автора. Так как по его данным Якуб Аггоюнлу Падишах правил до своего Отца Узун Гасана и им руководил Джаханшах из союза Гарагоюнлу. Однако, на деле всё было совсем по-другому. Изначально правили Гарагоюнлу и задолго до Джаханшаха, а племена Аггоюнлу были их подчиненными. И уже потом стали править последние. Первым из них начал правление Узун Гасан, и лишь после него Якуб Падишах. Причём ошибка заключается и в том, что там почему-то упомянуто 2 разных Гасана. И один из них назван "внуком Баяндура". Баяндур является названием правящего племени в Аггоюнлу, а не личным именем одного из правителей.
Но можно констатировать одно: полноценное правление тюрок в регионе и вправду началось в 15 веке. И первой династией стала Гарагоюнлу. Именно при них Ереван приобрёл столичный статус. Различия лишь в том, что правление на деле началось в начале 15 века и в Армении был поставлен наместник в лице Эмира Саадлу.* Правда, стоит добавить, что по другим данным статус города стал повышаться ещё в эпоху Хулагуидов.
Помимо этого, стоит уточнить, что в Армении продолжали править местные армянские династии. Конкретно в Ереване династия Орбелянов. Т.е. сохранился автономный статус.
Ну и далее перечисляются правления персов²*, османов и до русского господства в регионе.
Труд Ованнеса уникален в своём роде, посему он достоин внимания со стороны интересующихся историей.

*Главарь племени саадлу. В честь этого племени был придуман топоним Чухур-Саад.
²*Так армяне называли Сефевидов, Афшаридов и Каджаридов.
#Армения #армяне #Ереван #ИсторияАрмении #история_азербайджанцев #Аггоюнлу #Гарагоюнлу

В Ереван привезли партию азербайджанцев, которых почему то называют представителями гражданского общества (vətəndaş cəmiyyətlərinin nümayəndələri).

Русиф Гусейнов (Топчубашов) и Фархад Мамедов - политические эксперты, образованные и начитанные пропагандисты режима, призванные вольно и осторожно интерпретировать и раскрывать скобки сказанных азербайджанским руководством фраз.
Рамиль Искендеров-(ли) председатель правления Национального форума НПО Азербайджана, которая сама по себе является карманной правительственной организацией. Мне приходилось читать документы (счета-фактуры и накладные) как международное мероприятие для одного из НПО полностью оплачивалось администрацией президента Азербайджана. Этого Рамиля содержат в целях быстрого реагирования. Если где то в мире какой то политик, парламент или другой орган высказывает или принимает решения которые не нравятся азербайджанскому правительству, Рамиль оперативно катает туда открытое письмо от имени лидера всех азербайджанских НПО, причем используя один и тот же шаблонный текст.
Диляра Эфендиева руководитель центра "Женщина: мир и безопасность" при так называемом обществе защиты прав женщин Азербайджана. Активная участница блокирования дороги Горис-Степанакерт у карин-такского перекрестка. При этом еще артистично делала вид, что это проходит без ведома правительства. Её привоз в Ереван чистая издевка над армянами.
Кямаля Мамедова главный редактор пропагандистского сайта "1newsaz". В дополнение к этому нечего и добавить.

Ни один из всех в реальности не представляет азербайджанское гражданское общество, но так как других vətəndaş-ей у Алиева нет, посылают тех кто по долгу службы должен это делать и кто за это зарплату получает.
Никакого гражданского общества в Азербайджане - нет, а последние представители этого общества посажены в тюрьмы и часть из них не вылезает с карцеров. Это прекрасно знает и принимающая сторона сидящая с ними за одним столом.

На улице Алабяна 34 А в Ереване сегодня открылась выставка армянских художников, преимущественно из Арцаха. Основу выставки составляют картины художника с необычной судьбой Дикена, но есть и два рисунка Параджанова. Приходите, выставка, кажется, будет постоянной. Организатор Тигран Шах

​​Экс-президент Европейского совета Шарль Мишель - по совместительству бывший личный представитель президента Азербайджана в Брюсселе - приехал с визитом в Баку и дает интервью местным СМИ.

Зачем приехал – непонятно. Может за новыми поручениями, а может за новыми гонорарами, если старые уже выплатили.

Теперь еврей раевский хвалит нациста ататюрка. Бывает.

бозы тха

В начале 80х этот парень, отслужив в армии, вернулся в родной Баку, женился, стал строить дом в одном из бакинских поселков с армянским населением. Достроил к началу карабахских событий. Хороший, добротный дом, в котором и его правнуки могли жить. Начались погромы. Молодые супруги обменяли свой дом с азербайджанцем из Армении. Знаете, в каком городе? В Спитаке, за несколько месяцев до землетрясения. Потеряв и этот дом, решили вернуться в Карабах, на родину родителей. К 91 году снова построили дом в Мартакерте. Началась война, торки взяли в 92м Мартакерт. Они переехали в Шуши и тут пустили корни, построили небольшой бизнес. После потери Шуши переехали в Степанакерт, взяли в аренду маленькую будку, в которой жена пекла женгялав ац, а муж продавал. Он и рассказал мне в 2021 году эту историю, пока я ждала, чтобы его жена испекла для меня женгялав ац. Седой совсем мужчина, но бодрый. Улыбался, когда рассказывал, и все повторял: "Слава Богу, зато мы живы, дети и внуки тоже живы. Нам грех жаловаться. Слава Богу"
Теперь они в пятый раз беженцы, уже из Степанакерта. Не знаю даже, где они сейчас, но уверена, что Армению не покинули, ведь они могли уехать на чужбину ещё 35 лет назад, но не сделали это. Такая вот судьба человека.

27 октября 1999 года — одна из самых чёрных страниц в истории современной Армении.

В этот день вооружённая группа во главе с Наиром Унаняном ворвалась в зал заседаний Национального собрания и открыла прицельный огонь по депутатам и членам правительства. Погибли ключевые бесценные государственные деятели: премьер-министр Вазген Саргсян и председатель парламента Карен Демирчян, а также вице-спикеры, министры и ряд депутатов. Страна потеряла своих лидеров в один кровавый миг — людей, которые только начинали строить государство после развала советского союза.

Вазген Саргсян говорил: «Эта страна — не та, которую можно любить словами. Это страна всеобщей любви, столица которой начинается прямо с окопа». Эти слова обретают особую силу, когда вспоминаешь о тех, кто отдал жизнь, защищая свой народ и государство.

Карен Демирчян когда-то сказал: «Мне жаль мой народ. Его всегда обманывали, как наивного ребёнка. Я не стану обманывать свой народ, и если за время моей жизни я смогу поднять уровень своей нации, я сочту свою миссию выполненной». Сегодня мы видим, насколько велик был его замысел и как трагично оборвалась его миссия.

Это было не просто нападение на здание власти. Это был удар по самой ткани общества — по чувству безопасности, по вере в нормальный политический процесс, по будущему, которое эти люди пытались создать. Тот теракт оставил глубокую травму: общественное доверие подорвало, политическая система пережила шок, а каждая годовщина напоминает о неизбывной боли утраты.

Нужно называть вещи своими именами: это был акт террора против республики и её институтов. И помнить — не для того, чтобы сеять ненависть, а чтобы извлечь уроки. Жизненно важно, чтобы травма не привела к разложению институций и не стала поводом для радикальных и непродуманных решений в будущем.

Память о погибших — моральный ориентир. Мы обязаны хоронить не только людей, но и ошибки: закрытость, безответственность, слабую систему защиты демократических норм. Работа над страной — это ежедневная, кропотливая и честная работа: укрепление институтов, ответственность власти, образование и подготовка граждан, прозрачность и верховенство закона.

Сегодня, вспоминая тех, кто отдал жизнь, мы должны сказать простые, но тяжёлые слова: их гибель не должна быть напрасной. Пусть это будет стимулом для созидания. Только через упорный труд, зрелую политику и уважение к человеческой жизни мы сможем построить страну, достойную их памяти.

Вот еще один «паникер».
Вместо того чтобы радоваться достижениям мирной повестки, казахстанскому зерну, приезду гражданского общества Азербайджана в Ереван, дороге Трампа и автомаршруту Алыджан-Лачин через Горис, на какой-то Хуступ лезет проезжая через параллельно расположенные азербайджанские боевые позиции.

«На внедорожниках чтобы подняться на вершину Хуступа, нужно было обойти гору, поэтому ночью, в 3 часа, мы выехали из центра Капана в сторону села Чакатен. Едва выехав из города, проехали мимо вражеского поста, который находился всего в 128 метрах. Да, они просто выдвинули позиции вперёд и взяли под контроль дорогу.
Затем мы проехали мимо ещё одного азербайджанского поста — он находился в 618 метрах, и мы находились под их наблюдением. Следующий был в 451 метре, другой — в 349. Так мы прошли село Чакатен и направились к Шикахоху.

Вражеский пост там был на расстоянии 671 метра, даже ночью был виден освещённый флаг противника. Пройдя Шикахох, мы добрались до Срашена, и тут началось самое абсурдное...
Рядом находится Неркин Ханд, который с трёх сторон окружён вражескими позициями. В некоторых местах позиции выдвинуты вперёд почти на 4,5 километра, а кое-где находятся всего в 600 метрах от домов.
Под наблюдением противника мы прошли также Неркин Ханд, Цав и добрались до Шишкерта, откуда по грунтовой дороге поднялись к установленному неподалёку от вершины Хуступа бюсту Нжде.
Мы поднялись на вершину, увидели рассвет, но в голове крутилась одна мысль — ведь утром нам снова придётся возвращаться тем же путём...

Что сказать — благополучно вернулись в Капан. Но если ночью, при плохой видимости, мы хотя бы не осознавали, насколько продвинулся враг, то утром убедились: десятки постов и населённых пунктов буквально лишены нейтральной зоны.
Не знаю, как описать свои ощущения, какими словами передать то чувство, когда всего в 150 метрах видишь вражеские флаги... Если когда-нибудь наберётесь смелости и приедете в Сюник, пожалуйста — пройдите лично этим маршрутом. Наверное, только тогда вы по-настоящему поймёте, что происходит и что ещё может произойти...

Я вовсе не сею панику, просто напоминаю:
это — реальность,
я показываю расположение вражеских позиций,
и анализирую, на что способен противник.

Когда вы ходите на концерты, пивные и винные фестивали — на мгновение просто вспомните, что чувствуют дети этих сёл... Хотя, где Капан и где Ереван…. 300 километров.»