Forwarded from ЯМАЛенькая туриндустрия
Ура! Арктика обзавелась персональными знаками и указателями. Над работой кропела творческая студия имени самого матерящегося дизайнера всея Руси Артемия Лебедева. Дабы сделать пребывание в суровом регионе комфортным и безопасным была разработана целая система знаков, надеюсь, её активно возьмет на вооружение и 89 регион. Тут и белые медведи, и ТРЭКОЛ, и ошалелые туристы... Но больше всего меня посмешил знак Сильный мороз (здесь для “своих” Тёма оставил пасхалку). Ну уж оочень он любит Арктику и слово из трёх букв😅
Forwarded from Roskomsvoboda
РосКомСвобода через суд требует установить мораторий на использование систем распознавания лиц
Мы подали иск к МВД и ДИТ Москвы с требованием остановить работу систем распознавания лиц в Москве до принятия всех необходимых правовых гарантий от злоупотреблений:
➡️ https://roskomsvoboda.org/63934
❓С чего всё началось?
Мы провели расследование чёрного рынка данных, чтобы узнать, как обстоят дела с утечками данных россиян с камер видеонаблюдения.
Выяснилось, что доступ к камерам может передаваться третьим лицам по прямой ссылке, а найти конкретного человека по данным с этих камер можно за 15 тысяч рублей.
❗️Запросы в ДИТ
После этого мы направили официальные запросы в ДИТ и МВД с требованием разъяснить ряд моментов, например, предоставляет ли ЕЦХД (Единый центр хранения данных) доступ для неавторизованных пользователей, а если да, для каких лиц и целей предназначена эта функция.
Из ответа ДИТ сложилось впечатление, что московские чиновники формально подходят к разъяснению своих действий, а многие ответы на наши вопросы и вовсе не содержат в себе конкретики.
❗️Теперь мы подали в суд иск к МВД и ДИТ, поскольку считаем, что в нынешнем виде система распознавания лиц – это серьезное нарушение права на неприкосновенность частной жизни, а власти Москвы не гарантируют защищенность персональных данных от утечек.
👁 Напоминаем, что на сайте нашей кампании против распознавания лиц вы можете подписать петицию против использования этой технологии в системе городского видеонаблюдения.
Мы подали иск к МВД и ДИТ Москвы с требованием остановить работу систем распознавания лиц в Москве до принятия всех необходимых правовых гарантий от злоупотреблений:
➡️ https://roskomsvoboda.org/63934
❓С чего всё началось?
Мы провели расследование чёрного рынка данных, чтобы узнать, как обстоят дела с утечками данных россиян с камер видеонаблюдения.
Выяснилось, что доступ к камерам может передаваться третьим лицам по прямой ссылке, а найти конкретного человека по данным с этих камер можно за 15 тысяч рублей.
❗️Запросы в ДИТ
После этого мы направили официальные запросы в ДИТ и МВД с требованием разъяснить ряд моментов, например, предоставляет ли ЕЦХД (Единый центр хранения данных) доступ для неавторизованных пользователей, а если да, для каких лиц и целей предназначена эта функция.
Из ответа ДИТ сложилось впечатление, что московские чиновники формально подходят к разъяснению своих действий, а многие ответы на наши вопросы и вовсе не содержат в себе конкретики.
❗️Теперь мы подали в суд иск к МВД и ДИТ, поскольку считаем, что в нынешнем виде система распознавания лиц – это серьезное нарушение права на неприкосновенность частной жизни, а власти Москвы не гарантируют защищенность персональных данных от утечек.
👁 Напоминаем, что на сайте нашей кампании против распознавания лиц вы можете подписать петицию против использования этой технологии в системе городского видеонаблюдения.
Роскомсвобода
РосКомСвобода через суд требует установить мораторий на использование систем распознавания лиц
Наш волонтер Анна Кузнецова, обнаружившая в даркнете свои «слитые» с московских камер биометрические данные, подала иск к Департаменту информационных технологий (ДИТ) Москвы и столичному МВД, требуя прекратить использование уличной системы распознавания лиц…
Сейчас почему-то вспомнила, как родители запретили мне поехать в Летнюю Химическую Школу, собственно, аналог ЛКШ. Им не понравилась организация, и поэтому они решили, что я не поеду, хотя вместе со мной могли поехать победители всероссов по химии, с которыми мы очень крепко дружили, и вообще собирался там химический цвет всей Москвы как минимум.
Это, наверно, обида, которая никогда не утихнет. Прохождение отбора на ЛХШ было моей первой победой, я никогда не училась в специализированных гимназиях, но помню, что перед отбором, наверно, пахала тяжелее, чем в хакатоны. И тут такое.
Сейчас я думаю о том, что надо было просто сбежать из дома, тем более, было бы куда, потому что такие шансы упускать нельзя. А от родителей я все равно в итоге уехала, только на полгода позже.
Тогда, возможно, казалось, что шансы ещё будут, но сейчас понимаю, что тогда могло решиться вообще почти все. Возможно, я тогда уже и похоронила сама свою карьеру учёного, потому что мне не хватило немного упорства, чтобы взять свое.
Мне казалось, что родители совсем меня затравят, если я такое сделаю, но я не осознавала, что во мне тоже есть сила. Что не только они в позиции сильного, но и я могу отстаивать свои права, в том числе и радикальными способами.
Иногда мне кажется, что эта модель семьи в принципе масштабируется на всю страну, и мы все такие запуганные дети, которые знают, как надо, но им не хватает сил сбежать от безумных узурпаторов.
И сейчас, к примеру, родители тоже не хотят, чтобы я ехала на Ямал. Но сейчас хватает вежливого "да-да, я учту ваше мнение". Захочу – поеду, захочу – нет. Это моя жизнь, страсть, и будет моё желание, я и на Южный полюс полечу.
А помнить я буду все ещё про то, как не поехала в ЛХШ. Потому что послушала тех, кто умеет только держать в страхе, и не способен на переговоры. За что, наверно, и поплатилась.
Это, наверно, обида, которая никогда не утихнет. Прохождение отбора на ЛХШ было моей первой победой, я никогда не училась в специализированных гимназиях, но помню, что перед отбором, наверно, пахала тяжелее, чем в хакатоны. И тут такое.
Сейчас я думаю о том, что надо было просто сбежать из дома, тем более, было бы куда, потому что такие шансы упускать нельзя. А от родителей я все равно в итоге уехала, только на полгода позже.
Тогда, возможно, казалось, что шансы ещё будут, но сейчас понимаю, что тогда могло решиться вообще почти все. Возможно, я тогда уже и похоронила сама свою карьеру учёного, потому что мне не хватило немного упорства, чтобы взять свое.
Мне казалось, что родители совсем меня затравят, если я такое сделаю, но я не осознавала, что во мне тоже есть сила. Что не только они в позиции сильного, но и я могу отстаивать свои права, в том числе и радикальными способами.
Иногда мне кажется, что эта модель семьи в принципе масштабируется на всю страну, и мы все такие запуганные дети, которые знают, как надо, но им не хватает сил сбежать от безумных узурпаторов.
И сейчас, к примеру, родители тоже не хотят, чтобы я ехала на Ямал. Но сейчас хватает вежливого "да-да, я учту ваше мнение". Захочу – поеду, захочу – нет. Это моя жизнь, страсть, и будет моё желание, я и на Южный полюс полечу.
А помнить я буду все ещё про то, как не поехала в ЛХШ. Потому что послушала тех, кто умеет только держать в страхе, и не способен на переговоры. За что, наверно, и поплатилась.