Категоричность
Утрату этой черты отследить трудно, потому как практика лишь понемногу стирает некоторые более ранние «категории». Однако, спустя время, столкнувшись с категоричными людьми без опыта, ты вдруг понимаешь, что «все не так однозначно» теперь ты сам. Мир - царство полутонов, контрасты и акценты здесь - часто чьи-то инструменты

Волки
Ты начинаешь понимать, догадываться, что что-то не так, когда кто-то рядом начинает обсуждать «безумные», буквально «сумасшедшие идеи», «настоящие приключения, после которых чувствуешь себя живым».

А ты не можешь прокомментировать это никак кроме «что это за хуйня»: риск без награды, чтобы что? «Доказать себе» - это не профессионализм, итак очень многое делается некрепкими любителями, даже профанами.

Каждому своё, безусловно, но так же безусловно существует канва классической культуры, окунувшись в которую, не сразу, но можно понять, что такое настоящая жизнь, буквально сочащаяся соками.

Простые удовольствия становятся ценными после простых неудобств, неизвестности и опасности. Утонуть в море удовольствий легче, чем в море испытаний. Одно - тёплое, другое - ледяное, там нужно отрастить толстую кожу и натренировать острый взгляд, чтобы смотреть во тьму.

В конце концов, мы должны перестать бояться тени в юности, чтобы обжить ее в молодости, чтобы не обращать на неё внимания в зрелости.

Информационная гигиена
Информационная гигиена, как навык, становится залогом стабильности как в постановке, так и в решении поставленных задач.

Океан информации, стремительно расширяющийся и, в тоже время, невероятно сужающийся за счет алгоритмов и «умных лент», способствует «заточению» восприятия в рамках моментально определённых интересов. Это легко заметить, сравнив контент, предлагаемый «умными лентами» вам и, например, вашему знакомому. Так, у вас все про мотоциклы и путешествия, у вашего знакомого, например, про загородное строительство и быт, в зависимости от интересов.

Задача «умных лент» коммерчески обоснована - это удержание внимания и, за счет этого, увеличение количества встраиваемых интеграций (рекламы). Помимо этого, потребление «своего» контента удовлетворяет пресловутые дофаминовые потребности: люди больше не готовы к критике, к вторжению из вне, от этого легко отстроиться, а случившиеся «прорывы» можно списать на ошибку и не обращать на них внимание.

Однако, именно это играет с нами злую шутку: мы теряем кругозор, насмотренность, то, что дает мобильность в перемещении в горизонтальных плоскостях. Ваши идеи становятся узкими, мы начинаем зачитываться «каталогами Икеа».

Помимо этого, происходит четкая сегментация аудитории и продавать рекламные интеграции становится проще, вы встаете в товарную матрицу конкретной ниши и, при должной сноровке маркетологов, становитесь пожизненными клиентами. Эта эпоха началась и она будет продолжаться все более искусными методами «скармливания».

Больше нет школы, которая заставляла вас сидеть и слушать «ненужные предметы», что сказывается на профессиональных компетенциях, гибкости мышления, вариативности решений.

Сам контент становится все более «увлекательным»: вы быстро вовлекаетесь, вас легко заинтересовать, больше не нужно извлекать знание, когда вам предлагают готовые решения на достаточно тривиальные вопросы любого обывателя, коими в той или иной мере мы все являемся.

Вопрос перезапуска способа нахождения в этом самом океане информации становится вопросом свободы воли, истинности желаний.

Вы сами можете убедиться в нахождении в пузыре по достаточно простым примерам: куда все хотят съездить в путешествие, какую бытовую технику хотят приобрести, какие шоу просматривают и обсуждают и, в конечном счете, мы приходим к тому, что сталкиваемся с мотивациями, более глубинными, чем маркетинг, уже интегрированными в контент. Чтобы стать «правдой» информация требует достаточного количества повторений, «это база».

В конечном счете «желаемый контент» становится способом атомизации, разрезания на все меньшие куски и фрагментирования общества до классических ленинских групп «разделяй и властвуй», где личная идентификация каждого человека становится все более мелкой (мелочной).

В тоже самое время, существуют силы, способные управлять глубинными течениями океана информации, существуют силы, способные отстраиваться и сопротивляться, в конечном счете противопоставляя себя сообществу одиночек.

Культурные особенности постсоветского пространства и без того полны «темных углов», табиурованных тем, игнорирование которых не отнимает факта их присутствия.

Собственно, ответом на такого рода разобщение будут становиться попытки объединения, которые будут даваться со все большим и большим усилием по причине разрозненности и фрагментированности, сложности поиска общих тем, скатывая взаимодействие в «пока гром не грянет, мужик не перекрестится».

У складывающегося таким образом порядка существует достаточно много крепких тезисов, удерживающих статус кво, например, узкая специализация, как наиболее быстрый способ достижения профессионализма, однако, «большая жизнь» требует нечто большего и вот вам цитата американского писателя-фантаста Роберта Хайнлайна, в своих произведениях о далеких мирах будущего, ставящего вопрос следующим образом:

Любой человек должен уметь
-менять пеленки,
-планировать вторжения,
-резать свиней,
-конструировать здания,
-управлять кораблями,
-писать сонеты,
-вести бухгалтерию,
-возводить стены,
-вправлять кости,
-облегчать смерть,
-исполнять приказы,
-отдавать приказы,
-сотрудничать,
-действовать самостоятельно,
-решать уравнения,
-анализировать новые проблемы,
-побросать навоз,
-программировать компьютеры,
-вкусно готовить,
-хорошо сражаться,
-достойно умирать.

И если меньшая часть этих навыков - качества командира отряда «Звездного десанта», то абсолютное большинство этих навыков - наш быт, то как мы живем, то самое качественное проживание жизни.

Рубанок
Рубанок - столярный инструмент, как и другие столярные инструменты, он обнажает то, что хочет увидеть в дереве Мастер.

В фильме «О чем говорят мужчины» конца двухтысячных таким «рубанком» были немцы, которые ставили главного героя к стенке и задавали вопрос, на который он все не мог дать ответа. И ответ тут же приходил.

Вообще, таких «рубанков», выйди из обыденности, более чем достаточно, и их суть - это физическая кончина. Вот, если физическая кончина, то как бы ты хотел?

Наплевать на мнение всех. Найти время на что-то действительно важное. Начать все сначала и чтобы получилось. Расчехлить свою волю и изваять.

И вот ты подставляешь лицо ветру. И вот жизнь нахлынула на тебя, ты слышишь удары собственного сердца, охота жить.

Хорхе Луис Борхес написал эти слова в 85 лет

«Ecли бы я мoг прoжить жизнь eщё рaз, в ней я бы пoстарался чаще oшибаться. Я бы не стремился быть идеальным и смотрел бы на всё проще. Я хотел бы быть ещё глупее, чем получилось, и лишь очень немногое принимал бы всерьёз. И не был бы таким чистюлей. Я рисковал бы больше, путешествовал бы чаще, наблюдал бы больше закатов, взошел бы на больше гор, переплыл бы больше рек. Я посетил бы места, где никогда не был, ел бы больше мороженого и меньше бобов.

У меня было бы больше проблем настоящих и меньше — придуманных. Если бы я мог прожить заново, я разувался бы в начале весны и обувался бы в самом конце осени. Почаще заглядывал бы в уютные уголки, наблюдал больше рассветов и больше играл бы с детьми»

Оправдания
Некоторые вещи [внутри головы] требуют оправдания, обычно, это происходит по целому ряду причин, но может и не происходить [если «просветлел»].

Все, что требует и пользуется оправданием - прямая и явная угроза будущему при всех выгодах настоящего. Действительно, это трудно, признавать что либо, разум хитер и все с удовольствием рационализирует, ну или обоснует.

Однако, выскользнуть из пут оправдания - единственный путь. Если ты слабый, и вообще превратился в говно на ногах, это не значит, что можно больше ничего не делать. Нужно окрепнуть. Иначе всё.

В общем, что бы то ни было, не повод отказываться от стратегии, как все кончится итак понятно, а сейчас - танцы 👯‍♂️

Решение сложных вопросов всегда находится в принятии стратегических решений. Все повседневное, по сути своей, реактивно и продиктовано «наличием возможностей». Правда, не говорится о том, что сегодняшние возможности созданы… вчера. Ну или пущены на самотёк.

Сложный вопрос - это нечто требующее осмысления, выработки подхода и этого вот всего. Вы сами знаете, что в жизни более чем в достатке сложных вопросов, их ещё называют цивилизационными, но в топку их, если они не решают насущных задач. Оставьте их лицемерным пиздоболам, сокрушающимся о несправедливости мира из неплохих жилищ и офисов)

Как говорил Эйнштейн, проблему нельзя решить на уровне ее возникновения - это очень крутая фраза, на подумать.

p.s.: если мне не изменяет память, герои фильма с картинки выше, были тамплиерами. Орден тамплиеров был уничтожен Филиппом Красивым, однако те, кому удалось спастись, осели в землях нынешней Швейцарии и сделали то, что у них хорошо получалось. Систему финансов - банк

Заплати любую цену,
Неси любой груз,
Перебори любые лишения,
Помоги любому другу,
Борись с любым врагом.

«Шевалье!»
Читая давным давно книгу о бесконечных скитаниях героя, тут и там побиваемого судьбой, утирающего сопли, собравшись, встающего и снова ползущего вперёд, до меня кое-чего не доходило.

Он, герой, был, наверное, самым слабым, всегда последним в ряду своих товарищей. Но это не отнимало его факта нахождения в кругу достойных.

Этим кое-чем было имя героя, которое тут и там кричали бесконечные испытания.

Шевалье - по-французски Рыцарь.

Рыцарь - это не сопли и слёзы, не горе и даже не радость, не разбитые надежды и парящие мечты о будущем. Рыцарь - это верность клятве.

«По сему не клянись, ты не потянешь».

P.S.: возвращаясь к орденской культуре, стоит отметить, что самым ярким воплощением культуры рыцарства стали крестоносцы, отправлявшиеся в первый крестовый поход. Они давали две клятвы, так сказать, одну - рыцарскую, другую - монашескую. Именно образ жизни, окаймленный высокими идеалами верности Делу, которое стоит жизни, несёт память о крестоносцах сквозь века. Это рабочий метод.

Трудное решение - это когда в любом случае ты пидр. Краеугольный камень тут в следующем: пидр ты для других или для себя?

В мире существуют артефакты «доглобального» наследия, их не так уж и мало, однако, заметить их не так просто.

Один из таких артефактов - аутентичный вокал, баллады и песни, наполненные лесом, например, песни кельтов

https://music.yandex.ru/album/3185830/track/26658349?utm_medium=copy_link

Суть произведений, будь то музыка, живопись, литература, скульптура, получивших статус классических, в однозначности их понимания.

Большинство, прослушивая, просматривая, прочитывая, испытывает сходный спектр переживаний.

Тут в душе расцветают сады, тут пахнет холодом безнадежности, тут промелькнула Надежда.

Если часок послушать подборку хорошей классической музыки, становится… а, собственно, попробуйте)

🤏

Вы получаете плохую весть и сползаете по стене: человека больше нет, жизнь его прервалась. Подобно костяшкам домино, падают и разлетаются в стороны и другие близкие усопшего. Через момент самообладание возвращается к вам, тут вот какая штука: близким всем тяжело, неблизким полегче, но и запрягаться в траурные мероприятия они не будут, им особо и не положено. По знакомым контактам вы справляетесь о похоронщиках и находите приемлемого. Далее созвон и встреча, на которой вы получаете весь расклад: тут бумаги, тут вещи, тут выбрать надо, тут по времени согласоваться. Помните, вы поплыли или подкошены и, если это первый и единственный панч в вашей жизни, легко бесконтрольно расчехлиться на дукаты, однако, если это не первая подача, вы помните, что они ещё понадобятся живым. Начинается разделение обязанностей, трёшь-мнёшь с документами и закупками необходимого. К этому времени ранее «упавшие костяшки», то есть близкие, уже продышались и вы делаете дело сообща. На вас бюрократия и логистика, на них коп и поминки. Далее все более чем формально, неформально - это ехать с телом, ощущения очень необычные и это контузийное ощущение, начавшееся накануне, будет держать пару-тройку дней. Дальше люди заламывают руки, плач, стенание и скрежет зубов, только ты как болванчик: тут подписываешь, там отлистываешь, контролируешь происходящее. Ну, в общем, как-то так. Оставайтесь живыми, берегите себя.

Мой парижский одноклассник, будущий романист Жан - Оливье Тедеско, изрек, убеждая меня, что не стоит бежать, чтобы успеть на метро: " Я не бегаю за поездами".
Презирайте свою судьбу. Теперь я не бросаюсь бежать ради того, чтобы уехать по расписанию. Такой совет может показаться очень немудрящим, но он мне подошел. Научившись не носиться за поездами, я оценил истинное значение изящества и эстетики в поведении, почувствовал, что это я управляю своим временем, расписанием и жизнью. Опаздывать на поезд обидно, только если ты бежишь за ним! Точно так же не добиваться такого успеха, какого ожидают от тебя другие, обидно только если ты сам к нему стремишься. Ты оказываешься над мышиными бегами и очередью к кормушке, а не вне их, если поступаешь в соответствии с собственным выбором.
Уход с высокооплачиваемой работы, если это твое решение, принесет больше пользы, чем зарвботанные деньги. Это первый шаг к тому, чтобы набраться мужества и послать судьбу к черту. Ты обретаешь гораздо больше власти над жизнью, если сам выбираешь кретерии.

Стлесс
Есть такое интересное явление, как накопление стресса. Речь не о пробках и давках в метро, а когда ты, ну типа рискуешь, готовишься к этому, а ничего не происходит, срывается.
То есть ничего не проходит благополучно, не реализуется сама возможность ситуации и с этого начинает образовываться пар под крышкой.
Ты вроде зарядился, но ничего за это не получил, потому что вообще ничего не произошло. В общем, пар под крышкой надо уметь выпускать.