Против ОМа действительно нет приёма! Личная история в тему:
Сидим в парке на лавочке с другом, обсуждение перешло на высокие материи, на полное отрешение от личности, полезно оно или нет, и когда. Я ему говорю - это обязательное качество Идущего, что иначе не достичь Чистоты, а он мне - что если не действовать активно, то Бог за нас ничего не сделает. Задумался... ОМ.
Очнулся - смотрю, друг идёт ко мне, штаны порваны, рука в крови. Спрашиваю его:
- Что случилось с тобой?
- А ты не заметил? Сидим мы, я тебе объясняю, и тут вдруг откуда ни возьмись стая собак, их здесь отродясь не было! Несутся прямо на нас, ну я тебе кричу, а ты сидишь как ни в чём не бывало, игноришь. Ну я и дал дёру. Одна за штаны, другая за руку, третья бочину пыталась укусить, насилу отбился! Как они только тебя не заметили?
- ОМ.
Сидим в парке на лавочке с другом, обсуждение перешло на высокие материи, на полное отрешение от личности, полезно оно или нет, и когда. Я ему говорю - это обязательное качество Идущего, что иначе не достичь Чистоты, а он мне - что если не действовать активно, то Бог за нас ничего не сделает. Задумался... ОМ.
Очнулся - смотрю, друг идёт ко мне, штаны порваны, рука в крови. Спрашиваю его:
- Что случилось с тобой?
- А ты не заметил? Сидим мы, я тебе объясняю, и тут вдруг откуда ни возьмись стая собак, их здесь отродясь не было! Несутся прямо на нас, ну я тебе кричу, а ты сидишь как ни в чём не бывало, игноришь. Ну я и дал дёру. Одна за штаны, другая за руку, третья бочину пыталась укусить, насилу отбился! Как они только тебя не заметили?
- ОМ.
Эта история о том, о чём так и не удалось написать.
А дело было так:
Они не виделись несколько лет, вернее, десятилетие, и, возможно, уже не одно. Хотя будет правильней сказать, что они вообще никогда не встречались. И вот, по прошествии стольких лет, они снова начали разговор и болтали они до самого утра. Болтали и болтали, но каждый сам с собой и каждый о чём-то своём, а утро всё не начиналось и не начиналось. Они никак не могли друг с другом наговориться и поэтому откладывали утро всё дальше и дальше, пока не задвинули его в самый дальний угол комнаты, которая ещё не существовала.
А они всё говорили и говорили без устали, часто перебивая друг друга, но на деле лишь сами себя, перескакивая с темы на тему. Ведь у каждого была своя эксклюзивная супермодернизированная скоростная скакалка сложной конструкции, состоящей из верёвочки и двух ручек. Они успели обсудить так много тем и написать несколько десятков книг, и ровно одну тысячу и одну сказку, которые издали потом в едином издании «1001 лепесток Лотоса», пока один из них не задумался, а с кем же он говорит на самом деле? Один из них прикинулся ВД, другой Ангелом, потом Демоном, и лишь впоследствии, наигравшись и примерив множество ролей и образо́в, они поняли, что это им безразлично.
А после нашумевшего скандала, который возник из ниоткуда, где каждый получил пару затрещин и остался при своём мнении, они ходили вместе к старому престарому сказочнику. Да, да, именно к тому самому мастеру сказок, который создал самую первую сказку и сам себя в неё заточил. Возможно, это была именно та случайная случайность, которая, как того и следовало ожидать, была закономерностью и несла в себе ожидаемый результат, но он никак не мог оттуда выбраться, и не было никого, кто бы отважился указать ему дорогу из сказки, только лишь потому, что все бы остальные сказки на свете рассыпались вмиг и исчезли. Вот и они, попив чаю со старым престарым сказочником, пошли дальше, взявшись за руки каждый в своё путешествие по закоулкам своей Души.
Они ходили Вверх, они ходили Вниз, и даже опускались, поднимаясь туда и обратно, где небо озаряло чёрное солнце, и даже туда, где его не было вовсе. Но однажды, а такое бывало всего лишь раз в году, они узрели каждый своего Бога. Непонятно только было, и почему его все называют Единым?
Чуть позже они завладели ключами мироздания, но у каждого был свой именной ключ, который почему то не подходил к доступной им двери. Но было чёткое ощущение, что у того кто находится за дверью с другой стороны есть именно тот самый нужный ключ. Они даже пробовали как-то обменяться ключами, то просовывая его под дверь, то в замочную скважину. Но скважина быстро забилась, и вода в ней стала пригодной лишь для технических нужд. Но под дверь всё ещё можно было хоть что-то просунуть. И они делились чем могли, отправляя туда то печеньку, то платочек или даже цветочек, но в ответ получали обратно тот же самый ключ. Туда ключ входил свободно, но возвращался он всё время один и тот же. Это могло продолжаться вечность, но и она куда-то запропастилась. Когда же её наконец нашли, то все уже давно успели забыть, зачем она им понадобилась. Поэтому её отнесли в тот же самый угол, куда ранее отложили утро, где они и слились в бесконечном экстази, и наконец, наступило вечное утро завтрашнего дня. Зато теперь всех можно было кормить завтраками и делать это бесконечно долго. Буквально каждое утро завтрашнего дня, которое никак не могло наступить, потому что эти двое так и болтали до самого утра и никак не могли наговориться:
- Завтра мы об этом с тобой поговорим. Напомни мне об этом.
- Завтра мы снова забудем, чем хотели заняться.
А дело было так:
Они не виделись несколько лет, вернее, десятилетие, и, возможно, уже не одно. Хотя будет правильней сказать, что они вообще никогда не встречались. И вот, по прошествии стольких лет, они снова начали разговор и болтали они до самого утра. Болтали и болтали, но каждый сам с собой и каждый о чём-то своём, а утро всё не начиналось и не начиналось. Они никак не могли друг с другом наговориться и поэтому откладывали утро всё дальше и дальше, пока не задвинули его в самый дальний угол комнаты, которая ещё не существовала.
А они всё говорили и говорили без устали, часто перебивая друг друга, но на деле лишь сами себя, перескакивая с темы на тему. Ведь у каждого была своя эксклюзивная супермодернизированная скоростная скакалка сложной конструкции, состоящей из верёвочки и двух ручек. Они успели обсудить так много тем и написать несколько десятков книг, и ровно одну тысячу и одну сказку, которые издали потом в едином издании «1001 лепесток Лотоса», пока один из них не задумался, а с кем же он говорит на самом деле? Один из них прикинулся ВД, другой Ангелом, потом Демоном, и лишь впоследствии, наигравшись и примерив множество ролей и образо́в, они поняли, что это им безразлично.
А после нашумевшего скандала, который возник из ниоткуда, где каждый получил пару затрещин и остался при своём мнении, они ходили вместе к старому престарому сказочнику. Да, да, именно к тому самому мастеру сказок, который создал самую первую сказку и сам себя в неё заточил. Возможно, это была именно та случайная случайность, которая, как того и следовало ожидать, была закономерностью и несла в себе ожидаемый результат, но он никак не мог оттуда выбраться, и не было никого, кто бы отважился указать ему дорогу из сказки, только лишь потому, что все бы остальные сказки на свете рассыпались вмиг и исчезли. Вот и они, попив чаю со старым престарым сказочником, пошли дальше, взявшись за руки каждый в своё путешествие по закоулкам своей Души.
Они ходили Вверх, они ходили Вниз, и даже опускались, поднимаясь туда и обратно, где небо озаряло чёрное солнце, и даже туда, где его не было вовсе. Но однажды, а такое бывало всего лишь раз в году, они узрели каждый своего Бога. Непонятно только было, и почему его все называют Единым?
Чуть позже они завладели ключами мироздания, но у каждого был свой именной ключ, который почему то не подходил к доступной им двери. Но было чёткое ощущение, что у того кто находится за дверью с другой стороны есть именно тот самый нужный ключ. Они даже пробовали как-то обменяться ключами, то просовывая его под дверь, то в замочную скважину. Но скважина быстро забилась, и вода в ней стала пригодной лишь для технических нужд. Но под дверь всё ещё можно было хоть что-то просунуть. И они делились чем могли, отправляя туда то печеньку, то платочек или даже цветочек, но в ответ получали обратно тот же самый ключ. Туда ключ входил свободно, но возвращался он всё время один и тот же. Это могло продолжаться вечность, но и она куда-то запропастилась. Когда же её наконец нашли, то все уже давно успели забыть, зачем она им понадобилась. Поэтому её отнесли в тот же самый угол, куда ранее отложили утро, где они и слились в бесконечном экстази, и наконец, наступило вечное утро завтрашнего дня. Зато теперь всех можно было кормить завтраками и делать это бесконечно долго. Буквально каждое утро завтрашнего дня, которое никак не могло наступить, потому что эти двое так и болтали до самого утра и никак не могли наговориться:
- Завтра мы об этом с тобой поговорим. Напомни мне об этом.
- Завтра мы снова забудем, чем хотели заняться.
Какое же это чудное и безумно бесконечное утро завтрашнего дня. И мало кто догадывался, что мир существовал лишь только для того, чтобы эти двое разговаривали и смогли наговориться друг с другом, живя каждый свою неповторимую жизнь. Они и врагу не хотели пожелать прожить жизнь друг друга, и тем более, сами ими меняться не собирались, а собравшись, уже не поняли, кто с кем разговаривал, и зачем им это было нужно. А Нужно знало зачем, но сидело в самом дальнем углу несуществующего воздушного замка и посмеивалось. Но Посмеивалось это нравилось.
В общем, это безумно долгая история, которая длилась и будет ещё длиться вечность, пока существовал мир, но никто не знал, кто это такой. А мир существовал, пел, скакал через скакалку и радовался, всё сталкивая и сталкивая этих двоих болтунов. Ведь пока они говорят, есть Надежда у каждого из присутствующих, что это может Никогда Не Закончиться. И четыре сестры развесили уши, обдумывая каждый свою теорию происходящего. Точно также, как и они, думало и вечное утро завтрашнего дня, полёживая в углу несуществующей комнаты, всё время, то наступая, то обнимая Вечность. Та ведь знала, что будет существовать всегда, пока эти двое болтают.
Эту длинную историю в кратком изложении так никому и не удалось завершить. Ведь у неё просто не может быть конца, хотя всегда вроде как существовало начало, которое уже никто не вспомнит, куда положили в этом бесконечно огромном несуществующем воздушном замке, болтающимся между Небом и Землёй. Вспоминать просто было некому. Все были заняты поддержанием этого бесконечного, а порой и бессмысленного разговора этих двоих, потому что эти двое всё ещё болтают, и никто не знает, что от них можно ожидать в любой момент, и когда они это Всё и Всех завершат, надоев друг другу. Всё зависело от качества момента, висевшего на крючке, который был готов вот-вот сорваться. Всё было настолько прочно и вечно насколько хрупко, зыбко, что не существовало вовсе.
Так наступил сентябрь, а вернее, 3 сентября 2013 года, но всем хотелось, чтобы лето не кончалось, чтобы оно за ними мчалось, за ними вслед, и никто не уточнял, что ему делать с теми, кого удастся догнать. А поняв, они гнались за летом сами, не догоняя в этой истории не только про лето, но и про этих двоих вообще. А вся гениальность заключалась в конце каждой чёрной точки, которую, к счастью, пока так никто и не смог постичь полностью. В противном случае всё бы развалилось. Всё бы просто рухнуло. Ведь каждая предыдущая точка в корне отличалась от последующей, ставя под сомнение существование последующей и предыдущей одновременно.
Лишь только эти двое не сомневались в существовании друг друга. И каждый раз назначали всё новую и новую встречу друг с другом в то самое бесконечно длинное утро завтрашнего дня, которое никак не могло на кого-то из них наступить из-за Великой Вечной Любви царящей во Вселенной. Три сестры всегда хорошо понимали друг друга и были заодно приобретая этим большую силу. Ведь у них было так много общего. Их имена начинались на одну и ту же букву в русском алфавите.
Но! В конечном счёте виноватым во всём оказался сказочник, тот самый, который сам себя и всех остальных заключил в свою собственную бесконечную сказку. Возможно, он бы всё давным давно завершил, если бы тот сказочник, который создал его, про него бы забыл и бросил на произвол судьбы. Произволу бы это очень понравилось. Но не понравилось бы сказочнику сказочников, которые порождали и всё ещё порождают свои сказки и живут в них, и будут продолжать это делать дальше, пока в их сердцах пылает Любовь. Эта сестра тех троих всегда всем портила жизнь только своим появлением и делала это так мастерски, что делать собственно ничего и не приходилось.
В общем, это безумно долгая история, которая длилась и будет ещё длиться вечность, пока существовал мир, но никто не знал, кто это такой. А мир существовал, пел, скакал через скакалку и радовался, всё сталкивая и сталкивая этих двоих болтунов. Ведь пока они говорят, есть Надежда у каждого из присутствующих, что это может Никогда Не Закончиться. И четыре сестры развесили уши, обдумывая каждый свою теорию происходящего. Точно также, как и они, думало и вечное утро завтрашнего дня, полёживая в углу несуществующей комнаты, всё время, то наступая, то обнимая Вечность. Та ведь знала, что будет существовать всегда, пока эти двое болтают.
Эту длинную историю в кратком изложении так никому и не удалось завершить. Ведь у неё просто не может быть конца, хотя всегда вроде как существовало начало, которое уже никто не вспомнит, куда положили в этом бесконечно огромном несуществующем воздушном замке, болтающимся между Небом и Землёй. Вспоминать просто было некому. Все были заняты поддержанием этого бесконечного, а порой и бессмысленного разговора этих двоих, потому что эти двое всё ещё болтают, и никто не знает, что от них можно ожидать в любой момент, и когда они это Всё и Всех завершат, надоев друг другу. Всё зависело от качества момента, висевшего на крючке, который был готов вот-вот сорваться. Всё было настолько прочно и вечно насколько хрупко, зыбко, что не существовало вовсе.
Так наступил сентябрь, а вернее, 3 сентября 2013 года, но всем хотелось, чтобы лето не кончалось, чтобы оно за ними мчалось, за ними вслед, и никто не уточнял, что ему делать с теми, кого удастся догнать. А поняв, они гнались за летом сами, не догоняя в этой истории не только про лето, но и про этих двоих вообще. А вся гениальность заключалась в конце каждой чёрной точки, которую, к счастью, пока так никто и не смог постичь полностью. В противном случае всё бы развалилось. Всё бы просто рухнуло. Ведь каждая предыдущая точка в корне отличалась от последующей, ставя под сомнение существование последующей и предыдущей одновременно.
Лишь только эти двое не сомневались в существовании друг друга. И каждый раз назначали всё новую и новую встречу друг с другом в то самое бесконечно длинное утро завтрашнего дня, которое никак не могло на кого-то из них наступить из-за Великой Вечной Любви царящей во Вселенной. Три сестры всегда хорошо понимали друг друга и были заодно приобретая этим большую силу. Ведь у них было так много общего. Их имена начинались на одну и ту же букву в русском алфавите.
Но! В конечном счёте виноватым во всём оказался сказочник, тот самый, который сам себя и всех остальных заключил в свою собственную бесконечную сказку. Возможно, он бы всё давным давно завершил, если бы тот сказочник, который создал его, про него бы забыл и бросил на произвол судьбы. Произволу бы это очень понравилось. Но не понравилось бы сказочнику сказочников, которые порождали и всё ещё порождают свои сказки и живут в них, и будут продолжать это делать дальше, пока в их сердцах пылает Любовь. Эта сестра тех троих всегда всем портила жизнь только своим появлением и делала это так мастерски, что делать собственно ничего и не приходилось.
Что поделать? Круговорот природы будет циркулировать, пока в нём достаточно воды и любви. Пока эти двое, о которых уже все успели позабыть льют воду, передавая её друг другу, разговаривая часто ни о чём, разговаривая часто о пустом, и когда уже совсем нечего сказать, они просто припевают, но каждый о чём-то своём, свою любимую и занудную песню, но как ни странно слова в этой песни всегда одинаковые: «Бла, бла, бла, бла, бла, бла, бла….»
И одна колдунья предсказала, глядя в заляпанное волшебной грязью и затуманенное каким-то золотым туманом зеркальце своей бугатти, что длится это будет ровно столько, пока не найдётся принц на белом коне или ещё на чём-то, но обязательно белом, и не сочтёт всё это семейство близнецовых сестёр с их множеством Б своим Световым мечом или ведром. Смотря что под руку ему в тот момент попадётся.
Но и это не поможет, пока не отыщут А, которая упала и навсегда пропала, хотя скорее всего просто валяется где-то у подножия несуществующего воздушного замка, который так и болтается между Небом и Землёй. Но это будет уже совсем другая история. И казалось бы, что на этом можно поставить точку. Именно ту самую жирную чёрную непостижимую точку, которая не существует и никогда не будет существовать, и каждая такая чёрная точка будет в корне отличаться от предыдущей и, тем более, от последующей, ставя под сомнение существования их всех. Особенно тех двоих.
© Дара Шод
И одна колдунья предсказала, глядя в заляпанное волшебной грязью и затуманенное каким-то золотым туманом зеркальце своей бугатти, что длится это будет ровно столько, пока не найдётся принц на белом коне или ещё на чём-то, но обязательно белом, и не сочтёт всё это семейство близнецовых сестёр с их множеством Б своим Световым мечом или ведром. Смотря что под руку ему в тот момент попадётся.
Но и это не поможет, пока не отыщут А, которая упала и навсегда пропала, хотя скорее всего просто валяется где-то у подножия несуществующего воздушного замка, который так и болтается между Небом и Землёй. Но это будет уже совсем другая история. И казалось бы, что на этом можно поставить точку. Именно ту самую жирную чёрную непостижимую точку, которая не существует и никогда не будет существовать, и каждая такая чёрная точка будет в корне отличаться от предыдущей и, тем более, от последующей, ставя под сомнение существования их всех. Особенно тех двоих.
© Дара Шод
Русско-Буддийские поговорки. #авторсмешанный.
В сансаре хорошо, а в нирване - лучше.
Карму шоколадом не испортишь.
Где родился — там и просветлился.
В сансаре густо, а в нирване пусто.
Не лезь вперед Будды в самадхи.
А вы, друзья, как ни садитесь, все в бодхисаттвы не годитесь.
Карма с возу — монаху легче.
Близка нирвана, да не укусишь.
Будда не выдаст, Мара не съест.
Сансара все стерпит.
В сансаре правды нет.
В чужую сангху со своим уставом не ходят.
Век живи — век медитируй.
Карму бояться — в сансару не ходить.
Лама на ламе сидит и ламой погоняет.
Все дороги ведут в нирвану.
Где дхарма — там и правда.
Сансару не тревожь — она и не завоняет.
Карма — не Будда, просветления не предложит.
Дареной дхарме буквы не считают.
Сатори — дело наживное.
Бодхисаттва познается в сансаре.
Если Будда не идет к монаху, то монах идет к Будде.
В сансаре хорошо, а в нирване - лучше.
Карму шоколадом не испортишь.
Где родился — там и просветлился.
В сансаре густо, а в нирване пусто.
Не лезь вперед Будды в самадхи.
А вы, друзья, как ни садитесь, все в бодхисаттвы не годитесь.
Карма с возу — монаху легче.
Близка нирвана, да не укусишь.
Будда не выдаст, Мара не съест.
Сансара все стерпит.
В сансаре правды нет.
В чужую сангху со своим уставом не ходят.
Век живи — век медитируй.
Карму бояться — в сансару не ходить.
Лама на ламе сидит и ламой погоняет.
Все дороги ведут в нирвану.
Где дхарма — там и правда.
Сансару не тревожь — она и не завоняет.
Карма — не Будда, просветления не предложит.
Дареной дхарме буквы не считают.
Сатори — дело наживное.
Бодхисаттва познается в сансаре.
Если Будда не идет к монаху, то монах идет к Будде.
#классика_МШ
- Ты думаешь что я, порождение твоего страха и ужаса, буду тебе подчиняться?!
- Конечно, ты же мой страх и ужас. И я здесь хозяин.
- Ты думаешь что я, порождение твоего страха и ужаса, буду тебе подчиняться?!
- Конечно, ты же мой страх и ужас. И я здесь хозяин.
Если достаточно долго сидеть и смотреть на огонь или воду, неизбежно возникнет новая Вселенная.
— Бывает, собирается дружная команда светлых магов и обсуждает своё темное прошлое.
— Это ничего. Главное, чтобы не своё тёмное будущее.
— Это ничего. Главное, чтобы не своё тёмное будущее.
То неловкое чувство, когда веками ропчешь на создателя, а потом понимаешь, что это ты сам.
👍2
И уколола принцесса палец о веретено, и уснула мертвецким сном на сто лет.
Принц не пришёл. И проснулась она радостная: "Выспалась!"
Принц не пришёл. И проснулась она радостная: "Выспалась!"
— Слушай, я всё не могу понять, это что за бесноватое сборище было?
— Ничего особенного. В жизни и не такое бывает. Просто абоненты находятся временно вне зоны действия себя.
— Ничего особенного. В жизни и не такое бывает. Просто абоненты находятся временно вне зоны действия себя.
- Ты не знаешь, чем закончилась та судебная
тяжба между двумя магами?
- Дали по пять лет.
- Кому?
- Прокурору и адвокату.
тяжба между двумя магами?
- Дали по пять лет.
- Кому?
- Прокурору и адвокату.
Чтобы мыслить ясно, нужно обладать здравым рассудком, а мыслить глубоко можно и будучи совершенно сумасшедшим.
Глупый человек не учится, умный — учится на своих ошибках, а мудрый — на ошибках людей, которые следовали его советам.
- А кем он себя считает?
- Человеком.
- Смешной. Он, видимо, считает, что чтобы быть человеком, достаточно им родиться.
- Человеком.
- Смешной. Он, видимо, считает, что чтобы быть человеком, достаточно им родиться.
«Записки старого мага»
«На этот раз никакой магии. Бытовая материализация и внушение».
Не успел я зайти в «аквариум», самое большое помещение в офисе, как следом появилась оформитель. Её взгляд не предвещал ничего хорошего. По всему было видно, что сейчас она выведет меня на чистую воду, и жить мне осталось максимум до ближайшего понедельника, а может, и до выходных не дотяну. Похоже, сейчас будет вторая часть: «Империя наносит ответный удар».
- Между прочим, у меня закончилась бумага для плоттера, а нужно срочно напечатать плакаты и баннеры, завтра будет акция, - и добавила для пущей важности - Приказ директора.
- И что?
- И то, что нет бумаги.
- Так возьми.
- Так нет её на складе, - удивляясь моей несообразительности и некомпетентности.
Да уж точно, и как только земля носит таких никчёмных и непутёвых как я. Но поступление было недавно, я хорошо помню 18 рулонов, стоящих возле стеллажей. Конечно, можно сдвинуть виртуальную кепку назад, засунуть руки в карманы и с дворовой блатной интонацией спросить: «А если я найду?». Но настроения нет, да и результат давно известен. Придётся идти вместо неё на склад, показывать наличие бумаги. Не заметить большие, метровой длины, рулоны, может только человек, обладающий не дюжим даром лени и наглости.
- Есть, надо только пойти и поискать.
- Я всё обыскала, - о, этот торжествующий голос, как звук победных фанфар.
- А вот пойди и найди, и без бумаги не возвращайся. Не найдёшь – укради. Не можешь украсть, выходи на большую дорогу или на панель, как тебе больше нравиться. Но чтобы бумага была.
- Я буду жаловаться директору.
- А вот это уже не актуально, отстаёшь от жизни. Сейчас все жалуются президенту. Так, что давай напрямую в администрацию президента с требованием немедленно заклеймить позором и казнить без суда и следствия.
- Вы что не понимаете? Вы срываете проведение акции в нашей Компании! - волевой тройной подбородок негодующе поднимается вверх и глаза, скошенные в сторону присутствующих. Наблюдает, какой эффект произвели её слова.
Вот оно как! Какие интонации! Какой пафос! Как же ей нравится эта роль: борца за справедливость и отстаивание интересов Компании. И это самый ленивый и бестолковый работник. А может так и бывает, чего у человека нет, то он и пытается дофантазировать. Ну, хорошо, уговорила. Давай теперь послушаем мой спектакль, а потом посмотрим, кто достоин «Оскара»:
- Всё, всё. Сейчас я всё исправлю, будет бумага. Сейчас материализую. Сколько тебе надо рулонов?
- Как материализую? - непонимающий взгляд, спектакль пошёл по другому сценарию.
- Молча. Давай, не тяни резину. Мне надо работу работать и дела делать дельные.
- Ну, хотя бы один рулон.
- Из-за одного рулона я должен изощряться? Нет, не буду.
- Десять.
Все присутствующие оторвались от компьютеров, наблюдают спектакль. Кто-то улыбается, но сценарий необычный и финал не понятен.
- Хорошо, - ищу у себя бороду, - Вот блин, три столетия прошло, как Петька Романов заставил всех сбрить бороды, а я всё никак не привыкну.
Делаю вид, что выдёргиваю волос из головы, морщусь:
- Десять рулонов бумаги для плоттера на складе появись! - теперь надо разорвать волос и произнести заклинание - «Трах-тибидох». Всё, иди. Там, на складе, найдёшь.
Она смотрит на меня как на безмерного наглеца, но от такой наглости не может подобрать слов. Молча уходит. Спектакль, конечно, не закончен.
Через какое-то время наступает второй акт:
- Так я жду! - новое появление из-за «кулис».
- Что?
- Бумагу для плоттера.
- Что? Опять? Потеряла? Проворонила? Это чёрт знает что! Ну и разгильдяйство! Ничего нельзя доверить, всё профукают. Ладно, ещё раз тебя выручу. Но это в последний раз. Есть ещё один способ материализации, им я пользуюсь реже.
- Только на этот раз надо материализовать вот здесь, прямо у всех на виду, - подключается ещё одно действующее лицо от ближайшего компьютера.
«На этот раз никакой магии. Бытовая материализация и внушение».
Не успел я зайти в «аквариум», самое большое помещение в офисе, как следом появилась оформитель. Её взгляд не предвещал ничего хорошего. По всему было видно, что сейчас она выведет меня на чистую воду, и жить мне осталось максимум до ближайшего понедельника, а может, и до выходных не дотяну. Похоже, сейчас будет вторая часть: «Империя наносит ответный удар».
- Между прочим, у меня закончилась бумага для плоттера, а нужно срочно напечатать плакаты и баннеры, завтра будет акция, - и добавила для пущей важности - Приказ директора.
- И что?
- И то, что нет бумаги.
- Так возьми.
- Так нет её на складе, - удивляясь моей несообразительности и некомпетентности.
Да уж точно, и как только земля носит таких никчёмных и непутёвых как я. Но поступление было недавно, я хорошо помню 18 рулонов, стоящих возле стеллажей. Конечно, можно сдвинуть виртуальную кепку назад, засунуть руки в карманы и с дворовой блатной интонацией спросить: «А если я найду?». Но настроения нет, да и результат давно известен. Придётся идти вместо неё на склад, показывать наличие бумаги. Не заметить большие, метровой длины, рулоны, может только человек, обладающий не дюжим даром лени и наглости.
- Есть, надо только пойти и поискать.
- Я всё обыскала, - о, этот торжествующий голос, как звук победных фанфар.
- А вот пойди и найди, и без бумаги не возвращайся. Не найдёшь – укради. Не можешь украсть, выходи на большую дорогу или на панель, как тебе больше нравиться. Но чтобы бумага была.
- Я буду жаловаться директору.
- А вот это уже не актуально, отстаёшь от жизни. Сейчас все жалуются президенту. Так, что давай напрямую в администрацию президента с требованием немедленно заклеймить позором и казнить без суда и следствия.
- Вы что не понимаете? Вы срываете проведение акции в нашей Компании! - волевой тройной подбородок негодующе поднимается вверх и глаза, скошенные в сторону присутствующих. Наблюдает, какой эффект произвели её слова.
Вот оно как! Какие интонации! Какой пафос! Как же ей нравится эта роль: борца за справедливость и отстаивание интересов Компании. И это самый ленивый и бестолковый работник. А может так и бывает, чего у человека нет, то он и пытается дофантазировать. Ну, хорошо, уговорила. Давай теперь послушаем мой спектакль, а потом посмотрим, кто достоин «Оскара»:
- Всё, всё. Сейчас я всё исправлю, будет бумага. Сейчас материализую. Сколько тебе надо рулонов?
- Как материализую? - непонимающий взгляд, спектакль пошёл по другому сценарию.
- Молча. Давай, не тяни резину. Мне надо работу работать и дела делать дельные.
- Ну, хотя бы один рулон.
- Из-за одного рулона я должен изощряться? Нет, не буду.
- Десять.
Все присутствующие оторвались от компьютеров, наблюдают спектакль. Кто-то улыбается, но сценарий необычный и финал не понятен.
- Хорошо, - ищу у себя бороду, - Вот блин, три столетия прошло, как Петька Романов заставил всех сбрить бороды, а я всё никак не привыкну.
Делаю вид, что выдёргиваю волос из головы, морщусь:
- Десять рулонов бумаги для плоттера на складе появись! - теперь надо разорвать волос и произнести заклинание - «Трах-тибидох». Всё, иди. Там, на складе, найдёшь.
Она смотрит на меня как на безмерного наглеца, но от такой наглости не может подобрать слов. Молча уходит. Спектакль, конечно, не закончен.
Через какое-то время наступает второй акт:
- Так я жду! - новое появление из-за «кулис».
- Что?
- Бумагу для плоттера.
- Что? Опять? Потеряла? Проворонила? Это чёрт знает что! Ну и разгильдяйство! Ничего нельзя доверить, всё профукают. Ладно, ещё раз тебя выручу. Но это в последний раз. Есть ещё один способ материализации, им я пользуюсь реже.
- Только на этот раз надо материализовать вот здесь, прямо у всех на виду, - подключается ещё одно действующее лицо от ближайшего компьютера.
Ох, уж эти земные-прямоходящие с их абсолютной уверенностью в познании истины. Вот он научился ходить на горшок, изучил клавиатуру, его научили продавать и всё. Развитие закончилось. Дальше можно не напрягаться, он попал в систему. И теперь считает возможным давать бесплатные советы. Нет бы давал платные советы. Тогда бы понял, чего они стоят и куда ему надо с ними идти. Ну, хорошо, получи сдачу:
- Уверен? Точно этого хочешь? Видишь ли, в «Положении о материализации» а именно в общем разделе, пункт первый, запрещено проводить материализацию на виду у людей. Почему? Да потому, что человеческая особь при этом теряет все основополагающие принципы мировосприятия. Но самое главное, она, особь, перестаёт размножаться. Да. Именно. Проверено не однократно. Что значит «Почему»? Потому, что человек тут же материализует себе живую «куклу», отвечающую всем его потребностям. Быстро пресыщается. Потом вторую, третью. И всё, у него нет больше желаний. А это уже будет нарушение принципов существования Вселенной. Читал «Трактат сбалансированного развития Вселенной»? Нет? Ну, «батенька», ты даёшь! Хотя бы помнишь из школьного курса понятие «пищевая цепочка»? Всё существующее является пищей для другого. И человек тоже звено в пищевой цепочке. Он кормит своей энергией различных существ. Должен страдать, любить, переживать, радоваться, т.е. излучать энергию. А иначе бы Вселенная не стала его терпеть. Духовность? Так духовность и есть способность всегда излучать светлую, положительную энергию. Слышал понятие: «Человек сам формирует окружающий мир»? Слушай, ты меня завёл в философию, не сбивай с мысли. Так вот о материализации. И вот, когда находятся такие, кто занимаются материализацией в нарушение требований положения, появляются «Хранители» и так тихо, без лишнего шума стирают у всех присутствующих память. Но память такая сложная штука, что может стереться и другая информация. Смотришь новости? Видел, сколько потерявшихся людей? А сколько не помнят, как их зовут, где живут. И всё вот такие умники, как ты, творят. Но, и это ещё не всё. Во втором разделе «Технология материализации» этого «Положения о материализации», конкретно в пункте 25 говорится, что в виду действия «Принципа неопределённости» нельзя выполнять материализацию в конкретном месте с точно установленными координатами. Так как при этом расширяются границы временного интервала, и тогда нет возможности исключить попадание движущегося объекта в место материализации. Представь, зашёл человек, и в это время в нём материализовался метровый рулон бумаги. Представил? И это уже ничем не объяснишь и не спрячешь результат. И вот тогда появляются «Чистильщики». И по сравнению с ними «Хранители» просто ангелы. Потому что данную ситуацию можно исправить, только организовав техногенную катастрофу. Да именно! И тогда это тело будет считаться пропавшим без вести. А на присутствующих просто упадёт бетонное перекрытие. И это уже можно объяснить. Усталость материала. Ошибки проектирования. Человеческий фактор. Сколько сейчас в мире техногенных катастроф знаешь? Вот именно, опять такие же умники, как ты, действовали. Поэтому материализация выполняется в строго установленное время и в определённом объёме пространства, в котором можно исключить попадание человека или другого движущегося объекта.
В помещении наступила абсолютная тишина. Даже вентиляторы на материнских платах системников перестали шуршать. Похоже, я переигрываю. Надо сбавлять обороты.
Всё, заговорился я тут с вами. Надо заканчивать, - несколько взмахов руками, и в сторону оформителя, - Да, энергии уже не хватает, могу сделать только 8 рулонов. - «Снип. Снап. Снуре. Буре. Базилюре!». Готово. Бумага на складе. Иди.
Но она далеко не уходит, возвращается на этот раз с заместителем директора.
- Слушай, что у нас с бумагой для плоттера? - хмурый взгляд и недовольный голос человека, которого оторвали от решения мировых глобальных задач высочайшего экономического порядка.
- С бумагой у нас всегда хорошо. Вот без бумаги очень плохо.
- Нет, давай без этих штучек, нам надо напечатать плакаты.
- Уверен? Точно этого хочешь? Видишь ли, в «Положении о материализации» а именно в общем разделе, пункт первый, запрещено проводить материализацию на виду у людей. Почему? Да потому, что человеческая особь при этом теряет все основополагающие принципы мировосприятия. Но самое главное, она, особь, перестаёт размножаться. Да. Именно. Проверено не однократно. Что значит «Почему»? Потому, что человек тут же материализует себе живую «куклу», отвечающую всем его потребностям. Быстро пресыщается. Потом вторую, третью. И всё, у него нет больше желаний. А это уже будет нарушение принципов существования Вселенной. Читал «Трактат сбалансированного развития Вселенной»? Нет? Ну, «батенька», ты даёшь! Хотя бы помнишь из школьного курса понятие «пищевая цепочка»? Всё существующее является пищей для другого. И человек тоже звено в пищевой цепочке. Он кормит своей энергией различных существ. Должен страдать, любить, переживать, радоваться, т.е. излучать энергию. А иначе бы Вселенная не стала его терпеть. Духовность? Так духовность и есть способность всегда излучать светлую, положительную энергию. Слышал понятие: «Человек сам формирует окружающий мир»? Слушай, ты меня завёл в философию, не сбивай с мысли. Так вот о материализации. И вот, когда находятся такие, кто занимаются материализацией в нарушение требований положения, появляются «Хранители» и так тихо, без лишнего шума стирают у всех присутствующих память. Но память такая сложная штука, что может стереться и другая информация. Смотришь новости? Видел, сколько потерявшихся людей? А сколько не помнят, как их зовут, где живут. И всё вот такие умники, как ты, творят. Но, и это ещё не всё. Во втором разделе «Технология материализации» этого «Положения о материализации», конкретно в пункте 25 говорится, что в виду действия «Принципа неопределённости» нельзя выполнять материализацию в конкретном месте с точно установленными координатами. Так как при этом расширяются границы временного интервала, и тогда нет возможности исключить попадание движущегося объекта в место материализации. Представь, зашёл человек, и в это время в нём материализовался метровый рулон бумаги. Представил? И это уже ничем не объяснишь и не спрячешь результат. И вот тогда появляются «Чистильщики». И по сравнению с ними «Хранители» просто ангелы. Потому что данную ситуацию можно исправить, только организовав техногенную катастрофу. Да именно! И тогда это тело будет считаться пропавшим без вести. А на присутствующих просто упадёт бетонное перекрытие. И это уже можно объяснить. Усталость материала. Ошибки проектирования. Человеческий фактор. Сколько сейчас в мире техногенных катастроф знаешь? Вот именно, опять такие же умники, как ты, действовали. Поэтому материализация выполняется в строго установленное время и в определённом объёме пространства, в котором можно исключить попадание человека или другого движущегося объекта.
В помещении наступила абсолютная тишина. Даже вентиляторы на материнских платах системников перестали шуршать. Похоже, я переигрываю. Надо сбавлять обороты.
Всё, заговорился я тут с вами. Надо заканчивать, - несколько взмахов руками, и в сторону оформителя, - Да, энергии уже не хватает, могу сделать только 8 рулонов. - «Снип. Снап. Снуре. Буре. Базилюре!». Готово. Бумага на складе. Иди.
Но она далеко не уходит, возвращается на этот раз с заместителем директора.
- Слушай, что у нас с бумагой для плоттера? - хмурый взгляд и недовольный голос человека, которого оторвали от решения мировых глобальных задач высочайшего экономического порядка.
- С бумагой у нас всегда хорошо. Вот без бумаги очень плохо.
- Нет, давай без этих штучек, нам надо напечатать плакаты.
- Так что, она опять потеряла рулоны? Ужас! Наберут тут по объявлениям. С кем приходится работать! «И этот дом борется за звание «Дом образцового санитарного состояния». «Ведь всё сам, всё сам». «Нажитое непосильным трудом!». «Пиджак замшевый, два…». Рулоны для плоттера, два. В смысле две партии. Вы как хотите, но за «волшебной лампой» я домой не побегу.
- Так у тебя и «волшебная лампа» есть?
- «В Греции всё есть!» - хотя вряд ли он поймёт смысл этой фразы, она из другого временного измерения, - Ладно, пойдёмте разбирать ваш бардак.
Процессия движется в направлении склада. Осматриваю сначала совсем в другой стороне склада, заглядываю даже в шкафчики, хотя явно туда не поместится. И вот то место, рулоны стоят ровными рядами:
- А вот это что? - вопрос в сторону сопровождающих и считаю вслух - Один, два … восемнадцать. Обе партии на месте. Ну, в чём проблема? - дотрагиваюсь рукой и тут же отдёргиваю, как будто боюсь обжечься, - Во! Ещё тепленькие!
Оформитель ищет в голове подходящий ответ. Протягивает руку, чтобы потрогать, но отводит. Понимает, что они не могут быть тёплыми, но потом вся курилка будет потешаться над ней. Заместитель директора смотрит на неё вопросительным взглядом. А ведь сколько раз она его подставляла. Разбирайтесь без меня, ухожу, что-то мурлыкая себе под нос:
- Не кочегары мы не плотники
Но сожалений горьких нет, как нет, - и уже в коридоре, где никого нет,
- А мы магичные работники. Да.
И вам магичный шлём привет!
Возле «аквариума» останавливают вопросительные возгласы:
- Ну, что? Как?
- Всё нормально! Там, обе партии, ещё тёпленькие.
- УУУУУ! Ура! Браво!
Раскланиваюсь. Занавес.
© Никто И-Никакой
- Так у тебя и «волшебная лампа» есть?
- «В Греции всё есть!» - хотя вряд ли он поймёт смысл этой фразы, она из другого временного измерения, - Ладно, пойдёмте разбирать ваш бардак.
Процессия движется в направлении склада. Осматриваю сначала совсем в другой стороне склада, заглядываю даже в шкафчики, хотя явно туда не поместится. И вот то место, рулоны стоят ровными рядами:
- А вот это что? - вопрос в сторону сопровождающих и считаю вслух - Один, два … восемнадцать. Обе партии на месте. Ну, в чём проблема? - дотрагиваюсь рукой и тут же отдёргиваю, как будто боюсь обжечься, - Во! Ещё тепленькие!
Оформитель ищет в голове подходящий ответ. Протягивает руку, чтобы потрогать, но отводит. Понимает, что они не могут быть тёплыми, но потом вся курилка будет потешаться над ней. Заместитель директора смотрит на неё вопросительным взглядом. А ведь сколько раз она его подставляла. Разбирайтесь без меня, ухожу, что-то мурлыкая себе под нос:
- Не кочегары мы не плотники
Но сожалений горьких нет, как нет, - и уже в коридоре, где никого нет,
- А мы магичные работники. Да.
И вам магичный шлём привет!
Возле «аквариума» останавливают вопросительные возгласы:
- Ну, что? Как?
- Всё нормально! Там, обе партии, ещё тёпленькие.
- УУУУУ! Ура! Браво!
Раскланиваюсь. Занавес.
© Никто И-Никакой