- Эх, что-то я совсем постарел...
- Постарел, это когда для связи с тобой требуется медиум.

При желании, счастливым может быть совершенно любой житель нашей планеты. Главное, чтобы желание было достаточно сильным.

Шла как-то добрая фея Моргана по лесу и увидела злого волшебника Мерлина, который не на шутку разбушевался и размахивал мечом. Сердце феи сжалось от жалости, и решила она сделать что-то хорошее для него.
Появилась перед ним и говорит:
— Здравствуй, Мерлин. Я исполню два твоих желания.
— Правда? Любые?
— Да!
— Да я и сам умею, чего пристала-то.
— У меня особый талант и доброе сердце.
— Тогда возьми этот меч и воткни вон в тот камень, чтобы никто живущий не мог его вытащить!
— Исполнено!
— А теперь вытаскивай.

Так Моргана стала злой феей.

Сделал дело — колдуй смело.
Фаерболлом без труда не поджаришь и рыбку из пруда.
Делу — время, а потехе — час соответствующего ангела.

Вот что рассказывают туземцы о том, откуда появилось все.

Однажды, когда ничего и никого еще не было, Адалинда захохотал, и оказался.

Стоило ему засмеяться, как из его смеха что-то появлялось.

Поэтому, когда он засмеялся в первый раз, из его смеха появился Адалинда.

Эта часть мифа туземцев с плоскогорья о творении мира особенно раздражает христианских миссионеров. Они совершенно справедливо указывают, что если Адалинда еще не существовал, то он не мог засмеяться.

На это туземцы отвечают, что больше засмеяться было некому, потому что если бы засмеялся кто-нибудь другой, то ничего не случилось бы, а раз из смеха возник Адалинда, значит, это смеялся Адалинда, и если христианские миссионеры не знают, откуда взялся их бог, то пусть помалкивают и слушают дальше.

Когда из смеха Адалинды возник Адалинда, он обнаружил, что находится нигде. Это его рассмешило, и возникло пространство.

Совершенно пустое пространство выглядело очень забавно, и Адалинда расхохотался от души. Так невежественные туземцы объясняют возникновение звездного неба.

Болтаться посреди неба, где было не на что сесть, было просто смешно. Адалинда хихикнул, и возникла земля.

Адалинда сел на землю, но в темноте он не заметил, что садится на острый осколок камня. Рассмеявшись над своей непредусмотрительностью, Адалинда создал луну и лег спать.

Наутро он осмотрел землю, и засмеялся, потому что уж очень смешно выглядела засохшая земля. Он смеялся до слез, и там, где слезы Адалинды падали на землю, возникали озера, а из его смеха получились реки.

Земля стала набухать от воды, и это так насмешило Адалинду, что он хохотал без перерыва целый день, и из его хохота возникли горы, а когда он всхлипывал от смеха, возникали влажные плоскогорья.

Наклонившись потом к воде, Адалинда засмеялся над отражением своей смешливой физиономии, и из этого смеха возник Килампе Фефе Лидонго.

Вот поэтому-то туземцы никогда и не смеются над своим отражением в воде. Мало ли что...

Килампе Фефе Лидонго получился наполовину из смеха Адалинды, а наполовину из смеха отражения Адалинды в воде. Вот почему он всегда плачет, хнычет и ноет, и стоит ему заплакать, как что-нибудь пропадает.

Туземцы страшно не любят, когда кто-то этим занимается, и поэтому на всякий случай выдирают из брошюр миссионеров те страницы, где говорится о кающихся грешниках.

Некоторые, правда, и остальное выбрасывают но только те, кто умеет читать.

Килапме Фефе Лидонго заплакал, и под ним пропал кусок земли. Адалинде это показалось смешным, и так возник океан.

Килампе Фефе Лидонго барахтался в океане так смешно, что, пока он выбрался на берег, в океане появилась рыба, а на земле деревья и трава. Глядя, как Килампе Фефе Лидонго вылазит на скалы, которые от его слез превращаются в песок, Адалинда смеялся так, что из его смеха появились насекомые, птицы и кролики лететепе. Килампе Фефе Лидонго неуклюже заполз на скалу, и Адалинда засмеялся, глядя на его заплаканное лицо. Из этого смеха получилась морская черепаха, она тоже всегда плачет, когда вылазит на берег.

А Адалинда пошел на плоскогорье, и там увидел свою тень. Тень Адалинды была очень смешной, и он засмеялся, и так возник человек. Правда, у него было три рта, и все три говорили, перебивая друг друга. Адалинда нашел эту болтовню совершенно смехотворной, и засмеялся опять. Из этого смеха получилась женщина, но тоже не совсем такая, как теперь: у нее было две головы.

Тем временем Килампе Фефе Лидонго пришел по следам Адалинды на плоскогорье, и из-за ветвей кустарника увидел людей. Он горько заплакал, но сквозь ветки ему было видно не все, и потому женщина осталась без тела, а у мужчины пропала голова.

Адалинда собрал то, что осталось, и слепил из двух лишних ртов мужчины одну новую голову, а из двух голов женщины другую. Второпях ту, что вышла из двух ртов, он отложил в сторону, а мужчине прицепил ту, что сделал из двух голов женщины. Поэтому, говорят туземцы, настоящий мужчина, прежде чем сделать что-нибудь, думает дважды. Иначе, полагают глупые туземцы, никакой он не мужчина, а так, одно название.

Отмените карму, я на нее сильно опоздаю.

©ДАРА

— Почему раньше столько историй было о ходячих мертвецах, а сейчас никто не выходит?
— Опасно стало из могил вылезать в наше время...

- Что делать, если весь мир тебя списал со счётов, вычеркнул из всех списков и забыл?..
- Радоваться. Ведь теперь появляется тысячи возможностей.

- Здравствуйте, судя по буклету, здесь занимаются починкой поломанных машин времени.
- Вы шутите? Здесь сервисный центр, а не психиатрическая лечебница.
- Позвольте. Вот документация, вот адрес. Я, первый VIP-покупатель вашей фирмы, всего-лишь отправился на 45 лет назад, машина сразу же сломалась, а теперь мне её отказываются чинить по гарантии?

- Эти эзотерики какие-то странные.
Подумала я, отправляясь чистить карму своему коту.

- Старик, ты самый мудрый, ты уже умирал, но всё же живой, расскажи нам что-нибудь про жизнь после смерти.
- Парни, знаете что я вам скажу... мы все уже живём там, просто сюда приезжаем на отпуск.

- Почему-то как правило люди понимают этикет, как рекомендацию произносить проклятия про себя молча, а не вслух.
- Да, и не демонстрировать вольты людям.

В магии применимо всё, что есть в мире, и ещё кое-что.

— А это нормально, что у меня как будто две совершенно разных точки зрения на один и тот же вопрос, в разные дни, будто разные люди рассуждают?
— Всего две? Странно.

А неплохой бизнес мы придумали про эту природу Будды, правда?

Сатана

Что нам дано? Лишь это тело?
Допустим, жизнь ещё дана?
А может быть, всё в том и дело,
Что вся планета Мать Земля.

Мы ограничиваем мыслью,
Свои Вселенские Миры,
Наш взор, стремительно лучистый,
Сужаем в радиус струны.

Чтоб не споткнуться, смотрим в землю,
Хотя мы можем и летать!
Грустим за времени потерей,
Вместо того, чтобы мечтать!

Всё то, что в Мире, всё перед нами!
Любая в космосе звезда!
Что тут сказать, смотрите сами!
Откройте только лишь глаза!

Абсолют Мира.

Очисти своё сознание от негатива посредством мытья пола холодной водой вручную — и получи дождь в подарок.

Время брать всё в свои руки

Всадник на коне остановился перед огромным чёрным замком и откашлялся.
— Дракон!
Из самого большого окна замка показалась голова Дракона.
— Я!
— Приготовься познать мощь моего меча!
— Наконец-то! — обрадовался Дракон. — Твои слова — музыка для моего изнывающего от скуки сердца. Кстати, насчёт твоих слов — что с голосом? Долго в седле сидел?
— Всегда такой был, — Всадник поднял забрало шлема. — Может в этом дело?
— Девушка?!
— Не просто девушка, а Принцесса. И я приехала для того...
— Чтобы занять одну из темниц моего замка, — кивнул Дракон, — пока кто-нибудь не придёт за тебя сражаться. Слезай с коня, не хочу животинку травмировать.
— Ты не дослушал! — нахмурилась Принцесса. — Я приехала не для того, чтобы стать пленницей, а чтобы стать освободительницей!
— Чего?!
— Ну у тебя же полно пленных Принцев, Рыцарей и прочих? Вот за кого-нибудь из них я и буду сражаться с тобой, чтобы вызволить его из плена.
— Всё не так устроено, — усмехнулся Дракон. — Великий Дракон похищает красавиц, а за ними приходят Принцы и Рыцари, чтобы спасти и тем самым обрести славу и красавицу-жену. Не наоборот. Понимаешь?
— Понимаю, — кивнула Принцесса. — Значит, я буду первой. Кстати, а Великий Дракон — это кто?
Дракон гордо улыбнулся.
— Я.
— Тебя никто не называет Великим Драконом.
— Называют.
— А вот и нет!
— Не собираюсь тебе что-то доказывать! — фыркнул Дракон. — Мне-то виднее, как меня называют.
— И не доказывай, — улыбнулась Принцесса, — и так понятно, что ты это звание сам себе дал. Вернёмся к цели моего приезда…
— Я уже объяснил, как всё устроено.
— Да выслушай ты меня! Все эти Принцы и Рыцари настолько с ума сошли по этим подвигам и спасениям, что совершенно забыли про тех красавиц, которых никто не похищал. Ко мне ни разу никто не приезжал свататься, ты представляешь?
— Мрак, — согласился Дракон.
— Мягко сказано, — вздохнула Принцесса. — В общем я решила брать всё в свои руки — я спасаю кого-нибудь из плена и по традиции выхожу за него замуж.
— Слишком сложно. Можно было просто дать себя похитить.
— Не переношу холод и сырость.
Дракон на секунду задумался и скрылся в замке. Через несколько минут он вновь показался в окне, держа в лапе Принца.
— Пойдёт?
— Что-то он бледный какой-то, — поморщилась Принцесса. — И вялый, как жухлый кабачок.
— Он у меня в плену уже третий год сидит, — пояснил Дракон. — На улицу редко вывожу, они всё сбежать пытаются. Другого?
— Если можно. И покрасивее, пожалуйста.
Дракон кивнул и вновь скрылся в замке. Вернувшись, он помахал зажатым в лапе Принцем.
— А этот как? — спросил он. — Ещё свеженький, пару месяцев у меня всего.
— Уже лучше, — заулыбалась Принцесса и помахала рукой Принцу. — Приветик.
Принц, разглядев во Всаднике девушку, приободрился, пригладил рукой волосы и ослепительно улыбнулся. Принцесса смущённо опустила глаза.
— Меня устраивает.
— Отлично! — обрадовался Дракон. — А то он так храпит, что стены дрожат, всё думал, куда его…
— Я передумала! Следующий!
Дракон, ворча под нос, скрылся в замке.
— Ещё один красавчик, — объявил он, вернувшись. — Ну как? Эй, а ну не дёргайся! Что ты меня позоришь?
Новый Принц замер, посмотрев на Принцессу. Принцесса присмотрелась и улыбнулась.
— Хорошенький, — смущаясь, сказала она. — А он не это, ну…
— Нет, этот тихий, — ответил Дракон. — Забираешь?
Принцесса скромно кивнула и спрыгнула с коня, обнажив меч.
— Да брось! — отмахнулся Дракон. — Не буду же я, в самом деле, сражаться с девушкой. Так забирай, что уж там. У меня этого добра всё равно девать некуда.
Принцесса помогла Принцу забраться на коня и помахала Дракону рукой.
— Всего доброго! — хмыкнул Дракон, помахав в ответ. — Начнёт храпеть — ты знаешь, где меня найти.

Автор: Роман Седов

Семь смертных грехов кота Василия.