Значит, по-старому, 6000.

Всеволод Емелин

ДАМу

Дело движется к победе
Берегитесь господа
Вышел в Телеграм Медведев
Быстро слушайте сюда.

Эту западную сволочь
Бьет он словом как розгой
Так их Дмитрий Анатольич
Так их гадов дорогой!

Я их тоже презираю
Они жалкая хуйня
А мы с Вами самураи
Мы из стали и огня.

Вы всю правду говорите
В лица недругов Руси
Отливаете в граните
Прям, святых хоть выноси.

Вы во все внесете ясность
Пусть дрожит иноагент
Не зря нашу безопасность
Вам доверил президент.

Вы защитник наш и воин
И за Вашей за спиной
Гражданин РФ спокоен
Как за каменной стеной.

Есть в конце тоннеля свет
Есть ракеты в 30 Махов
Скоро хрустнет их скелет
В сильных, нежных Ваших лапах.

Вы Совбеза заместитель
Дорогой, любимый ДАМ
Вам не страшен вытрезвитель
Так завидую я Вам.

Жгите всем сердца глаголом
Храбро стойте во весь рост
А Захаровой с Лавровым
Плыть до Вас говном сто верст.

Банки массово вводят комиссии за хранение валюты

Доплата банку за хранение валюты стала новой реальностью россиян. Сейчас уже в шести банках из топ-20 по объему привлеченных средств действуют комиссии за валютные счета.

Такие комиссии есть в:
🚩 Райффайзен банке,
🚩"Тинькофф банке",
🚩"Ситибанке",
🚩банке "Санкт-Петербург",
🚩"Уралсибе" и
🚩РНКБ.
🚩 Росбанк рассказал Frank Media о планах ввести такую комиссию до конца июня.
🚩Ранее подобную комиссию аналитики Frank RG находили в Промсвязьбанке.

Банки вне топ-20 также сообщают о введении подобных комиссий. В частности, об этом заявлял банк "Авангард".

В условиях, когда ни законодатели, ни регулятор не готовы разрешать банкам отрицательные ставки по вкладам и счетам, введение комиссий является для банков единственным способом брать с клиентов-физлиц плату за хранение валюты.

"В 2014 году я опубликовал статью о психологии сурикатов, так я называл "хипстерский" социально-поколенческий класс в российских городах-миллионниках. Одно из названий было: "Дети Брейвика". Или: "У Брейвика нет выбора".

Но сегодня вся Европа, а, возможно, почти весь мир - дети Брейвика.

Полностью статья по ссылке в комментариях, ниже основные фрагменты из нее для понимания этого тезиса:

У Брейвика нет выбора (еще про социологию зомби)

В стомиллионном легионе крым@ашистов есть несколько батальонов настоящих железных старух.

Они мечтают впасть в детство, а, значит, попасть в Лимбо, в царство теней, и утянуть с собой побольше живых. Это нормальная возрастная некрофилия. Они опасны, но понятны. Они ничем не рискуют и ничего не теряют. Впереди у них смерть, и есть возможность немного повеселиться перед тем. Как на танцплощадке со старыми вальсами в день Победы. Такая форма консьюмеризма.

Есть еще классические пролы, из Оруэлла, это люди, живущие в почве, настоящие автохтоны. Они никогда не выбирались на поверхность выше уровня глаз, только чтобы осмотреться, хмыкнуть и опять нырнуть в гаражную или погребную нору. В их жизни ничего не изменится, они ничем не рискуют. Они ниже уровня рисков. Они питаются корнеплодами. Едоки картофеля.

Есть маньяки, которым время дало новые возможности, воевать, убивать, умирать, Это, в каком-то смысле, выгодоприобретатели последнего путинского проекта, "убить и умереть".

И есть огромный класс, поведение и положение которого вызывает глубочайшее недоумение и огромную досаду. И тревогу. Да- да, глубинную тревогу от присутствия чего то обреченного и патологически беспомощного.

Я их называю сурикатами. Но точнее их было бы называть цивилизацией рыб.

Они сформировались в том постиндустриальном коллоиде нулевых, где всегда была комфортная температура, и некоторое количество корма. Вне зависимости от направления движения и усилий плавников. Где были рабочие места в редакциях и банках, опенэйры, театры и туры, недорогая и трогательная хипстерская буржуазность, съемные квартирки, в которых, если хозяин не против, можно было покрасить стены в цвета скандинавского модерна и сделать трафаретом цветочки, где были магазины с чашечками, полосатыми табуретками и андрогинной одеждой, были бизнесы и стартапики и.. и еще какой-то корм. И было очевидное и понятное будущее.

Впрочем, их движения, и память, и эмоции коротки. Они позитивны. Настолько, насколько позитивны рыбы. Возможно, они не думали о будущем.

Сегодня ясно, что их жизнь отменена. Уничтожено будущее. Они успели родить детей. Они имели право на все, несмотря на некоторую гебефрению и анемичность.

Они, оказалось, не сумели защитить себя и свою жизнь в принципе.

Их реакция на крах уклада и перспектив – как плывущая запись с жеваной магнитофонной пленки. Морок. Обморок.

-Ты будешь рукколу? Я люблю рукколу.
- Я тоже люблю рукколу.
- Давай купим рукколу и сыр. Ты любишь рукколу с сыром?
- Да, я люблю сыр.Смотри, рукколы больше нет. И сыра.
- Рукколы нет? Тогда будем есть.. мяту. И.. ревень. Да? Мы будем есть ревень и ходить друг к другу в гости. С лукошком, как наши мамы и папы. Это так здорово. Ревень нужно добывать? Его нужно печь? Мы построим печь?

Они уже все в суггестивном трансе.

Еще год-полтора назад я был уверен, что Путин не тронет этот трогательный беззащитный класс, что он заберет себе в ментальную ограду свой автохтонный, ватный народ, мечтающий о муках, а «новым» людям оставит «новую» жизнь. Я видел, что технически это возможно. Возможна такая экономическая, этологическая и идеологическая конструкция.

Теперь-то понятно, что основной метод Путина – именно полный слом. Энтропия. Конструкции не нужны. Уже и симулякры становятся не нужны.

Они классические жертвы Брейвика. Сниженный интеллект и беспомощная некритичность. В какое то время я был зол на них, за то, что они, с точки зрения социологии, настоящее действенное поколение, не признавали себя субъектом. Теперь я понимаю, что эти съезды с темы ответственности за будущее были не уловкой, а истинной неспособностью, слабостью, анемией.

Но если люди, подобные мне, например, четко воспринимают происходящее, как мощное и дерзкое кидалово, наезд, на мои правила и устройство жизни, договор по поводу которых состоялся много лет назад, когда мы четко решили, в каком мире будем жить, а односторонняя отмена – это беспредел, а с беспределом не бывает примирения, и сроков давности, то эти сурикаты, от страха или умственной слабости, рефлекторно принимают позу эмбриона, выученной беспомощности. Мало того, они начинают подмахивать насильнику.

И черт бы с их противоестественными способами получать удовольствие и сублимировать свои страхи, но они, образовав еще один гарем и окружив возлюбленного, презирающего их маньяка, защищают его. Живой щит из сурикатов может и не такая надежная броня, как простодушная, но плотная вата, но их коллективный мозговой процессор придумывает оправдания и рационализацию происходящему безумию с огромной скоростью, создает мощную идеологию глупых и опущенных. Фактически, заслоняя и оправдывая врага, они становятся его сообщником. Так ведь бывает с заложниками.

Ну хорошо, они - не сам враг, но именно от туповатых и трусливых сурикатов можно ожидать основных подлостей коллаборационизма. Не очень приятно, когда предполагаемый союзник, интересы, жизненные основы и перспективы которого атакованы гораздо сильнее, чем твои, съезжает так безнадежно.

Я уверен, что никаких форм адаптации для этого класса в ближайшее время действительность не предложит. Кроме беспомощной маргинальности или предельной ссучености /или смерти - добавлено сегодня/.

Их собственные вспышки инфантильной фальшивой самоуверенности, безусловно, больше никакого значения не имеют. Возможно, все решит за них Брейвик. Всю ответственность они окончательно делегировали ему.
--------------------------------------------------
Они сидят на газоне, держась руками за щиколотки. Головы прижаты к коленям. Так велел Брейвик. Он сказал: это нужно для вашей безопасности. Он знает, как лучше, как нужно. В такой позе мало что видно. Даже немного скучно. Но кое что видно.

Полустертая разметка для велосипедов на трассе. Городские велосипеды это здорово. Вдоль бордюра медленно течет кровь. Что то похожее на кровь. Это не кровь. Наверное, подружка, сидящая рядом, уронила бумажный стаканчик с клюквенным соком. Не так давно были слышны сильные хлопки неподалеку, похожие на выстрелы. Но это не выстрелы. Выстрелов нет. Войны нет. Возможно, лопнула шина от жары, у одного из длинных тентованных трейлеров, стоящих на обочине. Или это хлопушки в луна-парке. Там разноцветные карусели, как на открытии русской Олимпиады, и трогательные чубастые акробаты, и добрый жираф Мариус, и цирковой злодей «Ярость» в черно-багровом трико, и много всего. Непонятного и забавного. Какое смешное слово, Куала-Лумпур. Как смешная скороговорка.

Брейвик где то рядом, он говорит по мобильному телефону. Очень уверенно и весело. Он говорит, что все под контролем. На него можно положиться. Он не убьет, если не сопротивляться, он держит слово и любит понимание ситуации. На нем армейская жилетка-разгрузка, в руках спортивная винтовка. Он купил это в универмаге. Стокгольмский синдром. Было такое смешное словосочетание. Что оно означает? Про него еще говорили скучные люди из телевизора. Кажется это когда люди пляшут от радости и не могут остановиться. Есть еще такой итальянский танец. Надо записаться на курсы ирландского танца. Там все хлопают в такт и стучат каблуками.
--------------------
- Хай! Я хочу купить вот это и это. В вашем универмаге.
- Йе. Отличный выбор! Ты хочешь немного поохотиться, парень?
-Да, я хочу немного поохотиться. У меня нет другого выбора.
Хлоп. Хлоп.
Хлоп".
...........................
"...Вот открыт балаганчик
Для веселых и славных детей
Смотрят девочка и мальчик
На дам королей и чертей
И звучит эта адская музыка
Завывает унылый смычок
Страшный черт ухватил карапузика
И стекает клюквенный сок..
........
..Заплакали девочка и мальчик
И закрылся веселый балаганчик"
А. Блок.

2014
Евгений Юрьев.

Экономика России сократится на 15% в 2022 году и на 3% – в 2023 году. Таким образом, удар от западных санкций, исход иностранных компаний, "утечка мозгов" и коллапс в области экспорта сведут на нет 15 лет достижений. Об этом говорится в отчете об экономике России после начала войны в Украине Института международных финансов (Institute of International Finance, IIF).

Западные санкции спровоцировали "полную дезинтеграцию 30-летних инвестиций", считает Элина Рыбакова, заместитель главного экономиста Института международных финансов.

По ее мнению, если Европа откажется от экспорта российских энергоносителей, экономика пострадает еще сильнее в среднесрочной перспективе.

Рыбакова отметила, что восстановление рубля после первоначального краха не следует расценивать как то, что российская экономика более устойчива, чем ожидалось. По ее словам, у российских банков достаточно валютных резервов, поскольку импорт рухнул, но российским предприятиям и потребителям не на что их тратить.

Вместо этого воздействие санкций со временем будет усиливаться, особенно если Европейский союз значительно сократит импорт нефти и газа, хотя, как отмечает Рыбакова, на это могут уйти месяцы, если не годы.

IIF прогнозирует, что валовое накопление основного капитала в России сократится на 25% в 2022 году, импорт – на 28%, а экспорт – на 25%.

"Несмотря на значимые шаги, предпринятые с конца февраля, мы далеки от пика эскалации", – отмечают авторы IIF в своем отчете.

По их оценкам, дополнительные санкции, касающиеся, например, финансовой системы и ключевых статей российского экспорта (и импорта), могут привести к "драматическим последствиям для российской экономики". "Однако цена этих действий может быть значительной и для стран, вводящих санкции", – говорится в отчете.

Ситуация может и не остаться прежней.
Ибо у непоставочного бессрочного валютного фьючерса дна нет. Его цена легко может стать и отрицательной, как это не столь давно, всего пару лет назад, было с ценами на нефтяные фьючерсы.
Бессмысленно снижать ключевую ставку в надежде поднять этот фьючерс при закрытом рынке государственных долговых обязательств. Бессмысленно с этой же целью увеличивать лимиты на вывод валютных средств в этом искусственно созданном инструменте и разрешать больше не увеличивать массу этого инструмента внутри РФ при закрытом импорте. На этот фьючерс сейчас можно купить очень мало, с каждым днём - всё меньше, а скоро вообще ничего нельзя будет купить. Именно потому цена его стремится не к 50 и не к 30, а к нулю и ниже.

Человек упал со стула
И лежит себе с трудом,
Все вокруг ему постыло –
Мир, семья и отчий дом.

Он лежит себе как падла,
Как последнее говно,
Все вокруг ему обрыдло,
Все равно ему давно.

Все ему по барабану,
Кроме выпить да поссать.
Как с такими Украину
От нацистов нам спасать?

Игорь Иртеньев

И учить их вилять хвостом

Александр Скобов:
"А вы хотели бы, чтобы немецким старикам перестали регулярно платить пенсии году эдак в 1942-м?

Продолжается обсуждение проблемы "системного либерализма" в России. Чем было сотрудничество "системных либералов" с формирующимся нацистским режимом — подвигом или преступлением? Обличители сислибов говорят, что те строили нам всем тюрьму вместе с надзирателями. Защитники сислибов отвечают, что, не будучи в силах помешать строительству тюрьмы, они старались сделать так, чтобы в ней хотя бы был режим помягче.

Вы еще вспомните сислибов, при которых хотя бы платили зарплаты врачам и учителям, платили пенсии старикам. Вы еще вспомните сислибов, при которых в учебных заведениях давали настоящие знания, а местами даже и гуманистические ценности. И ставшие администраторами выпускники этих заведений когда-нибудь эти ценности проявят.

Так пишут люди, благородно повесившие на себя значок "Мы тоже — системные либералы". Мол, стреляйте и в нас тоже. Хотя называть их системными либералами не вполне верно. Они действительно встраивались в систему, приспосабливались к ее правилам, но хотя бы в рамках этих правил старались сохранить возможность публичной критики этой системы, хотя бы и урезанной критики.

Однако в России так уж исторически сложилось, что под "системными либералами" понимают людей, отказавшихся давно от какой бы то ни было публичной критики системы и просто обслуживающих режим, работая в его административных структурах в качестве "технократов" или "буржуазных спецов". Граница между теми и другими, конечно, нечеткая, часто переходимая в сторону "сислибов" (в обратную сторону гораздо реже), но эта граница есть.

Вот, к примеру, Ялмар Шахт в юбке. Героически обеспечивает финансовым топливом машину массовых убийств. Разумеется, исключительно ради того, чтобы "интеллигенции в стоптанных ботинках" платили зарплаты и пенсии. А вы хотели бы, чтобы немецким старикам перестали регулярно платить пенсии году эдак в 1942-м? Если хотели бы, то вы так и не поняли, насколько гуманнее с тех пор стала наша цивилизация. Вы — из прошлого.

Наша либерально-гуманистическая цивилизация провозгласила благо человека высшей ценностью. Она долго изживала вражду и ненависть. Училась толерантности. Училась всех понимать. И не осуждать тех, кто ради сохранения благополучия идет на компромиссы с совестью. Никто не вправе ни от кого требовать быть героем и альтруистом.

Вся жизнь состоит из компромиссов, и это нормально. Разумеется, существует понятие "последней черты", за которой компромисс становится невозможен. И если бы сислибы массово отказались от сотрудничества с путинским режимом, когда он еще не заматерел, они вполне могли помешать строительству тюрьмы. Но требования, предъявляемые режимом в качестве условия сотрудничества, казались совсем необременительными, а "последняя черта" — бесконечно далекой.

Требования повышались, но очень медленно. Режим завинчивал гайки очень осторожно и постепенно. И мы привыкали к тому, что, хоть права урезаются постоянно, это тоже не страшно. Еще достаточно много остается. И перестали замечать, что "последняя черта" становится все менее различима. В этом принципиальная уязвимость стратегии "системных либералов" и даже "системных оппозиционеров". Она размывает "последнюю черту".

Но пришел момент, когда не заметить "последнюю черту" не мог уже даже самый системный либерал. Пришли люди, не обремененные нашими рефлексиями, и просто грубо вернули нас в 1942 год. Ни один самый системный либерал не мог не заметить, что началась Третья мировая война. Настоящая, а не риторическая. Сгребаемые на свалки обломки зданий вперемешку с трупами людей, погибших под этими обломками, — это не фигура речи. Это Мариуполь.

А это значит, что вступают в действие законы военного времени. И другие требования к людям. По законам военного времени каждый вправе судить других за то, за что он не может их судить в мирное время. Нет, нельзя требовать от каждого уйти в партизаны. Но идти служить в расстрельную команду оккупантов тоже нельзя. Совсем нельзя.

По законам военного времени людей делят на своих и врагов. Любой, кто публично поддержал врага, тоже враг. А если он еще и из своих, тогда он еще предатель и подлец. Подлец, потому что поддерживает врага отнюдь не по убеждениям. И публично назвать его таковым — это тоже форма борьбы с врагом. Не можешь сам держать в руках оружие — хотя бы назови подлецом поддержавшего врага.

И если ректор учебного заведения подписывает поганое письмо в поддержку нападения нацистской России на Украину и развязывания Третьей мировой войны, одна эта подпись обнуляет все то полезное и доброе, что он сделал раньше. Вред от этой подписи перевешивает все прежние заслуги в деле развития науки и распространения знаний. И не будет больше никакой пользы от сохраненной такой ценой "институции". Чему может научить студентов такой ректор? Только цинизму, приспособленчеству и подлости. Это как у Галича:

И ты будешь волков на земле плодить
И учить их вилять хвостом".

Президент Всемирного экономического форума в Давосе Клаус Шваб дома держит бюстик Ленина.