людское
Удивительно, как эта степень социального доверия ко мне синхронится с редукцией у меня способности быть кому-то близким человеком

- уже знакомый таксист, пока едем до деревни, рассказывает про свою редкую форму дальтонизма. Говорит, что закат красивый, но непонятный.
- бабушка рассказывает как её проклинают соседки-ведьмы. Тут все очень серьёзно — сломанные гребешки, перевязанные гвозди, грибы. Она их сжигает правильно, говорит, на соседку действует.
- подросток в поезде рассказывает о своём отце-британце, достаёт квирные книги, спрашивает, как там в России сейчас с ментами, фотографирует меня и показывает фотки из Тбилиси. Мы сидим ночью, он завешивает боковую полку кофтой как ширмой, чтобы было видно звезды.
- помогаю таксисту отправить через онлайн-банк деньги дочке , которая поехала в Москву и все промотала. Рассказывает, как отвозил сбежавшую невесту в свадебном платье. Записывает кружочки жене, показывает петропавловку.

И я стараюсь начать говорить о выставке, втягиваю туда людей и даже сама не прячусь.

За мечом еду на ветеранов, он обернут в картон и ткань, так что по силуэту скорее напоминает лопату. Лейтмотивами в разговорах болезни деревьев и больницы.

С фотографиями все решается в последний момент. Опять болезни и больницы. Режу гранаты на коленях, мы едим их руками весь вечер, алый сок забивается под ногти.

Зачем-то я говорю, как это похоже на кровь.

За фотографии ещё не раз поблагодарю Зарину, за меч - Ольгу Исаеву. Постепенно начну показывать материал, как же его много.

Деревня — постоянный разговор о смерти. No trigger warning. Здесь даже пироги зовутся утопленники, не взыходит огород, не приходят дожди, каждый сосед, что пришёл косить — алкоголик, раковый больной. На смерти не понижают голос. Коты растут как трава, а трава после покоса не растёт,  а коты — утопленники, куды ж их столько.
Я давлю косточки из вишни, алый сок капает, разумеется, на порог дома.

В городе, вернувшись, иду на детский спектакль. Пеппи рассказывает о своей умершей матери. Кто-то из детей спрашивает "а у тебя сирьёзна мама умерла?"
И дети ему отвечают
Ты что, нет конечно, такое невзаправду

Интересно, как скоро им придётся поверить

Как собрать личный «совет директоров» вокруг своей идеи. Делимся опытом мастермайнда в Клубе друзей «Бумаги»

Мастермайнд — это встречи близких по духу людей, где они вместе ищут решения личных и профессиональных задач.

Первый же мастермайнд в нашем Клубе друзей помог участнице сообщества Оле спланировать работу над сайтом, посвященным творчеству Габриэля Гарсиа Маркеса.

На Олином примере показываем, как при поддержке единомышленников перейти от мыслей к действиям. Вы тоже можете найти вдохновение и нетворкинг в Клубе друзей «Бумаги». До конца июля в честь дня рождения клуба действует скидка на подписку — 30 % по промокоду birthdayClub.

Самое время попробовать: https://ppr.today/KLtoTXk