Когда-то я мечтала о великом. Ну, знаете, как [это] обычно бывает - тебе десять, и ты хочешь (мечтаешь, фантазируешь) полететь в космос. Условно, конечно. В космос я лететь не собиралась, но мой голубой сон (мечта, идеал) был не менее грандиозным (амбициозным, честолюбивым). Засыпая, я грезила о том, как вырасту и стану лечить животных. Буду помогать братьям нашим меньшим, заботиться о них. Уже [даже] и не помню, почему именно это было [моей] детской мечтой - обычно ведь дети хотят чего-то поэпичнее (поярче, покруче, поинтереснее), да? А мне хотелось только животным помогать. Прямо наваждение какое-то.
Помню, в младшей школе нам проводили психологический тест - придумали тоже, что там младшеклассники могут сказать? И вот, в конце теста спросили, кем мы хотим стать, когда вырастем. Я ответила откровенно (беззастенчиво, честно, не стесняясь) - животных лечить. Когда ответы зачитывали, однокласнники смеялись, а мне было так обидно, что в груди жгло.
Может, поэтому, когда выросла, я не стала ветеринаром? Всему виной глупый (детский, нелепый) стыд?