Forwarded from Горький
Ибрагим аль-Куни — живой классик арабоязычной литературы, биографически связанный с Россией, но больше известный в других частях света. Популяризацией его творчества в русскоязычном пространстве занимается Игорь Перников, под редакцией которого недавно вышло переиздание сборника рассказов аль-Куни «Глоток крови». По просьбе «Горького» с Игорем поговорил Лев Волошин.
https://gorky.media/context/uxod-v-pustynyu
https://gorky.media/context/uxod-v-pustynyu
В последнюю субботу 2025 года будем торговать нашими книжками на «Черном рынке» — приходите, если у вас остались силы и деньги.
Telegram
Чёрный рынок
ОБЪЯВЛЯЕМ НОВОГОДНИЙ ЧЕРНЫЙ РЫНОК!
Любимый книжный фестиваль в новогодней инкарнации, выставка достижений низовой кооперации и главное место встречи независимых издательств со своими читателями — Черный рынок возвращается!
Запоминайте: 27 декабря мы встречаемся…
Любимый книжный фестиваль в новогодней инкарнации, выставка достижений низовой кооперации и главное место встречи независимых издательств со своими читателями — Черный рынок возвращается!
Запоминайте: 27 декабря мы встречаемся…
Братья и сестры!
Долгожданное возвращение черного солнца русской поэзии пришлось на самый разгар зимы, когда световой день уже начал увеличиваться, а выкопаться из сугробов все еще нет никакой возможности, что символично вдвойне или втройне. Не менее символична и обложка новой книги старшего лейтенанта, и ее название, ведь небеса, как всем вам хорошо известно, находятся не на небесах, а в глубине каждого из нас. Рекомендуем срочно бросить все так называемые дела и безотлагательно заказывать очередной бестселлер вашего любимого поэта, выпущенный вашим любимым издательством. С уважением, Коммон Плейс.
Заказать Пидоренко
Долгожданное возвращение черного солнца русской поэзии пришлось на самый разгар зимы, когда световой день уже начал увеличиваться, а выкопаться из сугробов все еще нет никакой возможности, что символично вдвойне или втройне. Не менее символична и обложка новой книги старшего лейтенанта, и ее название, ведь небеса, как всем вам хорошо известно, находятся не на небесах, а в глубине каждого из нас. Рекомендуем срочно бросить все так называемые дела и безотлагательно заказывать очередной бестселлер вашего любимого поэта, выпущенный вашим любимым издательством. С уважением, Коммон Плейс.
Заказать Пидоренко
Когда‑то я тоже работал и ходил по разным коридорам… пока окончательно не убедился, что все пути ведут одинаково в гроб.
Получили из типографии новую книгу:
Михаил Пантюхов. Тишина и старик. — М.: Common Place, 2026. — 240 с.
Говорят, писатель Михаил Пантюхов стал прообразом булгаковского Мастера, да и сама повесть странно похожа на «Мастера и Маргариту», вывернутую наизнанку: в психиатрическую клинику попадает героиня, а не герой, повелителем сил тьмы оказывается занудный старик, претендующий на богоподобие, и в финале никто не получит ни прощения, ни вечного приюта.
Михаил Иванович Пантюхов (1880–1910) — канувший в болото неизвестности писатель Серебряного века, водивший знакомство с Брюсовым и Блоком. «Тишина и старик» — главное произведение Пантюхова, послужившее ему же гробовой доской: после выхода книги писатель, тяжело переносивший резкие критические отповеди своему opus magnum, добровольно удалился в больницу для душевнобольных, где вскоре и окончил свои дни.
«Тишина и старик» интересна как дневник человека, пережившего вечные впечатления и сумевшего записать их без рисовки перед самим собой. Экстремальная субъективность — и сила, и слабость этого текста: Пантюхов блуждает исключительно в сумерках собственной души, и в иных местах повести чувствуется настойчивость помешанного, готового закричать от ужаса.
Послесловие — «Страшные вещи писателя Пантюхова» — написал уважаемый Роман Королев.
Есть в книжном магазине «Фаланстер» и на озоне.
Forwarded from Темная культурология
Вроде бы, год ещё только разгоняется, а у меня уже появилось достижение, которым не грех и похвастаться: в славном издательстве Грин Плюй Common Place вышло переиздание повести безумного писателя-декадента (безумного в прямом смысле слова: он завершил свои дни в психиатрической больнице и, по слухам, послужил одним из прототипов булгаковского Мастера) Михаила Пантюхова «Тишина и старик» (1907 г.), снабженное моим послесловием.
То гомерически смешное, то жуткое до патологичности, хтоничное и лиричное творение Пантюхова не посоветуешь каждому, но людям, которым интересна культура Серебряного века, экспрессионистская литература и -- тут я приделаю понятный хэштег -- проза Юрия Мамлеева, я могу посоветовать его вполне.
Судя по всему, Пантюхова страшило наступление урбанистической цивилизации и низведение человека до роли рабочего винтика с уничтоженным творческим началом: такие страхи очень хорошо понятны нам сегодня, хотя внятного рецепта спасения от них автор нам не оставил.
Влюбленные в повести Пантюхова не могут обрести счастье друг с другом от того, что все время сходят с ума; город и мебель готовят ловушки для неприкаянной души человека; тиранический старик-куровод устанавливает господство над миром; а все пути по определению ведут в гроб, и этим главный герой оправдывает свое абсолютно справедливое нежелание ходить на работу.
Поскольку послесловие писалось осенью, и я предполагал, что книга тогда же и появится на свет, завершается оно обращенным к читателю предложением собирать гербарий, которое в январе может показаться максимально всратым, — однако по некотором размышлении я пришел к выводу, что если ее читатель отправится собирать гербарий именно сейчас, то сделает тем только лучше и и себе самому, и всем нам.
«Ничего более кошмарного в своей жизни не читал», «образец типично вырожденческой больной литературы», «повесть открывает дорогу в литературу подлинным запискам сумасшедшего», —уже по этим откликам, сопровождавшим прижизненное издание «Тишины и старика», можно догадаться, что мы имеем дело со стоящей вещью. Теперь же, благодаря редактору Common Place Марии Глушковой, обретшей его в архивах РГБ посредством нетривиальной наблюдательности, произведение это начинает новую жизнь.
То гомерически смешное, то жуткое до патологичности, хтоничное и лиричное творение Пантюхова не посоветуешь каждому, но людям, которым интересна культура Серебряного века, экспрессионистская литература и -- тут я приделаю понятный хэштег -- проза Юрия Мамлеева, я могу посоветовать его вполне.
Судя по всему, Пантюхова страшило наступление урбанистической цивилизации и низведение человека до роли рабочего винтика с уничтоженным творческим началом: такие страхи очень хорошо понятны нам сегодня, хотя внятного рецепта спасения от них автор нам не оставил.
Влюбленные в повести Пантюхова не могут обрести счастье друг с другом от того, что все время сходят с ума; город и мебель готовят ловушки для неприкаянной души человека; тиранический старик-куровод устанавливает господство над миром; а все пути по определению ведут в гроб, и этим главный герой оправдывает свое абсолютно справедливое нежелание ходить на работу.
Поскольку послесловие писалось осенью, и я предполагал, что книга тогда же и появится на свет, завершается оно обращенным к читателю предложением собирать гербарий, которое в январе может показаться максимально всратым, — однако по некотором размышлении я пришел к выводу, что если ее читатель отправится собирать гербарий именно сейчас, то сделает тем только лучше и и себе самому, и всем нам.
Forwarded from Горький
Михаил Пантюхов жил недолго и не особенно ярко — за то и любим. А подробнее об этом необычном даже по меркам Серебряного века авторе читайте в послесловии Романа Королева к роману «Тишина и старик».
https://gorky.media/fragments/soberite-gerbarii
https://gorky.media/fragments/soberite-gerbarii
Горький
Соберите гербарий
Послесловие к «Тишине и старику» Михаила Пантюхова — великолепного изгоя Серебряного века
В отличие от своих многочисленных тезок вроде Лермонтова, Булгакова, Пришвина, Михаил Пантюхов практически не известен ни широкому, ни узкому читателю. Что не делает…
В отличие от своих многочисленных тезок вроде Лермонтова, Булгакова, Пришвина, Михаил Пантюхов практически не известен ни широкому, ни узкому читателю. Что не делает…
В эту пятницу, 6 февраля, приглашаем вас на презентацию книги «Тишина и старик», которая состоится в 20:00 в книжном магазине «Фаланстер» (Москва, ул. Тверская, 17).
Приходите, если вы уже успели прочитать «Тишину», если нет — тем более: обсудим, почему чтение этого текста (да и любого другого) порой чревато сонным параличом, отчего творчество иных писателей уподобляется рытью сумрачных тоннелей и действительно ли был Михаил Пантюхов прототипом булгаковского Мастера.
Книгу обсудят:
Роман Королев — темный культуролог, исследователь карликов и безумцев, автор послесловия к «Тишине и старику» (пока это самый исчерпывающий текст о жизни и творчестве Михаила Пантюхова) и создатель канала «Темная культурология».
Мария Глушкова — редактор издательства Common Place.
Вход свободный.
Автор книги — Михаил Иванович Пантюхов (1880–1910), канувший в болото неизвестности писатель Серебряного века, водивший знакомство с Брюсовым и Блоком.
Приходите, если вы уже успели прочитать «Тишину», если нет — тем более: обсудим, почему чтение этого текста (да и любого другого) порой чревато сонным параличом, отчего творчество иных писателей уподобляется рытью сумрачных тоннелей и действительно ли был Михаил Пантюхов прототипом булгаковского Мастера.
Книгу обсудят:
Роман Королев — темный культуролог, исследователь карликов и безумцев, автор послесловия к «Тишине и старику» (пока это самый исчерпывающий текст о жизни и творчестве Михаила Пантюхова) и создатель канала «Темная культурология».
Мария Глушкова — редактор издательства Common Place.
Вход свободный.
Край родной, навеки милый
У чертей на поводу
Я пришел к тебе дебилом
Но дебилом и уйду
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Уже сегодня — презентация пасмурной повести Михаила Пантюхова «Тишина и старик»
Приходите вечером в «Фаланстер», будем вместе собирать гербарий впечатлений.
Начало в 20:00.
Говорят, писатель Михаил Пантюхов стал прообразом булгаковского Мастера, да и сама повесть странно похожа на «Мастера и Маргариту», вывернутую наизнанку: в психиатрическую клинику попадает героиня, а не герой, повелителем сил тьмы оказывается занудный старик, претендующий на богоподобие, и в финале никто не получит ни прощения, ни вечного приюта.
Михаил Иванович Пантюхов (1880–1910) — канувший в болото неизвестности писатель Серебряного века, водивший знакомство с Брюсовым и Блоком. «Тишина и старик» — главное произведение Пантюхова, послужившее ему же гробовой доской: после выхода книги писатель, тяжело переносивший резкие критические отповеди своему opus magnum, добровольно удалился в больницу для душевнобольных, где вскоре и окончил свои дни.
«Тишина и старик» интересна как дневник человека, пережившего вечные впечатления и сумевшего записать их без рисовки перед самим собой. Экстремальная субъективность — и сила, и слабость этого текста: Пантюхов блуждает исключительно в сумерках собственной души, и в иных местах повести чувствуется настойчивость помешанного, готового закричать от ужаса.
Приходите вечером в «Фаланстер», будем вместе собирать гербарий впечатлений.
Начало в 20:00.