Войну можно рассматривать как оператор порождения будущего (футуроген) или уничтожения будущего (футуроцид).
Сейчас мы попали в иерархию "окончательных решений", в которых присутствует элемент футуроцида:
- Украина -> окончательное решение Донбасского вопроса, и таким образом достраивание нации,
- Россия -> решение украинского вопроса, восстановление русской цивилизации,
- Европа -> решение русского вопроса, восстановление европейской доминации,
- Китай -> решение проблемы Запада, возвращение Центра в Срединную державу,
- США -> решение проблем глобального управления, где Китай, Европа, Россия являются конкурирующими источниками управляющего сигнала, что ведёт систему в разнос; а США не способны сегодня быть "водителем ритма" по причинам внутреннего дребезга.
На каждом уровне футуроцид – очевиден.
- "Расстреливать Донбасс из ядерного оружия" (Тимошенко) = "будущего этих людей нет".
- "Денацификация" = "будущего этого режима нет".
- "Русофобия" = "будущего этой культуры нет".
Я не знаю слогана китайского национал-шовинизма.
В субъектных образованиях появляется часть футурогена.
ЕС – потребительский рай через эмиграцию. Лоск в последние годы сильно спал, но обещание остаётся.
"Один пояс – один путь" – созидает новую экономическую общность и говорит: давайте сотрудничать, это экономически интересно и ведёт к развитию.
"Глобальный мир" – это ещё более крупная общность и ещё более яркие цивилизационные морковки спереди и сзади: или выпадайте из технологического развития (ни одна страна не тянет производство полупроводников), или покоритесь трендам и получите потребительские деньги (известные как "доллары"), чтобы покупать айфоны и теслы (если помните, "Опель" купить нельзя, и суперкомпьютеры "Т-Платформам" делать запретили – кого надо глобализация).
Сложность отношений на нашем континенте в том, что совместного и самостоятельного будущего здесь давно не было. И если допустить, что Россия делает заявку на субъектность (этот фарш уже не провернуть назад), то запуск собственного футурогена – важнейшая задача.
Быть устойчивыми в моменте – и стремиться в будущее, а не в прошлое.
Вся эмиграция и "нет войне" – стремление в прошлое России (имевшей глобализационное будущее в персональном масштабе) через отказ от России (включиться в будущее, отбросив Россию и не ассоциируясь с её субъектностью). Это творческое включение в глобальное обещание будущего, то есть – неспособность (или невозможность) увидеть это будущее в своей стране.
Проблемы военно-гражданского управления в зоне конфликта – совершенно аналогичны: вот пришли вы, русские солдаты, и что теперь, что потом? Есть смысл с вами дружить? А о чём дружить-то?
И здесь раскручивается обратная картина – вложенность темпоритмов.
- Решение "Уезжать" – дни и недели.
- Введение санкций – недели.
- Военный конфликт – месяцы.
- Санкционное давление – месяцы и годы.
- Война на истощение – годы.
- Кризис глобализма – десятилетия.
В декабре я сидел в афинском кафе с американским визави (демократом) и доказывал, что вторжения не будет, потому что выиграть войну (футуроцид) можно, но выиграть мир (футуроген) – непонятно, как.
Сейчас я вижу для России один шанс. (Это эквивалентно надежде народа на интересную, насыщенную, и даже сытую жизнь.)
Выступить с проектом будущего именно в тот момент, когда крайние "правые" границы долгих процессов (кризиса глобализма) неожиданно совпали с ударной волной коротких процессов (психозов, нарушений логистики, санкций). Если санкции вводятся в момент, когда кризис глобализма уже завершается, то это может быть последней соломинкой на спине верблюда.
Кризис глобализма сейчас не начинается, а заканчивается. Глобализм уже десятилетия обещает будущее не для всех – отсюда и поддержка России множеством стран, которые в это будущее не попадают, но не имеют военных сил защищать своё. Для них Россия – это надежда.
И здесь критически важен акт футурогена там, где короткие темпоритмы реализуются. Объяснить будущее Херсону, Киеву, Харькову, Минску, Владивостоку, Екатеринбургу, Астане, Москве.
Сейчас мы попали в иерархию "окончательных решений", в которых присутствует элемент футуроцида:
- Украина -> окончательное решение Донбасского вопроса, и таким образом достраивание нации,
- Россия -> решение украинского вопроса, восстановление русской цивилизации,
- Европа -> решение русского вопроса, восстановление европейской доминации,
- Китай -> решение проблемы Запада, возвращение Центра в Срединную державу,
- США -> решение проблем глобального управления, где Китай, Европа, Россия являются конкурирующими источниками управляющего сигнала, что ведёт систему в разнос; а США не способны сегодня быть "водителем ритма" по причинам внутреннего дребезга.
На каждом уровне футуроцид – очевиден.
- "Расстреливать Донбасс из ядерного оружия" (Тимошенко) = "будущего этих людей нет".
- "Денацификация" = "будущего этого режима нет".
- "Русофобия" = "будущего этой культуры нет".
Я не знаю слогана китайского национал-шовинизма.
В субъектных образованиях появляется часть футурогена.
ЕС – потребительский рай через эмиграцию. Лоск в последние годы сильно спал, но обещание остаётся.
"Один пояс – один путь" – созидает новую экономическую общность и говорит: давайте сотрудничать, это экономически интересно и ведёт к развитию.
"Глобальный мир" – это ещё более крупная общность и ещё более яркие цивилизационные морковки спереди и сзади: или выпадайте из технологического развития (ни одна страна не тянет производство полупроводников), или покоритесь трендам и получите потребительские деньги (известные как "доллары"), чтобы покупать айфоны и теслы (если помните, "Опель" купить нельзя, и суперкомпьютеры "Т-Платформам" делать запретили – кого надо глобализация).
Сложность отношений на нашем континенте в том, что совместного и самостоятельного будущего здесь давно не было. И если допустить, что Россия делает заявку на субъектность (этот фарш уже не провернуть назад), то запуск собственного футурогена – важнейшая задача.
Быть устойчивыми в моменте – и стремиться в будущее, а не в прошлое.
Вся эмиграция и "нет войне" – стремление в прошлое России (имевшей глобализационное будущее в персональном масштабе) через отказ от России (включиться в будущее, отбросив Россию и не ассоциируясь с её субъектностью). Это творческое включение в глобальное обещание будущего, то есть – неспособность (или невозможность) увидеть это будущее в своей стране.
Проблемы военно-гражданского управления в зоне конфликта – совершенно аналогичны: вот пришли вы, русские солдаты, и что теперь, что потом? Есть смысл с вами дружить? А о чём дружить-то?
И здесь раскручивается обратная картина – вложенность темпоритмов.
- Решение "Уезжать" – дни и недели.
- Введение санкций – недели.
- Военный конфликт – месяцы.
- Санкционное давление – месяцы и годы.
- Война на истощение – годы.
- Кризис глобализма – десятилетия.
В декабре я сидел в афинском кафе с американским визави (демократом) и доказывал, что вторжения не будет, потому что выиграть войну (футуроцид) можно, но выиграть мир (футуроген) – непонятно, как.
Сейчас я вижу для России один шанс. (Это эквивалентно надежде народа на интересную, насыщенную, и даже сытую жизнь.)
Выступить с проектом будущего именно в тот момент, когда крайние "правые" границы долгих процессов (кризиса глобализма) неожиданно совпали с ударной волной коротких процессов (психозов, нарушений логистики, санкций). Если санкции вводятся в момент, когда кризис глобализма уже завершается, то это может быть последней соломинкой на спине верблюда.
Кризис глобализма сейчас не начинается, а заканчивается. Глобализм уже десятилетия обещает будущее не для всех – отсюда и поддержка России множеством стран, которые в это будущее не попадают, но не имеют военных сил защищать своё. Для них Россия – это надежда.
И здесь критически важен акт футурогена там, где короткие темпоритмы реализуются. Объяснить будущее Херсону, Киеву, Харькову, Минску, Владивостоку, Екатеринбургу, Астане, Москве.
🔥4
Диванной циничной аналитики пост, навеянный афтершоком.
Полгода назад, когда западная пресса была полна сообщений о сосредоточении войск вокруг Украины, я был убеждён, что пошумят и разойдутся. Почему?
Население Украины – пусть миллионов 30, но после 8 лет "АТО" – весьма нелояльного населения. Значит, если занимать территорию, нужен силовой контроль. Это 1-2 миллиона разных видов войск. Более того, занятую территорию нужно содержать и цивилизовывать: это знакомо по опыту Крыма. Деньги и ресурсы нужны для этого космические, а ради чего – непонятно.
Вывод: нет никакого смысла даже начинать войну за Украину.
Эти соображения фрустрировали меня в дни начала операции. В чём смысл? Какой видится образ победы, какой целевой окончательный результат?
Быстро стало ясно, что война идёт не с Украиной, а с НАТО и с ЕС как носителем НАТО. Запад ввёл максимум санкций, а военная операция "забуксовала", когда продвижение было лишь на территории Таврической губернии, трассе Херсон-Новоазовск и Мариуполь-Донецк-Харьков-Белгород.
Все стали ждать генерального сражения. Но вот вопрос:
К чему приведёт сокрушительная победа в генеральном сражении с ВФУ на Донбассе?
Возможно, к ситуации, описанной выше: экономическим, управленческим проблемам, украинизации России (включение территорий – это и включение элит, а они там такие).
Приведёт ли это к изменению позиции НАТО по отношению к России, к новому Договору о европейской безопасности?
Нет же: война идёт в другом масштабе и времени: идёт война Афины с Европой. И взятие Украины – это существенный пропущенный удар в этой войне. Удар по России.
А что, если замысел заключается совсем не в этом. Российские танки не имеют целью искупать гусеницы в Ламанше. Что, если и Львов, и Киев брать – на данном этапе цель не стоит?
Текущая ситуация – это и есть результат, с точностью до боёв местного значения – не дающих экономической, культурной нагрузки сверх уже взятой.
Донецк был в полуокружении – теперь противостоящие силы попали в аналогичную невыгодную конфигурацию. Крым был лишён воды и сухопутного коридора в Россию – проблемы решены. Донецк был лишён порта – теперь порт есть. Белгород был под угрозой, теперь фронт отодвинут. Бонусом – прекрасные рокады вокруг Донбасской группировки, с заходом в глубокий тыл.
А оставшаяся Украина в хозяйственном плане передана на баланс Европы – с тербатами вместо оккупационных войск, всё на самообеспечении.
Зачем идти дальше – сейчас?
Просто не надо.
Если гипотеза верна, то генерального сражения не будет в 2022 году по неявке России. Любые продвижения и поползновения ВФУ куда-либо за флажки будут пресекаться. "Точки-У" будут сбиваться, пока не кончатся; некоторые сбить не удастся, но это меньше потерь, чем при штурме укрепрайонов. Харьков будет удерживаться под постоянной угрозой, но не будет окружён. По всей территории Украины будут наноситься тревожащие удары ("Калибровка"), но инфраструктура будет сохранена несмотря на военное снабжение через Польшу.
Посевная будет провалена. Топливо будет только в Херсоне и под расписку. Порт Одессы продолжит отгружать неон.
И так до следующего отопительного сезона.
Если гипотеза неверна, то скоро это станет очевидно.
Полгода назад, когда западная пресса была полна сообщений о сосредоточении войск вокруг Украины, я был убеждён, что пошумят и разойдутся. Почему?
Население Украины – пусть миллионов 30, но после 8 лет "АТО" – весьма нелояльного населения. Значит, если занимать территорию, нужен силовой контроль. Это 1-2 миллиона разных видов войск. Более того, занятую территорию нужно содержать и цивилизовывать: это знакомо по опыту Крыма. Деньги и ресурсы нужны для этого космические, а ради чего – непонятно.
Вывод: нет никакого смысла даже начинать войну за Украину.
Эти соображения фрустрировали меня в дни начала операции. В чём смысл? Какой видится образ победы, какой целевой окончательный результат?
Быстро стало ясно, что война идёт не с Украиной, а с НАТО и с ЕС как носителем НАТО. Запад ввёл максимум санкций, а военная операция "забуксовала", когда продвижение было лишь на территории Таврической губернии, трассе Херсон-Новоазовск и Мариуполь-Донецк-Харьков-Белгород.
Все стали ждать генерального сражения. Но вот вопрос:
К чему приведёт сокрушительная победа в генеральном сражении с ВФУ на Донбассе?
Возможно, к ситуации, описанной выше: экономическим, управленческим проблемам, украинизации России (включение территорий – это и включение элит, а они там такие).
Приведёт ли это к изменению позиции НАТО по отношению к России, к новому Договору о европейской безопасности?
Нет же: война идёт в другом масштабе и времени: идёт война Афины с Европой. И взятие Украины – это существенный пропущенный удар в этой войне. Удар по России.
А что, если замысел заключается совсем не в этом. Российские танки не имеют целью искупать гусеницы в Ламанше. Что, если и Львов, и Киев брать – на данном этапе цель не стоит?
Текущая ситуация – это и есть результат, с точностью до боёв местного значения – не дающих экономической, культурной нагрузки сверх уже взятой.
Донецк был в полуокружении – теперь противостоящие силы попали в аналогичную невыгодную конфигурацию. Крым был лишён воды и сухопутного коридора в Россию – проблемы решены. Донецк был лишён порта – теперь порт есть. Белгород был под угрозой, теперь фронт отодвинут. Бонусом – прекрасные рокады вокруг Донбасской группировки, с заходом в глубокий тыл.
А оставшаяся Украина в хозяйственном плане передана на баланс Европы – с тербатами вместо оккупационных войск, всё на самообеспечении.
Зачем идти дальше – сейчас?
Просто не надо.
Если гипотеза верна, то генерального сражения не будет в 2022 году по неявке России. Любые продвижения и поползновения ВФУ куда-либо за флажки будут пресекаться. "Точки-У" будут сбиваться, пока не кончатся; некоторые сбить не удастся, но это меньше потерь, чем при штурме укрепрайонов. Харьков будет удерживаться под постоянной угрозой, но не будет окружён. По всей территории Украины будут наноситься тревожащие удары ("Калибровка"), но инфраструктура будет сохранена несмотря на военное снабжение через Польшу.
Посевная будет провалена. Топливо будет только в Херсоне и под расписку. Порт Одессы продолжит отгружать неон.
И так до следующего отопительного сезона.
Если гипотеза неверна, то скоро это станет очевидно.
🔥1
Рубль: до Ужасных событий и теперь 1/2
Прежде рубль переоценивался относительно доллара по довольно простой механике. Вот основные факторы:
Risk-off, risk-on.
Российские акции и облигации покупали международные (в основном – американские) инвесторы. Как правило, в пакетах "Развивающиеся страны" или "Индекс России".
Когда инвесторы волнуются о чём-нибудь, они выходят в кэш (доллар) и в американский рынок (самый ликвидный на свете, с минимальными страновыми рисками – так считается). Это называется Risk-off.
Соответственно, российский рынок акций (и все другие "развивающиеся" рынки) массово распродаётся, и без разницы, что происходит в стране или с конкретными компаниями: входит в индекс – будет продана. Покупателей, которые готовы покупать за любые деньги (индексные фонды покупают по любой цене) отсутствуют, цены сильно падают. На полученные рубли покупаются доллары и выводятся из страны. Индекс Мосбиржи падает, РТС падает ещё сильнее, доллар растёт.
Потом инвесторы успокаиваются и начинают тарить всё подряд, надеясь заработать премию за риск. Вкладываются в индексы, и всё происходит с точностью до наоборот: доллар снижается, акции в рублях растут, РТС растёт.
Переоценка страновых рисков.
В России постоянно что-то случается, особенно с точки зрения зарубежного инвестора. И требуемая доходность от вложений в Россию из-за этого меняется.
Если всё спокойно, войн на границах нет, санкции не вводятся новые, то начинает работать фундаментальная сила российского рынка (у нас много всего полезного производится, и дивиденды космически хорошие по мировым меркам, а долгов почти нет). Рубль укрепляется, рынок растёт. Иногда – феноменально растёт. Важную роль играет фундамент: когда спокойно, то более умные инвесторы начинают выбирать конкретные компании, а не покупать индекс.
Но едва какой-то кипиш на горизонте, и оценка рубля относительно других "развивающихся" валют резко снижается, рынок распродаётся. Кипиш происходит в последние 10 лет (с 2012) регулярно, и распродаж было много. Не всегда компания (или рубль) успевал восстановиться, и была новая распродажа.
В итоге этот фактор являлся для российского рынка ключевым: иностранный капитал очень велик и действует очень резко, поэтому волатильность большая. Риск: тут момент не угадаешь.
Прежде рубль переоценивался относительно доллара по довольно простой механике. Вот основные факторы:
Risk-off, risk-on.
Российские акции и облигации покупали международные (в основном – американские) инвесторы. Как правило, в пакетах "Развивающиеся страны" или "Индекс России".
Когда инвесторы волнуются о чём-нибудь, они выходят в кэш (доллар) и в американский рынок (самый ликвидный на свете, с минимальными страновыми рисками – так считается). Это называется Risk-off.
Соответственно, российский рынок акций (и все другие "развивающиеся" рынки) массово распродаётся, и без разницы, что происходит в стране или с конкретными компаниями: входит в индекс – будет продана. Покупателей, которые готовы покупать за любые деньги (индексные фонды покупают по любой цене) отсутствуют, цены сильно падают. На полученные рубли покупаются доллары и выводятся из страны. Индекс Мосбиржи падает, РТС падает ещё сильнее, доллар растёт.
Потом инвесторы успокаиваются и начинают тарить всё подряд, надеясь заработать премию за риск. Вкладываются в индексы, и всё происходит с точностью до наоборот: доллар снижается, акции в рублях растут, РТС растёт.
Переоценка страновых рисков.
В России постоянно что-то случается, особенно с точки зрения зарубежного инвестора. И требуемая доходность от вложений в Россию из-за этого меняется.
Если всё спокойно, войн на границах нет, санкции не вводятся новые, то начинает работать фундаментальная сила российского рынка (у нас много всего полезного производится, и дивиденды космически хорошие по мировым меркам, а долгов почти нет). Рубль укрепляется, рынок растёт. Иногда – феноменально растёт. Важную роль играет фундамент: когда спокойно, то более умные инвесторы начинают выбирать конкретные компании, а не покупать индекс.
Но едва какой-то кипиш на горизонте, и оценка рубля относительно других "развивающихся" валют резко снижается, рынок распродаётся. Кипиш происходит в последние 10 лет (с 2012) регулярно, и распродаж было много. Не всегда компания (или рубль) успевал восстановиться, и была новая распродажа.
В итоге этот фактор являлся для российского рынка ключевым: иностранный капитал очень велик и действует очень резко, поэтому волатильность большая. Риск: тут момент не угадаешь.
Ключевая ставка.
Ключевая ставка регулирует количество денег в финансовой системе. По идее, ставка выше = денег меньше, и наоборот. Но это по идее, а в России не так.
На российский рынок (и рубль) влияли две ключевых ставки: американская и наша. Если американская ставка растёт, то доходность по безрисковым инструментам в долларах (облигациям, "трежерям") становится выше. Тогда у рисковых инструментов доходность должна быть ещё выше (безрисковая + премия за риск). Россия относится к супер-рисковым рынкам, поэтому американская ставка на неё влияла ещё сильнее, особенно на компании "новой экономики". И наоборот: ставка падает, доллары печатают, рынки всех стран на свете, связанных с США, растут. Соответственно, рубль дорожает, поскольку его покупают за доллары, чтобы на рубль купить что-нибудь полезное вроде ОФЗ.
Здесь в игру вступает российская ставка. Предложение денег в России было привязано к наличию резервной валюты: больше валюты – больше рублей. Просто так печатать рубли нельзя.
Но если ОФЗ дают большую прибыль (ставка высокая, банковские кредиты дорогие, денег должно бы быть мало), то международные спекулянты не могут устоять перед искушением замутить carry trade: (грубо говоря) занять доллары дёшево, вложить их в ОФЗ, получить с дельты свой гешефт. Арбитраж процентных ставок.
А раз доллары приходят в систему, то происходит чудо: рубль укрепляется, а его количество растёт. Вот такой выверт необычный.
Потом, правда, нужно ещё решить задачу изъятия прибыли по ОФЗ у зарубежных инвесторов, чему помогает постоянная девальвация рубля... такой сеньораж с кэрри-трейд спекулянтов. Но это отдельная, хотя и связанная задача.
В целом: американская ставка растёт, рубль падает, российский рынок падает, американский рынок падает.
Российская ставка растёт, рубль растёт, российский рынок растёт (неравномерно).
Нефть.
Много лет работало условное правило "4000 рублей за бочку нефти". Нефть растёт (по любым причинам: например, хуситы обстреляли нефтебазу), рубль растёт, соотношение сохраняется. Нефть падает (например, все испугались, что США продают резервную нефть в рынок), рубль падает. Всё в равновесии.
Механика завязана на валютную выручку от продажи нефти и нефтепродуктов, привязанного к нефтяной корзине контрактного газа, и налоговых соображений.
"Бюджетное правило" работает, в конечном счёте, на поддержание того же баланса.
Налоги и дивиденды.
В прежней России крупнейшие экспортёры, вроде Газпрома, делали странную вещь. Они брали газ из недр планеты, гнали за тысячи километров немцам, немцы платили за это евро, и всё. Евро оставались в Германии и в Россию не перемещались ни валютой, ни товарами. Потому что ползучая девальвация, чтобы брить зарубежных инвесторов, работает и в обратную сторону: экспортёрам выгодно продавать выручку как можно позже.
И они продают её, когда пора платить налоги (позже никак). В декабре – побольше, ну и каждый квартал. Налоги платят в рубле – рубль покупают за валюту – рубль растёт. Каждый квартал.
А ещё многие компании России платили дивиденды – высокие, чтобы привлечь инвесторов. По странной традиции, делалось это раз в год (в основном): в июле.
Дивиденды перечислялись инвесторам, к августу они начинали закупать на эти дивиденды валюту и выводить из страны. Получался традиционный августовский обвал рубля.
Простейший арбитраж: в августе каждый год покупать рубль за доллар, в декабре покупать доллар за рубль. Если бы все остальные факторы не действовали, это была бы надёжная схема.
Ну, это было раньше. А что теперь?
Ключевая ставка регулирует количество денег в финансовой системе. По идее, ставка выше = денег меньше, и наоборот. Но это по идее, а в России не так.
На российский рынок (и рубль) влияли две ключевых ставки: американская и наша. Если американская ставка растёт, то доходность по безрисковым инструментам в долларах (облигациям, "трежерям") становится выше. Тогда у рисковых инструментов доходность должна быть ещё выше (безрисковая + премия за риск). Россия относится к супер-рисковым рынкам, поэтому американская ставка на неё влияла ещё сильнее, особенно на компании "новой экономики". И наоборот: ставка падает, доллары печатают, рынки всех стран на свете, связанных с США, растут. Соответственно, рубль дорожает, поскольку его покупают за доллары, чтобы на рубль купить что-нибудь полезное вроде ОФЗ.
Здесь в игру вступает российская ставка. Предложение денег в России было привязано к наличию резервной валюты: больше валюты – больше рублей. Просто так печатать рубли нельзя.
Но если ОФЗ дают большую прибыль (ставка высокая, банковские кредиты дорогие, денег должно бы быть мало), то международные спекулянты не могут устоять перед искушением замутить carry trade: (грубо говоря) занять доллары дёшево, вложить их в ОФЗ, получить с дельты свой гешефт. Арбитраж процентных ставок.
А раз доллары приходят в систему, то происходит чудо: рубль укрепляется, а его количество растёт. Вот такой выверт необычный.
Потом, правда, нужно ещё решить задачу изъятия прибыли по ОФЗ у зарубежных инвесторов, чему помогает постоянная девальвация рубля... такой сеньораж с кэрри-трейд спекулянтов. Но это отдельная, хотя и связанная задача.
В целом: американская ставка растёт, рубль падает, российский рынок падает, американский рынок падает.
Российская ставка растёт, рубль растёт, российский рынок растёт (неравномерно).
Нефть.
Много лет работало условное правило "4000 рублей за бочку нефти". Нефть растёт (по любым причинам: например, хуситы обстреляли нефтебазу), рубль растёт, соотношение сохраняется. Нефть падает (например, все испугались, что США продают резервную нефть в рынок), рубль падает. Всё в равновесии.
Механика завязана на валютную выручку от продажи нефти и нефтепродуктов, привязанного к нефтяной корзине контрактного газа, и налоговых соображений.
"Бюджетное правило" работает, в конечном счёте, на поддержание того же баланса.
Налоги и дивиденды.
В прежней России крупнейшие экспортёры, вроде Газпрома, делали странную вещь. Они брали газ из недр планеты, гнали за тысячи километров немцам, немцы платили за это евро, и всё. Евро оставались в Германии и в Россию не перемещались ни валютой, ни товарами. Потому что ползучая девальвация, чтобы брить зарубежных инвесторов, работает и в обратную сторону: экспортёрам выгодно продавать выручку как можно позже.
И они продают её, когда пора платить налоги (позже никак). В декабре – побольше, ну и каждый квартал. Налоги платят в рубле – рубль покупают за валюту – рубль растёт. Каждый квартал.
А ещё многие компании России платили дивиденды – высокие, чтобы привлечь инвесторов. По странной традиции, делалось это раз в год (в основном): в июле.
Дивиденды перечислялись инвесторам, к августу они начинали закупать на эти дивиденды валюту и выводить из страны. Получался традиционный августовский обвал рубля.
Простейший арбитраж: в августе каждый год покупать рубль за доллар, в декабре покупать доллар за рубль. Если бы все остальные факторы не действовали, это была бы надёжная схема.
Ну, это было раньше. А что теперь?
Рубль: до Ужасных событий и теперь 2/2
Теперь рубль превратился в суверенную валюту. Или ещё в процессе превращения. Но изменения фундаментальные: есть собственные курсы к евро и доллару, рубль обеспечен тем, что на него можно купить (напомню, очень важные вещи: удобрения, зерно, масло, бензин, газ).
Не работает международная спекуляция.
Движение рынка акций и рынка валют стало независимым: нет истеричных международных инвесторов, которые по множеству причин продают рубли, покупают рубли.
Нет интервенций ЦБ РФ. Нет "Бюджетного правила".
Раньше центробанк приходил смягчать волатильность в любую сторону: резко дорожает – надо покупать, резко дешевеет – продавать.
Аналогично работало бюджетное правило: если торговля энергоресурсами шла слишком хорошо и рубль опасно укреплялся, минфин начинал скупать миллиарды долларов в день и укрепиться рублю не давал.
В целом, это была работа по контролируемому ослаблению рубля (для защиты внутреннего рынка, и снижения оттока капитала из-за кэрри трэйд).
Сейчас ослаблять рубль не получается.
Платёжный баланс – баланс обмена.
Россия много лет торговала с остальным миром в огромный плюс. Но не могла потратить заработанные деньги. Потому что это были не настоящие, а потребительские деньги: на них нельзя купить "Мистраль" или "Опель", нельзя построить "Т-Платформы", нельзя купить технологии и так далее. А международные потребительские деньги – штука токсичная, она разрушает внутреннее предложение. Это то, что называется "сырьевой придаток", история, известная ещё по Голландии с её нефтегазовыми сверхдоходами прошлого века.
Но ни за какие другие деньги продавать наше добро было нельзя. Ни газ, ни "Газпром". Приходилось складывать в "международные золотовалютные резервы", и что с ними стало?
Теперь потребительские деньги стало невозможно тратить на потребление. Западу нечего предложить России за свою валюту. И он не предлагает.
Поэтому рубль растёт. И будет расти, предполагаю, вплоть до паритета покупательной способности (ППС, 45 рублей за доллар). Если этот доллар ещё кому-то в стране будет нужен – что зависит от санкций и регуляции. Меньше санкций, дешевле рубль.
Регуляторная активность ЦБ РФ.
Центробанк может управлять процессом через введение или отмену комиссий на покупку (продажу) валюты, через введение или отмену норм конвертации валютной выручки и изменение сроков этой конвертации. Это "неинвазивные" методы: в конечном счёте, все полученные доллары всё равно приходят в страну, вопрос только в размере буферов по времени и деньгам.
Есть и "инвазивные" методы: усиление или ослабление контроля за движением капитала. Больше можно вывести долларов – кто-то из уехавших их купит и выведет, кто-то из оставшихся решит уехать. И наоборот.
Но, в целом, это только вопрос притормаживания вагона, который уже стоит на горке. Всё равно всё скатится к ППС.
Теперь рубль превратился в суверенную валюту. Или ещё в процессе превращения. Но изменения фундаментальные: есть собственные курсы к евро и доллару, рубль обеспечен тем, что на него можно купить (напомню, очень важные вещи: удобрения, зерно, масло, бензин, газ).
Не работает международная спекуляция.
Движение рынка акций и рынка валют стало независимым: нет истеричных международных инвесторов, которые по множеству причин продают рубли, покупают рубли.
Нет интервенций ЦБ РФ. Нет "Бюджетного правила".
Раньше центробанк приходил смягчать волатильность в любую сторону: резко дорожает – надо покупать, резко дешевеет – продавать.
Аналогично работало бюджетное правило: если торговля энергоресурсами шла слишком хорошо и рубль опасно укреплялся, минфин начинал скупать миллиарды долларов в день и укрепиться рублю не давал.
В целом, это была работа по контролируемому ослаблению рубля (для защиты внутреннего рынка, и снижения оттока капитала из-за кэрри трэйд).
Сейчас ослаблять рубль не получается.
Платёжный баланс – баланс обмена.
Россия много лет торговала с остальным миром в огромный плюс. Но не могла потратить заработанные деньги. Потому что это были не настоящие, а потребительские деньги: на них нельзя купить "Мистраль" или "Опель", нельзя построить "Т-Платформы", нельзя купить технологии и так далее. А международные потребительские деньги – штука токсичная, она разрушает внутреннее предложение. Это то, что называется "сырьевой придаток", история, известная ещё по Голландии с её нефтегазовыми сверхдоходами прошлого века.
Но ни за какие другие деньги продавать наше добро было нельзя. Ни газ, ни "Газпром". Приходилось складывать в "международные золотовалютные резервы", и что с ними стало?
Теперь потребительские деньги стало невозможно тратить на потребление. Западу нечего предложить России за свою валюту. И он не предлагает.
Поэтому рубль растёт. И будет расти, предполагаю, вплоть до паритета покупательной способности (ППС, 45 рублей за доллар). Если этот доллар ещё кому-то в стране будет нужен – что зависит от санкций и регуляции. Меньше санкций, дешевле рубль.
Регуляторная активность ЦБ РФ.
Центробанк может управлять процессом через введение или отмену комиссий на покупку (продажу) валюты, через введение или отмену норм конвертации валютной выручки и изменение сроков этой конвертации. Это "неинвазивные" методы: в конечном счёте, все полученные доллары всё равно приходят в страну, вопрос только в размере буферов по времени и деньгам.
Есть и "инвазивные" методы: усиление или ослабление контроля за движением капитала. Больше можно вывести долларов – кто-то из уехавших их купит и выведет, кто-то из оставшихся решит уехать. И наоборот.
Но, в целом, это только вопрос притормаживания вагона, который уже стоит на горке. Всё равно всё скатится к ППС.
🔥1
В ближайшее время будет ещё несколько политэкономических заметок. Такой переход от рассуждений об инструментах мышления – к демонстрации результатов применения этого самого мышления. Если интересно что-то другое, скажите 🙂
Задача, которую я решаю – в первую очередь, увидеть свою собственную позицию, нащупать её слабые места, и освободить голову. Если заодно удастся нанести пользу или запустить живую дискуссию, будет совсем хорошо.
Задача, которую я решаю – в первую очередь, увидеть свою собственную позицию, нащупать её слабые места, и освободить голову. Если заодно удастся нанести пользу или запустить живую дискуссию, будет совсем хорошо.
❤3🔥1
Торговый дисбаланс Европы
Допустим, у нас есть "развитая" страна, которая производит мерседесы, и "развивающаяся" – продаёт исчерпаемое сырьё, в меру возможного локализует мерседесы и прочую промышленность у себя.
Что, если сырьё продано, мерседесы куплены, но остались ещё деньги?
Это естественный ход событий, если сырьё исчерпаемое. Исчерпаемость означает: дешёвые источники сырья закончатся, добыча будет становиться более сложной и дорогой, минимальная цена ресурса будет расти.
Сырьевая страна торгует с профицитом и получает лишние деньги. Развитая теряет ликвидность, торгует с дефицитом. Часть экспорта "развитых" стран – это их валюты.
Что-то нужно делать, чтобы сбалансировать систему – утилизировать излишнюю валюту.
Варианты:
- Повысить цену мерседесов.
Но тогда мерседесы будут дороже и на внутреннем рынке. И не смогут конкурировать с машинами, которые уже научились делать "развивающиеся" страны – или другие "развитые", но с меньшим дефицитом. Значит, нужно и внутренние зарплаты держать выше, чем в развивающейся стране. Но тогда растёт потребление ресурсов, дешёвых во внутренних деньгах развитой страны. Что (с временным лагом) повышает цены на сырьё и так далее.
Бесконечно повышать цену мерседесов не получится.
- Снизить цену покупки сырья.
Здесь много способов.
-> Убедить продавать дешевле.
Сырья не хватает на всех, и экспортёры не горят желанием продавать дёшево. Кроме того, снижение цен уничтожает дорогую добычу, в первую очередь – в "развитых" странах.
Но попробовать всё равно можно, например, через ESG и мантры "скоро ваши ресурсы будут никому не нужны, продавайте подешёвке прямо сейчас, а то не сможете продать вообще". Другой способ – "углеродный налог", взимаемый на границе и являющийся, по сути, навязанным дисконтом.
Можно ещё ввести третий энергопакет и попробовать организовать локальный рынок покупателя: "продавайте дешевле, потому что у нас на бирже цена низкая".
Разные методы убеждения, но дураков-сырьевиков – мало.
-> Снизить себестоимость: Убрать из цены CapEx, оставить OpEx.
Это вариант "сделать добычу дешевле, не делая её дешевле": по сути, получить ресурсы в кредит. CapEx – вложения в замещение выпадающих объёмов добычи. Геологоразведка, разработка технологий извлечения. Если не вкладывать, то издержки поставщика снизятся, а потом вдруг исчезнет с рынка предложение и цены пойдут в космос (а главное – не будет самого сырья).
Так и сделали. Чтобы убить CapEx, сказали: мы всё равно задушим всю нефтянку мира, продавайте, ничего не стройте! Цена низкая, потому что это издыхающая грязная экономика!
Теперь цены идут вверх.
-> Заставить продавать дешевле.
Например, через механизм "международных инвестиций", соглашений о разделе продукции и так далее. Для этого нужно лишить доступа к технологиям (нет внутренних технологий, нет возможности купить технологии) и вынудить открыть внутренний рынок (по типу опиумных войн).
Ирак, Венесуэла, Ливия, Иран, нефтяные поля Сирии. Россия. Попыток заставить множество! Иногда получается: Ливия качает нефть "вчёрную", из Сирии нефть просто воровали.
Но надёжность страдает, и не все страны готовы сырьё отдавать даром. Россия артачится, например. Значит, нужно сильнее давить, разделять Россию на куски, чтобы не могла сопротивляться. Заставить купить мерседес за непропорциональное количество нефти, опять как в "благословенные" 90-е.
- Повысить предложение сырья.
Сланцевики попробовали и во многом преуспели. Проблема с рентабельностью, что опять толкает цену вверх. И с исчерпаемостью: предложение не безгранично, и сланцевая тема исчерпалась меньше, чем за десятилетие.
Аналогично ковид: относительное предложение сырья повышается, поскольку спрос уничтожен (заторможен, на самом деле) локдаунами. В моменте в 2020 году эта тактика привелка к отрицательным ценам на нефть. Что нефтяники запомнили и не простили.
Допустим, у нас есть "развитая" страна, которая производит мерседесы, и "развивающаяся" – продаёт исчерпаемое сырьё, в меру возможного локализует мерседесы и прочую промышленность у себя.
Что, если сырьё продано, мерседесы куплены, но остались ещё деньги?
Это естественный ход событий, если сырьё исчерпаемое. Исчерпаемость означает: дешёвые источники сырья закончатся, добыча будет становиться более сложной и дорогой, минимальная цена ресурса будет расти.
Сырьевая страна торгует с профицитом и получает лишние деньги. Развитая теряет ликвидность, торгует с дефицитом. Часть экспорта "развитых" стран – это их валюты.
Что-то нужно делать, чтобы сбалансировать систему – утилизировать излишнюю валюту.
Варианты:
- Повысить цену мерседесов.
Но тогда мерседесы будут дороже и на внутреннем рынке. И не смогут конкурировать с машинами, которые уже научились делать "развивающиеся" страны – или другие "развитые", но с меньшим дефицитом. Значит, нужно и внутренние зарплаты держать выше, чем в развивающейся стране. Но тогда растёт потребление ресурсов, дешёвых во внутренних деньгах развитой страны. Что (с временным лагом) повышает цены на сырьё и так далее.
Бесконечно повышать цену мерседесов не получится.
- Снизить цену покупки сырья.
Здесь много способов.
-> Убедить продавать дешевле.
Сырья не хватает на всех, и экспортёры не горят желанием продавать дёшево. Кроме того, снижение цен уничтожает дорогую добычу, в первую очередь – в "развитых" странах.
Но попробовать всё равно можно, например, через ESG и мантры "скоро ваши ресурсы будут никому не нужны, продавайте подешёвке прямо сейчас, а то не сможете продать вообще". Другой способ – "углеродный налог", взимаемый на границе и являющийся, по сути, навязанным дисконтом.
Можно ещё ввести третий энергопакет и попробовать организовать локальный рынок покупателя: "продавайте дешевле, потому что у нас на бирже цена низкая".
Разные методы убеждения, но дураков-сырьевиков – мало.
-> Снизить себестоимость: Убрать из цены CapEx, оставить OpEx.
Это вариант "сделать добычу дешевле, не делая её дешевле": по сути, получить ресурсы в кредит. CapEx – вложения в замещение выпадающих объёмов добычи. Геологоразведка, разработка технологий извлечения. Если не вкладывать, то издержки поставщика снизятся, а потом вдруг исчезнет с рынка предложение и цены пойдут в космос (а главное – не будет самого сырья).
Так и сделали. Чтобы убить CapEx, сказали: мы всё равно задушим всю нефтянку мира, продавайте, ничего не стройте! Цена низкая, потому что это издыхающая грязная экономика!
Теперь цены идут вверх.
-> Заставить продавать дешевле.
Например, через механизм "международных инвестиций", соглашений о разделе продукции и так далее. Для этого нужно лишить доступа к технологиям (нет внутренних технологий, нет возможности купить технологии) и вынудить открыть внутренний рынок (по типу опиумных войн).
Ирак, Венесуэла, Ливия, Иран, нефтяные поля Сирии. Россия. Попыток заставить множество! Иногда получается: Ливия качает нефть "вчёрную", из Сирии нефть просто воровали.
Но надёжность страдает, и не все страны готовы сырьё отдавать даром. Россия артачится, например. Значит, нужно сильнее давить, разделять Россию на куски, чтобы не могла сопротивляться. Заставить купить мерседес за непропорциональное количество нефти, опять как в "благословенные" 90-е.
- Повысить предложение сырья.
Сланцевики попробовали и во многом преуспели. Проблема с рентабельностью, что опять толкает цену вверх. И с исчерпаемостью: предложение не безгранично, и сланцевая тема исчерпалась меньше, чем за десятилетие.
Аналогично ковид: относительное предложение сырья повышается, поскольку спрос уничтожен (заторможен, на самом деле) локдаунами. В моменте в 2020 году эта тактика привелка к отрицательным ценам на нефть. Что нефтяники запомнили и не простили.
- Снизить потребность в сырье, заменив его технологией.
Разумный подход: развитая страна контролирует технологии, значит, нужно снизить зависимость от внешних ресурсов (сырьевых) и заменить внутренними (технологическими).
Попробовали ветряки и солнечные батареи. Неделя пасмурно и штиль – и уже дискомфорт. В домах без отопления холодно. Иногда происходят блэкауты – отключения регионов из-за перегрузки сети. См. историю с заморозками в Техасе.
К тому же ветрякам тоже нужно сырьё (металлы, дешёвая энергия для изготовления и производства) и труд, хотя это и другое сырьё. Шило на мыло: замена одного сырья на другое, и замена дисбаланса в торговле с одной страной на дисбаланс с другой. Но с Китаем торговля тоже уже дефицитная.
- Утилизировать лишние деньги в международной торговле.
Валюты "развитых" стран могут использоваться "неразвитыми" для обмена между собой: валютам друг друга они не доверяют (сложно, волатильно), а торговать хотят.
Но если торговля уже насыщена деньгами, и страны чувствуют себя достаточно уверенно, чтобы торговать "на свои" (через валютные свопы рубль-рупия, например, уже лет 10 торгуют), то больше "развитых" денег туда не закачаешь.
Есть предел экспорта денег в торговый оборот.
- Забрать лишние деньги.
То, что сделали с ЗВР России, а перед тем и некоторых других стран. Просто забрать. Работает однократно с каждой страной.
Если сделать несколько раз, может перестать работать вообще.
Кроме того: да, моментально обнуляет торговый дефицит в работе с одной сырьевой страной, но и крайне затрудняет дальнейшие поставки нужного сырья из этой страны. Без нового мерседеса можно год пережить, без газа или хлеба – нет.
В эту ловушку уже попали США в отношениях с Венесуэлой и Ираном. Теперь тяжёлая нефть нужна, а никто её не продаёт – нет поставщиков, всех уже ограбили, планета кончилась.
- Развратить сырьевую элиту, дать ей бусы и зеркала.
Если ресурсы продаёт частная компания, то у неё есть бенефициар. Если соблазнить его на очень дорогой образ жизни, контролируемый развитой страной, то он всё заработанное сам отдаст. Вложит в "Теслу" и "Амазон", купит самолёт.
Это как с Буратино и полем чудес. Особняки в Лондоне и у озера Комо, суперяхты, золотой батон, весь этот хлам.
Некоторые страны, типа Швейцарии, живут с периодической, раз лет в 50, экспроприации всего зарубежного. Крэкс, пэкс, и ты Михаил Фридман в Лондоне с заблокированными счетами и чистосердечным вопросом "а как водить машину, как жить без домработницы".
Не работает с государственными компаниями: развратить условного Усманова на самолёты и яхты можно, а всю страну обычно не получается, социальная ответственность всё равно давит.
К тому же, дисбаланс слишком велик и, главное, долгосрочен.
- Обесценить лишние деньги.
В целом, все эти варианты указывают на то, что деньги развитой страны, обеспеченные мерседесами, обречены падать в цене. Инструментов поддержания иллюзии баланса много, но все имеют предел.
Если нет возможности дообеспечить "развитые" деньги (например, продавать за них не только мерседесы, но и станки, или станкостроительные заводы, или открывать внутренние рынки, продавать бизнесы развитых стран развивающимся, и так далее), то нужно их обесценить – просто уничтожив фактический долг, выраженный в накоплениях развивающихся стран.
Устроить инфляцию, чтобы вчерашние дорогие ресурсы в тех же валютах при той же цене стоили дешевле.
По пути начать экономить сырьё, уничтожить спрос через падение уровня жизни.
И таким образом побудить весь свой народ искать способ опять получить тотальное технологическое превосходство: перейти на 6-й уклад, сделать безуглеродную экономику с бесплатной энергией, что угодно.
Разумный подход: развитая страна контролирует технологии, значит, нужно снизить зависимость от внешних ресурсов (сырьевых) и заменить внутренними (технологическими).
Попробовали ветряки и солнечные батареи. Неделя пасмурно и штиль – и уже дискомфорт. В домах без отопления холодно. Иногда происходят блэкауты – отключения регионов из-за перегрузки сети. См. историю с заморозками в Техасе.
К тому же ветрякам тоже нужно сырьё (металлы, дешёвая энергия для изготовления и производства) и труд, хотя это и другое сырьё. Шило на мыло: замена одного сырья на другое, и замена дисбаланса в торговле с одной страной на дисбаланс с другой. Но с Китаем торговля тоже уже дефицитная.
- Утилизировать лишние деньги в международной торговле.
Валюты "развитых" стран могут использоваться "неразвитыми" для обмена между собой: валютам друг друга они не доверяют (сложно, волатильно), а торговать хотят.
Но если торговля уже насыщена деньгами, и страны чувствуют себя достаточно уверенно, чтобы торговать "на свои" (через валютные свопы рубль-рупия, например, уже лет 10 торгуют), то больше "развитых" денег туда не закачаешь.
Есть предел экспорта денег в торговый оборот.
- Забрать лишние деньги.
То, что сделали с ЗВР России, а перед тем и некоторых других стран. Просто забрать. Работает однократно с каждой страной.
Если сделать несколько раз, может перестать работать вообще.
Кроме того: да, моментально обнуляет торговый дефицит в работе с одной сырьевой страной, но и крайне затрудняет дальнейшие поставки нужного сырья из этой страны. Без нового мерседеса можно год пережить, без газа или хлеба – нет.
В эту ловушку уже попали США в отношениях с Венесуэлой и Ираном. Теперь тяжёлая нефть нужна, а никто её не продаёт – нет поставщиков, всех уже ограбили, планета кончилась.
- Развратить сырьевую элиту, дать ей бусы и зеркала.
Если ресурсы продаёт частная компания, то у неё есть бенефициар. Если соблазнить его на очень дорогой образ жизни, контролируемый развитой страной, то он всё заработанное сам отдаст. Вложит в "Теслу" и "Амазон", купит самолёт.
Это как с Буратино и полем чудес. Особняки в Лондоне и у озера Комо, суперяхты, золотой батон, весь этот хлам.
Некоторые страны, типа Швейцарии, живут с периодической, раз лет в 50, экспроприации всего зарубежного. Крэкс, пэкс, и ты Михаил Фридман в Лондоне с заблокированными счетами и чистосердечным вопросом "а как водить машину, как жить без домработницы".
Не работает с государственными компаниями: развратить условного Усманова на самолёты и яхты можно, а всю страну обычно не получается, социальная ответственность всё равно давит.
К тому же, дисбаланс слишком велик и, главное, долгосрочен.
- Обесценить лишние деньги.
В целом, все эти варианты указывают на то, что деньги развитой страны, обеспеченные мерседесами, обречены падать в цене. Инструментов поддержания иллюзии баланса много, но все имеют предел.
Если нет возможности дообеспечить "развитые" деньги (например, продавать за них не только мерседесы, но и станки, или станкостроительные заводы, или открывать внутренние рынки, продавать бизнесы развитых стран развивающимся, и так далее), то нужно их обесценить – просто уничтожив фактический долг, выраженный в накоплениях развивающихся стран.
Устроить инфляцию, чтобы вчерашние дорогие ресурсы в тех же валютах при той же цене стоили дешевле.
По пути начать экономить сырьё, уничтожить спрос через падение уровня жизни.
И таким образом побудить весь свой народ искать способ опять получить тотальное технологическое превосходство: перейти на 6-й уклад, сделать безуглеродную экономику с бесплатной энергией, что угодно.
Вывод.
Торговый дисбаланс Европы был терпимым, когда рынки расширялись, технологическое превосходство было тотальным, промышленность – живой и бодрой, а ресурсы вывозились из ограбляемого экс-СССР эшелонами. Конкуренты в развивающихся странах скупались и уничтожались, атаке на Ирак не мог противостоять никто.
Но в долгосрочной перспективе ситуация катастрофическая, и хорошего выхода из неё нет.
Исторически решением часто оказывалась большая война – с технологическим рывком и обнулением долгов.
Торговый дисбаланс Европы был терпимым, когда рынки расширялись, технологическое превосходство было тотальным, промышленность – живой и бодрой, а ресурсы вывозились из ограбляемого экс-СССР эшелонами. Конкуренты в развивающихся странах скупались и уничтожались, атаке на Ирак не мог противостоять никто.
Но в долгосрочной перспективе ситуация катастрофическая, и хорошего выхода из неё нет.
Исторически решением часто оказывалась большая война – с технологическим рывком и обнулением долгов.
🔥1
Что всё это означает для России, как изменится жизнь, наверное?
Давайте пофантазируем. #Политэкономия
Я здесь не рассматриваю военный аспект. Просто инерция, застывшее мгновение 28 апреля 2022 года.
Закрытое развитие России.
Отключение России от новых производственных технологий началось давно и двигалось по нарастающей. Теперь сложности будут и с потребительскими технологиями. Хуже: и с культурным разнообразием, что кажется наиболее опасной тенденцией.
Технологически-потребительский ответ можно предположить, а с культурой мы находимся в поле высокого риска. Повезёт – будет рывок: очистка от откровенных паразитов ("граждан мира") в кино, музыке, литературе, пробуждение нового интереса к осмыслению времени через искусство, открытие для внутреннего пространства сильнейших незападных культур – Ирана, Китая. Не повезёт, будет серость бесталанности, вслед за серостью – цензура, а запретный плод сладок.
Пока вижу турбулентность, говорить о последствиях рано.
Зарплаты в "Новой экономике" снизятся.
Раньше работающие в новой экономике получали премию за участие в экспортной деятельности: они получали потребительские доллары от зарубежных заказчиков в обход всех фильтрационных процедур, восстанавливающих баланс по ППС.
Теперь противоречие типа "инженер-технолог получает 100 тысяч рублей, а фронтэндер три тысячи долларов" будет решено за счёт фронтэндера.
Зарплаты в производстве вырастут.
Россия оказалась в ситуации идеального протекционизма: капиталы накоплены, компетенции накоплены, рынок освобождён.
Кто предприимчив, имеет море возможностей.
Вероятно, это приведёт к дефициту в рабочих и инженерно-технических профессиях. Зарплаты будут расти, престиж работы – тоже.
Покупательная способность упадёт, но неравномерно.
Импортозамещение – даже в виде "один импорт на другой" – дело затратное. Стоимость логистики точно будет расти, разнообразие предложения – падать. Производства, перемещённые в Россию, будут давать худшее качество по более высоким ценам (так всегда было, и в Японии, и в Англии в своё время).
Цены на недвижимость сохранятся в рублях – а в валюте вырастут до "общемировых" цифр.
С другой стороны, то, чего в избытке, будет стоить удивительно дёшево по меркам той же Европы: еда, тепло, электричество, бензин.
Вряд ли народ это сильно оценит (скорее примет как должное, как "социалистическую собственность" – ну есть и есть), но экономику перестроить поможет.
Инвестиционное размежевание пойдёт дальше.
Доступ Санкт-Петербургской биржи к фондовым рынкам Ирана, Китая, Малайзии и других стран "второго-третьего мира" – весьма вероятен, как и зеркальный процесс.
Это, в целом, замечательно: инвестиция есть долг, а долг порождает интерес.
То, что это не самый ликвидный и первейший в мире (без шуток) американский рынок – плохо для спекуляций, хорошо для хозяйствования: придётся вкладывать в предприятия и искать реальной доходности, а не перепродавать следующему в игре в музыкальный стульчик.
Давайте пофантазируем. #Политэкономия
Я здесь не рассматриваю военный аспект. Просто инерция, застывшее мгновение 28 апреля 2022 года.
Закрытое развитие России.
Отключение России от новых производственных технологий началось давно и двигалось по нарастающей. Теперь сложности будут и с потребительскими технологиями. Хуже: и с культурным разнообразием, что кажется наиболее опасной тенденцией.
Технологически-потребительский ответ можно предположить, а с культурой мы находимся в поле высокого риска. Повезёт – будет рывок: очистка от откровенных паразитов ("граждан мира") в кино, музыке, литературе, пробуждение нового интереса к осмыслению времени через искусство, открытие для внутреннего пространства сильнейших незападных культур – Ирана, Китая. Не повезёт, будет серость бесталанности, вслед за серостью – цензура, а запретный плод сладок.
Пока вижу турбулентность, говорить о последствиях рано.
Зарплаты в "Новой экономике" снизятся.
Раньше работающие в новой экономике получали премию за участие в экспортной деятельности: они получали потребительские доллары от зарубежных заказчиков в обход всех фильтрационных процедур, восстанавливающих баланс по ППС.
Теперь противоречие типа "инженер-технолог получает 100 тысяч рублей, а фронтэндер три тысячи долларов" будет решено за счёт фронтэндера.
Зарплаты в производстве вырастут.
Россия оказалась в ситуации идеального протекционизма: капиталы накоплены, компетенции накоплены, рынок освобождён.
Кто предприимчив, имеет море возможностей.
Вероятно, это приведёт к дефициту в рабочих и инженерно-технических профессиях. Зарплаты будут расти, престиж работы – тоже.
Покупательная способность упадёт, но неравномерно.
Импортозамещение – даже в виде "один импорт на другой" – дело затратное. Стоимость логистики точно будет расти, разнообразие предложения – падать. Производства, перемещённые в Россию, будут давать худшее качество по более высоким ценам (так всегда было, и в Японии, и в Англии в своё время).
Цены на недвижимость сохранятся в рублях – а в валюте вырастут до "общемировых" цифр.
С другой стороны, то, чего в избытке, будет стоить удивительно дёшево по меркам той же Европы: еда, тепло, электричество, бензин.
Вряд ли народ это сильно оценит (скорее примет как должное, как "социалистическую собственность" – ну есть и есть), но экономику перестроить поможет.
Инвестиционное размежевание пойдёт дальше.
Доступ Санкт-Петербургской биржи к фондовым рынкам Ирана, Китая, Малайзии и других стран "второго-третьего мира" – весьма вероятен, как и зеркальный процесс.
Это, в целом, замечательно: инвестиция есть долг, а долг порождает интерес.
То, что это не самый ликвидный и первейший в мире (без шуток) американский рынок – плохо для спекуляций, хорошо для хозяйствования: придётся вкладывать в предприятия и искать реальной доходности, а не перепродавать следующему в игре в музыкальный стульчик.
🔥1
Ужасные события
Использую и буду использовать этот термин, решил прояснить значение.
Термин пришёл из романа Нила Стивенсона "Анафем". Роман разворачивается в далёком будущем, которое от известного читателю настоящего и прошлого отделено Ужасными событиями: что за события – люди больше не говорят, да по сути и не помнят, но они и были обвалом старого мира.
В концепции технологической сингулярности Курцвейла примерно на наши годы развитие человечества должно уйти в бесконечный рост. В физике известно: не бывает бесконечностей, если встретил – значит, будет изменение по другому, не учтённому в уравнении критерию. Например, разрушение материала, выход кривой на насыщение, или турбулентность.
Мы сейчас наблюдаем как раз турбулентность, дребезг, рост хаотичных колебаний всего, не в унисон, без общего смысла. Контуры прямой и обратной связи входят в разнос, сигнал не соответствует реальности вплоть до прямой противоположности и полной несвоевременности, попытки мыслить о происходящем в терминах безкризисности, "ответственного развития" и подобных ламинарностей приводят к потерям.
Где наблюдать хаотичные колебания? Например, в ценах на пшеницу, уран, нефть, акции Нетфликса. В размерах и направлениях антропотоков. В невиданных действиях вроде "отмены" русской культуры (такого правда никогда не было). В спазматическом уничтожении выпестованных десятилетиями инфраструктур. В спонтанно и часто возникающих войнах, серых зонах. В неявности границ, принадлежностей стран, и повышении важности безопасности относительно формального права. В неравномерности скорости принятия решений, поспешности и заторможенности. В курсах валют, вроде турецкой лиры, японской йены, российского рубля, евро.
Дребезг должен быть нивелирован в новом метастабильном состоянии человечества. Например, если уничтожить техносферу, то не будет никаких глобальных цен на пшеницу. Если снизить спрос на энергию (вернуть полмира в каменный век – как вариант), то цены на газ станут вести себя спокойно. Переход из одного метастабильного состояния в другое обычно подразумевает прохождение барьера посередине. С одной стороны фосфор белый, с другой красный, а посередине – что? Посередине реорганизация.
Смена фаз человечества (способов метастабильной организованности) подразумевает вот эту перестройку, поиск стабильного состояния. Прохождение фазового барьера. Он и есть Ужасные события.
От нас зависят два аспекта:
- Будут ли они ужасны для нас лично и для наших детей?
- Как быстро и в какое состояние разрешится процесс?
Использую и буду использовать этот термин, решил прояснить значение.
Термин пришёл из романа Нила Стивенсона "Анафем". Роман разворачивается в далёком будущем, которое от известного читателю настоящего и прошлого отделено Ужасными событиями: что за события – люди больше не говорят, да по сути и не помнят, но они и были обвалом старого мира.
В концепции технологической сингулярности Курцвейла примерно на наши годы развитие человечества должно уйти в бесконечный рост. В физике известно: не бывает бесконечностей, если встретил – значит, будет изменение по другому, не учтённому в уравнении критерию. Например, разрушение материала, выход кривой на насыщение, или турбулентность.
Мы сейчас наблюдаем как раз турбулентность, дребезг, рост хаотичных колебаний всего, не в унисон, без общего смысла. Контуры прямой и обратной связи входят в разнос, сигнал не соответствует реальности вплоть до прямой противоположности и полной несвоевременности, попытки мыслить о происходящем в терминах безкризисности, "ответственного развития" и подобных ламинарностей приводят к потерям.
Где наблюдать хаотичные колебания? Например, в ценах на пшеницу, уран, нефть, акции Нетфликса. В размерах и направлениях антропотоков. В невиданных действиях вроде "отмены" русской культуры (такого правда никогда не было). В спазматическом уничтожении выпестованных десятилетиями инфраструктур. В спонтанно и часто возникающих войнах, серых зонах. В неявности границ, принадлежностей стран, и повышении важности безопасности относительно формального права. В неравномерности скорости принятия решений, поспешности и заторможенности. В курсах валют, вроде турецкой лиры, японской йены, российского рубля, евро.
Дребезг должен быть нивелирован в новом метастабильном состоянии человечества. Например, если уничтожить техносферу, то не будет никаких глобальных цен на пшеницу. Если снизить спрос на энергию (вернуть полмира в каменный век – как вариант), то цены на газ станут вести себя спокойно. Переход из одного метастабильного состояния в другое обычно подразумевает прохождение барьера посередине. С одной стороны фосфор белый, с другой красный, а посередине – что? Посередине реорганизация.
Смена фаз человечества (способов метастабильной организованности) подразумевает вот эту перестройку, поиск стабильного состояния. Прохождение фазового барьера. Он и есть Ужасные события.
От нас зависят два аспекта:
- Будут ли они ужасны для нас лично и для наших детей?
- Как быстро и в какое состояние разрешится процесс?
🤔3❤1
Порча денег портит людей
#Политэкономия
Когда мне нужно купить какую-то вещь, я использую местные деньги – рубли. Отдаю известную сумму (ту, что напечатана на ценнике) и становлюсь обладателем нужной вещи. Я больше ничего не должен, я расплатился.
Порча денег приводит к ситуации, когда деньги не являются реальным способом стать владельцем чего-то, решить бытовую и даже производственную проблему.
Яркий пример порчи денег – Советский союз. В 60-е союзный бюджет стал верстаться с нарастающим дефицитом. Дефицит финансировался из печатного станка. А цены были твёрдыми. Постепенно накапливались в системе необеспеченные деньги, превышающие всю доступную товарную массу. Это выливалось в дефицит (деньги есть, а купить на них ничего нельзя) и накопления (тысячи рублей на сберкнижке труженика в 1990 году – это труд, оплаченный деньгами, не имеющими смысла – что стало очевидно очень скоро).
Когда деньги теряют баланс с товарами в результате порчи, люди уже не могут заработать и расплатиться, став ничего друг другу не должны. Так больше не работает. Обмен не происходит. Он не завершён, поскольку не сбалансирован уплатой фиксированной суммы, не имеет явной цены.
В цену вещи начинают входить, например, отношения с тем, кто может эту вещь достать. В ситуации сильного дефицита – нужны знакомства. А если знакомый оказывает тебе услугу, помогая купить, достать что-то, то ты остаёшься ему должен – и должен не совсем понятно что, не деньги, а тоже услугу какую-то.
Отношения уже похожи на клиентеллу. Зачатки вассалитета.
Одновременно деньгами становится возможным манипулировать ситуативно. Например, платить рабочему (9 классов образования) вровень с инженером (учился лет 15-17, пройдя несколько жёстких фильтров) – по идеологическим причинам. Когда баланс сходился и страна жила "на свои" (даже после войны – денежная масса не росла, а наоборот!), такой ситуации не было.
А значит, нужно быть не лучшим в своём деле, а входить в правильный круг.
Так в параллель с денежными отношениями строятся неденежные. А денежные перестают работать: компетенции не помогают заработать, заработок не помогает реализовать потребности. То же самое и с предприятиями: дело не в эффективности, не в осмысленности деятельности условного завода, а в его удобстве для власти, в отношениях красных директоров с номенклатурой. Обычно это называют коррупцией.
Порча денег всегда портит людей.
В поздней Западной римской империи в золотые монеты стали добавлять всё больше примесей, заставляя всё равно монету считать золотой. Итогом стал феодализм – разрушение отношений в целостном пространстве империи вплоть до натурального обмена, замена отношений свободных граждан на массовое крепостничество.
История повторяется.
На Западе порча денег вошла в активную фазу в 2008-м. Сначала появились компании-зомби – способные из прибыли в лучшем случае выплатить проценты по долгам, а то и вынужденные постоянно брать новые кредиты.
Стать слишком большой, чтобы рухнуть – новая корпоративная стратегия.
Наиболее надёжным легальным способом заработать стала покупка индекса S&P500 – главного инструмента распределения напечатанных денег. Море "инвестиционных" книг учат: просто купи индекс и ни о чём не думай.
Затем порча денег пошла в народ, перейдя в лавину в 2020-м. Это и ESG, и нормы по разнообразию, и безусловный базовый доход, и байбэки. Так деньги отчуждаются от труда, компетенций, эффективности бизнеса.
В этом контексте слова Путина о том, что печати денег не будет, здоровых доходов бюджета достаточно и портить монету нужды нет – означает в том числе решение строить непорченное общество. Что, честно говоря, радует.
#Политэкономия
Когда мне нужно купить какую-то вещь, я использую местные деньги – рубли. Отдаю известную сумму (ту, что напечатана на ценнике) и становлюсь обладателем нужной вещи. Я больше ничего не должен, я расплатился.
Порча денег приводит к ситуации, когда деньги не являются реальным способом стать владельцем чего-то, решить бытовую и даже производственную проблему.
Яркий пример порчи денег – Советский союз. В 60-е союзный бюджет стал верстаться с нарастающим дефицитом. Дефицит финансировался из печатного станка. А цены были твёрдыми. Постепенно накапливались в системе необеспеченные деньги, превышающие всю доступную товарную массу. Это выливалось в дефицит (деньги есть, а купить на них ничего нельзя) и накопления (тысячи рублей на сберкнижке труженика в 1990 году – это труд, оплаченный деньгами, не имеющими смысла – что стало очевидно очень скоро).
Когда деньги теряют баланс с товарами в результате порчи, люди уже не могут заработать и расплатиться, став ничего друг другу не должны. Так больше не работает. Обмен не происходит. Он не завершён, поскольку не сбалансирован уплатой фиксированной суммы, не имеет явной цены.
В цену вещи начинают входить, например, отношения с тем, кто может эту вещь достать. В ситуации сильного дефицита – нужны знакомства. А если знакомый оказывает тебе услугу, помогая купить, достать что-то, то ты остаёшься ему должен – и должен не совсем понятно что, не деньги, а тоже услугу какую-то.
Отношения уже похожи на клиентеллу. Зачатки вассалитета.
Одновременно деньгами становится возможным манипулировать ситуативно. Например, платить рабочему (9 классов образования) вровень с инженером (учился лет 15-17, пройдя несколько жёстких фильтров) – по идеологическим причинам. Когда баланс сходился и страна жила "на свои" (даже после войны – денежная масса не росла, а наоборот!), такой ситуации не было.
А значит, нужно быть не лучшим в своём деле, а входить в правильный круг.
Так в параллель с денежными отношениями строятся неденежные. А денежные перестают работать: компетенции не помогают заработать, заработок не помогает реализовать потребности. То же самое и с предприятиями: дело не в эффективности, не в осмысленности деятельности условного завода, а в его удобстве для власти, в отношениях красных директоров с номенклатурой. Обычно это называют коррупцией.
Порча денег всегда портит людей.
В поздней Западной римской империи в золотые монеты стали добавлять всё больше примесей, заставляя всё равно монету считать золотой. Итогом стал феодализм – разрушение отношений в целостном пространстве империи вплоть до натурального обмена, замена отношений свободных граждан на массовое крепостничество.
История повторяется.
На Западе порча денег вошла в активную фазу в 2008-м. Сначала появились компании-зомби – способные из прибыли в лучшем случае выплатить проценты по долгам, а то и вынужденные постоянно брать новые кредиты.
Стать слишком большой, чтобы рухнуть – новая корпоративная стратегия.
Наиболее надёжным легальным способом заработать стала покупка индекса S&P500 – главного инструмента распределения напечатанных денег. Море "инвестиционных" книг учат: просто купи индекс и ни о чём не думай.
Затем порча денег пошла в народ, перейдя в лавину в 2020-м. Это и ESG, и нормы по разнообразию, и безусловный базовый доход, и байбэки. Так деньги отчуждаются от труда, компетенций, эффективности бизнеса.
В этом контексте слова Путина о том, что печати денег не будет, здоровых доходов бюджета достаточно и портить монету нужды нет – означает в том числе решение строить непорченное общество. Что, честно говоря, радует.
❤2🔥1
Цивилизация абсорбции многообразия
Модель развития на Западе (в первую очередь, в США) хорошо иллюстрирует метод взращивания технологических инноваций.
В грубом приближении, американская и российская модели выглядят так:
- В США множество команд, компаний делают попытки инновационного решения некоторой проблемы; команда, у которой получается – получает инвестиции и поглощается более крупными игроками, остальные пробуют что-то другое.
- В России принимается решение о том, что нужна инновация, и назначается команда (одна-две), которая должна достичь успеха. Все остальные подавляются, чтобы не тратили силы на решение этой проблемы – занимались другой.
В американской модели исходным сырьём являются энтузиасты, представители разных культур, научных школ. Умелые и желающие рисковать ради успеха – "экзита" (продажи созданной компании) или поглощения, перехода на работу в суперкорпорацию.
Так получились атомная бомба (немцы постарались), Боинг 787 (половина КБ Ильюшина там работала), Силиконовая Долина (кого там только не было, волнами – русские, индусы, китайцы).
Американизация в стиле нулевых годов XXI века, унификация мира по американским лекалам – образования, культуры, мотивации – пережигает пассионарность и снижает разнообразие, что однозначно вредит развитию системы в целом.
Возможно, нынешний культ Diversity, в том числе, отвечает и на этот вызов: если не удаётся абсорбировать разнообразие со всего мира, поскольку оно уже кончилось, то нужно породить разнообразие внутри. Но это не одно и то же: дефицит меритократического разнообразия приводит к имитации разнообразия за счёт ликвидации меритократии.
В целом, модель абсорбции многообразия с быстрыми лифтами для тех, у кого получается – это предельно эффективный механизм, дающий результаты мирового уровня за счёт выкачивания результатов из всего мира и сталкивания их уже во внутриамериканской (она же – прежде – глобальная, надмировая) конкуренции. Наблюдал работу этого механизма изнутри, и это действительно мощный, очаровательный, великолепный подход.
Это подход богатой и разнообразной культуры. Лоскутная Европа такой была всегда. Разнообразие позволило Колумбу поплыть в Америку в то же время, когда турки были под стенами Вены: Европа оставалась разнообразна, не бросалась целиком ни в плавание, ни в войну. А китайцы – в аналогичной ситуации – "сверху" решили, что нужно не плавать в далёкие страны, а защищаться от северных варваров – и никто больше никуда не поплыл.
Уязвимость тоже очевидна и именно сейчас может проявиться: если нечего абсорбировать, или если качество первичного материала (по квалификации, пассионарности, различию жизненного опыта и профессиональной позиции) снижается, то сконцентрировать ресурсы на новой проблеме – становится сложно. Схлопывание мира вокруг Америки, пресекание антропотоков может означать стагнацию инноваций.
В "старой" экономике, вроде того же Боинга, это уже происходит – поглощён и "Дуглас", и "Ильюшин", дальше остаётся переваривать саму корпорацию, разлагать её.
Запад сейчас рывком вытягивает всех, кто вовлечён в его инновационную орбиту, из стран периферии. На миг (лет 5-7) это поддержит его состояние, а дальше – неясно.
Российская же система дефицитна по людям: их мало в штуках. И по ресурсам: нет возможности бросать их на неуспешные попытки, если из всех попыток будущее есть только у одной. Дефицит есть и по времени, и по риску.
Сейчас, когда "выток специалистов" становится ограничен и изнутри, и извне, а разнообразие на Западе придавливается имитационным, – есть шанс проявить сильные стороны русской модели, дать уникальный творческий результат.
Модель развития на Западе (в первую очередь, в США) хорошо иллюстрирует метод взращивания технологических инноваций.
В грубом приближении, американская и российская модели выглядят так:
- В США множество команд, компаний делают попытки инновационного решения некоторой проблемы; команда, у которой получается – получает инвестиции и поглощается более крупными игроками, остальные пробуют что-то другое.
- В России принимается решение о том, что нужна инновация, и назначается команда (одна-две), которая должна достичь успеха. Все остальные подавляются, чтобы не тратили силы на решение этой проблемы – занимались другой.
В американской модели исходным сырьём являются энтузиасты, представители разных культур, научных школ. Умелые и желающие рисковать ради успеха – "экзита" (продажи созданной компании) или поглощения, перехода на работу в суперкорпорацию.
Так получились атомная бомба (немцы постарались), Боинг 787 (половина КБ Ильюшина там работала), Силиконовая Долина (кого там только не было, волнами – русские, индусы, китайцы).
Американизация в стиле нулевых годов XXI века, унификация мира по американским лекалам – образования, культуры, мотивации – пережигает пассионарность и снижает разнообразие, что однозначно вредит развитию системы в целом.
Возможно, нынешний культ Diversity, в том числе, отвечает и на этот вызов: если не удаётся абсорбировать разнообразие со всего мира, поскольку оно уже кончилось, то нужно породить разнообразие внутри. Но это не одно и то же: дефицит меритократического разнообразия приводит к имитации разнообразия за счёт ликвидации меритократии.
В целом, модель абсорбции многообразия с быстрыми лифтами для тех, у кого получается – это предельно эффективный механизм, дающий результаты мирового уровня за счёт выкачивания результатов из всего мира и сталкивания их уже во внутриамериканской (она же – прежде – глобальная, надмировая) конкуренции. Наблюдал работу этого механизма изнутри, и это действительно мощный, очаровательный, великолепный подход.
Это подход богатой и разнообразной культуры. Лоскутная Европа такой была всегда. Разнообразие позволило Колумбу поплыть в Америку в то же время, когда турки были под стенами Вены: Европа оставалась разнообразна, не бросалась целиком ни в плавание, ни в войну. А китайцы – в аналогичной ситуации – "сверху" решили, что нужно не плавать в далёкие страны, а защищаться от северных варваров – и никто больше никуда не поплыл.
Уязвимость тоже очевидна и именно сейчас может проявиться: если нечего абсорбировать, или если качество первичного материала (по квалификации, пассионарности, различию жизненного опыта и профессиональной позиции) снижается, то сконцентрировать ресурсы на новой проблеме – становится сложно. Схлопывание мира вокруг Америки, пресекание антропотоков может означать стагнацию инноваций.
В "старой" экономике, вроде того же Боинга, это уже происходит – поглощён и "Дуглас", и "Ильюшин", дальше остаётся переваривать саму корпорацию, разлагать её.
Запад сейчас рывком вытягивает всех, кто вовлечён в его инновационную орбиту, из стран периферии. На миг (лет 5-7) это поддержит его состояние, а дальше – неясно.
Российская же система дефицитна по людям: их мало в штуках. И по ресурсам: нет возможности бросать их на неуспешные попытки, если из всех попыток будущее есть только у одной. Дефицит есть и по времени, и по риску.
Сейчас, когда "выток специалистов" становится ограничен и изнутри, и извне, а разнообразие на Западе придавливается имитационным, – есть шанс проявить сильные стороны русской модели, дать уникальный творческий результат.
🔥3
Высшая ступень прогностики
В эпоху перемен важно понять, какой из прогнозов имеет значение. Что прогнозировать? Как прогнозировать? Как применять прогноз?
Я выделяю три принципиально различных уровня прогнозирования, релевантных историческому моменту:
Человечество. Политика. Судьба.
Прогнозирование судьбы – это варианты, как жить дальше: вам, и одновременно – какой выбор стоит перед миллионами других отдельных людей, живущих прямо сейчас.
Часто мы не задерживаемся на пред-усмотрении будущего, вариативности судьбы. Образ будущего даёт кино, рассказы знакомых, образование, городские легенды и мифы, просто окружающая среда – интроекты всех сортов.
Без личного акта прогнозирования, на самом деле, выбор судьбы за нас делает кто-то другой – или не делает никто.
Прогнозирование политики – это рассмотрение совокупности судеб и воль, взаимодействий общественной энергии. Какая страна – субъектна, имеет замысел, волю и средства двигаться в будущее?
Здесь влияет пропаганда, миф, иррациональные мечты и страхи, все составляющие онтологии – картины мира. Исследование и прогнозирование субъектов политики – это исследование онтологий. А контекст задаётся конфликтом, процессом, который рассматривает прогностик.
Прогностический долг – распредметиться, отрефлексировать свою онтологию и онтологии других действующих лиц, отделить важное от неважного, отыграть чужие стратегии, как свои. Такой работой занимаются стратеги, философы, группы типа умных банок – think tank.
Прогнозирование человечества – Святой грааль прогностики, желанный и недостижимый, поскольку человечество находится в контексте Мёбиуса: оно само себе контекст, субъект, объект, среда, метод.
Наиболее совершенные подходы к человечеству выглядят порой очаровательным шарлатанством: учитывают коллективную карму, смену астрологических эпох, пассионарные толчки, циклы Вызова и Ответа.
Человек слишком ничтожен, чтобы прогнозировать человечество, но иногда случается чудо, удаётся заглянуть за предел, получить трансцендентное знание. О человечестве, как величайшем, говорят в величайшем времени традиций и прозрений, Богообщения.
Осознавая собственную безусловную смертность, мне интересно выбирать судьбу, опираясь на целостность человечества, и прогнозировать политику – в контексте всечеловеческих перемен.
В эпоху перемен важно понять, какой из прогнозов имеет значение. Что прогнозировать? Как прогнозировать? Как применять прогноз?
Я выделяю три принципиально различных уровня прогнозирования, релевантных историческому моменту:
Человечество. Политика. Судьба.
Прогнозирование судьбы – это варианты, как жить дальше: вам, и одновременно – какой выбор стоит перед миллионами других отдельных людей, живущих прямо сейчас.
Часто мы не задерживаемся на пред-усмотрении будущего, вариативности судьбы. Образ будущего даёт кино, рассказы знакомых, образование, городские легенды и мифы, просто окружающая среда – интроекты всех сортов.
Без личного акта прогнозирования, на самом деле, выбор судьбы за нас делает кто-то другой – или не делает никто.
Прогнозирование политики – это рассмотрение совокупности судеб и воль, взаимодействий общественной энергии. Какая страна – субъектна, имеет замысел, волю и средства двигаться в будущее?
Здесь влияет пропаганда, миф, иррациональные мечты и страхи, все составляющие онтологии – картины мира. Исследование и прогнозирование субъектов политики – это исследование онтологий. А контекст задаётся конфликтом, процессом, который рассматривает прогностик.
Прогностический долг – распредметиться, отрефлексировать свою онтологию и онтологии других действующих лиц, отделить важное от неважного, отыграть чужие стратегии, как свои. Такой работой занимаются стратеги, философы, группы типа умных банок – think tank.
Прогнозирование человечества – Святой грааль прогностики, желанный и недостижимый, поскольку человечество находится в контексте Мёбиуса: оно само себе контекст, субъект, объект, среда, метод.
Наиболее совершенные подходы к человечеству выглядят порой очаровательным шарлатанством: учитывают коллективную карму, смену астрологических эпох, пассионарные толчки, циклы Вызова и Ответа.
Человек слишком ничтожен, чтобы прогнозировать человечество, но иногда случается чудо, удаётся заглянуть за предел, получить трансцендентное знание. О человечестве, как величайшем, говорят в величайшем времени традиций и прозрений, Богообщения.
Осознавая собственную безусловную смертность, мне интересно выбирать судьбу, опираясь на целостность человечества, и прогнозировать политику – в контексте всечеловеческих перемен.
🔥3❤1
Разве мир входит в системный кризис?
О пастухах, стаде и бойне
Приближение к барьеру
Кажется, эти (и соседние) заметки от осени прошлого года теперь звучат гораздо более основательно.
О пастухах, стаде и бойне
Приближение к барьеру
Кажется, эти (и соседние) заметки от осени прошлого года теперь звучат гораздо более основательно.
В занятиях персидским дошёл, наконец, до разбора рубаи.
در کارگه کوزهگری رفتم دوش
دیدم دو هزار کوزه گویا و خموش
باگاه یکی کوزه برآورد خروش
کو کوزهگر و کوزهخر و کوزه فروش
Переводы легко гуглятся по фразе "в гончарной мастерской Хайям". В основном, красивые. Учитывая деятельную активность автора, предлагаю практическую интерпретацию:
Зашёл как-то в гончарную мастерскую,
Там две тыщи горшков в тишине,
Задел один, он упал и разбился,
Возопил: где гончар? покупатели? продавцы?
Образ труженика, который накопил результатов своих трудов и никак не озаботился их реализацией в мир, мне очень близок. Знакомо и возмущение таким положением дел: бизнес где?
در کارگه کوزهگری رفتم دوش
دیدم دو هزار کوزه گویا و خموش
باگاه یکی کوزه برآورد خروش
کو کوزهگر و کوزهخر و کوزه فروش
Переводы легко гуглятся по фразе "в гончарной мастерской Хайям". В основном, красивые. Учитывая деятельную активность автора, предлагаю практическую интерпретацию:
Зашёл как-то в гончарную мастерскую,
Там две тыщи горшков в тишине,
Задел один, он упал и разбился,
Возопил: где гончар? покупатели? продавцы?
Образ труженика, который накопил результатов своих трудов и никак не озаботился их реализацией в мир, мне очень близок. Знакомо и возмущение таким положением дел: бизнес где?
❤2
Цикл #Политэкономия сменяется заметками про #ОбразБудущего. В ближайшие дни планирую несколько текстов о глобальных образах будущего, которые получается уловить в текущем дискурсе. Без этого обзора невозможно понять, в каких рамках, за что и между кем идёт борьба.
Борьба стран, военных и экономических блоков, и не только.
Большинство стран вообще не имеют собственного будущего. Их максимум – быть шестернёй в чужих планах. Что неплохо, если планы этого достойны. И быть полезным колесом с зубчиками лучше, чем подножным кормом – а и такое будущее может быть предусмотрено другими прогнозирующими и стратегирующими сторонами.
Образ будущего – это различение страны на небосводе. Можно ли выделить страну, культуру, народ в небесных терминах? Есть она там вообще, в области смыслов, идей, мечты? Если да, то это – её собственный образ будущего. Она в будущем – может быть, есть.
В мире, где всё взаимосвязано, образ будущего должен или сплетаться с образами других "небесных стейкхолдеров", или обобщать их: давать им место, вписывать. Вариант "вообще не учитывать других" рискует не стать глобальным, попасть в ситуацию противодействия со всех сторон. И в итоге быть вписанным в какой-то другой сценарий – явочным образом.
Стратегия более высокого уровня почти всегда бьёт стратегию, составленную в усечённом варианте.
Локальность образов будущего – небесное предзнаменование нового феодализма.
Пока список вариантов получился такой:
- Инклюзивный капитализм
- Полицентричный мир
- Небесный СССР
- Реванш Америки (биполярный мир – биполярная война)
- Неофеодализм
- Русский космизм
- Мистический эскапизм
Если что-то забыл, напишите, пожалуйста, в комментарии.
Борьба стран, военных и экономических блоков, и не только.
Большинство стран вообще не имеют собственного будущего. Их максимум – быть шестернёй в чужих планах. Что неплохо, если планы этого достойны. И быть полезным колесом с зубчиками лучше, чем подножным кормом – а и такое будущее может быть предусмотрено другими прогнозирующими и стратегирующими сторонами.
Образ будущего – это различение страны на небосводе. Можно ли выделить страну, культуру, народ в небесных терминах? Есть она там вообще, в области смыслов, идей, мечты? Если да, то это – её собственный образ будущего. Она в будущем – может быть, есть.
В мире, где всё взаимосвязано, образ будущего должен или сплетаться с образами других "небесных стейкхолдеров", или обобщать их: давать им место, вписывать. Вариант "вообще не учитывать других" рискует не стать глобальным, попасть в ситуацию противодействия со всех сторон. И в итоге быть вписанным в какой-то другой сценарий – явочным образом.
Стратегия более высокого уровня почти всегда бьёт стратегию, составленную в усечённом варианте.
Локальность образов будущего – небесное предзнаменование нового феодализма.
Пока список вариантов получился такой:
- Инклюзивный капитализм
- Полицентричный мир
- Небесный СССР
- Реванш Америки (биполярный мир – биполярная война)
- Неофеодализм
- Русский космизм
- Мистический эскапизм
Если что-то забыл, напишите, пожалуйста, в комментарии.
🔥1
Трагедия России складывается из двух противоречий. Так:
1. Россией управляют по-настоящему талантливые, системные, мощные политики: Путин, Лавров, Шойгу, Рогозин, Рябков. И их команда.
2. Эти люди сформировались в хаос 90-х. Эстетика типа "всё в хату". Опасность – от неуправляемых вооружённых банд. Страшно – это Козыревщина, Югославия, Чечня, дефолт. Новое – интернет и мобильные телефоны.
3. Те, кто сформировался в нулевые и десятые – их совсем не понимают. Другая эстетика, страхи другие и желания. Другие темпы, темы, тренды, языки. Другой жизненный опыт.
4. На протяжении десятилетий молодые люди, патриоты, которые видели Россию по-другому (вроде вечно молодого и другого Лимонова) воспринимались как бандиты и раскольники и подавлялись. Во власти не нашлось ни одного молодого мужика, который бы всё объяснил по-человечески.
5. Та молодёжь, что не подавлялась – потому что не видела Россию другой, – на самом деле не видела Россию, кроме как колониальной вотчиной. Заработал, позаботился о крестьянах (зрителях, избирателях, покупателях, быдле), и поехал ближе к метрополии. Колониальная элита ведёт себя очень естественно и не хочет перемен. Защищает статус.
6. Когда перемены пришли сами, элитку сдуло. И молодое поколение – то, у которого по естественным биологическим причинам (возраст) есть будущее – оказалось безъязыким, оглушённым, потерянным. Оно не умеет формулировать образ будущего: его никогда не спрашивали всерьёз. Отучили мечтать.
Первое противоречие: испуганное поколение, подавленное поколение.
Второе противоречие: колониальная элитка, суверенные события.
Советский союз строили молодые. Красный флаг на танках – это о той, молодой, гражданской войне, в которой понятно, как строится будущее. Кем. И чьё.
Но карго-культ не пройдёт. Нет более важной задачи для тыла, чем осознать и сартикулировать свою мечту – и преобразиться соответственно.
1. Россией управляют по-настоящему талантливые, системные, мощные политики: Путин, Лавров, Шойгу, Рогозин, Рябков. И их команда.
2. Эти люди сформировались в хаос 90-х. Эстетика типа "всё в хату". Опасность – от неуправляемых вооружённых банд. Страшно – это Козыревщина, Югославия, Чечня, дефолт. Новое – интернет и мобильные телефоны.
3. Те, кто сформировался в нулевые и десятые – их совсем не понимают. Другая эстетика, страхи другие и желания. Другие темпы, темы, тренды, языки. Другой жизненный опыт.
4. На протяжении десятилетий молодые люди, патриоты, которые видели Россию по-другому (вроде вечно молодого и другого Лимонова) воспринимались как бандиты и раскольники и подавлялись. Во власти не нашлось ни одного молодого мужика, который бы всё объяснил по-человечески.
5. Та молодёжь, что не подавлялась – потому что не видела Россию другой, – на самом деле не видела Россию, кроме как колониальной вотчиной. Заработал, позаботился о крестьянах (зрителях, избирателях, покупателях, быдле), и поехал ближе к метрополии. Колониальная элита ведёт себя очень естественно и не хочет перемен. Защищает статус.
6. Когда перемены пришли сами, элитку сдуло. И молодое поколение – то, у которого по естественным биологическим причинам (возраст) есть будущее – оказалось безъязыким, оглушённым, потерянным. Оно не умеет формулировать образ будущего: его никогда не спрашивали всерьёз. Отучили мечтать.
Первое противоречие: испуганное поколение, подавленное поколение.
Второе противоречие: колониальная элитка, суверенные события.
Советский союз строили молодые. Красный флаг на танках – это о той, молодой, гражданской войне, в которой понятно, как строится будущее. Кем. И чьё.
Но карго-культ не пройдёт. Нет более важной задачи для тыла, чем осознать и сартикулировать свою мечту – и преобразиться соответственно.
Война Аполлона и национальный интроект
Переслегин выделяет три вида войн:
война Ареса – прямая сила, быстрый темп,
война Афины – экономика, темп – минимум годы,
война Аполлона – культура и смыслы, темп – десятилетия и поколения.
Сейчас очевидна война Ареса. Вот танки, самолёты, всё наглядно. Интерпретация – во власти культуры интерпретирующего: кто забыл или не понял 2014-й, для тех это захватническая война, кто не забыл – освободительная.
Война Афины также разворачивается, но со странными темпами: после фактической победы Европы в семилетней газовой войне 2013-2021, вдруг результаты стали переворачиваться в пользу России, а Европа стала душить себя быстро-быстро.
Это "ж-ж-ж" неспроста.
Войну Аполлона аналитики тоже пытаются увидеть в здесь и сейчас, как начинающуюся, бурную. И задаются вопросом: а какие тут могут быть смыслы? Соцсети делятся на сегменты, телеканалы блокируют, онтологический разрыв всё сильнее. Западные культурные сообщения всё меньше срабатывают на русский народ. И наоборот.
Возможно, в войне Аполлона – 20-летней по ритму – мы находимся не в начале, а в конце цикла. Потому её и сложно рассмотреть.
Результат войны смыслов – это пораженческие интроекты, неосознанные убеждения, некритично впитанные из среды.
И они у нас уже есть. Если осознать их как чуждые, от них можно будет освободиться.
Например, межпоколенческий раскол, описанный в прошлой заметке Трагедия России, формировался десятилетиями. В событиях на Болотной площади в 2011 году пропаганда белоленточников включала в себя тезис "дед устал", появился термин "ботоксный дед", "бункерный дед". Это семантика отчуждения от поколения, которому тогда было вообще-то лет по 50, золотой возраст для политика.
Отторжение младших от прямого участия во власти проводилось, например, через внедрение термина "нашисты": отвращение рождается сразу, и разбираться в том, что вообще-то это приглашение во власть и в социальное творчество, уже не хочется. Да и как слушать этих стариков, всё пилят с друзьями, кооператив "Озеро" и т.п.
Таким образом, разрыв поколений может быть наведённым извне, через НКО и иноагентов, которых до 2014 года (и далее) было как собак нерезанных, бесконтрольных и безотчётных. Конечно, хороший интроект цепляется за какие-то стороны реальности – и усиливает их. Но пока он не осознан, конфликт растёт неуправляемо.
Если кто думает о конспирологии (тоже важный интроект: сложную организованную деятельность называть коспирологией, чтобы даже не смотреть туда, не разбираться), то Центр Информационно-Психологических операций – штатная единица ВСУ, методички у них из ЦРУ, выдержки из них публикуются, можно почитать, можно посмотреть обзоры. Никто ничего не прячет.
Можно заметить и формирование исторических интроектов, как в нас, так и в сопредельных территориях.
Как-то в университетском книжном магазинчике я, будучи студентом, купил толстый, добротный, замечательно оформленный том Всемирной Истории. Стал читать – а там с первых же страниц описание того, как древние укры выкопали Чёрное море. Вся книга, на деле, написана для внедрения идеи участия украинского народа во всемирном историческом процессе.
Присмотрелся – так и есть: издательство Фонда Сороса. Та самая "мягкая сила" – это и есть война Аполлона. Думаю, конкретно эта книга не одного русского привела в украинские нацбаты
Вариант исторического сообщения для России: тысячелетняя тюрьма народов, голодомор, Сталин – палач, Берия – извращенец, Ельцин центр.
Ещё одна история об Украине: смена символики Великой Победы на мак с дыркой, и слоган "Никогда больше". Что никогда? Война? Знамя Победы? Великая общая страна? Казаки в Париже?
На что русский народ ответил аффирмациями "можем и повторить"...
В ценностном дискурсе и исторических оценках – всегда нужно помнить, кто подсказал ту или иную оценку и каков был его интерес. Если не знаете – стоит разобраться. Если разобрались, и интересы оказались не такими, как вам казалось... то вы на правильном пути.
Переслегин выделяет три вида войн:
война Ареса – прямая сила, быстрый темп,
война Афины – экономика, темп – минимум годы,
война Аполлона – культура и смыслы, темп – десятилетия и поколения.
Сейчас очевидна война Ареса. Вот танки, самолёты, всё наглядно. Интерпретация – во власти культуры интерпретирующего: кто забыл или не понял 2014-й, для тех это захватническая война, кто не забыл – освободительная.
Война Афины также разворачивается, но со странными темпами: после фактической победы Европы в семилетней газовой войне 2013-2021, вдруг результаты стали переворачиваться в пользу России, а Европа стала душить себя быстро-быстро.
Это "ж-ж-ж" неспроста.
Войну Аполлона аналитики тоже пытаются увидеть в здесь и сейчас, как начинающуюся, бурную. И задаются вопросом: а какие тут могут быть смыслы? Соцсети делятся на сегменты, телеканалы блокируют, онтологический разрыв всё сильнее. Западные культурные сообщения всё меньше срабатывают на русский народ. И наоборот.
Возможно, в войне Аполлона – 20-летней по ритму – мы находимся не в начале, а в конце цикла. Потому её и сложно рассмотреть.
Результат войны смыслов – это пораженческие интроекты, неосознанные убеждения, некритично впитанные из среды.
И они у нас уже есть. Если осознать их как чуждые, от них можно будет освободиться.
Например, межпоколенческий раскол, описанный в прошлой заметке Трагедия России, формировался десятилетиями. В событиях на Болотной площади в 2011 году пропаганда белоленточников включала в себя тезис "дед устал", появился термин "ботоксный дед", "бункерный дед". Это семантика отчуждения от поколения, которому тогда было вообще-то лет по 50, золотой возраст для политика.
Отторжение младших от прямого участия во власти проводилось, например, через внедрение термина "нашисты": отвращение рождается сразу, и разбираться в том, что вообще-то это приглашение во власть и в социальное творчество, уже не хочется. Да и как слушать этих стариков, всё пилят с друзьями, кооператив "Озеро" и т.п.
Таким образом, разрыв поколений может быть наведённым извне, через НКО и иноагентов, которых до 2014 года (и далее) было как собак нерезанных, бесконтрольных и безотчётных. Конечно, хороший интроект цепляется за какие-то стороны реальности – и усиливает их. Но пока он не осознан, конфликт растёт неуправляемо.
Если кто думает о конспирологии (тоже важный интроект: сложную организованную деятельность называть коспирологией, чтобы даже не смотреть туда, не разбираться), то Центр Информационно-Психологических операций – штатная единица ВСУ, методички у них из ЦРУ, выдержки из них публикуются, можно почитать, можно посмотреть обзоры. Никто ничего не прячет.
Можно заметить и формирование исторических интроектов, как в нас, так и в сопредельных территориях.
Как-то в университетском книжном магазинчике я, будучи студентом, купил толстый, добротный, замечательно оформленный том Всемирной Истории. Стал читать – а там с первых же страниц описание того, как древние укры выкопали Чёрное море. Вся книга, на деле, написана для внедрения идеи участия украинского народа во всемирном историческом процессе.
Присмотрелся – так и есть: издательство Фонда Сороса. Та самая "мягкая сила" – это и есть война Аполлона. Думаю, конкретно эта книга не одного русского привела в украинские нацбаты
Вариант исторического сообщения для России: тысячелетняя тюрьма народов, голодомор, Сталин – палач, Берия – извращенец, Ельцин центр.
Ещё одна история об Украине: смена символики Великой Победы на мак с дыркой, и слоган "Никогда больше". Что никогда? Война? Знамя Победы? Великая общая страна? Казаки в Париже?
На что русский народ ответил аффирмациями "можем и повторить"...
В ценностном дискурсе и исторических оценках – всегда нужно помнить, кто подсказал ту или иную оценку и каков был его интерес. Если не знаете – стоит разобраться. Если разобрались, и интересы оказались не такими, как вам казалось... то вы на правильном пути.
🔥5❤3
Forwarded from Антонов такой Антонов
Кажется, они начинают о чём-то подозревать.
Оригинал на английском.
(FOX это очень популярный в Штатах телеканал).
Оригинал на английском.
(FOX это очень популярный в Штатах телеканал).
YouTube
«Пока бой не закончится...» [Такер Карлсон на русском]
Дата эфира: 03.05.22
Поддержать проект разово: 2202201849047945 (Сбербанк)
Поддержать проект подпиской: https://sponsr.ru/carlsontv
Группа ВКонтакте: https://vk.com/carlsontv
Дзен: https://dzen.ru/carlsontv
RuTube: https://rutube.ru/channel/25787744/…
Поддержать проект разово: 2202201849047945 (Сбербанк)
Поддержать проект подпиской: https://sponsr.ru/carlsontv
Группа ВКонтакте: https://vk.com/carlsontv
Дзен: https://dzen.ru/carlsontv
RuTube: https://rutube.ru/channel/25787744/…
Инклюзивный капитализм
#ОбразБудущего
Если невозможно побороть распад семантического поля, разрушение цивилизации и пришествие Тёмных веков, то нужно его возглавить. Инклюзивный капитализм – это вовлекающая рамка вообще без собственной делянки на Небесах. Свод правил, по которым всё более мелкие, субнациональные, субэтнические, субклассовые, субгендерные, субличностные группы оказываются в положении овец, которых стригут, но они не знают мира вне своего (комфортного по определению) загона – и потому довольны.
Управление суб- – осуществляется над-, супер-, über. Поверх взаимоопыляющихся меньшинств – наднациональная элита Подлинной жизни, жизни капитала. С личными самолётами, автомобилями, детьми. С мясом и вином, тёплым домом, полной планетарной свободой делать всё, что угодно.
Смысл личной жизни – либо в удовлетворении собственной меньшинственности (пользовании самых модных локальных трендов на большую инклюзивность), либо в попадании в элиту (в некоторых территориях, прежде бывших странами, таких может быть и 1 человек на 100 миллионов, и менее).
Развитие не нужно, и даже опасно: оно нарушает баланс. Но зачем вам развитие? Вы ведь самые лучшие, и не нужно ничего созидать, ничем владеть и никуда стремиться, чтобы быть счастливыми. Несчастливы? Тогда вам на помощь все химические средства удовлетворения, придуманные человечеством.
Не нужны все, у кого ещё осталось собственное будущее: религиозные группы (если не присягнут Разнообразию, оно же дезинтеграция, и не предадут Слово своего Бога и Дух этого Слова), идеалисты всех мастей, носители исторических миссий, имперских амбиций, непонятных иероглифических языков, вообще государства и нации и пр.
Строительством инклюзивного капитализма занимаются Финансовые элиты разных стран, в первую очередь Англии, Швейцарии, США.
Если капиталистам (<0.1%) – всё вещественное и настоящее, то всем остальным (включительно, инклюзивно) – Нищепанк. Метавселенная с очками виртуальной реальности и быстрым интернетом из-под моста, NFT на свой дом вместо своего дома, вещества вместо радости отношений, отсутствие права на труд и смысл, фрагментарная картина мира.
Инклюзивный капитализм предлагает реализацию всех эмоций (лайк, шер, ретвит – дофаминовый крючок), но предпочитает тревогу и страх.
Ещё несколько десятилетий назад наркомания считалась пороком, признаком проблем. Теперь вещества дестигматизируются: можно. Антидепрессанты, каннабис, постепенно – и опиоиды становятся легальным бизнесом в США.
А если нужно выплеснуть агрессию, то вариант "веганы против мясоедов" – отличный; мал масштаб? возьмите русских, их много, и они в этом варианте будущего совсем не нужны.
На будущее Инклюзивного капитализма работает голливудский героический эпос ("каждый может быть героем – так что и ты такой замечательный, даже безработный, и косяки дешевеют, попробуй!"), ковидные локдауны (определяемые наднационально, реализуемые на всяких территориях, спорадически рушащие связность), нормы ESG и глобальные рынки капитала, паника "изменения климата" и связанные с ней наднациональные политэкономические изменения.
Если поскрести сущность Инклюзивного капитализма, то проступают и более традиционные черты Запада: колониализм, аристократизм, апартеид, расизм, фашизм, "бремя белого человека", работорговля...
Инклюзивный капитализм – самый мощный образ будущего, на пропаганду которого направлены подавляющие финансовые, человеческие, творческие силы. Но это не единственный вариант – в том числе, не единственный на Западе.
#ОбразБудущего
"Вы не будете ничем владеть и будете счастливы".
Клаус ШвабЕсли невозможно побороть распад семантического поля, разрушение цивилизации и пришествие Тёмных веков, то нужно его возглавить. Инклюзивный капитализм – это вовлекающая рамка вообще без собственной делянки на Небесах. Свод правил, по которым всё более мелкие, субнациональные, субэтнические, субклассовые, субгендерные, субличностные группы оказываются в положении овец, которых стригут, но они не знают мира вне своего (комфортного по определению) загона – и потому довольны.
Управление суб- – осуществляется над-, супер-, über. Поверх взаимоопыляющихся меньшинств – наднациональная элита Подлинной жизни, жизни капитала. С личными самолётами, автомобилями, детьми. С мясом и вином, тёплым домом, полной планетарной свободой делать всё, что угодно.
Смысл личной жизни – либо в удовлетворении собственной меньшинственности (пользовании самых модных локальных трендов на большую инклюзивность), либо в попадании в элиту (в некоторых территориях, прежде бывших странами, таких может быть и 1 человек на 100 миллионов, и менее).
Развитие не нужно, и даже опасно: оно нарушает баланс. Но зачем вам развитие? Вы ведь самые лучшие, и не нужно ничего созидать, ничем владеть и никуда стремиться, чтобы быть счастливыми. Несчастливы? Тогда вам на помощь все химические средства удовлетворения, придуманные человечеством.
Не нужны все, у кого ещё осталось собственное будущее: религиозные группы (если не присягнут Разнообразию, оно же дезинтеграция, и не предадут Слово своего Бога и Дух этого Слова), идеалисты всех мастей, носители исторических миссий, имперских амбиций, непонятных иероглифических языков, вообще государства и нации и пр.
Строительством инклюзивного капитализма занимаются Финансовые элиты разных стран, в первую очередь Англии, Швейцарии, США.
Если капиталистам (<0.1%) – всё вещественное и настоящее, то всем остальным (включительно, инклюзивно) – Нищепанк. Метавселенная с очками виртуальной реальности и быстрым интернетом из-под моста, NFT на свой дом вместо своего дома, вещества вместо радости отношений, отсутствие права на труд и смысл, фрагментарная картина мира.
Инклюзивный капитализм предлагает реализацию всех эмоций (лайк, шер, ретвит – дофаминовый крючок), но предпочитает тревогу и страх.
Ещё несколько десятилетий назад наркомания считалась пороком, признаком проблем. Теперь вещества дестигматизируются: можно. Антидепрессанты, каннабис, постепенно – и опиоиды становятся легальным бизнесом в США.
А если нужно выплеснуть агрессию, то вариант "веганы против мясоедов" – отличный; мал масштаб? возьмите русских, их много, и они в этом варианте будущего совсем не нужны.
На будущее Инклюзивного капитализма работает голливудский героический эпос ("каждый может быть героем – так что и ты такой замечательный, даже безработный, и косяки дешевеют, попробуй!"), ковидные локдауны (определяемые наднационально, реализуемые на всяких территориях, спорадически рушащие связность), нормы ESG и глобальные рынки капитала, паника "изменения климата" и связанные с ней наднациональные политэкономические изменения.
Если поскрести сущность Инклюзивного капитализма, то проступают и более традиционные черты Запада: колониализм, аристократизм, апартеид, расизм, фашизм, "бремя белого человека", работорговля...
Инклюзивный капитализм – самый мощный образ будущего, на пропаганду которого направлены подавляющие финансовые, человеческие, творческие силы. Но это не единственный вариант – в том числе, не единственный на Западе.
🔥4