без контекста
аушка, где чуя вампир, а рампо невероятно приставучий человек, который знать не знает о существовании вампиров, но очень много задумывается над реакциями чуи и в конце концов бесстыдно подставляет ему шею, чтобы убедиться в своих мыслях окончательно

без контекста х2
в этой ау рембо обратил верлена несмотря на то что это вообще то запрещено, и они благополучно сбежали. а потом подобрали чую и теперь его воспитывают. и верлен был очень возмущен когда нашел этих двух идиотов в постели, причем еще со двора почувствовав запах крови и секса (а рассказывать о своей сущности вампирам все еще запрещено)

а потом эту контору благополучно накроют и им вчетвером придется бежать, потому что если остаться, то их всех грохнут за то что укрывали знающего человека. а если оставить рампо, то грохнут рампо. чуя был против.
верлен недоволен и хуесосится с рампо. он хуесосится со всеми ухажорами чуи в любых аушках, это каноническое событие

эээээто что такоооооое
напоролся тут на канал по какой то игрушке, которая непонятно выйдет ли вообще в этом году, но уже смотрю вот так 👁️👁️ на этого зайчика особенно 👁️👁️

топ работ, к которым нужно оставить отзывы чтобы я охуел

номер один: ориджиналы
номер два:

очень люблю емца и его серии, но насколько ж эта тварь непопулярная, что я на отзывы к работам по его фандомам смотрю вот так 👁️👁️ мне даже грустно, хотите я буду агитировать вас читать емца?

эээээ.......

что это за ебака....

ну в принципе я закончил(ся)
спасибо куникида что ты существуешь

— Ты ведь можешь быть другим. Почему ты постоянно выводишь его?

Тьма за окном, она же – в душе. Эту душу уже не спасти, но все же слиться со тьмой ей не дают. «Кто-то слишком безрассуден», — думает душа, а потом обнаруживает себя тянущейся к маленькому огоньку света.

— Хм? О чем Вы?

Это глупо – в таком большом доме столкнуться случайно. Двойная глупость – ночью, тройная – на кухне. Хотя, пожалуй, кухня напротив ведет эту вероятность выше...

Оба об этом не думали.

Макрейл слишком тих в этой полутьме, даже не подумав включить лампу. Темной душе свет не нужен, темная душа свет отталкивает, а в глубине своей к нему тянется. И сама душа о том не догадывается, а вот свет – знает, тая это знание в глубине зрачков.

— Мы оба знаем, что нужно Элио. Мы оба знаем, что ты можешь дать ему это. Ты ведь даешь это мне. Тогда почему он уже в третий раз выставляет тебя из комнаты без одежды вместо секса?

Авелион – тихий бархатный смех, скрывающийся за гудением чайника, Авелион – забавный блеск в глазах, не утихший, к удивлению Макрейла, даже спустя столько лет. Он садится на стол прямо, ногами болтает, задумчиво рассматривая босые ступни, забывается словно, пусть и знает – терпение Макрейла испытывать нельзя.

Нельзя. Но он испытывает, из раза в раз, и может быть за это Макрейл его и любит. Хотя, "любит" – слово громкое.

— Не знаю. Я думал, он хочет, чтобы я был послушен под ним. Я ведь всего лишь шлюха, разве я имею право перечить ему или Вам?

Глупый, глупый Авелион.

Макрейл видит – все не так. Макрейл видит – ему лгут, лгут бесстыдно и невинно столь. Макрейл видит этот непричастный наклон головы, видит изгиб губ и видит глаза, слишком много понимающие и знающие глаза. Макрейл видит каждого человека насквозь, но не каждого понимает – не понимает и Авелиона.

— Не строй из себя придурка, Вел.

«Ты не такой»

Элио нужны эмоции. Всегда были нужны – он тянулся к ним когда трахал Макрейла, ледяного и невозмутимого, но особо сладкого, если его заставить стонать; когда трахал Азиарэля, самого идеального, красивого, а главное эмоционального и чувственного мальчонку; когда трахал Авелиона, который мог бы быть вторым идеалом для него, но будто специально вел себя показательно послушно.

Макрейл тоже в них нуждался. Нет, Макрейл нуждался в том, чтобы выплеснуть то, что держал в себе, иначе это все рано или поздно сожрало бы его изнутри.

Авелион пугал тем, что видел это. Видел настолько много, что его в пору было бы убить, только вот слишком уж хорош он был в постели.

Только с ним. Не с Элио. И отчего-то эта мысль порождала в глубине груди то, что Макрейл уверенно давил ботинком об асфальт. Но порождала.

— Я правда не знаю, что ему не нравится. Но в любом случае, под Вами мне нравится больше.

Авелион блестит улыбкой – той самой неповторимой, которую Макрейл зачем-то разглядывал время от времени. Той самой странной, которую повторить не выходило. Той самой...

На стол с тихим стуком опускается чашка теплого чая. Макрейл поднимает взгляд, хмуря брови – заметил ли он когда Авелион успел его заварить? Заметил ли он, когда его чашку забрали? Заметил ли он вовсе, что она была пуста?

Наверное нет. А Авелион все же глупый.

— Однажды ему это надоест и он захочет выкинуть тебя.

Макрейл спокоен – словно это так и нужно. Словно не его душа блуждает в потемках, судорожно ища огонек света души Авелиона. Нет, его душа – дверь за семью замками и замок за семью дверьми.

Его душа не нуждается ни в ком.

Ложечка тихо стучит о край чашки, а Авелион опускает глаза на Макрейла.

— Тогда, думаю, Вам придется вступиться за меня, мой господин. Надеюсь, я достаточно значу для Вас.

вкусн это мы тыкаем
хотя я планировал заходить раз в сто лет и лениво копить на оружейку в 5.5

я смотрю на это весь день
и самая главная мысль которая у меня так долго крутится в голове это путешествия во времени

граф накахара, который пытается выпроводить чересчур охуевшего современного фотографа эдогаву рампо
правда терпит поражение потому что оказывается слишком секси

нет, я все понимаю, но мне кажется они выглядят реально как из разного времени... рампо слишком современныш, пока чуя аж с цилиндром и тросточкой (он раздает ею пиздюлей)