больше вопросов к этому хэду просто не может быть

хэд на сиблингов анаксу и рацио мой любимый
и рацио канонно препод, которого его студенты ну блять боятся потому что он унизит занизит морально выебет и вообще психолог вам обеспечен
и блябуду, анакса и рацио негласно соревнуются кто лучше своих студентов запугает выдрессирует
негласно потому что 🙄 не будут они 🙄 такой хуйней маяться 🙄 не дети же 🙄

ваши ставки, это мужик или тут будет как с кое и кекой и это женщина?

#renhengweek25
день 1 (игра)

«Хочешь сыграть в прятки?»

Словно бесконечный лабиринт. Каждый шаг лишь затягивает глубже, глубже, глубже. Дальше от выхода, дальше от входа, ближе к чему? Ближе к смерти? Ближе к концу?

Дань Хэн мечется, ударяется о стены, кусает губы – быть может сон? Быть может, стоит приложить совсем немного усилий, и сбитое дыхание нарушит тишину ночной спальни? Нет времени, нет времени ни на что – нельзя ждать, нельзя медлить, нельзя стоять на месте, нельзя жить.

Не существует такого лабиринта, из которого нет выхода. Всегда можно перебраться через стену у самого края, пробиться через нее насквозь, сделать подкоп – безвыходных ситуаций не бывает, если только тебя не преследует твой ночной кошмар.

Этот голос – везде, в каждом углу, за каждым поворотом, в голове, в каждой клетке тела. Этот взгляд – пронзительный, ледяной, пробирающий сознание насквозь. Он просит остановиться, он требует, требует сдаться, требует так много, сжимает сердце, впиваясь в него ногтями, царапает душу.

Это игра в кошки-мышки – когда наглый кошак лениво бьет лапой в жалких сантиметрах от испуганной мыши, заставляет бежать, мучает, напоминает – твоя жизнь теперь моя. Бьет, играется, но только станет скучно – вопьется когтями в плоть и раздерет ее на части. Скучно стало уже сейчас.

«Прячься лучше. Разучился?»

Дань Хэн не запоминает повороты, не запоминает, сколько пробежал, сколько раз падал и поднимался, как давно каждый вздох дерет горло и заставляет темнеть сознание. Этого не хватает, решительно не хватает – куда он бежит? Разве можно сбежать от того, кто видит каждый шаг, кто чувствует каждую мысль, кто способен дотянуться из любой точки этого маленького мира, сжать в кулак и раздавить, безжалостно, слишком легко?

Разве можно сбежать от собственного кошмара, не заплатив ему своей душой?

«Как долго ты собираешься бежать от судьбы?»

«Как скоро рухнут твои ложные надежды?»

«Как скоро ты выбьешься из сил и прекратишь бежать?»

«Беги»

«Беги»

«Беги»

Голос бьет набатом, в голове, вокруг, от него почти трескаются стены. Трескаются и рушатся, грохочут, грозят схоронить под обломками, заставляют бежать, бежать как можно дальше.

Прятки это или чертовы догонялки? Можно ли спрятаться? Можно ли убежать? Можно ли выжить, или лишь оттянуть момент неизбежной смерти?

Блейд – тот, кого не должно здесь быть. Тот, кто везде и одновременно нигде, тот, чьи призрачные руки душат – но именно он ведет эту игру, именно его касание окажется концом игры, именно в него Дань Хэн врезается, упустив момент, когда тот появился на пути, и отскакивает, глядя зверем. Зверем напуганным, но хранящим свою жизнь до последнего, зверем, что знает о своей скорой смерти, но отчаянно борется до последнего, желая лишь уйти достойно.

Но с каждым чужим шагом вперед лопатки все больнее вжимаются в хладный камень. С каждым шагом – все ближе, сковывая движения, размывая сознание, разрывая сердце.

«Проиграл»

Руки тянутся, обвивая тело, подобно веревкам, сжимая до боли, не давая пошевелиться, дернуться, сбежать, царапают горло, крадут дыхание, оставляют синяки, душат, мучают, заставляют желать наконец умереть. Бессилие почти вызывает слезы, голова кружится, болит, раскалывается на малые части.

Разве о таком конце мы мечтали в прошлом?

Разве таким должен быть наш конец?

Вдох. Еще вдох. Судорожно, словно дыхания правда не хватало, и одеяло резко слетает с тела, когда Дань Хэн поднимается с подушек. Грудь вздымается, жадно хватая воздух, тело горит, сознание все еще кажется мутным, а все происходящее – решительно ненастоящим.

И правда сон. Невыносимый сон, оставляющий после себя отвратительное, горько-сухое послевкусие и ком в горле, кружащуюся от каждого движения голову и странное опустошение.

Всего лишь сон, правда?

Всего лишь сон, кажущийся столь реальным, что руки не перестают дрожать.

Всего лишь сон, настигающий из раза в раз, каждую ночь, стоит только закрыть глаза.

Сон, без устали напоминающий – пора прятаться. Смертельная игра будет длиться, пока не умрет лишь один – или пока не умрут оба. Или не закончится никогда.