#writober_40
день 24. дьявол в деталях.

🌟🌟🌟🌟🌟

Однажды Бог запретил Дьяволу сущность свою скрывать – пусть каждый смертный знает о его коварствах, пусть знает, кто идет ему навстречу, кто соблазняет сладкими речами, что звучат так искренне, правдиво, нежно, кто и куда тянет за собой. Пусть знает, что каждый шаг за обманчиво ласковым существом лишь приближает к Тартару, пусть видит истинное лицо, пусть учится противостоять соблазну. Терпеть, не поддаваясь грехам – главное правило, и Дьяволу позволено забирать лишь недостойных, но не тянуть руки к тем, кто свою преданность Богу доказал. Дьявол должен быть ступенью проверки, но он не был бы собой, истинным коварства низшим божеством, если бы не обошел запрет так умело, что сказать что-то поперек ему было невозможно.

Дьявол обрел нежные черты лица, длинные светлые волосы, утонченную фигуру и ласковый голос. Дьявол не может прятать свое истинное лицо, но и не обязан напоказ выставлять. Дьявол всевозможный запрет огибает, являясь перед людьми столь нежным существом, внушающим доверие, но Бог сделать ничего не может – ни остановить, ни вмешаться.

Дьявола не выдают отточенные жесты. Не выдают уверенные шаги, но одновременно с тем мягкие, спокойные движения. Не выдает строгий костюм, выгодно подчеркивающий тело – выдают лишь глаза, холодные, почти ледяные, в которые и заглядывать-то не хочется, вот никто и не спешит.

Кто в своем уме захочет заглянуть в глаза Дьяволу?

Кто добровольно опустится в ледяное, но пылающее пламя нижнего Тартара? Кто добровольно отдаст свою душу, тело, или же сразится с тем, кто их попытается отнять? Кто добровольно подвергнет себя такой опасности, зная, что никто не окажется сильнее посланца Ада?

Какой-нибудь сумасбродный смельчак, быть может. Но сейчас вокруг таких не наблюдается. Сейчас рука Эллиота Лафара не колеблется, выпуская пулю.

Ищет уязвимое место. Добивает, наблюдая, как медленно опускается на землю тело напротив, дополняет выстрелом в лоб и откидывает оружие брезгливо. Смотрит холодно, не заботясь о том, что будет дальше.

Его личный Дьявол хранился к глубине его глаз и выбирался неожиданно, резко, чтобы нанести краткий точный удар и спрятаться обратно. Эллиот никогда не рассказывал никому – ему отчасти нравилось наблюдать за шепотками вокруг себя, зная, что никто не способен задуматься о том, что он может быть чем-то большим, нежели светлый мальчик с богатеньким отцом. Никто не способен разглядеть в нем Дьявола – а Дьявол разглядывал всю округу и тихо смеялся ласковым звоночком в голове.

Дьявол не соблазнял его душу – его душа сама по себе была Дьяволом. Но ведь он это, верно, не скрывал? Достаточно было лишь ненавязчиво убедить людей в том, что они не хотят в глаза и душу смотреть, а после можно и вечность провести среди смертных, тайно и упорно доводя их до греха, чтобы глупому божеству ничего не досталось.

Эллиот Лафар – нежное, мирное существо, чьему голосу довериться можно, кажется, после единой фразы, после кроткой улыбки, ласкового прикосновения. Эллиот Лафар – тот, кому улыбаются, даже опасаясь его отца, тот, кто способен поладить даже с низшими, не говоря уж о полукровках, втереться в доверие, убедить, что он свой, вовсе не такой, как другие – все лишь ради того, чтобы после пустить яд по венам, не убить одним прицельным выстрелом, без мучений, а измучать до желания самоубиться.

Но и этого не позволить.

Эллиот Лафар – Дьявол во плоти, которого невозможно отправить обратно в Тартар и оставить там – ведь миру баланс нужен, баланс добра и зла. Дьявол во плоти, чья задача – свести этот мир в ад на вечные мучения и единолично править пустотой.

Эллиот Лафар – Дьявол, которого бы все охотно сторонились, если бы знали его натуру, жаль только истинную сущность его выдают лишь детали.

#writober_40
день 25. лучший враг.

🌟🌟🌟🌟🌟

Порой лучший враг для тебя это ты сам.

Порой лучший враг – твое лицо, твое тело, твое сознание, твоя душа. Тот, кто смотрит в глаза по ночам, сжимает горло, залезает в голову и твердит – «Мы одно целое. Откажешься от меня – лишишься себя».

«Неужели ты правда думаешь, что я хуже? А может быть напротив, только мои методы способны привести тебя к победе? Глупый, глупый ребенок...»

В Готье их боролось двое – Киллиан и он сам. В Готье боролось двое, но не побеждал никто – лишь выматывались до криков, сбитого дыхания, жаль только не до смерти. Одного или обоих – Готье уже не знал, что будет лучше, но знал, что Киллиан не позволит сдохнуть ни одному из них, захватит власть и заставит смотреть на то, как медленно и верно рушится все, что он мечтал построить.

Лучший враг для себя это ты сам. Лучший враг для Готье это Киллиан. Лучший выбор для обоих это отступить, но отступать уже некуда – они стоят на парящем в пустоте островке, вынужденные прижиматься вплотную друг к другу, потому что даже малейший шаг назад – верная и бесповоротная смерть. А в жизни, как известно, нет сохранений, чтобы вернуться обратно.

Сцепляющиеся на горле руки – ехидная улыбка Киллиана. Готье душит его, но душит себя, падает без сознания, не доведя дело до конца, а когда приходит в сознание – обнаруживает Киллиана рядом, как ни в чем не бывало, улыбается так гадко, невинно – ту же улыбку Готье видит на своих фотографиях и в зеркале, и оттого становится еще более тошно.

Тошно.

Киллиан – его личное сумасшествие, его голос в голове, который требует сделать из себя живую бомбу и унести с собой весь мир, который вечно, неизменно держит нож у горла, впиваясь лезвием все ощутимей каждый раз, когда Готье пытается воспротивиться. Он никогда не позволит Готье умереть, но не дает понять этого – каждый раз после расцарапанного тела, после содранного от криков горла, после ссор с самим собой, Готье становилось страшно. Страшно, что однажды Киллиан решит, что их союз, держащийся на паре тонких нитей паутины, больше не имеет смысла, захватит его голову и мысли, заставит ножик в руки взять и исцарапает, закончит это все, забыть заставит, что они оба когда-то существовали.

Киллиан в его голове, но и одновременно почему-то появляется на глазах, видимый только для Готье. Их внешность, манеры, повадки, голос – все совершенно идентично, и Киллиан раз за разом напоминает – «Когда я займу твое место, никто этого даже не поймет. Никто не будет искать тебя, а твою жизнь доживу я, малыш. Прекращай сопротивляться».

Готье плевать на каждого, кто пытается подставить ему палки в колеса в жизни, пока рядом с ним остается Киллиан. Готье плевать на каждого, кто пытается задеть его словами или действиями, пока Киллиан шепчет ему на ухо, что, быть может, на самом деле это он безликая тень, а тело занимает тот, кто достоин его по праву, кто сумеет взойти на трон и держать власть в своих руках, не отступит перед опасностями и сможет держать разум чистейшим. Готье плевать на всех, пока его изводит тот, от кого не избавиться, потому что это часть его самого. Это он сам.

Он, прекрасно знающий, как стать лучшим врагом для самого себя.