– Да ладно тебе, – дразню ее я. – Я знаю, что в России вы едите куда более странные вещи.
– О чем это ты? – резко спрашивает девушка. – У нас абсолютно нормальная еда. Не то что это зажаренное и насаженное на палочку нечто!
– Если ты можешь есть рыбьи яйца и селедку, то жареный чизкейк тебе точно понравится куда больше, – сообщаю ей я.
– Я не люблю селедку, – признается Елена

– Почему? – спрашиваю я. – Потому что она русская?
– Потому что ее отец гребаный психопат. Он обладает определенной репутацией даже среди «Братвы». Можешь себе представить, насколько сильно должна течь кукуха, чтобы даже русские считали тебя страшным человеком?

Елена начинает играть что-то легкое и быстрое, и само собой возникает ощущение, словно кружат снежинки или балерина из музыкальной шкатулки медленно крутится на своей подставке. В мелодии слышится томление и грусть.
– Что это? – спрашиваю я.
Елена тихонько смеется.
– Это не совсем русское, – говорит она. – Это из старого мультика, «Анастасия». Он об одной из дочерей Романовых. В мультике она пережила революцию, но ударилась головой и потеряла память. Позже она понимает, что является исчезнувшей принцессой, и воссоединяется с оставшимися членами семьи.
Очень легко она наигрывает припев.
– Я любила этот мультик… – говорит девушка. – Я думала о том, как, должно быть, невероятно узнать, что ты принцесса, и начать новую жизнь…
В каком-то смысле Елена и есть принцесса. Принцесса мафии. Но я понимаю, о чем она.
– Это реальная история? – спрашиваю я.
– Нет. Ее расстреляли вместе со всей семьей, а тело выбросили в старую шахту. Не так давно это подтвердили ДНК-тесты. Вот почему реальная жизнь не мультик.

Я свободен, словно птица в небесах,
Я свободен, я забыл, что значит страх.
Я свободен с диким ветром наравне,
Я свободен наяву, а не во сне!