​​В то время я тупо жил в бездумном равнодушии и смотрел без сожаления, как безвозвратно уходили в вечность часы и дни, из которых каждый миг составлял безвозвратный кусочек молодости и всей жизни. Я двигался как бездушный механизм, вовремя вставал, шёл на работу, автоматически выполнял её, покупал хлеб и яйца, опять шёл на работу и лежал потом вечером в мансарде на подоконнике.

Хотя, конечно, не все мои часы протекали именно так. Один час или полчаса из сотни проходил по-другому. Тогда мне вдруг приходило в голову то, о чём мне хотелось думать постоянно и что мне без конца заслоняли и от чего отвлекали меня. Тогда я думал о следующем: почему всё так? Почему тебя оставил Господь? Почему твоя юность ускользает от тебя? Почему ты как мёртвый?

В то странное время я, к собственному удивлению, не испытывал ни печали, ни досады. Тупая бесчувственность моего малодушного существования всё более отчётливо осознавалась мною. Я испугался того, каким стал, и радовался тому, что хоть сознание ко мне потихоньку возвращается. Моё состояние было похоже на то, как будто я долгое время спал, и теперь, пробудившись, снова глядел с любопытством на окружающий мир, обводя его глазами и осмысливая всё заново.

Герман Гессе

Кость, брошенная собаке, не есть милосердие. Милосердие — это кость, разделённая с собакой, когда ты голоден не меньше её.

Джек Лондон. «Признание»

Нельзя путать одиночество и уединение. Одиночество — понятие психологическое, душевное; уединённость же — физическое. Первое отупляет, второе успокаивает.

Карлос Кастанеда

Теперь я охотно прощал любому человеку его взгляды, его невежество. Меня уже вразумили, а сам я никого больше не хотел вразумлять, мне становилось только грустно, когда я видел, как люди воображают, будто я потому не мешаю им ломать комедию, что свято и глубоко её чту наравне с ними. А я и не помышлял поддаваться их глупости, я только старался по мере возможности быть терпимым. В этом ведь их радость, думал я, они ведь этим живут!

Фридрих Гёльдерлин. «Гиперион»

Когда труд — удовольствие, жизнь — хороша! Когда труд — обязанность, жизнь — рабство!

Максим Горький

Не поговорить с человеком, который достоин разговора, значит потерять человека. Говорить с человеком, который разговора не достоин, значит терять слова. Мудрый не теряет ни слов, ни людей.

Конфуций

​​Мне пришло раз на мысль, что если б захотели вполне раздавить, уничтожить человека, наказать его самым ужасным наказанием, так что самый страшный убийца содрогнулся бы от этого наказания и пугался его заранее, то стоило бы только придать работе характер совершенной, полнейшей бесполезности и бессмыслицы.

Если теперешняя каторжная работа и безынтересна и скучна для каторжного, то сама по себе, как работа, она разумна: арестант делает кирпич, копает землю, штукатурит, строит; в работе этой есть смысл и цель. Каторжный работник иногда даже увлекается ею, хочет сработать её ловчее, спорее, лучше.

Но если б заставить его, например, переливать воду из одного ушата в другой, а из другого в первый, толочь песок, перетаскивать кучу земли с одного места на другое и обратно, — я думаю, арестант удавился бы через несколько дней или наделал бы тысячу преступлений, чтоб хоть умереть, да выйти из такого унижения, стыда и муки.

Разумеется, такое наказание обратилось бы в пытку, в мщение и было бы бессмысленно, потому что не достигало бы никакой разумной цели.

Фёдор Достоевский

Что только не было обещано человеку: страна Утопия, коммунистический рай, новый Иерусалим и даже далёкие планеты. Но он всегда хотел лишь только одного: собственный дом с садом.

Гилберт Честертон

Спасись сам и вокруг тебя спасутся тысячи.

Серафим Саровский

Однажды вы, быть может, скажете мне, что советы, которые я вам дал, не приспособлены для современного человека. Несомненно: добродетели, которые я от вас требую, вреднее всего для человека, который хочет преуспеть в современном мире. Однако я пытался сделать вас не человеком определённой эпохи, но просто человеком.

Анри де Монтерлан

Культ одиноких возникает из жажды братства, более безымянного, из тяги к духовному единению, более глубокому, чем свойственно людям.

Эрнст Юнгер

Мир не сочувствует ничему глубокому. Он отвращает глаза от великих убеждений, глубокая идея его утомляет.

Пётр Чаадаев

​​Счастье — это термин, который объясняет сам себя. Возможно, это народная этимология, но «счастье» — это от слова «сейчас». Что это значит? Вот рисунок из журнала — три картинки рядом. Человек сидит за компьютером, а думает о гольфе. Человек играет в гольф, а думает о сексе. Человек занимается сексом, а думает о компьютере. Замкнутый круг. Так вот, счастье — это когда ты целиком в сейчас, а не где-то ещё. Если отбросить физическую боль, все наши страдания сфабрикованы умом из мыслей о прошлом и будущем. Но там всегда будет достаточно материала, чтобы сделать нас несчастными, потому что в будущем — смерть, а в прошлом — всё то, что сделало её неизбежной.

Несчастье — «не-сейчастье» — это состояние ума, констатирующего, что жизнь не удалась вчера и вряд ли удастся завтра. Если забыть про это, оказаться там, где ты есть, и, как выразился Набоков, «узнать свой сегодняшний миг» — это и есть счастье, которое практически всегда доступно. Это «тайная свобода» Пушкина — у него именно об этом стихи, а не «о природе». Такое счастье ни от кого не зависит и его никто не может отнять. Но за него надо идти на бой не то что каждый день, а каждую секунду. Это, конечно, парадокс, потому что воевать там не с кем, а бой выигрываешь уже в тот момент, когда вспоминаешь, что на него надо идти.

Виктор Пелевин. Интервью, 2005 г.

Соприкасаясь с шедевром, человек начинает слышать тот же призыв, который пробудил и художника к его созданию. Когда осуществляется связь произведения со зрителем, человек испытывает высокое и очищающее духовное потрясение. В сфере особого биополя, объединяющего шедевр с тем, кто его принимает, обнаруживаются лучшие стороны нашей души, и мы жаждем их высвобождения. Мы узнаём и открываем себя в эти минуты в бездонности наших возможностей, в глубине собственных чувств.

Андрей Тарковский

Наблюдая, как люди принимают решения, приходится поражаться тому, насколько они ошибаются, принимая за своё собственное решение результат подчинения обычаям, условностям, чувству долга или неприкрытому давлению. Собственное решение — довольно редкое явление.

Эрих Фромм. «Бегство от свободы»

​​Сегодня общественную известность преувеличивают. Я уже неоднократно рассказывал вам о том, как наша семья в 1914 году приехала в Швейцарию; и мы, истинные южноамериканцы, спросили, как зовут президента Швейцарской Конфедерации. На нас смотрели с удивлением: никто не знал его имени; правительство действовало успешно и поэтому было безымянным, незримым.

А нами руководили правители, фотографии которых можно было увидеть повсюду; они жаждали известности, искали её. Они ездили по стране не только со своими телохранителями и свитой, но и с многочисленными фотографами. Вспомните Плотина; как-нибудь мы поговорим с вами о памятнике Плотину, согласны? Так вот, Плотин говорил, что он — не более чем тень, тень своего архетипа; и его образ — это тень от тени.

Многие века спустя эту мысль повторил Паскаль, когда он выдвигал свои возражения против живописи. Он говорил: если мир не восхищает, то почему должен восхищать запечатлённый образ мира? Ведь Паскаль, сам того не зная, повторил мысль Плотина. Но сейчас, кажется, подобные рассуждения никого не интересуют; сейчас если человек не запечатлён на портрете или снимке, то он практически и не существует, верно? Изображения стали более реальными, чем живые люди. Более реальными, чем реальность.

Хорхе Луис Борхес

С утра до вечера пытаюсь вызвать в себе желание работать.

Эмиль Чоран. Записные книжки, 17 января 1965 г.

Хочешь жить спокойно и свободно — отучай себя от того, без чего можно обойтись.

Лев Толстой

Вы не капля в море.
Вы весь океан в капле.

Джалаладдин Руми

Христос — единственный из философов, магов и т. д., кто утверждал как главную истину вечность жизни, бесконечность времени, небытие смерти, ясность духа и самопожертвование как необходимое условие и оправдание существования. Он прожил чистую жизнь и был величайшим из художников, ибо пренебрёг и мрамором, и глиной, и краской, а работал над живой плотью и духом.

Винсент ван Гог

В абсолютном смысле эгоист отнюдь не человек, жертвующий другими. Это человек, стоящий выше необходимости использовать других. Он обходится без них. Он не имеет к ним отношения ни в своих целях, ни в мотивах действий, ни в мышлении, ни в желаниях, ни в истоках своей энергии. Его нет для других людей, и он не просит, чтобы другие были для него. Это единственно возможная между людьми форма братства и взаимоуважения.

Айн Рэнд