‘Отчаянная точка’. Да, ещё и конфискации коллекции Морозова нам не хватало.

Как пишет в предисловии Брайан Бойд, ни один из крупных писателей ХХ века не прожил столько лет в одном браке (почти полвека). Когда все вокруг в хаосе, семейная идиллия — верный путь к спасению. Мне больше всего нравится история знакомства Веры Слоним и Набокова: на благотворительном балу она отказалась снимать свою чёрную арлекиновую маску, чтобы изумительная красота не отвлекла тогда ещё поэта от других ее уникальных достоинств. Ежедневная корреспонденция Набокова к жене — это не только постоянные ‘обожаю, ты мне нужна, моя кошенька’, но и подробнейший отклик писателя на события внешнего мира. Единственное, что смущает в этом ворохе писем и трогательных рисунков: вряд ли Набоков предполагал, что мы будем их читать. Тем не менее более спокойного и чистого слова, вселяющего уверенность не только в Веру, но и в нас, ещё поискать.

Тем временем ‘Золотая маска’ пока ещё работает. Сегодня в Большом принимали Урал Опера Балет с ‘Любовью издалека’ Кайи Саариахо. Настоящая оперная психодрама на либретто Амина Маалуфа, в которой состояние влюбленности и сердечной тоски разгоняют до предела. Впервые звучала в Зальцбурге в 2000, у нас — спустя больше двадцати лет. Главных героев три: трубадур, пилигрим и графиня. Сюжет поместится в 15 слов: трубадур влюбляется в графиню, плывет к ней в Триполи, заболевает в пути и умирает у неё на руках. Это опера ожидания: доплывет не доплывет. Действия нет, оно будто повисло в воздухе, а точнее в море. Меж тем, слушать это ‘бездействие’ невозможно хорошо просто потому, что в нем, в отличие от мира соцсетей и фейков, нет лишней информации, а на экран выводятся сплошь библейские истины: ‘А отчего же небо голубое? Потому что в нем отражается море. А море голубое отчего? В нем небо отразилось’. Ну и самое главное: ‘Я научился говорить о счастье, но вот счастливым быть не научился’. Давайте быть, а не казаться.

Вечер балетов на музыку Дмитрия Шостаковича — это как краткий курс счастливой жизни в нашей стране за последние 100 лет. Тем любопытнее разглядывать на фоне вечного результаты хореографических достижений с 1930-х до ‘вот прямо сейчас’. Якобсон, Лопухов, Боярский, Бельский — и Максим Петров, создавший, на мой взгляд, прекрасный современный балет под концерт для фортепиано с оркестром номер 1. Музыка 1933, хореография 2020. Следить за этой драмой, будто выплескивающейся на тебя с картины Ротко, и приятно, и больно, разумеется.