Да, я старый дядька, который осознал себя личностью во времена, когда просрочка на день в поставке - это уже гарантированная тема "с утюгом". Хорошо ли это? Нет, это плохо. Но дисциплинирует. А сейчас просто начало девяностых: все друг друга кидают по срокам и ничего так... Живы пока. Нам выезжать послезавтра, а кое-что ещё не пришло. Ох... Ладно. Не в этом дело. Часть денег, что я на шлемы собирал, ушло на другое важное. Нужно ещё тысяч 60. Вот так. ИнфоцЫган Орлов. Дожил. От сумы… От тюрьмы… А я не зарекаюсь. Я смиренно принимаю всякое испытание.
Помощь для сапёрной роты Ленинградского мотострелкового полка принимается на карту МИР Сбер 2202203601365333
Даниэль Всеволодович О.

Если они победят, то рано или поздно, но в каждом городе у нас появится улица Дарьи Треповой.

Прислали не тот бамбук, не того диаметра. Этот явно сойдёт для охоты на слона. Надо узнать, есть ли вражеские слоны на Украине и не занесены ли они в красную книгу. И что у слонов с гендером.

Не мог заснуть, переволновался, влезет ли всё закупленное для сапёров в машину или не влезет. Читал новую военную поэзию. Ох и тонка грань... Так просто скатиться в кликушество, пошлость, позерство. Имитация поэзии видна сразу, как и талант. Но волнуюсь за молодых. На весьма посредственные строки публика реагирует эмоционально и ярко, призывая автора идти в том же направлении. Этот путь может завести в тупик. Тщательнее работать со словом, не торопиться высказаться. Куда спешите? Впрочем, если это воспринимать не как поэзию, а как рифмованную гражданственность, то конечно. В конце концов, оружие только во вторую очередь красиво, а в первую смертоносно.

... и Тургенева 8 томов

А что я говорил!? Спят и видят!

Друг Димка

Писатели доходяги привезли писателю-спортсмену. Мужики довольны. Спасибо всем, кто участвовал в сборе на первую миссию. Собираем на вторую. Поговорили с командиром, знаем что ещё срочно нужно

- А давайте отправим ребятам на передовую наши патриотические книжки!
Лучше без этого. Ваши патриотические бредни никому тут не нужны. Пришлите что-нибудь, что интересно читать: от классики до просто увлекательной и хорошей современной литературы. Парням нужен отдых и парням надо не забывать мирную жизнь, которую они защищают. Им не надо про это ваше всё, за что дают гранты. Им надо про любовь, про мужчин и женщин, про матерей и отцов, про приключения, про глупости и наивность. Им надо про измены и страсти, про тайны и секреты, про волшебство. Им не надо про "сижу я в окопе весь в бронике, в каске, по рации учат за родину драться". Оставьте это для конференций немолодых писателей, им раздавайте. Молодым тоже не надо, не развращайте их своей пошлостью. Солдат думает о доме и защищает дом. Ему не надо устраивать "ленинскую комнату", без вас хватает долбодятлов. И прежде чем слать носки с трусами, спросите, что нужно. Практически всегда ваш, Д.О.
Мы победим! Противник будет разбит, враг уничтожен, мир восстановлен!

Правильный командир: в роте сухой закон. Попили с Димкой кофий со сгущенкой.

Вроде и читаешь о войне каждый день, смотришь движущиеся картинки, слушаешь репортажи, а всё равно, когда попадаешь сюда, не можешь никак поверить в реальность происходящего. Мы привыкли к иллюзиону в кино, в компьютере, к реальности виртуальной стереоскопической и квадрафонической. Для большинства космический монстр более реален, нежели упырь с наколотым на лысый череп черным солнцем. Только монстр не вылезет из экрана, чтобы стрелять тебе в колени или выковыривать заточенной ложкой глаза. Космические негодяи останутся по ту сторону экрана. А те, что попроще - нет. Для тех, кто живёт здесь, чужое зло реально, каждодневно, привычно. Здесь клянут далёкую и близкую власть, но упираются и не собираются сдаваться. Здесь знают, что Враг не пощадит никого от Горловки до Петрозаводска, от Ясиноватой и до Сыктывкара. Враг почувствовал пряный запах крови и уже отведал человечины. Враг не остановится, пока его не уничтожат.

А среди новой этой страшной войны цветут наперекор всему вишня и абрикос, и возвращаются птицы. Хлеб пахнет хлебом, а макушки детей молоком.

Впервые услышал, что настоящий борщ - борщ из петуха. Хотели нам сделать, мы запротестовали. Поёт хорошо по утрам, нельзя такую певчую птицу в борщ. Сидел на крыльце, грохотало вдалеке, не гроза и не эхо забытой войны. Не забывают тут войну. Воды, кстати, в Донецке нет. Привозят в специальных машинах питьевую, люди подходят с бутылками, набирают. Сейчас хорошо, дожди. В частном секторе у людей бочки уже полные, можно и посуду помыть, и постирать, и помыться. А люди все встречаются опрятные. И детки, обычно чумазые, тут чистые и показательно аккуратные. И автобусы ходят, и реклама висит, и девушки губки накачивают и ждут счастья и любви.

Много рассказали историй смерти и историй боли. Все разные, но все похожие: беда-беда. А мне горько не от того, напротив, от историй любви и жизни горько. Страшно, не как погибают, а как живут. И столько в человеке, оказывается сил и упорства, что даже и не предположить. Но это бесконечная история воли к жизни, пусть и духоподъемна, но совершенно противоестественна сознанию человека 21 века. Мы не хотим так жить, мы не верим, что так живут. Это все не удержится в границах "зоны сво". Это выльется, растеряется и сожжёт кислотой тлен и дрянь. Потому и боятся. Потому и тормозят. Впрочем, о чем это я...

Мне видится, тут ждут, что я что-то скажу, что-то для них важное. А я молчу. Мне по сути нечего сказать. Я и так-то не Демосфен, а в этой реальности замолк и онемел. Что я могу им сказать? Они все: от тётушки милой, что поваром прослужила у ополченцев с 14 года до маленькой дурочки студентки правдой большей напитаны. " Ты писатель, ты должен..." Нет, я здесь не писатель, я тут тот самый "военный турист" и мне стыдно за каждый праздно прожитой мной день. "У тебя комплекс фронтового неофита", - сказал мне мой друг из Москвы. Ну да, наверное. Я все понимаю. Не дай Бог мне пасти народы и поучать, как надо. Не знаю, как надо. Даже не знаю, как можно. Человек, рождённый в мире и воспитанный, и повзрослевший в мире не может себе этого представить. Тут только шаг за шагом. Надо купить фитинги, чтобы собрать трубу, сходить в магазин за крупой, собрать воды. И не надо думать, кто в том виноват, а кто невиновен. Мне такому не научиться. Я "военный турист".

Нет. Я не обладаю какой-то особенной правдой. Бред. Я просто случайно оказался неподалеку от мест, куда прилетает смерть. Повлияло это на меня? Конечно! А как думаете? Вышел утром "до ветру", а тут бабах и стекла звенят. И никого не колышет. Петухи орут, кошки на солнце сидят, мужик тащит бутыль с водой. Ну, бабахнуло. И ты сам так же: застегнул штаны и опять спать. А какие варианты? Тут убежища нет.
Я же ничего про войну эту не знаю, я человек из прошлого века. Все, что могу я постичь - это такого же человека, не более и не менее. Бесполезно говорить со мной про наступление, оборону или правительство. Я не разбираюсь в этом так хорошо, как все те, кто об этом пишет. Но я вижу, что нас не победить. Просто вижу. И люди прекрасны, и природа тутошняя зла к врагу, и даже кошки знают, чьих мышей они съели.

Те, что воюют здесь с 14 года, на все происходящее смотрят без оптимизма. Устало повторяют, что война докатится до большой России. И это произойдет. И к этому надо быть готовым. Впрочем, оптимистов я здесь не встречал пока. Наверное, они есть. Яйца в Сигме по 70, кефир 87, полпетуха бройлера по 230 за кг.