Хорошо, что поезд мой в Москву был поздно, потому приехал, поужинал и лег спать. А вообще, три утра и два дня общения с писателями - слишком для меня. Это мы ещё с Крусановым потратили почти 6 часов на буханку, которую так и не купили для наших парней: не стоит это ведро с гайками тех денег, что за нее просят. Хотя было заманчиво купить в Москве, в Москве же загрузить формой и спальниками и сэкономить 700 км. пути в Донецк. Не, не вышло. Хорошо ещё, что ни с кем вроде не поругался, да и накануне обратной дороги выспался. Однако гипертонию словил + какой-то вирусняк. Потому избегайте скопления литераторов, они считают возможным приходить с общество с кашлем и соплями, ибо думают только о себе, о своей гениальности и недооцененности. Пока ездил, оказалось, что абзднулись с формой. Заказывали комплекты, а получили только куртки. Теперь надо все это как-то решать, плюс по всему остальному, что осталось нерешенным. Повезло, детекторы дронов пришли! Уже радость. Но вообще, после поездок в Москву ощущение, что побывал с ранением в госпитале: нужно время для реабилитации.

А я еще прошлой осенью сказал: "Кто будет говорить о переговорах, настаивать на их необходимости, предлагать именно такой путь, - тот враг". Переговоры могут быть только о полной капитуляции киевского режима и окончании украинской государственности.

Просмотрев с десяток буханок, от весьма недурно выглядещей трёхлетки до четвертьвековой бабушки, понял парадоксальную суть этого механизма: с рождения неизлечимо больная, но бессмертная машина. Проблема в том, что на рынке за приемлемую цену буханок, которые хотя бы доедут до фронта, просто не найти. Это даже если вложиться в ремонт перед дорогой. Странный автомобиль. Я для него, наверное, слишком... (силюсь подобрать слово) никчемный что ли... За руль этого порождения потусторонней силы можно пускать только совсем реального, совсем корневого, сермяжного, такого, как персонаж моего романа "Чеснок" - "шофер Витька", бывший шахтёр, бывший вездеходчик, а ныне таксёр-частник. Да и других подобных можно, но точно не сильно пообтрепанного жизнью писателя. Писатель не доедет, да еще и оконфузится по дороге, растратив последние деньги, сберегаемые на новый аппарат для измерения кровяного давления, взамен так же сломавшегося прежнего. Не... Нельзя писателю за буханку. Особенно поэту нельзя. А верлибрист какой и сам шарахается даже от тени ея.

Итак, отчитываюсь промежуточно и неторопливо, если не сказать "сонно". В этом послеобеденном ритме есть, конечно, удовлетворение. Прежде всего, в этот раз мы заказали и оплатили парням на всю роту комплекты зимней формы. Мы заказали промышленное количество наплечников, напашников и нашейников (нет такого слова) с баллистической защитой. Оплатили пока частично. Мы заказали, оплатили и получили несколько комплектов дрон-детекторов "Булат" от наших уже давних партнеров из компании 3mx. Мы заказали, оплатили и получили зимние спальники. Куплено много инструмента и электрооборудования для ремзоны. Заказано и оплачено несколько рулонов арамидного волокна. По мелочи много еще всего, устанешь набирать буквы на смартфоне. Да, и кстати, купили саперам КРУТАНСКИЙ автомобиль маскировочного цвета. Двигатель 2.7 под 200 лошадей с 17ми колесами на злой резине. Пока это вместо буханки. Но буханку нормальную будем искать и делать. Пытаюсь купить листовой СВМПЭ не размерами не производства, т.е. 1,2 на 2,5, а так, чтобы влез в багажник нашего Штирлица. У Дмитрия Филиппова aka vozhak_Z все хорошо, насколько может быть хорошо на войне у простого солдата. На связь выходит редко по объективным обстоятельствам. Если что надо срочное спросить или передать, спрашивайте у меня в личном сообщении, я нахожусь на постоянной связи с командованием. Форма зимняя, та что купили, кстати, весьма недурна: сверху рипстоп, внутри синтепон, подкладка - новомодная такая блестючка, которая работает как термос, но при этом мембрана, отводит влагу, т.е. "дышит". Я опять побегал, поползал, в снегу повалялся, поприседал - "норм", как говорит моя старшая дочь.

Потратились капитально, вышли за бюджет, а еще нужно на дорогу, на ремонт крутанского автомобиля и по мелочам. Поедем, судя по всему, караваном из трех-четырех авто. Впереди бы я пустил мотоциклистов в белых шлемах с белыми же... крагами, но их загрызли феминистки, ужаснувшиеся фильмам с Челентано и Бельмондо еще в начале восьмидесятых. Ужас, ужас, ужас...

Помощь все так же принимается на карту МИР Сбер 2202203601365333 Даниэль Всеволодович О.

Кстати, видел у коллег какие-то крипто-кошельки. Мне кажется, что это эхо заграничного цифрового фашизма. Но вдруг полезно?

"Мы здесь собрались, чтобы заниматься литературой, а не...", - можно подставить что угодно, чтобы получить кондовую постсоветскую совписовскую серость; от заштатных литобъединений и до московских больших писательских организаций. Если жизнь отдельно, а литература отдельно, то это "про это". Даже не знаю, что мне мерзее: пошлое "всем поровну, и ненависти и любви" или эта гаденькая отстраненность. Не, ребята, - не те времена. Двое членов Союза Писателей Санкт-Петербурга в окопах, ежедневно с конца прошлого года с риском для своей важной не только для них самих жизни. Это два Дмитрия - Дмитрий Филиппов и Дмитрий Артис. Хоть бы одна б*ядь в совете Союза о том вспомнила и предложила не то что как-то помочь семьям, так даже не упомянули ни одной строчки нигде. Конечно, им стыдно, что такие муд*ки затесались в Союз. В Союзе же должны быть другие муда*и; те, что ездят заграницу как Коля Прокудин на тусы к Ходорковскому или как Валера Земских, устраивающие публичное аутодафе подписавшим письмо в поддержку нашим парням на фронте. Или... Я пока подожду. Авось сия фигура умолчания вразумит моих коллег и они покинут место "занятия литературой" и вернуться в МiРЪ, где их заждались их стремительно стареющие читатели.

Теперь надо понять, как все это погрузить... Спасибо моим любимым девочкам из "Маскировка Питер"! Они ангелы наши!

Нормальная суббота: забрал машину, которую везем парням, из сервиса, оформил страховку на писателя, который машину повезет. Решил вопросы со связью и с резиной, забрал из СДЭК посылки с грузом для штурмовиков. А тут и Алексей привез масксети и спальники. Выпили кофий, поговорили о дефиците лекарств.

Я когда форму парням заказываю, всякий раз заморачиваюсь с одним нашим товарищем, у которого размер ноги 48. Ну, серьёзный такой размер ноги, и у оптовиков таких размеров обуви по определению не сыщешь. Они берут "ходовые линейки". Приходится ковыряться долго на маркетах, пытаться заказать из Китая или из Турции. Это же тактическая обувь, а не сапог какой. Всё. Господь избавил меня от этой заботы. Нет у меня больше задачи искать Вове обувь.

Погиб наш товарищ. Убит дроном-камикадзе в районе "промки" в Авдеевке. А тут из Китая идёт пара шикарных тактических зимник ботинок 48.5 размера. Вчера про Вову сообщили, а сегодня утром мне SMS, "пришли на таможню" и меня в 11 утра опять дёргают таможенные брокеры с уточнениями данных паспорта. Если повезет, до отъезда успею получить в постамате в ближайшей к дому "Пятерочке". Получу и повезу. Только там нет уже того, кому я эти ботинки заказал. Нет его. Ботинки есть, а товарища нашего больше нет. Заказал службу заупокойную. Что ещё могу сделать?

Когда мы приезжали, он нам сразу как "дядька". И "отобедайте, мужики", и "чай будете? У меня с травками". Возился с нами, опекал. Нет его больше.

Спасибо, Господь, за таких русских солдат! Спасибо за этих вот простых мужиков с огромными ладонями и большими ступнями, которые крепко на земле тобой созданной стояли, чтобы всех нас подпирать. Помяни́, Го́споди Бо́же наш, в ве́ре и наде́жди живота́ ве́чнаго новопреста́вленнаго раба́ Твоего́ воина Владимира, и я́ко Благ и Человеколю́бец, отпуща́яй грехи́, и потребля́яй непра́вды, осла́би, оста́ви, и прости́ вся во́льная его́ согреше́ния и нево́льная, возставля́я его́ во свято́е второ́е прише́ствие Твое́ в прича́стие ве́чных Твои́х благ, и́хже ра́ди в Тя еди́наго ве́рова, и́стиннаго Бо́га и Человеколю́бца...

Есть ли выбор у Господа? А у Ангелов Господних есть ли выбор, кого сохранить на земле, а кого забрать на Небо? Не знаю. Не наша в том разумение. Друга моего оберегла Богородица, а товарища нашего на небеса забрали. Такие дела. Сел вчера один перед монитором и выпил как язычник или просто как обычный слабый человек. И там, за 4 тысячи километров от меня так же сел и выпил поэт Дмитрий Мурзин. И где-то ещё сели и выпили русские мужики и бабы русские оплакали своих сыновей и мужей. Война.

С Анатолием Козловым. Или "очень сердитые гномы".

Горд и вдохновлен.

То как грохочет в районе Марьинки - так давно не грохотало. Круглые сутки без перерыва. В районе Аэропорта и западнее тоже. Ну, там промку наши берут. Выгрызают ее у врага. Там парни подвиги совершают и ложатся в эту землю. Трупы никто не забирает: ни наши, ни чужие. Сейчас подморозило, говорят, чуть меньше смердят. А в паре километрах южнее ходят автобусы, в ларьках продают шаверму и чебуреки, гирлянды в окнах мигают. Грохот от вылетов прямо совсем рядом, а люди привыкли. Жить же как-то надо. Вот и живут.

До Питера не доехали. Устали. Лежу, не раздевшись, на кровати в гостинице в Химках. Спасибо, обувь скинул. Там внизу стоит наш "Штирлиц": грязный с почти отвалившимся бампером и перегоревшей лампочкой левого поворотника. А в багажнике три баула. Это вещи "двухсотых". Так там называют погибших ребят. Я везу вещи семьям. Двое пока считаются пропавшими без вести. Однако, это только фигура умолчания. Просто не нашли трупы, или не смогли вытащить. Третий мешок с вещами Вовы. Там сверху две пары берц 48,5 размера. Тело Вовы отправили семье накануне. На КПП нас заставили все это тащить на ленту, чтобы просветить, потом раскрывать мешки, все вынимать. Мы подчинились и все сделали. Это было почти невыносимо видеть пакетики с таблетками, наушники, какие-то домашние штучки, чтобы зашивать форму. Вначале все это просветили, а потом выпотрошили. Такие правила. Из зоны СВО зачастую вывозят оружие; разбирают по частям и вывозят , например, автомат через три разных пункта. Мы столкнулись с подобными ухарями, которые что-то врали про школьный музей, а на столе лежал возвратный механизм, пружина и вообще половина ак74. Музей... В вещах парней не оказалось ничего запрещённого. Мы заранее попросили, чтобы ребята еще в расположении проверили, чтобы нигде не завалялся патрон или что-то подобное. Все запихнули обратно, отнесли в машину. Ехали потом и молчали. А что скажешь? Ничего не скажешь. Сегодня я в гостинице в Химках, а завтра нам везти вещи погибших парней их семьям, смотреть в глаза вдовам и матерям. Вы смотрели в эти глаза? Не дай вам Боже...

У нас стали совсем разные лица. И так нас не путали, - разница в возрасте, конституции. Но тут что-то другое. Мы стали как люди разных миров, разных цивилизаций. На моей планете пока еще есть кислород и вода, иногда выдают коньяк и сыр, а на планете Димы Дмитрий Филиппов ни осталось уже ничего и никогда уже не будет. Разве что выдают покурить, да и то за "кредиты". И за адов труд в безвоздушном пространстве не дадут ни отпусков, ни наград, ничего. За это гарантированы только смерть от отсутствия кислорода: чуть раньше или чуть позже. Всем гарантирована смерть. Они на этой планете так решили. Они выбрали тех, кто нужен для того, чтобы удобрить землю, на которой вырастет лес, чтобы наполнить эту планету кислородом. Они не выбрали других, они выбрали этих. Потому у нас такие разные лица. У меня лицо человека мира, у Димы лицо человека вечной и нескончаемой войны. Такие дела.

В начале объездной Воронежа нас остановили гаишники или дпсники. Продавцов полосатых палочек интересовало, не везём ли мы в числе прочей гуманитарки на фронт... дроны. Теперь дроны без документов возить по мнению воронежских работников жезла и свистка нельзя. Хочется спросить, какое их собачье дело и как это связано с безопасностью дорожного движения, но да ладно. Это и за нас спросят. Спросим лучше, какой очередной враг решил затормозить поставки в войска бпла от гражданских инициатив? Кто этот прекраснодушный человек? Почему он еще не под следствием по делу о государственной измене? Итак... Кто? Почему?