После Шымкента Касым-Жомарт Токаев прилетел в Актау - еще один регион, отличающийся рекордным приростом населения.
С собой глава государства захватил руководителя АП и его первого зама, а также двух вице-премьеров - если в Шымкенте главной "вишенкой" стало выступление президента на местном активе, то в Мангистау было проведено совещание по социально-экономическому развитию региона.
Мангистау - регион, как известно, проблемный, но, если покопаться в истории, проблемным он стал не сразу.
После жанаозенских разборок 1989-1992 гг. регион надолго утих и "проснулся" только в 2006 г.
А через два года начались "легендарные" жанаозенские забастовки, спровоцированные, во-первых, борьбой местных элит за налоги и тендеры ОМГ, а во-вторых, боязливостью центральных органов управления, которые по первому требованию выполняли всё, что от них требовали местные "бунтари".
В итоге была сформирована модель поведения, которую - по поводу и без оного - демонстрируют все, кому не лень.
Впрочем, проблемы у региона немалые есть, и презилент неоднократно давал поручения по их решению.
Токаев вновь обратил внимание на бесконтрольные миграционные потоки. Отмечу, что помимо высокой рождаемости область отличается положительным сальдо внутренней и внешней миграции.
Проблема опять-таки старая, но всерьез решить ее никто не может (или не хочет).
Президент вежливо указал, что в этом вопросе нельзя поддаваться популизму, но регулировать миграционные потоки у нас никто не умеет.
Токаев отметил, что в вопросе реализации его прежних поручений есть определенные результаты, но и имеются и системные недостатки.
В переводе с "президентского языка" это, по сути, очень жесткая критика.
После чего Касым-Жомарт Токаев прошелся по всем проблемным зонам, и начал с дефицита питьевой воды.
(Вспомнилось, что лет 10 назад мы проводили круглый стол по проблемам региона и тоже озвучили первым делом эту проблему. Местные СМИ почему-то плохо отреагировали, а вот, пожалуйста, президент пришел к тем же выводам).
Глава государства перечислил то, что было сделано, и пришел к заключению, что "плохое состояние водоснабжения – серьезная проблема всего региона".
Также были озвучены поручения по решению проблем теплоснабжения Актау, строительству ГПЗ, развитию МСБ, туризма и логистики, вопросам экологии.
Отдельной жесткой критике подверглось состояние дел в образовании и здравоохранении.
Президент высказался еще по одной проблеме, которая имеет отношение уже не только к Мангистау - "социальному мошенничество". Этот вопрос не поднимался давно, но, видимо, накопилась негативная статистика.
А возвращаясь к проблемам региона, отметим, что Токаев заявил: "мое первое требование – работать честно".
И в контексте критики состояния дел в регионе, намек этот весьма прозрачный.

Анкара весьма кипит по поводу того, что вопреки многочисленным усилиям Эрдагана страны Центральной Азии дружно подписали документ в поддержку территориальной целостности Кипра.
В лентах ежедневно мелькают заголовки о том, что ЦА "предала общетюркское дело".
Отметим, что Эрдоган, который стал возить с собой на саммиты ОТГ президента непризнанного Северного Кипра, сам создал эту проблему.
Как я уже говорил, страны регионы очень трепетно относятся к своей территориальной целостности и рисковать международным правом ради амбиций Эрдогана не собираются.
Астане и Ташкенту, думаю, явно не понравилось требование Эрдогана перейти на турецкий алфавит, а всем вместе - его активная поддержка ячеек ИГИЛ, захвативших власть в Сирии и устроивших там этнические и религиозные чистки. Напомним, что тамошние боевики уже пообещали "освободить" "братьев" в Синьцзяне. Не нужно лишний раз смотреть на карту, чтобы не понимать, что в СУАР можно добраться только через Центральную Азию.
Все за гуманитарное и экономическое сотрудничество, но облом с ТРСК - это четкий сигнал Анкаре, что ее геополитические претензии в Центральной Азии не признают.

Госсоветник Ерлан Карин вновь озвучил некоторые контуры информационно-идеологической политики.
Он указал на "созидательность нашей повестки, ее направленность на прогрессивное развитие страны и консолидацию общества" и указал, что "общество не приемлет какой-либо идеологии вражды, пропаганды насилия и агрессии, попыток внести раскол в общество".
И любые попытки подобных действий "будут немедленно пресекаться в рамках закона".
В современном информационном пространстве (и не только казахстанском) существенно изменилась структура: вместо традиционных СМИ на первое место выдвинулись социальные сети и мессенджеры, с их хаотичным, истерическим и скоротечным контентом. Речь идет как о совокупности тысяч и миллионов "блогеров", так и о самих сетях, которые развивают это пространство исходя из своих коммерческих и политических интересов.
Практически выпал ключевой вопрос верификации информации, а также ее осмысления. Среднестатистический пользователь уже не умеет критически переваривать массивы информации, поступающей в глаза и уши, зато легко становится объектом мошенничества, манипуляций, провокаций и рекламы. Но кроме проблемы потребления информации стоит и вопрос ее генерации. Любой дурак или сумасшедший может за доли секунды выложить в сети что угодно, а к ним прибавляются киберпреступники, специалисты по информационным диверсиям, экстремисты, которые имеют намного больше навыков использования сетей в своих целях.
За последние годы вопрос контроля информационного пространства стоял в основном во внутриполитической плоскости, но уже в прошлом десятилетии государство столкнулось с проблемой превращения отдельных СМИ в инструмент шантажа и вымогательства, В последние годы все больше фиксируется случаев, когда самодеятельные блогеры активно используют в этих целях свои аккаунты. Проблема встала достаточно остро и правоохранительные органы довольно жестко провели отработку по ряду персон, которые не только промышляли "информкиллерством", но и "шантажом", а заодно и начали играть в политические провокации. Прошли отработки и по "сельским блогерам". Как отметил Ерлан Карин, "деятельность ряда блогеров и фейковых общественников мутировала в банальное вымогательство".
Несмотря на определенные истерики практика по борьбе с мошенничеством и вымогательством в казахстанском сегменте продолжается. Блогосферу воспитывают от криминальной практики и одновременно изживают практику провокационных выступлений на национальную тематику, которые некоторые грешат по нехватке мозгов, а некоторые профессионально занимаются провокациями.
Каждый раз, заметим, поднимается вой по поводу "нарушения свободы слова", но воющие сидят на тех хе деструктивных бюджетах, что и нарушители.
Госсоветник методично проводит в жизнь и разъясняет линию, определенную президентом Токаевым, фактически вызывая огонь на себя и показывая пример того, как власть отстаивает свою линию.
Любопытно, что контрсетка исправно обсуждает (и осуждает) то выступление Токаева на курултае, то выступления Карина по идеологии, отвлекаясь лишь на возмущение Трампом. А своей собственной повестки так и не оказалось.
Казахстан же методично занимается воспитательной работой.
Хочется напомнить, что многие приезжие удивляются, что в Казахстане водители пропускают пешеходов, не пересекают двойную сплошную и соблюдают скоростной режим в городах. Но к этой правовой культуре водителей пришлось приучать достаточно суровыми мерами.
Хочется выразить надежду, что удастся и создать правовую культуры в информационном пространстве.
Это в наших с вами интересах.

Интересно: это корявый перевод с китайского или тонкая игра Пекина против Трампа? 😀

Распределение обязанностей между вице-премьерами, видать, тоже засекретили, поскольку соответствующие распоряжения премьера не публикуются уже достаточно давно.
Иерархия формально считается по дате назначения (иногда - по алфавиту), но все же формально.
Согласно расположению фамилий на сайте правительства, порядок таков: Бектенов, Скляр, Койшыбаев, Нуртлеу, Бозумбаев, Жумангарин, Кошербаев.
А иерархия АП выглядит так: Карин, Дадебай, Сатыбалды, Нурдаулетов, Казыхан, Жиенбаев, Дуйсенова, Кырыкбаев, Шарлапаев, Сариев.

Журналиста КТК сбили на самокате, когда она готовила сюжет на эту тему
https://www.ktk.kz/ru/news/video/2025/04/18/293961/

Новые назначения и отставки в акимате Астаны, Верховном суде, ЕЭК, АО "КазТрансОйл"
https://nomad.su/?a=19-202504210031

Государство иной раз любит заниматься усилением режима секретности.
Мотивация вполне очевидна - прикрыть те или иные проблемные зоны.
Чаще всего, это касается ведомственной статистики, бюджетных программ, материалов проверок, численности и структуры.
Когда критикуют, скажем, госаудит за отсутствие итогов их работы, то нужно понимать, что аудиторы сами по себе и рады все это публиковать (приятное+полезное), но выявление проблем в приоритетных сферах плохо влияет на имидж политики в целом. Поэтому - как бы вдруг - та или иная сфера вдруг перестает освещаться.
Или. допустим, такой вопрос, как перераспределение обязанностей среди руководящего состава, из которого можно порой сделать вывод о том, кто в фаворе, а кто нет, или о том, что кто-то у кого-то отобрал тот или иной блок. А еще есть такая тема, что если точно знать, кто и за что отвечает, то его персонально можно уличить в невыполнении той или иной программы. Зачем давать почву для таких выводов?
Конечно, можно каждую цифру или изменение разъяснять и комментировать, но этот навык весьма редкий.
Поэтому, с одной стороны, режим секретности свидетельствует о неспособности соответствующих руководителей убедить общественное или экспертное мнение в правильности принимаемых решений, а с другой стороны - секретность работает совсем в другую сторону: она четко указывает на новые проблемные зоны.
Об этом почему-то никто не задумывается.

В Казахстане впервые за несколько лет возникла мода восхищаться и даже завидовать Узбекистану: мол, какие молодцы, проводят реформы ("не то что мы"), строят "Новый Узбекистан" и все такое.
Во-первых, это связано с определенным изменением казахстанской парадигмы: еще лет десять назад мы считали себя успешным и хорошо развивающимся государством, а потом вдруг начали разъяснять, что это не так. С одной стороны, подрулил навеянный с Запада "постколониальный синдром", который раньше госпропаганда отметала, а с другой - стал моден тезис про "30 лет, прожитых зря". Обществу, что называется, "открыли глаза" и вместо успешного и амбициозного соотечественника мы получили образ закомплексованного невротика-неудачника, колонизованного, угнетенного, обманутого, закредитованного и т.п.
С первым явлением только-только начали бороться, но пока только на словах, а второй тщательно поддерживается в качестве базового.
Как тут не начать завидовать узбекам...
А что же у них там по факту происходит?
Страна пошла на реформы и либерализацию. С учетом низкого старта динамика имеется, но каковы ее перспективы?
У Ташкента практически нет инвестиционных ресурсов. Мирзиеёв каждый саммит и международное мероприятие сводит к вопросу необходимости привлечения инвестиций, а это очень плохая стратегия: бедным никто денег не дает, а если и дают, то легко ломают на свои условия. Внешний долг Узбекистана стремительно растет, а проекты, на которые берутся кредиты, явно не имеют возможности быстро окупиться.
Ташкент разрулил пограничные споры с Бишкеком, чтобы решить вопрос со строительством железной дороги в Китай. Экономисты хихикают по поводу ее способности окупиться, но Ташкенту хочется иметь логистику в обход Казахстана, а Бишкек, судя по пафосным речам Жапарова, мнит себя центром будущей мировой логистики. Вместе с тем, обе страны будут брать кредиты в Китае, от которого на долгие годы попадут в зависимость.
Единственным вариантом, чтобы дорога ККУ окупилась, это уход с рынка казахстанского транзита, что очень маловероятно.
Другой амбициозный проект Ташкента - это еще более дорогой трансафганский маршрут. Поскольку денег у талибов нет, то их опять придется занимать - возможно, в России и Казахстане, но не факт.
Другое дело, что Ташкент много сил потратил на роман с талибами, которым уже пришлось уступить по водным ресурсам Амударьи, а заодно и максимально открыть для них свой рынок. На днях СМИ сообщили, что "афганские инвесторы впервые вошли в пятерку лидеров по числу компаний в Узбекистане", обогнав Южную Корею.
Понятно, что вслед за инвестициями из Афганистана пойдет и культурное влияние, которое может дестабилизировать Узбекистан так, что события недавней истории покажутся цветочками.
Заметим, что советником Мирзиеёва по реформам является все тот же Сума Чакрабарти, от услуг которого Казахстана вежливо отказался за полной бессмысленностью.
Но это ладно.

(Продолжение следует)

Продолжение

В Ташкенте несколько месяцев обитает американская компания по управлению активами "Franklin Templeton", которой передали Национальный инвестиционный фонд Узбекистана (местный аналог "Самрука", только имеющий миноритарные пакеты), а теперь собираются еще и передать госбанки.
"Franklin Templeton", как известно, с 2015 г. активно сидит на украинских проектах, а также наводит партнерство с Кыргызстаном и Азербайджаном, а вот с Казахстаном и Грузией работа у них вроде не задалась. Привлечение внешних консультантов, как мы видели, даёт только рост издержек.
В стране растет потребительское кредитование и рынок недвижимости, которые создают иллюзию благополучия, но в кризисный момент станут факторами риска.
По сути, Ташкент сейчас двумя руками набирает в долг под пафосные проекты с сомнительной окупаемостью, привлекает американских консультантов и афганских инвесторов. Стараясь создать себе выход к морю без зависимости от Астаны, он попадает в зависимость от Бишкека и Кабула (весьма стабильных и конструктивных соседей).
За рядом нюансов Ташкент наступает на те же грабли, что и Казахстан некоторое время назад, но если у Астаны был запас прочности, то Узбекистан ставит на карту намного больше, чем ему кажется. К тому же президент наступает на традиционные для региона грабли в кадровой политике, которые красиво смотрятся, но дают сильные имиджевые проблемы в глазах населения, а заодно и брожение элит.
Конечно, есть перспектива, что у Ташкента что-то толковое получится, но уж слишком много граблей заложено в стратегии реформ.
А вопрос восхищения "узбекским экономическим чудом" - это на самом деле не про узбеков, а про казахов. И эта проблема весьма тревожная.

В каких регионах чаще всего меняют акимов:
13 - Акмолинская, Восточно-Казахстанская, Мангистауская, Туркестанская* область
11 - Жамбылская, Карагандинская, Павлодарская, Северо-Казахстанская область
10 - Актюбинская, Алматинская, Атырауская, Кызылординская области, Астана**
9 - Западно-Казахстанская область
8 - Костанайская область, Алматы
4 - Шымкент**
2 - Абайская, Улытауская область
1 - Жетысуская область
---
* Считая акимов ЮКО.
** С момента получения статуса города республиканского значения.

Акимы по стажу работы в должности:
Досаев (с января 2022)
Шапкенов, Налибаев (с апреля 2022)
Султангазиев, Исабаев (с июня 2022)
Аксакалов, Турегалиев, Байханов, Булекпаев, Касымбек (с декабря 2022)
Ахметжанов, Шахаров, Карашукеев, Сыздыкбеков, Нурмухамбетов (с сентября 2023)
Килыбай (с мая 2024)
Рыспеков (с октября 2024)
Кушеров (с января 2025)
Уали, Сактаганов (с февраля 2025)

Либерализацию криптовалют можно использовать в бюджетных целях.
Например, Минфин выпускает криптовалюту казкойн и выплачивает ей зарплаты, пенсии, пособия и субсидии, а в бюджет принимает обычные тенге 😉

Из воспоминания российского дипломата Сергея Чиркина о том, как генерал-губернатор Туркестана Куропаткин рассказывал о Февральской революции Хивинскому хану и его переводчику генерал-майору Асфендиарову:
"Произошел курьезный случай, который я не могу обойти молчанием. Алексей Николаевич, стараясь говорить как можно проще и понятнее для хана, сказал, между прочим, что февральская революция, кажущаяся обывательскому глазу большой катастрофой, кроет в себе семена блестящего будущего для России и населяющих ее народов. Мы любили нашего Государя, говорил генерал, и он был отцом для своих подданных, но, увы, его окружали недостойные люди, ведшие государство к разрухе и унижению. Нам всем, верным подданным Государя, тяжело слышать о страданиях его, но мы не можем не признать ошибок самодержавия и должны верить, что очень скоро под покровом свободы, равенства и братства всем в России будет легче, а страна достигнет величия и могущества. "Переведите эти слова Его Высочеству", - обратился А.Н. к генералу Асфендиарову. Старый переводчик склонился к уху хана и начал нашептывать ему по-узбекски. Хан лишь покачивал от времени до времени головой. "Ну что же говорит Его Высочество?" - спросил Алексей Николаевич генерала Асфендиарова после наступившего краткого молчания. Переводчик передал хану вопрос генерал-губернатора. Со своим непроницаемым безучастным выражением лица хан ответил несколькими словами по-узбекски. И тут можно было видеть, как старый дисциплинированный солдат, дослужившийся до генеральского чина из юнкеров былого времени, забыв, что он сидит перед главным начальником края, не удержался, прыснув от смеха, и, указывая пальцем на хана, мог только сказать, захлебываясь: "Он говорит - раньше лючше было".
Генерал не любил возражений в тех случаях, когда он того не предлагал собеседникам, а развязности в своем присутствии не терпел, но времена переменчивы, а он, видимо, умел применяться к обстоятельствам. Быстро справившись с собой, он добродушно рассмеялся и сказал, что время покажет хану справедливость его слов. После этого он распрощался со своим гостем, который в этот же день уехал из Ташкента. Недалекое будущее показало, что хан был большим провидцем, чем А.Н. Куропаткин. Сеид-Асфендияр, хан Хивинский, спустя приблизительно год был убит при восстании туркмен, взявших в свои руки власть в ханстве".

"...Проблема в системности управления. Нужен капитальный, жесткий контроль над исполнением. Чтобы не решать все время одни и те же проблемы. Нужна четкая политика по отношению к проблемному региону, нужен просто системный подход. Нужно вытравить этот забастовочный синдром. Проявить жесткость, что все у нас боятся делать. Чтобы это преодолеть, нужны система и жесткость. То есть те навыки, которые у нас в госуправлении в последние годы не наблюдаются"
https://time.kz/articles/ugol/2025/04/21/kurs-na-chestnost-i-zhyostkost

Новые назначения в дипкорпусе, МСХ, акиматах Актюбинской, Жамбылской, Карагандинской областей, Астаны и КМГ
https://nomad.su/?a=19-202504220034

Убийства высокопоставленных госчиновников в Казахстане (или покушения на них) - достаточная редкость.
В ноябре 1993 г. погиб глава Жамбылской районной администрации Жамбылской области Юрий Морозов, заночевавший в доме знакомого, на которого ночью напали бандиты.
В апреле 2000 г. был убит гендиректор РГП "Казспецэкспорт" Талгат Ибраев; киллера нанял его заместитель.
В январе 2001 г. был убит директор РГП "Жасыл Аймак", бывший аким Кургальджинского района Сансызбай Шалин.
В октябре 2011 г. убит председатель комиссии партийного контроля Восточно-Казахстанского филиала партии "Нур Отан", бывший председатель Дисциплинарного совета области Валерий Проскуряков; киллеры, как выяснилось, перепутали его с местным бизнесменом.
В июле 2015 г. был убит аким Курчумского района Алтайбек Сеитов; киллеров поймали и осудили.
***
В 1990-е жертвами самых громких убийств были директор Карметкомбината Александр Свичинский (1992) и бизнесмен-строитель Иосиф Мильграм (1993). Громкие дела были связаны с убийствами директоров рынков и спиртовых заводов.
***
В 2003 г. убили вице-президента ЗАО “Алаш” Булата Сафина, в 2004 г. - главу БТА Ержана Татишева.

Касым-Жомарт Токаев принял в Туркестане председателя Халк Маслахаты ("высшего органа народной власти") Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова.
Бердымухамедов-старший, как известно, четыре года назад передал пост президенту своему сыну Сердару, а сам сосредоточился на общих вопросах управления страной и внешнеполитической программе.
Туркменистан - страна нейтральная и ни в какие модные интеграционные союзы не входит, периодически участвуя в саммитах СНГ, ОТГ или популярном ныне C5+.
Несколько лет назад Бердымухамедов-младший, как и Рахмон, уклонился от подписания Договора о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве в целях развития Центральной Азии в XXI веке, но, к примеру, с Казахстаном активно взаимодействует в рамках развития коридора Север-Юг.
У Ашгабада сложные отношения, с одной стороны, с Турцией и Азербайжаном, а с другой - с соседями по Центральной Азии.
Заметим, что недавно в Анкаре собирались министры Азербайджана и Узбекистана обсуждать развитие "срединного коридора" - и это при том, что без Астаны и Ашгабада подобный разговор достаточно бессмысленный. Затем Туркменистан вдруг договорился о поставках газа через Баку в Турцию, но тут же вместе с остальными подписал декларацию саммита ЦА+ЕС, которая вызвала истерику в Анкаре.
Хитросплетения центральноазиатской политики - это та еще история, но президентам (и не только действующим) она очень нравится.
Токаев с удовольствием показал гостю Туркестан, а на встрече упомянул о том, что "в планах находятся стратегически важные проекты в газовой отрасли, а также транспортно-логистической сфере".
Бердымухамедов-старший в ответ назвал Казахстан "одним из главных стратегических партнеров Туркменистана".
Речь идет о совместном освоении огромного газонефтяного месторождения Галкыныш, куда туркмены пригласили китайцев и турков, а кроме того - о строительстве железной дороги Тургунди-Герат-Кандагар-Спин-Булдак, которая должна соединить Туркменстан, Афганистан и Пакистан, а через последний - с Индией и Персидским заливом.
Этот проект представляет собой альтернативу как традиционному коридору через Иран, так и узбекскому проекту Трансафганской магистрали.
Потенциальное участие Казахстана в этом проекте позволяет создать новую ветку коридора Север-Юг.
Касым-Жомарт Токаев, не скрывая удовольствия, показал Герою-­Аркадагу (официальный титул Гурбангулы Бердымухамедова) своего рода "выставку достижений казахстанской экономики", прежде всего - проекты индустриального парка СПК "Туркестан", где, как сообщается, "налажено производство систем дождевого и капельного орошения, сельскохозяйственных тракторов, школьной, медицинской и офисной мебели, межкомнатных дверей и промышленных холодильников".
У обеих сторон есть хорошие перспективы сотрудничества.