Как и все лучшие книги, эта попалась мне случайно и так заинтересовала, что я решила вспомнить жанр рецензии - редкий зверь в этом канале.

Собака за моим столом, Клоди Хунцингер

Мысль сразу цепляется за это «за»: не под столом, не у стола, а именно за ним. И это не только хорошо звучит, но и сразу дает понимание того, что в этой книге животным будет отведено равное по отношению к человеку место или по крайней мере желание им такое место отвести.
Еще сразу вспоминается название фильма «Ангел за моим столом», Джейн Кемпион, в основе которого - автобиография новозеландской писательницы Дженет Фрейм. Дженет Фрейм страдала тяжелой депрессией и от загнивания в психушке и лоботомии ее спасло письмо. Вот собственно письмо или в широком смысле - творчество и было ангелом за ее столом. А за столом Клоди Хунцингер - собака, и я, конечно, сразу заподозрила в ней ангела. Других вариантов у меня и не было.

Завязка истории почти сказочная: однажды на пороге дома пожилой пары - Софи и Грига, живущих в глуши, появляется собака. Она приходит к ним, спасаясь от чудовищного обращения другого человека, и они начинают жить все вместе: мужчина и женщина в стареющих телах и молодая собака породы бриар по имени Йес.

Жизнь в стареющем теле - еще одна важная тема книги: писательница Софи и ее муж Григ выбирают абсолютно противоположные стратегии пребывания в этой старости: Григ вроде как смирился и почти не выходит из дома, потому что это теперь тяжело, а за стенами дома - тлен и надвигающийся Апокалипсис. А дома - у него есть книги, он энциклопедически образован и общаться предпочитает в основном с текстами. Софи же эти тексты пишет, но общаться ей все-таки хочется с внешним миром. Не с людьми, а именно с миром во всей его полноте.

«Мы здесь выше прочих живых существ? Или зависим друг от друга, соединяемся, смешиваемся, в том числе и с самыми мерзкими, тошнотворными созданиями, но необходимыми, как и все прочие? Братья мои клещи. Природой можно не только восхищаться. Ужас, который она нам внушает - тоже важен».

Старость трудно не заметить, и Софи замечает все скрипы суставов, щелканье челюстей и все новые звуки, которые издают их с Григом тела. В разговоре о теле, я как обычно заметила, что о нем снова говорят как о чем-то отдельном, не едином с нашим, например, сознанием или духом.

«однажды оно споткнулось и улетело вперед», «всегда нужно думать о нем, учитывать его возраст». «мы с тобой слишком старые, говорю я ему» (телу).

Я встречаю именно такой разговор о теле, как в обыденной жизни, так и в литературе, и кино, и мне это кажется симптоматичным, но думаю, тут слово психологам надо передавать.
А мне хочется вернуться к этой потрясающей парочке - Софи и Григу.
Они - такое почти комичное противостояние Природы и Культуры, за природу, конечно же, отвечает Софи, хотя образована она не хуже мужа, а за культуру - ходячая библиотека, Григ.
В целом проблем во взаимопонимании у них нет, но с появлением собаки Йес, кое что меняется. Софи и Григ, которым за 70, начинают спать вместе. На одной кровати. Всю жизнь они спали на разных кроватях и в разных комнатах, но предчувствуя свои последние годы вместе, они мастерят общую кровать и перебираются на нее. Стоит ли говорить, что скоро к ним присоединяется и Йес. Совместный сон женщины, мужчины и собаки - это очень красивая и символичная сцена. Лежа между «стареющим мальчишкой» и потомком волка, Софи думает об их близости и том, что они все одной масти.

"Наши частички рассыпаны равномерно. Без всякой иерархии."

Культура примиряется с природой, и соединяет их женщина-писательница.

Софи хочет написать, возможно, свой последний роман, но никак не может начать.
Отправной точкой ее возвращения к письму становится понимание:

«Ты не орнитолог. Ты птица. Пой. Больше от тебя ничего не требуется».

А проводником Софи в мир птиц, зверей и другого живого за стенами дома становится собака Йес.
Женщина, которой тяжело ходить, и энергичная любознательная собака отходят от дома все дальше и дальше, и эти прогулки постепенно возвращают силы Софи и не дают угаснуть интересу к миру.

Писательница сосредоточена на нескольких темах:

старость и взгляд на нее как на

«исследование доселе неведомой зоны»;

отношения человека с другими живыми существами и стремление уйти от антропоцентричного взгляда на мир;

процесс письма и размышления о языке

«пишут не для кого-то, не для грядущего поколения, не перед лицом вечности, не бросая вызов смерти… пишут потому, что тебя захватывает язык, как сквоттер, который самовольно вселяется в чужой дом…А собаку, которая все говорит и говорит во мне, зовут Логос. Это говорю не я, она, и с ней ничего не поделаешь»;

предчувствие крушения мира и побег на его края, место где живет пара называется Banni - изгнанный, и им это нравится, они хотят быть добровольными изгнанниками;

жизнь в паре и страх потерять близкого человека и близкого зверя;

Клоди Хунцингер перемещается между этими темами стремительно и как будто хаотично, так по крайней мере мне казалось, пока я не смогла определить для себя это странное движение. Это движение идущей по своим собачьим делам собаки: от одного заинтересовавшего ее запаха - к другому. И ничего мы с этим не поделаем, и это хорошо.

Я боялась подходить к финалу «Собаки за моим столом», потому что знаю, как обычно заканчиваются такие истории.
Животное погибает, а если нет, то исчезает как волшебный помощник, выполнивший свою функцию (помог человеку преодолеть что-то, измениться и т.д.) и больше его никто не видел, но память о нем тра-та-та…
Если вспомнить сказочную завязку книги, то финал этот логичный, если подумать о стремящейся не быть антропоцентричной оптике писательницы, то возникают вопросы и грусть. Может она и светлая, но все равно грусть.

«Собака за моим столом» - это полуавтобиографический, близкий к эссеистике текст, бредущий неочевидными звериными тропами.
И мне хочется его посоветовать как минимум трем писательницам: Софи Фаблер, Даше Благовой, Юле Март. Вообще хочется посоветовать всем, кому интересны темы, которые я обозначила. А еще в книге будет ироничный пассаж про Льва Толстого, но вы найдете его сами))

Кстати, что-то я не припомню книг на русском о старости, написанных на основе личного опыта. Видимо, это потому, что писательницы, которые могли бы их написать, еще не состарились.
Девчонки, впереди у нас много работы😁

Не так важно, что я тут говорю, важно то, что Фарго пришел ко мне, хотя фотографироваться он не любит, и у нас тут межвидовые любовь и взаимопонимание🖤

Сегодня

Девочка: шлет подругам фото парней

Женщина: шлет подругам фото правок редактора 💀

Когда мои стихотворные опыты оценили по достоинству. Начинаю посматривать в сторону поэтических премий😈


Канал автора обзора на дзене: Читать нельзя сжигать

Одна работа, никакого безделья - бедняга Джек не знает веселья. С праздником, друзья💀

Простите, но этот пост про лагеря💀

Недавно вспоминали детские летние лагеря, и в памяти разверзлись какие-то шикарные бездны.
Я была определенно лагерной девицей, в лагеря меня отправляли каждое лето примерно лет с 10. Однажды родители так исхитрились, что сумели отправить меня в 3 разных лагеря за одно лето.
Один раз мне посчастливилось побывать в спелеологическом палаточном лагере, и все, что я про него запомнила - это баня один раз в неделю и песня на дискотеках «Садам хусейн, привет садам. Привет бродягам и ворам».
В положенные по программе пещеры я тогда идти отказалась, потому что посчитала, что моя жизнь уже стала достаточно грязной, и лезть на брюхе в какую-то щель я не хочу.

После спелеологического лагеря я поехала в лагерь для подростков с криминальными наклонностями.
Криминальных наклонностей у меня не было, но родители что-то перепутали, и вместо обычной смены я попала вот на такую. Мы делали армейскую зарядку, бегали в противогазах, в туалет ходили только группой, чтобы кто-то постоял на стреме, кто-то подержал дверь и т.д.
Переодически за кем-то из девчонок бегал паренек лет 13-ти с ржавым гвоздём в руке и обещанием прирезать, но дело всегда заканчивалось хорошо - мы кооперировались с пацанами постарше и паренек получал по жопе.

За мной пытался приударить мальчик по имени Эдик, серьезность своих намерений он подтвердил выдранными из клумбы цветами. Я быстро прикинула, что имя Эдик нехорошо рифмуется кое с каким другим словом, поняла, что задразнят и букет выбросила.

Когда мама приехала ко мне в день посещения и спросила: как дела? Я сказала, что хорошо провожу время и вообще, все - отлично.

Последние пару недель делаю чек ап всех своих внутренностей. Сегодня вот добрались до органов брюшной полости. В том числе и до селезенки.

Селезенка - занятный орган, про то, что она у тебя есть, вспоминаешь разве что вот на таком чек апе. Все остальные органы и системы вызывают постоянное беспокойство: люди часто вспоминают про прокуренные легкие, недовольную печень, скуксившийся желудок. Про грудь и шейку матки мы тоже думаем постоянно, раз в месяц-то уж точно. Еще есть зубы - и это что-то типа государства в государстве.

Желчный и щитовидная железа тоже часто всплывают в инфополе, потому что могут долго и планомерно подгаживать жизнь своим владельцам. А про поджелудочную я вообще молчу.
Если я слышу, что кто-то в разговоре, обронил «поджелудочная железа», то сразу холодею. Потому что после слов «поджелудочная железа» может последовать только - «неоперабельной рак».
Если дать слишком много места этим мыслям, то захочется кататься в томографе как на карусели. Но вот селезенка никаких ужасных мыслей не вызывает. Хвала ей за это и уважение.

Ну и не забывайте про чек ап 🦅

Получила большое читательское удовольствие от книги Антона Секисова «Комната Вагинова».
Во-первых, - это смешно. У Антона прекрасное чувство смешного, ну или, по крайней мере, такое, которое нравится мне.
Во-вторых, если бы было только смешно, то я бы скорее всего бурчала: «что-то здесь не то». Но в «Комнате» через это смешное сквозит какая-то тихая жуть. Не такая, от которой обосраться и не жить, а такая привычная и от этого трудноопределимая, ну просто потому что она сливается со всей обстановкой: комнатой, квартирой, городом; наслаивается как обои, приклеенные на газеты, и еще раз на газеты.

Отдельной радостью стали придурковатые персонажи, которых я всегда очень ценю, такой парад коллективно воображаемых типичных петербуржцев. Не могу избавиться от ощущения, что Леша Две Грязные Сплетни, вечно потный чувак в шейном платке, - это человек из любого из трех универов, где я училась, а не просто персонаж книги.

А еще, респект за то, что «женщина в беде» Нина спасла сама себя. То, что никто из странненьких обитателей коммуналки ей не поможет, стало понятно довольно быстро, но я до последнего возлагала надежды на енота😈

Мальчик лет 8 в парке, обращаясь к матери:
- Меня никто не любит. Даже никакое животное меня не любит.
Меня нужно наказать.

😭😭😭

В компанию к роману, который уже пишу, зачем-то придумала еще сборник рассказов. Но пришла я сюда затем, чтобы поделиться фото из рубрики #жалкаяеда а то давно ее не было😌

Текст песни Лунная мистерия - 4 Позиции Бруно кажется мне абсолютно прекрасным. Посмотрите на него и послушайте.

Поднялась полная луна
Ее власть держит у окна
Чую нервами с детских лет
Равномерный холодный свет
Наконец пробил этот час
Целый месяц я ждал и чах
Каждый раз будто первый раз
Отступает моя печаль
Отступает всего на шаг
И стоит позади дыша
Подойти ближе не решается
Чтобы не помешать
Тополя шелестят листвой
Расставляя все по местам
Повторяя собачий вой
Растворяется серый страх
Так уютно луна горит
Так нетрудно заговорить
Как-то в раз все сменило ритм
И так ласково все внутри
Как лесная проталина
Все я знаю
Все правильно
Все что мерзло внутри меня
В свете лунном оттаяло
Приглушенные голоса
Сиплым шепотом
Но под самыми окнами мне сказали
Что времени три часа
Значит зреет зерно зари
Просветлеет сперва вдали
Полоса света по стене
В пол часа все закостенеет
И заболит

Я что-то сама расчувствовалась от такого обзора💔

https://news.1rj.ru/str/partnersmaterial/239

Недавно прочитала новую книгу Евы Меркачевой, нонфикшн про маньяков «Я иду искать», и вот, совсем скоро, мы с Евой обсудим маньяков реальных и книжных.
Мне очень близок посыл книги Евы: «Может быть, маньяки как явление учат окружающих быть внимательными, неравнодушными, больше ценить жизнь?» Думаю, он перекликается с одной из центральных идей моей книги «Под рекой» - не закрывать глаза на страшное, замечать его и фиксировать.

https://news.1rj.ru/str/alpinaproza/3674