Лев Толстой — мастодонт русской литературы. Его самая известная фотография с длинной бородой и суровым уставшим взглядом немного даже пугает и сразу выстраивает дистанцию. Но я люблю почитать его дневники, чтобы понять, ничто человеческое ему не было чуждо. Вот несколько отрывков:

Сколько времени я стараюсь образовать себя! Но много ли я улучшился? Пора бы отчаяться; но я ещё надеюсь и рассчитываю на случай, иногда на провидение. 

3 июня 1852 года

Встал очень поздно и от холода ничего не мог делать. <…> После обеда ушел к Жукевичу и безалаберно провел весь вечер и ночь.
<…>
1) Валялся. 2) Падал духом. 3) Злился — ударил кошку и 4) вообще забыл о правилах. 5) Гадал.

10 и 11 января 1854 года

Факты: лень, лень, лень.

5 июля 1855 года

Перед вечером написал очень мало. Почему? Лень, нерешительность и страсть смотреть свои усы и фистулы. За что и делаю себе два упрека.

11 июля 1854 года

Главные мои недостатки.
1) Неосновательность (под этим я разумею: нерешительность, непостоянство и непоследовательность).
2) Неприятный тяжелый характер, раздражительность, излишнее самолюбие, тщеславие.
3) Привычка к праздности.
Буду стараться постоянно наблюдать за этими тремя основными пороками и записывать всякий раз, что буду впадать в них.

6 сентября 1854 года

Я пропаду, ежели не исправлюсь. С теми данными характера, воспитанья, обстоятельств и способностей для меня нет середины, или блестящая, или жалкая будущность. <…> Назначать вперед деяния, сначала как можно меньшие и легкие и, главное, не противоречащие одни другим.

17 сентября 1855 года

Преступно спал.

5 декабря 1888 года

P.S. Ох, я бы с удовольствием преступно поспала бы и предалась бы праздности. Но, к сожалению, я не граф🥲

Сегодня западные страны официально отмечают Хеллоуин, поэтому своего часа дождалась одна жутковатая и одновременно грустная картина. Это работа Джеймса Энсора «Скелеты, греющиеся у плиты», 1889 года.

Вообще у Энсора много картин со скелетами, он даже себя писал в виде скелета (примеры в комментариях). Считается, что на него повлияло место, где он родился и прожил всю жизнь. Это довольно большой бельгийский город Остенде, где на протяжении нескольких веков постоянно находили и выкапывали скелеты. Накопились они там из-за осады Остенде, которую называли долгим карнавалом смерти.

Осада началась в 1601 году в рамках 80-летней войны между Испанией и Голландией. Дело в том, что в порту города было много голландских повстанцев, там была хорошая крепость и им было удобно регулярно донимать испанцев. Поэтому испанский король Филипп III решил покончить с Остенде.

Действовал он решительно: каждый месяц испанцы выпускали по крепости более 25 тыс. ядер, постоянно устраивали штурмы и при любой возможности убивали как можно больше людей. Но голландцы (а потом с ними и англичане) не отдавали крепость и не просто постоянно отбивали испанцев, а еще умудрялись делать вылазки, чтобы мешать им и отвлекать от основного поля военных действий.

Но через три года испанцы все же взяли Остенде. От города остались одни развалины, а жертв было около 100 тыс. человек. Именно их скелеты постепенно и находили в Остенде, где жил Джеймс Энсор.

На картине «Скелеты, греющиеся у плиты» художник нарисовал три одетых скелета, два из которых которые стоят возле плиты. На ней написано: «Нет огня. — А ты найдешь его завтра?». У ног скелетов стоит палитра с кистью и скрипки, а рядом — лампа. Считается, что это символы изобразительного искусства, музыки и литературы. И таким образом Энсор показывает, что они находятся в упадке и никто не поддерживает творческих людей. А учитывая, что картина написана поверх другой законченной картины, можно предположить, что у самого художника с деньгами точно было худо.

#кто_это_нарисовал

Во время посещения выставки «Красная Москва» в Зотове услышала историю удивительной женщины, благодаря которой во многом развивалась парфюмерная промышленность в СССР. Это Полина Жемчужина, жена Вячеслава Молотова.

Ее настоящее имя Перл Соломоновна Карповская. Родилась она в Запорожской области в еврейской семье и в 21 год вступила в Коммунистическую партию и Красную армию. Уже на следующий год девушку отправили «засланным казачком» на подпольную работу в Киев, тогда же она получила новое имя — Полина Жемчужина. В 1921 году Полина приехала в Москву на Международный женский конгресс, где и познакомилась с Молотовым. В тот же год они и поженились.

Постепенно Молотов поднимался по карьерной лестнице, а Жемчужина отлично подходила на роль «второй леди»: она всегда красиво и модно одевалась, ходила на приемы, ездила за границу и дружила с «первой леди» — женой Сталина Надеждой Аллилуевой. Но Жемчужина была не просто «украшением» своего мужа. Сначала она была секретарем партийной ячейки на фабрике «Новая заря», а уже через три года стала ее директором. Еще через несколько лет Жемчужина получила должность начальника Главного управления парфюмерно-косметической, синтетической и мыловаренной промышленности.

Жемчужина не просто занимала высокие должности. Благодаря ей наладилось производство мыла, которое было так необходимо молодому советскому государству. Она же смогла доказать высшему руководству, что женщинам нужны еще духи и косметика и что для упрощения производства это направление нужно передать из Наркомлегпрома в Наркомпищепром (в косметике тогда использовалось много жиров и эфирных масел). Благодаря ей же в СССР появился Научно-исследовательский институт синтетических и натуральных душистых веществ. А приезжая за границу, Жемчужина обязательно посещала местные парфюмерные магазины и привозила с собой иностранные духи — чтобы дома сделать так же.

В 1939 Жемчужина возглавила только созданный Наркомат рыбной промышленности. И все было хорошо, но в конце 1948 года Полину Жемчужину исключили из партии и буквально через месяц ее арестовали и обвинили в том, что «она на протяжении ряда лет находилась в преступной связи с еврейскими националистами». Дальше вынужденный развод с мужем (который лишился должности Министра иностранных дел СССР) и 5 лет ссылки.

Из-за чего это произошло так до сих пор и не ясно. По одной версии это была инициатива Сталина, которого беспокоило слишком близкая дружба его жены с Жемчужиной, которому никогда особо не нравились евреи и которого начал раздражать Молотов. По другой версии так Берия пытался очернить Молотова и даже получить от Жемчужины какой-то компромат на мужа. Но тогда странно, что после смерти Сталина, буквально на следующий день после его похорон, сам Берия отдал приказ об освобождении Жемчужиной. По этому поводу есть легенда, что в день похорон вождя, который совпал с днем рождения Молотова, Берия спросил, что он хочет получить в подарок. Тот ответил: «Верните Полину». Берия не отказал, и после освобождения Жемчужины супруги прожили вместе еще почти 20 лет.

Как бы там ни было, Жемчужина до конца своих дней хорошо относилась к Сталину и оставалась верной партии, говоря про свой арест: «Если партия так решила – значит, так было надо». А вот что писала в середине 1960-х годов Светлана Аллилуева, дочь Сталина:

Полина говорила мне: «Твой отец гений. Он уничтожил в нашей стране пятую колонну, и когда началась война, партия и народ были едины. Теперь больше нет революционного духа, везде оппортунизм». Ее дочь и зять молчали, опустив глаза в тарелки. Это было другое поколение, и им было стыдно…

#история_из_истории