Батальные вести
волнуют столицу:
Какой у врага
отвоюем прованс?
Поручик Мединский,
а может быть Ниццу?
- Корнет Понасенков,
берите Бердянск!

Украшены Zю
боевые кайены,
трясётся в подсумке
походный кальян.
Фельдмаршал Кадыров,
а может быть Вену?
- Корнет Понасенков,
берите Бердянск!

В достатке везде
нациков, наркоманов
коль скоро вас манит
такой декаданс.
А может быть Лондон,
хормейстер Газманов?
- Корнет Понасенков,
берите Бердянск!

А в сумерках к яру
проносятся танки.
Ну что загрустили,
мой юный корнет?
А в лофтах Парижу
сидят эмигранты
и девочек наших
ведут в аутлет.

Смолят Le Ganje
в интерьерах старинных,
вкушают в шантанах
дорблю с дефлопе.
На них вместе с небом
не падают мины,
цыгане у них
не крадут БМП.

А может Тбилиси?
А, впрочем, не надо.
Там выставок нет...
Пусть звучу я как сноб:
А может - немного
французской Канады?
Министр Шойгу,
ну хотя бы Бангкок...

Хотя бы Корею,
хотя б Эритрею...
Там пальмы, тепло
и вполне формидабль...
- Корнет Понасенков,
извольте быстрее -
без вас отбывает
наш русский корабль!

Пресс-секретарь к президенту вошёл,
Нервно усы жуёт:
- Это навряд ли флэш-моб или шоу,
Есть фото, смотрите, вот…

Странный, внезапный случился конфуз,
Чтоб не сказать – беда:
Ночью задержан в Москве Иисус
На Патриарших Прудах.

Пять росгвардейцев схватили его
Где-то примерно в три.
Он превратил воду в вино
Прямо у них внутри.

Он спровоцировал свой арест,
Был случайно распят.
Вёл себя странно, залез на крест.
Так они говорят.

Бился неистово он на кресте,
Сделал ребра перелом.
Дырки, ну, то есть – стигматы те,
Они уже были на нём.

Нет, следов на воде следком
Обнаружить не смог…
Но он принёс на себе самом
Самый главный вещдок.

Он говорил, что он чей-то там сын,
И что от адвоката откажется.
Книжку читал он какую-то им,
Не конституцию, кажется.

- Он был с плакатом? Он что-то кричал
про ущемленье прав?
- Он говорил, он начало начал
и смертию смерть поправ.

- Он говорил что-то, как и я,
на тему духовных скреп?
- Он говорил: это плоть моя,
указывая на хлеб.

- Сколько на вид ему полных лет?
- Вроде бы тридцать-три...

- Где он прописан?
- Сказал: Назарет.
Адрес не говорит.

- Был кто-то с ним?
- Никого, только пёс. Ноги ему лизал.

- Был он судим?
- Он не понял вопрос и не судить призвал.

- Так были призывы? Он, значит, из тех?
Не в розыске он федеральном?
- Он говорил: воровство сущий грех.
- Может быть, это Навальный?

- Он говорил, что хотелось бы вновь
Выгнать всех этих менял.
Он говорил: его свет – любовь.
- Соболь?
– Не уточнял.

- А Третьего Рима седой Игемон?
В курсе он всей этой штуки?
- Он передал спиртовой лосьон,
Сказал: умывайте руки…

- Может, опять интригует Госдеп?
Ты же сейчас не смеёшься?
- Нет, я Вам Навки часами клянусь!
- Хм… А усами клянёшься?!

Может, какой-то шалит олигарх,
Вновь захотевший в тюрьму?
Кстати, а что говорит Патриарх:
Это же вроде к нему…

Ну же, звони же ему поскорей!
- Я набирал.
– А ответ?..
- Он мне ответил: «Спокойно, Андрей,
Никакого Бога тут нет.

Воду в вино превращают в кино,
В жизни – не замечал»
Я с ним согласен в теории, но…
(Пресс-секретарь помолчал)

Мне мою дерзость прошу извинить,
С выводом не тороплюсь,
Но если загуглить и если сравнить –
Кажется, он Иисус.

Вряд ли корыстный имеет мотив -
Он же святой и мессия,
Но, он, похоже, надумал пойти
На второй срок в России.

Выбрал он крайне удачный момент:
Электорат разогрет!
Он вам, конечно, едва конкурент,
Но, это как посмотреть…

Про нефть и про рубль пророчеств нема
(Я немного секу в этой теме)
Но сначала война, а теперь и чума!
Ему сейчас самое время…

Ждали его ещё в те времена,
Когда рубль стоил тридцать сребреников.
А стратегия наша, похоже, одна
И подробно описана в требниках.

Не верил я сам, признаю, грешно,
Но…крест…глаза…борода!
И президент заёрзал смешно
И тихо промямлил: МДА…

- Я видел не много в жизни икон,
Но…очень даже похож!
И президент издал слабый стон,
И тихо промолвил: ШТОШ…

- В рубище рваном, худой и босой,
Ни паспорта, ни рубля!
И президент поник головой
И тихо выдавил: БЛЯ…

- Он говорил, что внимает ему
Какой-то небесный отец.
И президент прошептал во тьму:
КАЖЕТСЯ, НАМ ПИЗДЕЦ...

Миша, давай по новой

- Каин, где брат твой Авель?

- Откуда, Боже,
знать это мне? Где-то ходит.
Ты спросишь тоже...
Он только лишь по рождению
дан мне братом,
а так я ему не сторож, не соглядатай.

- Каин, где брат твой Авель?
Сказал мне ветер -
он с головою пробитой лежит в кювете.
Видели звёзды ночные, цветы и птицы:
шёл ты назад домой в его плащанице.

- Господи, ветер носит пустые слухи.
Я за всю жизнь не обидел и малой мухи.
Как же ты можешь верить цветам и звёздам?
Это же, прости Господи, несерьёзно.
Они явно заинтересованы в этом вбросе.
Всё не так однозначно в этом вопросе:
Авель устал и прилёг отдохнуть на камне.
А плащаницу по-братски он о́тдал сам мне.

- Каин, где брат твой Авель?
Известны Богу
все наперёд причины
и все итоги,
всё, что смертных ведёт
тернистой тропою.
Каин, ведь брат твой Авель
убит тобою.

- Господи, да, виноват,
мои сдали нервы.
Но хитрый брат
мог напасть на меня первым.
Господи, это был лишь
удар в упреждение.
Я покажу, как готовил он нападение.
Он был с рождения
очень опасный сосед.
И вообще, Господи,
где ты был восемь лет?
Я тебе тоже молюсь,
соблюдая заветы.
Ему почему это всё,
а мне всё вот это?
Господи, почему глаза твои
гневом полные?
Господи, зачем тебе эта
страшная молния?
Господи, у меня это, дети, жена.
Господи, погоди, а может не на...

С Пасхой

Пожалуйста, не нападай,
Или мне придется тоже.
Я, конечно, сразу в рай,
А вы, увы, не вышли рожей.

Хочешь шницелей немецких,
Хочешь шпилей солсберецких,
Хочешь, захвачу соседей,
Что мешают встать
(с колен)

Хочешь в небо с журавлями,
Хочешь гонорар рублями,
Хочешь, я отдам все пенсии,
За тебя отдам все пенсии я.

Такая, мой друг, се ля ви,
Враг повсюду ждёт в засаде.
Моей огромной страны
Не отдам ему ни пяди
(и Вам всем тоже)

Хочешь крымские закаты,
Хочешь мальчиков распятых,
Хочешь, я взорву всех дерзких,
Что мешают врать.

Хочешь в Коктебель на лето,
Хочешь новые ракеты,
Хочешь, запрещу газетам…
Впрочем, запрещу газеты я.

Говорят, что песня, текст которой вы можете наблюдать выше, звучала в эфире передачи "Аэростат" Бориса Гребенщикова. Всегда приятно быть в вашей компании, Борис Борисович, а в эти непростые времена - особенно!

Да, я тоже завёл себе персональный телеграм-канал, где можно читать мои длинные тексты обо всём https://news.1rj.ru/str/slavamalah

Спорили вожди на даче
У кого парад пиздаче.
Наш богаче или иньших?
У кого ракеты длиньше?
Этот был весьма помпезен,
топал, громыхал железом,
но людей…людей не густо.
Собирает больше Вудсток.
Трактор вёз мрачнее тучи
вице-адмиралов трио.
Было круто… Но не круче
карнавалов в жарком Рио.
Тот парад был грозен видом,
чтоб дрожала вражья гнида,
чтобы испугались даже
штаммы страшного ковида.
Там не пожалели денег,
бил огонь из жутких ружей,
будто бы на Бёрнинг-мэне…
Только чуточку похуже.
Без искры́, сказать по чести.
Может, дело в алкоголе?
Как-то на Октобер-фесте
было веселее, что ли…
Было как-то позадорней.
Впрочем, что мы доебались?
Всё мажорно: конь, валторны…
Видно: пацаны старались.
Главный маршал - весь в наградах,
с позолоченною ксивой!
Красота… но гей-парада
в Тель-Авиве не красивей.
В чём тут дело? Шут их знает…
Дождик за окном рыдает.
Вместе с ним грустят на пару
два вождя у самовара.
Содомиты, вот досада,
обошли нас по парадам:
Выкрутасы, жопотрясы…
Что тут скажешь… ПИДОРАСЫ!

Маменька, не zигую,
Маменька, я не zигую,
Буду лапидарен:
Я сам на треть татарин!

Интендант канцелярии небесных бодипозитивных тел Дмитрий Рогозин изволили третьего дня стыдить Илония Маска за детство, проведённое в стране победившего апартеида, кичась фронтовым пращуром, однако, кто этот маменькин расстегайчик, кокетливо делающий мозолистой пятернею нецелованного юнкера от светила сердечного к светилу небесному?

- Дима, инфан террибль, от Вас снова смердит вульгарным расизмом!
- Pardonne, maman, мальчики чинили погромы, а я просто стоял рядом...

Гордиться дедом мы не бросим...

Вековые традиции спецопераций

Участники марафона "Zа Россию" после публикации таблички с декларируемым гонорарами стали возмущаться, что им огрганизаторы-хапуги заплатили гораздо меньше, чем в табличке. Экая оказия.

Граждане русские рокеры и патриотические поэты! Один поэт и по совместительству русский рокер Илья Кормильцев устами ещё одного русского рокера Вячеслава Бутусова настойчиво вам сообщал ещё в прошлом веке (который вы, к слову, так хотите вернуть, остановив время): "если пьёшь с ворами - опасайся за свой кошелёк". Простое правило.

Вы сели за стол с шулерами, наёбывающими и обворовывающими страну десятилетиями на всех без исключения мероприятиях, начиная от выборов и заканчивая олимпиадами. И вы наивно полагали, что вас таки взяли в долю?

Добро пожаловать в клуб, ребята. Так вы, того и гляди, захотите донатить фонд по борьбе с коррупцией. Это ведь называется "коррупция", то, чем вы недовольны. А фонда этого больше нет. Его закрыли ровно те люди, что придумали войну и поддерживающее её концертное мероприятие, на котором наебали народ при помощи вас и вас самих тоже. За компанию. "Многоходовочка". "Всех переиграли".

Куда же вы теперь пойдёте? Может быть в независимый справедливый суд? Вот только такого суда тоже больше нет. И уничтожили его те, которые...ну, вы поняли.

Может быть, пускай независимые журналисты-правдорубы теперь о вас напишут и за права ваши поборятся? Вот только независимой журналистики тоже больше нет. И уничтожили ее те, которые...

Может быть, уже совсем пуститься во все тяжкие, и пойти к адвокатам, ну этим, правозащитникам, этим законникам, что любую гниду к ногтю пристроят. Вот только нет больше правозащитников. Одни только иностранные агенты.

Но это ещё ничего. Бо́льшая оказия выйдет, если во время вашего выступления ветераны "спецоперации" денацифицируют ваш автомобиль прямо не отходя от фан-зоны и до кучи деайфонизируют ваших жён и детей. К кому вы тогда пойдёте, кроме всех вышеперечисленных? Даже и не знаю.

Впрочем, есть одни ребята, которые неплохо справляются со всякими денацификаторами стиралок и демилитаризаторами ноутбуков. Эти ребята называются украинцы. Но они точно вам помогать не станут. Они вам посоветуют проведать Кобзона, вашего коллегу по русскому року (потому что Кобзон такой же рокер, как и вы, чего уж тут)

А есть ещё одни ребята. Они называются американцы. Это те, под которых вы старательно косили всю юность, да и сейчас чихнуть не можете без оглядки на Америку. "Какая отвратительная страна, хотим как там, дайте две". Это ли не любовь? Она самая. Только вот безответная. Американцы не станут вам помогать тоже, ибо зачем? Вы, что, Барышников, Бродский, Брин, Сикорский? Какую вы ценность представляете для науки и культуры? Решительно никакой. Поэтому там вы тоже не нужны нахрен.

И кстати, про этот самый "кэнселлинг", "отмену русской культуры" вы кричите громче всех, вот только русскую культуру никто не отменял. Нет отмены русской культуры, есть отмена русской коньюктуры. То есть - вас. Лев Толстой вечен. Но вы-то не он, а скорее то, что с ним рифмуется в известной присказке.

Да вы и сами всё о себе давно понимаете. Что ж, теперь и о мире будете понимать больше. А мир - он таков: тот, кто позвал за денежку концертиком прикрыть военное преступление против соседа, трахнет вас первыми, когда соседи закончатся или отобьются. И не найдется уже никого, кто бы встал за вас в этот момент. Это ещё пастор Нимёллер говорил. Но вы, поющие под полузигой, его, увы, не читали.

Не во имя потешной крутости
подавляя синдром отличника
проживать раз за разом в кротости
День Сурка или День Опричника
Но где правду хоронят заживо
охреневшие охранители
непростительно соглашательство
попустительство непростительно.
Где отечество - не отечество,
а не наше превосходительство.
Милосердие как предательство.
Правосудие как вредительство.
Где любовь карается к ближнему,
но любовь внедряется к прежнему.
Улыбаться этому празднику -
означает быть соучастником.

Не во имя рукоплескания
в миг сгорая после прочтения
статься малою частной честностью
среди тех, кому нет прощения.
Для рыдающих на пожарище
стать рукою, их раны нежащей.
От лютующего чудовища -
чем-то вроде бомбоубежища.
Когда ненависть так обыденна,
будто бы перерыв обеденный.
Для того, кого зря обидели
статься чем-то, вроде обители.
Не героем досужих зрителей,
не великим, несмелым, маленьким,
но насущным, вроде Спасителя...
Вот за этим всё, понимаете?