Я добралась до местной библиотеки со стратегическим запасом любовных романов 1990-х. Поэтому Анастасия из Пустошки задает вопрос знатокам:

«Какого хрена тут вообще происходит?»

P.S. Ответ в комментарии, но вопросов после него не меньше

Позади больше 150 страниц «Дорогуши» из 500, и я пока не определилась со своим отношением к этой книге.

НО!

Если вы вдруг соскучились по старой доброй токсичности, когда бесят все, а ваш внутренний голос язвительно проходится по всему, что видит, однозначно надо брать.

Это как если бы Бриджит Джонс не корила себя за лишний вес и лишние сигареты, а послала к херам весь мир вокруг.

Написано здорово, яркие образы, есть заявка на триллер, но мое внутреннее сопротивление самой героине (если что, она реальная маньячка) мешает полюбить эту историю. Возможно, парное молоко, домашний творог и относительный покой поубавили мою внутреннюю ярость, чтобы я прониклась болью Рианнон.

Вова с утра учесал на рыбалку и оставил это. Чувствую себя Настей Каменской.

Вчера провели день в сборах и дороге, вернулись домой уже к вечеру. Пока разобрали весь скарб, запустили стирку, приготовили поесть, покормили детей, подкралась ночь. После всех движняков состояние замученно-нервное.

За ужином вспоминаю про «быть в моменте», «быть благодарной» и прочие осознанные штучки и протягиваю Вове бокал с сидром: «Ну, за прекрасный отпуск!»

Вова: «Не чокаясь»

У меня есть золотой значок за десять лет работы в «Эксмо», трудовая книжка на руках и много-много любви и благодарности.

Когда в феврале 2015 года я увидела вакансию редактора сайта eksmo.ru на hh, подумала, что мне точно подойдет, но не ожидала, что новая работа будет так много для меня значить.

За эти десять лет я открывала для себя новые истории, имена и целые жанры. Обретала опору в Плоском мире Терри Пратчетта, узнавала себя в обаятельной в своей тоске миллениальской прозе, возвращалась в школьные годы с Асей Лавринович, поражалась многогранному таланту Ребекки Куанг и сходила с ума по Китаю после Мо Яня и Мосян Тунсю.

Да и вряд ли бы я так пристально следила бы за книгами других издательств, а значит в моей жизни могло не случиться «Калечины-Малечины» Евгении Некрасовой, прозы Алексея Сальникова и Веры Богдановой.

Но самое ценное, что я получила за десять лет, это люди. Писатели, редакторы, переводчики, маркетологи, пиарщики, которые в наших реалиях работают за идею, за страсть ради истории, которой хотят поделиться и донести ее до других. Люди, которые если в настоящий момент не работают с книгами, то обсуждают их. Когда много лет находишься внутри индустрии, за мелкими обидами, спорами и конкуренцией перестаешь это замечать. Но книжники и правда особая порода.

Решение об увольнении было ой каким непростым, но взвешенным и необходимым, чтобы двигаться дальше.

И, конечно, больше всего я буду скучать по нашей команде eksmo.ru - креативной, профессиональной, душевной, поддерживающей и горящей своей работой. Наш сайт удивительным образом все время объединял творческих, талантливых и ярких людей. Но Маша, Настя, Лаура, Тина, Раиса, Стас – вы моя команда мечты и соулмейты.

В нулевых и десятых активно обсуждался сексизм западных издателей. В частности, считая, что женское имя на обложке плохо продаст историю, они прятали его за инициалами. Например, Кэлли Тейлор писала романтику под своим именем, а вот в психологических триллерах стала уже К. Л. Тейлором. Ну и самый яркий пример - Дж. К. Роулинг.

Наше книгоиздание неожиданно оказалось куда прогрессивнее своих западных коллег. Так, первые романы Анны и Сергея Литвиновых в конце 90-х и начале нулевых выходили под псевдонимом Анна и Светлана Литвиновы, потому что их надо было втиснуть в прокрустово ложе серии "Детектив глазами женщины". Дж. К. Роулинг такого бы не одобрила.