Ну и после такого, конечно, в ближайшие пару недель буду читать ромкомы и детективы. Начну с «Пятой зимы», которую хотела прочитать еще перед Новым годом, но как-то не задалось

Вместо ромкома открыла «Опосредованно» Алексея Сальникова. Дальше все как в тумане. Роман об альтернативной реальности, где поэзия расширяет сознание и приравнивается к запрещенным веществам.

Для меня таким эффектом, когда на физиологическом уровне становится хорошо от прочитанного, обладает как раз проза Сальникова:

«Последовал закономерный рассказ о появлении Лены на свет; о том, как маме пришлось бросить курить на некоторое время; как Лену впервые поднесли к груди, а мама ужасалась ее волосатости. Елена думала, что если у нее появится молодой человек, то было бы неплохо, чтобы каждый раз, когда он будет приходить в гости, мама и бабушка встречали его с кляпом во рту».

Боже мой, я сейчас умру. Такое чувство, что кто-то покопался в моем детстве и взял воспоминания в книгу:

Лежала в нижнем ящике стола большая яркая коробка из-под конфет, тая́ внутри аккуратно разглаженные утюгом фантики, – выкинуть все это добро не поднималась рука; там же находилась довольно большая коллекция открыток, в основном праздничных, но было и несколько наборов серьезных народных артистов.

И вот еще

Она шла домой, увидела жестяную крышку от пивной бутылки на тротуаре со слежавшимся уже снегом, вдавила эту крышку каблуком и отметила про себя, что крышка похожа на рождественскую звезду из какого-то мультфильма, вроде бы из «Супер-книги»

В общем, как и с предыдущими книгами Сальникова, цитировать хочется абзацами. Так что потерпите пару-тройку дней.

Ну что, писать до полпервого ночи текст, потому что хочется, чтобы он получился не просто нормальный, а хороший — Done! Ведь классные умные люди в комментариях поделились интересными мыслями, и теперь хочется не подвести и донести все важное до аудитории.

Хвалю ли я себя? А вот и нет. Предъявляю: "Ну что же вы, милочка, в сорок лет не научились тормозиться и ставить в приоритет себя. Плохо-плохо, садитесь, два!"

А просто похвалить себя? Не, не вариант

Вася спрашивает, как звали бога с трезубцем.
Я: «Посейдон, а римляне называли его Нептуном. А еще был бог-громовержец Зевс, которого римляне называли Юпитером»
Вова себе под нос: «А могли бы ебтуном»

А я опять тихонько посмеиваюсь и пищу от восторга с «Опосредованно» и интонаций Сальникова:

Думая, что новый опыт как-то на нее повлиял, она попробовала литературно обработать свои ощущения. Стихи, как и секс, получились не очень. Особенно Лена стеснялась, что в семи с половиной текстах четыре раза повторялось словосочетание «светлая грусть», даже раздеваться и начинать с Сережей было не так неловко, как натыкаться на эти слова.

У нас дома есть было два рыцарских меча.

Но Миша, как в том анекдоте, один сломал, другой проебал.

По-прежнему любимая и мудрая💔

Прочла вчера в "Коммерсанте" глубоко озадачивший меня текст, над которым продолжаю думать и сегодня. Если вам не захочется читать целиком (хотя он короткий и остроумно написан), то краткое содержание вот.

Партия "Справедливая Россия" и ее бессменный лидер кувалда-мэн Сергей Миронов провели тендер, в котором выиграл Российский Государственный социальный университет (РГСУ). За миллион рублей эксперты университета предложили улучшить культуру в патриотическую сторону. Начать процесс почему-то им кажется правильным с писателей - их необходимо передать в ведение Минкульта и там ввести контроль, учет, цензуру, плюшки и прочие хорошие вещи, которые позволят вновь вознести литературу на сияющие вершины, а не вот это вот все. Ну, и законодательную базу под это подвести, чтобы каждая собака знала, что у нас традиционные ценности, а что звенящая пошлость. В общем, обеспечение культурного суверенитета (это не я сказала, это прямо так и написано, честно).

Вот, например, такая инициатива прозвучала (к чести экспертов из РГСУ, это не они придумали и даже не Владимир Сорокин, а лично Сергей Миронов): «Ну что это за профессия — писатель? — рассуждал эсер.— А представьте себе, если во всех районах появится штатная единица "литературный работник", который будет заниматься просвещением, донесением до детей и взрослых тех самых посылов в соответствии с указом президента о традиционных ценностях. Почему бы нашим замечательным писателям не занять такую должность, работать и вообще-то получать какие-то деньги и абсолютно спокойно творить?».

В общем, там еще много такого же. И у меня тут, на самом деле, ровно один вопрос: эти люди (особенно профессура РГСУ интересует, конечно) вообще в книжные магазины ходят? Они как себе представляют нынешнее участие государства в писательском, книгоиздательском и книготорговом процессе? Они много видели книг с надписью "издано при поддержке государства"? Они что, реально думают, что какой-нибудь Владимир Григорьев (нынешний чиновник, отвечающий за книгоиздание в России) приходит к писателям и водит их рукой? И что успех Лии Арден, например, это его проект? Или что если убрать Григорьева, заменив его на Любимову (или, допустим, на Ямпольскую, которая ведает культурой в Госдуме), то бесконечные плачущие автофикшн-девушки рассосутся, а на их месте сами собой образуются патриотичные добры молодцы в камуфляже?..

Короче, куда в книгоиздательском процессе (не уничтожив его полностью) можно засунуть государство и его государевых литераторов? И почему взрослые люди за миллион рублей об этом вообще разговаривают?

У меня на сей счет такая гипотеза. Думаю, что Сергей Миронов просто перепутал литературу с кино. Посмотрев, как ловко на примере "Мастера и Маргариты" более удачливые (и, чего греха таить, более влиятельные) люди борются с кино, Миронов решил урвать и себе крохи культурной борьбы. И выбрал для этого себе объект по плечу, то есть довольно скромный - литературу (тут ведь что главное - не зарываться).

Но литература - не кино. Там мало денег, у нее маленькие охваты и, если честно, она худо-бедно выживает без участия государства. Конечно, снизить НДС на книги было бы невредно, но в остальном книжники сами выплывают. Блокбастер без денег не выдашь ( деньги же у нас теперь остались только государственные в той или иной мере), а бестселлер - запросто. А еще книг ОЧЕНЬ МНОГО - на порядки больше наименований, чем в кино. И контролировать их "идейное содержание" крайне сложно.

В общем, как обычно - голос громкий, но приказ неразборчивый. Эта сила определенно хочет зла, но пока, слава богу, не придумала, как его совершить.

Я, кстати, ту статью в «Коммерсе» тоже вчера прочла, но сразу улетела на жопной тяге в стратосферу от глупости и опасности самой идеи. И даже не придумала, что можно по этому поводу написать

Для текста о китайской литературе я брала комментарий у переводчицы Алины Перловой, которая очень интересно рассказала о цензуре в Китае. Поскольку текст мой был «обо всем на свете», по этой теме туда вошло совсем немного. Но канал Алины – отличный способ познакомиться и с этой темой, и с современной литературой Китая в целом. Все четко, по делу, живо и экспертно – прямо как я люблю

Еще вдогонку про китайскую цензуру:

Скоро на русском выйдет роман Янь Лянькэ – автора, которого часто характеризуют словом “запрещенный” (aka banned in China). Мне кажется, тут явно нужно искать какое-то другое слово, например, “нежелательный”, тем более само время его подсказывает)

Дело в том, что у нас действительно есть ряд китайских авторов, которых можно смело называть запрещенными, – их книг не найти ни в китайских магазинах, ни в интернете, упоминания о них чистятся. Например, Ма Цзянь или Юн Чжан (но она и пишет сразу на английском). Туда же метит Янь Гэлин – довыступалась про ковид, председателя Си плохим словом назвала) Такие авторы обычно давно живут за границей, публикуются там же.

А есть Янь Лянькэ, который живет в Пекине. В конце девяностых и начале нулевых, пока его еще не раскусили, брал материковые литературные премии одну за другой. А потом в 2006 году вышли “Сны деревни Динчжуан”, вот тогда все наконец и узнали, что он за гусь. История получилась громкая, некрасивая, издателя обязали изъять весь тираж из магазинов, издатель понес убытки, обвинил во всем автора, отказался платить гонорар, автор подал на издателя в суд, даже выиграл. Он остался членом союза писателей, но премии на материке ему больше не светят, как и почетные места в разных президиумах или контракты с кинокомпаниями. Причем сюжет “Динчжуана” даже лег в основу фильма “Любовь на всю жизнь”, но имени Янь Лянькэ нет в титрах – чтобы никто ничего не заподозрил)

Осенью я ездила на конференцию переводчиков китайской литературы в Нанкин и пожалела, что заранее не придумала какой-то жест, чтобы мы с другими переводчиками Янь Лянькэ могли друг друга узнавать, как масоны. Потому что из моего представления убрали все упоминания о том, что я переводила Янь Лянькэ, даже "разрешенные" вещи, у остальных переводчиков биографии тоже основательно почистили. Все равно мы друг друга узнали, но не сразу)

То есть писатель есть, но его как бы и нет. И издавать его как бы можно. Запрещенный? Нет, что вы, у нас никого не запрещают, просто материковые издательства не хотят нести убытки, а вдруг его книги никто не купит? Запрещенные книги? Да нет, упаси господь, автор сам отнес их в гонконгское издательство, ну захотелось ему так. Поэтому не запрещенный, нет. Просто немного нежелательный.

Ну и, как водится, побежала после поста заказывать книжку Янь Гэлин «Маленький журавль мертвой деревни». Положила на нее глаз еще в прошлом году, но проявила чудеса воли. А потом - оп! - и не проявила.

И опять немного Алексея Сальникова вам в ленту. Это я еще многое себе в блокнотик выписываю, а тут не делюсь, чтобы не утомлять:

Кстати, в том, что он не мог написать свою «Рождественскую звезду», тоже, по мнению Михаила, был виноват режим, при котором он прожил самую обширную часть жизни. Он так это объяснял: «В звезде чувствуется искреннее восхищение Рождеством, настоящая вера, которую отняли, и вряд ли можно такое уже вернуть, чтобы человек честно восхищался приходом праздника. Это все же не Новый год. А нынешний человек, и я тоже, привык за время, что ему с детского сада вдалбливали, как бы восхищаться вещами, за которыми для него ничего не стоит. Портретом Ильича, портретиком маленького Ильича на октябрятской звездочке. То есть вроде чувствуешь восхищение перед гением, рождающимся раз в сто лет, потому что вякни только, что тебе похеру галстуки трепещущие, кучерявый мальчик – даже непонятно, что будет, потому что никто и не вякал на этот счет. Деланое восхищение и убило настоящее, потому что не знаешь уже: правда ли тебя впечатляет что-то, или так просто в голову вдолбили, что и подумать не можешь, что тебя может это не восхищать.

Я сейчас на вебинаре про травму свидетеля, и тут такие новости

Помните:

-- если вас трясет, хотя вы не были знакомы с Навальным, это нормально. Смерть даже незнакомого или неприятного вам человека может травмировать, если вы о нем много знали (а мы все читали новости о нем много лет)

-- вы не виноваты, это не потому что пикетов было мало или что-то, виновники понятны и известны

-- вы можете сейчас позаботиться о себе и близких. А можете не заботиться. Не требуйте от себя большего, чем можете и хотите.

Обнимаю вас крепко, тюрьма не должна быть пыточной, тюрьма не должна быть местом смерти никого

Все закончится, а вы нет.

Ох, боль