Иностранцы не хотят расставаться с российскими госзакупками.

По данным DSM Group, доля иностранных препаратов на отечественном рынке госзаказа за первые семь месяцев 2023 года достигла максимальных значений за последние шесть лет. В деньгах она составляет 294 млрд рублей.

Несмотря на заявления о приостановке новых исследований и сокращении маркетинговой деятельности на территории РФ, поставки по госзаказу нарастили:

· Roche (Швейцария) - с 6,03% до 9,94%;
· Johnson & Johnson (США) - с 4,24% до 5,91%;
· AstraZeneca (Швеция) - с 4,19% до 5,11%.

В январе – июле 2023 года тройка лидеров заключила контрактов на 97,2 млрд рублей (против 80 млрд и 59 млрд рублей в 2022 и 2021 годах соответственно).

Россия для иностранных фармкомпаний – выгодный рынок, который не хочется терять. По итогам первого полугодия 2023 года его общий объем составил 424 млрд рублей. К тому же в последнее время прослеживается тенденция к расширению. Только на президентский фонд «Круг добра» ежегодно выделяют более 100 млрд рублей: средства идут на закупку дорогостоящих инновационных лекарств, 90% которых производится за рубежом, и в России их пока заменить просто нечем.

Трафик в магазинах фешен-ритейла в Москве в показательный период (1 августа - 13 сентября) увеличился на 17,8% год к году. Средний чек тоже вырос - но это, скорее всего, объясняется во многом ростом цен.

При этом постепенно расширяется предложение: работающих магазинов в ТЦ становится больше, растет конкуренция с онлайн-площадками.

По мнению экспертов-отраслевиков, текущая динамика посещаемости говорит о постепенном возврате к нормальному функционированию торговых центров.

Российские бренды начали шить одежду в странах СНГ: Киргизии, Узбекистане, Казахстане, Белоруссии. Зависимость от Китая, который долгие годы был главной "российской фабрикой", в этом вопросе стала сокращаться. Причины - увеличились сроки исполнения заказов, выросли цены и не исчезли сложности с логистикой.

Результат этого переезда почувствуют и потребители - вероятно, таким образом удастся сдержать цены на товары.

Ключевым отраслям потребуется 200 тыс. новых работников к 2030-му. Таков первичный прогноз у экспертов Минпромторга, т.е. 200 тыс. – это минимум. Речь прежде всего про фармацевтику, станкостроение, судостроение и беспилотные авиационные системы. В ведомстве рассчитали, что примерно 30% от необходимого числа кадров должны составить специалисты с высшим образованием, а остальные – со средним профессиональным.

Где взять такое количество новых рук – пока под вопросом. В НИУ ВШЭ ранее предупреждали, что использовать термин "дефицит кадров" в сложившейся ситуации неправильно, учитывая, что в России имеется огромный потенциал незадействованной рабочей силы. Речь про молодежь до 25 лет, предпенсионеров и пенсионеров, домохозяек, и всех тех, кто занят неформальной деятельностью. Однако те эксперты, которые дефицит признают, считают, что закрыть его только за счет безработных не получится.

Не способствует решению вопроса и Центробанк. Тот, ссылаясь на нехватку трудовых ресурсов как ограничитель экономического роста, ужесточает денежно-кредитную политику. Проблему нехватки кадров это никак не решает, а, наоборот, усложняет. Если не хватает рабочих рук, значит, нужно больше инвестировать в модернизацию и расширение квалифицированного персонала, но при высоких ставках это проблематично. Получается замкнутый круг.

Несмотря на высокие ставки, зарплаты все же растут (у 77% компаний за последний год), но растут медленнее, чем спрос предприятий на кадры и ожидания самих кандидатов. При этом в условиях кадрового голода далеко не всегда повышение зарплат позволяет этот голод удовлетворить. Помимо корректировки зарплатной политики компании могут тратить деньги на обучение людей, на повышение их квалификации, на релокацию и другие нематериальные формы привлечения и удержания сотрудников.

В перспективе сочетание различных форм стимулирования кадров может дать результат и частично решить вопрос их нехватки. В целом нужно работать над тем, чтобы постоянно сближать интересы работодателей и соискателей. Государство сейчас прикладывает большие усилия по снижению безработицы и поддержке граждан, однако поддержка в не меньшей степени нужна и самим работодателям. Во всем нужен баланс и тогда будет результат.

Свежие данные по инфляции в августе от ЦБ.

В прошлом месяце потребительские цены выросли на 0,28% (в июле – на 0,63%). С поправкой на сезонность месячный прирост цен замедлился, но остался высоким (0,75%, в июле – 0,96%). В среднем за три месяца лета месячный прирост цен составил 0,72%.

В августе замедлился, но все еще остался высоким прирост цен на товары и услуги с волатильной ценовой динамикой. Это замедление определило снижение месячного прироста индекса потребительских цен, наибольший вклад в которое внесли плодоовошная продукция, услуги туризма и транспорта.

По прогнозу ЦБ, в ближайшие месяцы годовая инфляция продолжит повышаться, что связано с нарастанием ценового давления. В этих условиях для ограничения масштаба отклонения инфляции вверх от цели и ее возвращения к 4% в 2024-му и потребовалось повышение ключевой ставки. С учетом проводимой денежно‐кредитной политики годовая инфляция по итогам года составит 6,0–7,0%, вернется к 4% в 2024-м и будет находиться вблизи 4% в дальнейшем.

Индекс RSBI, который фиксирует настроения малого и среднего бизнеса, в августе сохранил позицию в зоне роста, но впервые за полгода просел. С июльских 57,1 до 54. Причину долго искать не надо - ухудшение ожиданий предпринимателей из-за произошедшего ослабления рубля и повышения ключевой ставки.

Главная проблема бизнеса прямо сейчас - сокращение продаж (35% в августе, в июле -31%). Пессимизм относительно сбыта усилился из-за ожидаемого переноса курса в цены - сокращения ждут 23% МСП (18% месяцем ранее). Из этой проблемы вытекает неприятное следствие - сокращаются инвестпланы малых компаний. Увеличивать вложения планируют 26% респондентов (31% в июле). Нанимать персонал также стали сдержаннее - 26% МСП против 36% в июле.

Но при этом радует, что МСП не испытывают серьезных проблем с получением кредитов - новые займы получили 14% опрошенных (не сумели - 8%).

Промышленность в сентябре резко замедлила повышение отпускных цен - с плюс 24 до плюс 10 пунктов. Этот показатель - разница между теми, кто указал на рост цен, и теми, кто указал на снижение (опрос Института Гайдара). По данным экспертов, это "можно считать первым успехом борьбы регулятора с очередной волной российской инфляции".

ЦБ, правда, позитивной динамики в ценах не отмониторил. Зато зафиксировал то, что предприятия отмечали ускорения роста издержек в сентябре (из-за удорожания сырья и материалов после ослабления рубля, а также рост цены на топливо). В ЦБ ожидают, что реальных результатов борьбы с инфляцией следует ожидать несколько позднее.

Новым торговым центрам придется нелегко.

После 2022-го на российском рынке торговой недвижимости сложилась интересная ситуация. Арендаторов сейчас можно разделить на три основные группы: 1) бывшие международные бренды, сменившие юрлицо; 2) развивающиеся российские бренды; 3) международные бренды из дружественных стран, в основном из Турции и Белоруссии.

При этом новых брендов в стране становится больше. Только с начала этого года в страну пришло 11 международных (одежда, обувь, товары для дома), что говорит о привлекательности российского рынка для иностранных инвесторов. По данным же Союза торговых центров, в целом за 2023-й в Россию могут прийти свыше 20 новых зарубежных брендов – прежде всего через Дубай.

При всем при этом рынок торговой недвижимости показывает тревожные тенденции. Новые объекты, конечно, строятся, но по сравнению с предыдущими годами находятся на крайне низком уровне. Основная же проблема – это низкая заполняемость существующих торговых площадей.

Если у "старых" ТЦ с устоявшимся пулом арендаторов и сформировавшейся за долгие годы лояльной аудиторией всё в принципе неплохо, то новичкам приходится нелегко. Сказывается и изменение потребительских привычек населения, в т.ч. после пандемийного образа жизни, а также с развитием рынка e-commerce. Не стоит забывать и про падение реальных доходов.

В поисках самой низкой цены и экономии времени все больше граждан предпочитают маркетплейсы обычным ТЦ. Именно поэтому собственники ТЦ теперь чаще отдают предпочтения арендаторам, которые предоставляют населению офлайн-услуги, например, детские игровые комнаты.

Но на одних игровых комнатах на плаву долго не останешься. По этой причине сейчас на рынке есть реальные риски появления т.н. "мертвых моллов". И у властей уже сформировалось три основных подхода к ним: переделать ТРЦ под склады, разместить в бывших ТЦ производства либо полностью их снести, чтобы построить на этом месте жилые дома.

Но хоронить пока никого не надо. Оффлайн-рознице традиционно нужно больше времени для адаптации к новым реалиям. До сих пор продолжаются сделки по смене собственников и изменению названий брендов. Сам по себе этот процесс небыстрый, поэтому делать точные прогнозы по рынку торговой недвижимости тоже сложно.

Малому и среднему бизнесу надо больше производить.

Сейчас МСП в России – это торговый и сервисный бизнес, но совсем не производственный. На долю обрабатывающих производств приходится всего 10% по численности субъектов и 12% – по выручке. Если исходить из того, что в стране должна сформироваться "экономика предложения", тогда долю производственного МСП необходимо увеличивать.

В Институте экономики роста им. Столыпина считают, что следует стремиться к цифре в 20%. В Германии, например, внутри сектора МСП на производство приходится как раз больше 20%, а в Китае – свыше 40%. А в Японии вообще во всем обрабатывающем секторе страны 50% приходится именно на МСП. Все три страны, как известно, занимают 2-4-е места по величине ВВП.

Было бы идеально, если бы бизнес производил столько же, сколько и продавал, т.е. 50 на 50, говорят в "Альфа-Капитале". В "Деловой России" позиция посередине – на производство внутри МСП должно приходиться 30%.

В НИУ ВШЭ важнейшей задачей для развития этого сектора называют обеспечение МСП доступом к достаточным долгосрочным финансовым ресурсам. Эти средства необходимы не только для приобретения основных активов (например, сложных станков для производства продукции с высокой добавленной стоимостью), но и для получения лицензий и сертификатов, что позволит бизнесу масштабироваться и соответствовать высоким стандартам качества, установленным крупным бизнесом.

Помимо финансовых ресурсов не менее важна и сама среда – нужны поддержка промышленных кластеров, парков, создание зон разработки и адаптации технологий, общей кластерной инфраструктуры. В общем и целом необходимо повысить уровень налоговых, финансовых, административных свобод для производственных МСП. Тогда их доля возрастет.

Это важно, учитывая, что именно средние и средне-крупные предприятия могут стать опорным каналом роста частных инвестиций в новые производства, внедрения автоматизации, тиражирования инновационных технологий и т.д. А это в свою очередь будет двигать экономику вперед.