Вчера Ferrari выпустила ультракороткий пресс-релиз о том, что именно они будут поставлять силовые установки 11-й команде Формулы-1 с 2026 года. При этом сама команда дважды в релизе называлась Andretti.

Сегодня вышла новая версия этого же релиза (старая при этом доступна), в котором появились цитаты Грэма Лоудона и Фредерика Вассёра, а название команды поменялось на Cadillac.

При этом по непонятным причинам для оформления использована картинка из релиза о сотрудничестве Ferrari и HP.

Не люблю все эти мемы о клоунах, но 🤦🏻

Бывший руководитель Ferrari, ныне возглавляющий Sauber, Маттиа Бинотто на днях так прокомментировал самый громкий переход сезона: "Я бы не взял Льюиса Хэмилтона".

Бывший руководитель Sauber, ныне возглавляющий Ferrari, Фредерик Вассёр ответил ему: "Не уверен, что Хэмилтон захотел бы пойти в Sauber".

F1 TV стало приложением года на Apple App Store 2024. Оно заняло первое место в категории «Приложение года на Apple TV» "за создание лучшего в своем классе впечатления от просмотра и перенос болельщиков прямо в кокпит машины Формулы-1".

После тестов Марио Изола подробно рассказал о том, над чем работали в Pirelli и какие цели ставят на 2025 год. Как обычно, никаких сенсаций, хотя по-своему всё интересно, так что обойдёмся без цитат — некоторое саммари.

На 2025 год две главные цели — внедрение более мягкого состава C6 и снижение гранулирования. Судя по первым реакциям, добиться снижения гранулирования удалось, но точно судить сложно, так как заезды проходили в очень жарких условиях, нетипичных для Гран-при, что приводило к перегреву шин.

Изола сетует, что гранулирование и перегрев тесно связаны с износом, а с ним они бороться как раз не хотят — цель в том, чтобы шины изнашивались достаточно интенсивно, что заставляло бы команды использовать разные стратегии. При низком износе все будут совершать один пит-стоп в один и тот же момент, и борьбы не будет.

Сейчас в Pirelli пытаются разделить две эти проблемы: гранулирование и износ. Победить первое, не побеждая второе. Результаты тестов выглядят оптимистично, но это только предварительные выводы, в компании подробно изучат собранные данные в течение ближайших недель. Но в любом случае, говорит, для точных выводов придётся дождаться первых трёх-четырёх гонок.

Помимо прочего, Изола жалуется, что машины снова стали очень зависимы от чистого воздуха. Два года назад, когда только ввели граунд-эффект, это было не так, а сейчас уровень прижимной силы во время преследования другой машины сильно падает. Что, в свою очередь, приводит к перегреву шин.

Что касается состава C6, то по отзывам и результатам команд, он оказался довольно близок к C5. Правда, трасса в Абу-Даби днём плохо подходит для таких шин. На первом секторе шины были достаточно быстры, а уже к третьему теряли эффективность (третий сектор медленный и перегружает резину).

Говорит, что первоначальный план состоял в том, чтобы использовать C6 в Монако, Монреале, Сингапуре и Лас-Вегасе. Но окончательное решение будет принято уже после анализа результатов тестов. К ним могут присоединиться и какие-то другие трассы.

Вчера ещё хотел рассказать о Гран-при ЮАР, на секунду отвлёкся и забыл 🤦🏻 Давайте хотя бы сегодня. Всё же тему Гран-при ЮАР я освещаю не первый год.

Министр спорта ЮАР Гейтон Маккензи в интервью телеканалу SuperSport сказал: «Позвольте мне напомнить вам, что когда я объявил, что мой срок будет провальным, если мы не приведём Формулу-1, все смеялись, потому что южноафриканцы недооценивают себя. Но моя команда работала, мы вели переговоры, дважды встречались с Формулой 1.

В настоящий момент ситуация такова, и я впервые об этом говорю: мы собираемся объявить о создании комитета на следующей неделе. Затем комитет выберет, какой промоутер будет продвигать Формулу-1. Это произойдёт.

Гонка пройдёт в Кьялами. В Кьялами делают всё, что нужно. Боссы трассы Тоби Вентер и Вилли Вентер уже отлично поработали, приводя Кьялами к стандартам Формулы-1. Они вложили туда деньги, они тоже погружены в проект.

Они встречались с Apex, которая занимается трассой, чтобы привести её в соответствие со стандартами Формулы-1. Мы уверены, что будем принимать у себя гостей, и я думаю, что сейчас мы смотрим на 2027 год. Это случится. Этот момент всё ближе».

Целый год мы выставляли оценки пилотам после каждого Гран-при. Мы - это Эльмир Валеев, Евгений Кустов, Стив, Валентин Хорунжий (The Race) и Александра Шубина (Be On Edge), Александр Кожевников и Мария Мельникова. Пришла пора подведения итогов! Обычно технической поддержкой табличек занимаюсь я, но тут уже для меня задача была слишком сложной — так что, как и в предыдущие годы, нам помогал мой друг, который разбирается в Excel несколько лучше, чем вся команда Williams.

В этом году сложность была в том, что у нас, во-первых, было больше пилотов, чем обычно — 24. А во-вторых, было много пропусков этапов и замен. Так что из этих 24-х лишь 14 проехали все гонки сезона. Мы решили всё равно высчитать средний балл для всех пилотов, участвовавших в сезоне, но при этом добавили ещё одну колонку — с указанием числа проведённых ими гонок.

Тёмно-красным шрифтом выделено это число у двух пилотов, которые участвовали в Гран-при, но не участвовали в квалификации и гонке, и потому не получили от нас никаких оценок за этот уикэнд. Речь идёт о Пьере Гасли в Великобритании (где он из-за штрафа не участвовал в квалификации, а в гонке сошёл ещё до старта) и Логане Сардженте в Австралии (где он отдал свою машину Элбону).

В целом итоги предсказуемы. Макс Ферстаппен был лучшим в этом году, хотя его средняя оценка несколько ниже, чем в предыдущие годы. Второй Норрис, третий Леклер — всё, как и в чемпионате. Дальше вот различия — Пиастри заработал гораздо меньше голосов, чем очков. Но, возможно, время Оскара ещё просто не пришло.

Внизу тоже всё вполне предсказуемо. Сарджент, Дуэн, Перес, Чжоу, Стролл — те, кого больше всего в этом году критиковали (Дуэна понятно, недолго). Зато Колапинто, несмотря на аварии, впереди Боттаса и Риккардо. Всё же внимания к себе этот парень привлёк очень много.

Спасибо, что следили за нашими оценками весь этот год, друзья! Мы подумаем, что можно изменить в следующем году — есть некоторые идеи. Но пока отдохнём. Целых три месяца можно ничего не оценивать, это прекрасно.

Как и следовало ожидать, Генеральная ассамблея FIA утвердила поправки, практически ликвидирующие какой-либо контроль над деятельностью президента FIA, коим сейчас остаётся Мохаммед бен Сулайем (который и предложил эти поправки после того, как его несколько раз ловили как на финансовых, так и на этических нарушениях).

Регулярно вижу вопрос, почему при всём негативе в адрес Сулайема он остаётся президентом FIA. Напомню, как всё устроено.

Выборы президента FIA проходят при помощи голосования национальных автоклубов (то есть их руководителей) разных стран (по 1-2 на страну). При этом, как нетрудно догадаться, все автоклубы имеют равный статус и одинаковый вес голоса. В настоящий момент это 243 автоклуба в 147 странах.

Проблема состоит в том, что, во-первых, у всех разные приоритеты. А во-вторых, если в европейских странах автоклубы достаточно богатые и независимые, то в Африке — в основном бедные. Но при этом их несколько десятков. Такие автоклубы подвержены прямому или косвенному влиянию — не обязательно даже использовать прямой подкуп, можно просто пообещать дополнительные дивиденды автоклубу. Поверьте, для него это гораздо важнее, чем какие-то там этические проблемы в поведении президента FIA в какой-то там Формуле-1.

Плюс многочисленные ближневосточные автоклубы, которые сами по себе не назовёшь бедными, но там есть другие рычаги давления, и против бен Сулайема мало кто пойдёт.

В общем, при нынешней системе голосования свергнуть бен Сулайема очень трудно, если вообще возможно. И по сути, в мире есть только одна организация, которая может угрожать его позициям — это, собственно, Формула-1, приносящая FIA львиную долю доходов. Но нового противостояния никто не хочет.

Заявочный лист может легко корректироваться до начала сезона, но всё же отмечу, что и Дуэн, и Перес тут на месте. А вот напарник Цуноды не определён. Да, и команда называется Racing Bulls. Как говорится — официально.

С глаз долой — из сердца вон! Машины, на которых Льюис Хэмилтон выигрывал титулы, выставлены из музея Mercedes F1 в Брэкли на улицу!

На самом деле в Брэкли сегодня проходило прощание с Хэмилтоном, машины выставлены, чтобы каждый мог полюбоваться.

Авторитетнейший журнал Motor Sport, один из старейших автоспортивных журналов мира, в статье о Колине Чепмене, основателе Lotus, даёт вот эту фотографию с подписью "Дэймон Хилл на Гран-при Монако 1958 года в Lotus 12".

Ну да, конечно же. Дэймон Хилл, кто же ещё. Он как раз через два года родится.

Как-то так получилось, что недавно все принялись вспоминать Гран-при Абу-Даби-2021, и я с удивлением обнаружил, как много людей не понимает, что тогда произошло, каким был генезис и в чём проблема той гонки и того чемпионата. Каким-то удивительным образом реальность была побеждена мемами вроде "Нет, Майкл, нет", а из фразы "Верните Маси" исчез присущий ей изначально сарказм, и, кажется, многие сейчас принимают её за чистую монету. Ну что ж, давайте я расскажу, что же тогда случилось. Но для начала — немного о её главном герое, Майкле Маси.

Майкл Маси стал гоночным директором неожиданно, в начале 2019-го, после скоропостижной смерти занимавшего много лет этот пост Чарли Уайтинга. Так что поначалу ко многим его ошибкам, как в Турции-2020, где эвакуатор разъезжал по трассе одновременно с машинами Формулы-1, все относились с пониманием.

Но в 2021-м что-то такое произошло, и Майкл регулярно принимал решения, одно удивительнее другого. Одно из самых поразительных — Гран-при Бельгии. Первый и, надеюсь, последний случай в истории, когда гонщики получили очки за несостоявшуюся гонку.

Собственно, из-за ужасных погодных условий не должна была состояться и квалификация, но Маси её всё же провёл. Она была больше похожа на лотерею, и счастливый билетик в ней выиграл Ферстаппен, а вторым оказался Джордж Рассел на Williams.

В воскресенье погода была ещё хуже, ехать явно не было никакой возможности. Тем не менее, Маси начал подготовку к старту, хотя уже на прогревочном круге вылетел с трассы и разбил машину Перес. В конечном счёте, весь пелотон зачем-то проехал два круга позади автомобиля безопасности, вернулся в боксы, после чего гонку всё-таки отменили. Но из-за этих двух кругов в режиме SC гонка была признана состоявшейся, а пилоты получили половину очков. Таким удивительным образом без всякой гонки Макс сократил отставание от Хэмилтона на пять очков.

Но ещё до этого была гонка в Баку, которую Маси остановил красным флагом после аварии Ферстаппена, хотя многие считали, что в той ситуации можно было обойтись автомобилем безопасности. Собственно, за 15 кругов до этого точно такую же аварию потерпел Лэнс Стролл, и Маси обошёлся сэйфти-каром. Его спросили об этом после финиша, и Майкл заявил, что если бы он не остановил гонку, то она бы закончилась в режиме автомобиля безопасности, а он этого не хотел. Но умолчал о том, что вывесить красный флаг ему посоветовал Кристиан Хорнер, что попало в эфир.

Я не уверен, что Маси играл какую-то роль в безумных событиях Гран-при Сан-Паулу, где Хэмилтона дисквалифицировали перед спринтом за поломку планки DRS как за "непрошедшую проверку" (серьёзно, в решении стюардов прямо сказано, что у них нет сомнений в том, что это поломка, а не намеренные действия, но его всё равно оштрафовали), так как в результате с одной стороны DRS открывалась не на 85 мм, а на 85,2 мм.

Но вот в событиях Гран-при Саудовской Аравии Маси играл главную роль. В той гонке (в которой был один SC, четыре VSC и два красных флага), Ферстаппен обогнал Хэмилтона за пределами трассы, а их борьбой воспользовался также Окон, тоже опередивший Льюиса. Из-за этого Макс не мог вернуть позицию Льюису.

Штраф был неизбежен, но тут гонку остановили красным флагом. И Майкл Маси связался со спортивным директором Red Bull Racing Джонатоном Уитли и предложил ему на рестарте отправить машину Ферстаппена на третье место, позади Окона и Хэмилтона. А взамен стюарды не будут рассматривать инцидент, и Макс избежит штрафа.

Самое смешное, что хотя Ферстаппен от такой "сделки" явно выиграл, после финиша с критикой на Маси обрушился Хорнер. "Мы были словно на базаре, — сказал Кристиан. — Нам очень не хватает Чарли Уайтинга". А через неделю был тот самый Гран-при Абу-Даби. Давайте вспомним, как это было.

Перед финальным Гран-при у Хэмилтона и Ферстаппена было одинаковое количество очков (по 369,5). Квалификацию выиграл Ферстаппен (за счёт слипстрима от Переса), Хэмилтон стартовал вторым, но уже на старте прошёл Макса и начал уезжать. В Red Bull задействовали Переса, отложив его пит-стоп. Активно обороняясь, Серхио помог Максу сократить отставание с 11 до 1 секунды. Но после того, как Льюис всё же расправился с мексиканцем, он снова быстро оторвался.

На 36-м круге в Red Bull Racing воспользовались VSC, чтобы сменить шины. На свежих шинах Макс сокращал отрыв, но недостаточно быстро. За 16 кругов он отыграл у Льюиса всего 6 секунд из 17-и. До финиша оставалось лишь несколько кругов. В Red Bull уже понимали, что битва проиграна, их спасёт только чудо. И чудо произошло, но у него есть имя и фамилия.

На 52-м круге (из 58-и) в аварию попадает Латифи. На трассу выезжает автомобиль безопасности. Никакого выбора у стратегов тут нет — в Mercedes не имеют права зазывать Льюиса в боксы, так как в этом случае он потеряет лидерство, а SC может продержаться до финиша. Поэтому он остаётся на трассе.

Для Red Bull всё ещё проще — они должны "делать наоборот". Если бы Хэмилтон заехал в боксы, Ферстаппен бы остался на трассе. Так как он не заехал, Макс отправляется в боксы за свежим Soft. Он вернулся вторым, а автомобиль безопасности уничтожил отрывы. Однако из-за пит-стопа между Максом и Хэмилтоном оказалось пять круговых (Норрис, Алонсо, Окон, Леклер и Феттель).

В этот момент у Маси было несколько разумных и корректных решений. Самым простым было следовать обычной процедуре. Убрать разбитую машину, позволить круговым вернуться в круг с лидером, подождать, пока они догонят пелотон и дать рестарт. В этом случае, правда, скорее всего гонка продолжалась бы всего пару сотен метров, от заезда в боксы до линии финиша, но что поделаешь. Маси в этом не виноват, к нему никаких претензий бы не было.

Можно было бы не позволять круговым возвращаться в круг. Это сэкономило бы время и мы бы увидели один круг борьбы — правда, прежде, чем атаковать Хэмилтона, Максу пришлось бы обгонять пять круговых машин. Но с другой стороны, он же сам пошёл на это, заехав в боксы за свежей резиной, верно? Возможно, он успел бы их опередить и атаковать Льюиса, возможно — нет. Мы этого не знаем. Но такой результат можно было бы признать справедливым.

Наконец, можно было остановить гонку красным флагом, чтобы время не шло — как Маси сделал в Баку. Мы бы получили полноценный старт и целых пять кругов борьбы между лидерами на одинаковых шинах (так как под красным флагом их можно менять, и все бы поставили Soft). Наверное, кто-то бы поворчал, что гонку остановили ради борьбы, а не из-за безопасности. Но небольшая натяжка в трактовке правил была бы вполне понятна.

Однако Маси принял четвёртое, совершенно удивительное решение. Гонка продолжилась в режиме SC, Хорнер вышел на связь и потребовал убрать круговых. Но уже начинается 57-й круг... И тут Маси подряд объявляет, что SC покинет трассу на этом круге, и одновременно позволяет обогнать лидера только тем пятерым круговым, что разделяли Хэмилтона и Ферстаппена. Трём остальным, вопреки регламенту, обгонять пелотон не позволили.

Прошло три года, а я до сих пор не могу понять, как Маси удалось такое придумать. Я понимаю, когда строго следуют процедуре, даже если это вредит борьбе. Я понимаю, когда ради борьбы немного отступают от процедуры. Но Маси сделал удивительную вещь — он нарушил процедуру ради того, что навредило борьбе. С самого старта, 57 кругов гонки титул выигрывал Льюис Хэмилтон. А на 58-м Маси просто взял и подарил его Максу. Буквально назначил того чемпионом, своим единоличным решением, вопреки ходу борьбы.

Конечно, без круговых на старом Hard у Хэмилтона не было никаких шансов против Макса на свежем Soft. Макс легко вышел вперёд и финишировал в двух секундах впереди. И да, я понимаю, что Тото Вольфф, стучащий наушниками по столу, это очень забавно. Но на самом деле в несправедливости нет ничего смешного. Вполне нормальная реакция на одно из самых грубых и бесцеремонных ограблений в истории спорта.