Всем любителям крючкотворства и архаики посвящается: лондонский суд Олд-Бэйли (который давно переехал в здание Нью-Бэйли), открыл и опубликовал свои архивы.

Вот справочник по годам.

Помните, мы писали, что лондонский Сити формально вообще не часть Англии, не часть Лондона, а отдельный город с самоуправлением, и не подчиняется Парламенту и королеве? Ну вот Олд-Бэйли такой же отдельный уголовный суд Сити, не входящий в британскую судебную систему и не подчиняющийся королевским властям.

Говорят, в своё время для судей Олд-Бэйли было нормальным выносить приговоры в состоянии алкогольной упоротости, а корпорации Сити в промежутках между заседаниями устраивали для них пиры. По словам историка Уильяма Хупера, в 1807 году за 19 дней судебных слушаний в Олд-Бэйли судьями и гостями судей (!) было выпито 1450 бутылок вина.

В архиве судебные дела с XVII до начала XX века.

Ткнешь случайным образом (поиск по категориям тоже отлично работает) и погружаешься в прошлое: куча свидетелей, часы нашли у обвиняемого, всё из-за того, что он вытащил их у пьяного знакомого, когда тот напился в пивной. Но... оправдали.

Тут же двоеженство, тут же ужасное растление малолетних и гомосексуализм: уговорил пойти бухать, а в пивной засунул руки юноши в свои брюки, а свои – к юноше. Приговорили к позорному столбу и двум годам тюрьмы.

Тут же двое любились по очереди: каждому врезали статью 'нападение на английского подданного с целью содомии'.

Новый директор школы перепортил полдюжины десятилетних пацанов. Звал к себе в кабинет, сперва порол, потом мозги пудрил, потом соответственно всё остальное, потом снова порол. Позорный столб, три месяца тюрьмы и двадцатка фунтов сверху.

Ирландец в Лондоне напился и кричал "вы тут еретики, не сметь папу Римского оскорблять, вас за это зарезать мало, свиньи протестантские". Судили за недозволенные антигосударственные речи. Оштрафовали.

Забавно, ругался он 30 октября, за неделю до Славной революции, а судили уже после. Если бы James II (он же Яков Стюарт) все еще был бы на троне, дали бы ирландцу штраф?

А ещё в XVII веке в Британии были пенсионеры и кафе! Ещё один обвиняемый шатался по "кафе и пабам" и всем рассказывал, что товарища Кирова, ой, ну то есть, сэра Годфри убили вовсе не католики-паписты, а троцкисты-пресвитериане...

На свою пенсию в 20 шиллингов в неделю (ого!) мог себе позволить.

За ссылку, конечно, спасибо замечательной Митриллиан из ЖЖ.

Чучуть опять про классовое расслоение в Бриташке, опять из кейтфоксовой "Наблюдая за англичанами".

1. Обряды рабочего класса.

Как правило, «обряды перехода» рабочего класса самые дорогостоящие (если судить по уровню затрат относительно уровня доходов).

Например, свадьба в среде рабочего класса — это почти всегда большое «событие» с ужином в ресторане, пабе или гостинице, это большой модный автомобиль, на котором невесту доставляют в церковь; нужное количество похожих одна на другую подружек невесты в облегающих открытых платьях; огромный трехъярусный торт; гости в новеньких изысканных нарядах с подобранными по тону и стилю аксессуарами; профессиональный свадебный фотограф и фирма, снимающая свадьбы на видео; многолюдная шумная вечеринка с танцами, алкоголь льется рекой; медовый месяц на каком-нибудь курорте с жарким климатом.

«Мы за ценой не постоим». «Все самое лучшее для нашей принцессы».

2. Обряды среднего класса и преуспевающего среднего класса.

Радеющие за свой социальный имидж представители этих категорий населения, прежде всего из числа образованных «болтливых» классов, проживающих в городе, озабочены не столько тем, как бы все устроить «правильно», сколько тем, чтобы устроить это по особенному.

Стремясь отличиться и дистанцироваться от средних слоев среднего класса, они стараются избегать не только вычурности, но и «традиционности». На их свадьбе не могут звучать «старый добрый свадебный марш» или «те же избитые утомительные гимны», как на свадьбах среднего слоя среднего класса.

У них появление невесты в церкви сопровождается малоизвестной музыкой, которую никто не узнает и которую гости активно обсуждают все то время, что невеста шествует к алтарю. Они выбирают малоизвестные трудные гимны, которые никто не может петь. Зачастую по этому же принципу они накрывают и свадебный стол: блюда «необычные», с выдумкой, но есть их не всегда легко и приятно. То же и в одежде: платья по последней моде, но носить их не всегда удобно.

3. Обряды высшего класса.

Свадьбы высшего класса более традиционны, хотя и не в стиле низших и средних слоев среднего класса, строго придерживающихся свадебного этикета, описанного в справочниках. Представители высшего общества привычны к большим приемам — благотворительные балы, балы охотников, большие званые обеды и ужины, крупные события светского сезона являются неотъемлемыми составляющими их повседневного существования, — поэтому они не сходят с ума из-за свадеб и других «обрядов перехода», как мы, все остальные.

Свадьба в высшем обществе — довольно спокойное мероприятие, самое обычное дело.

Его представители не несутся сломя голову в магазины покупать новый наряд «по случаю свадьбы», так как в их гардеробах много подходящих туалетов. Мужчины надевают парадные костюмы для утренних и дневных приемов. Что же касается женщин, для скачек в Аскоте может и следует приобрести что-то особенное, но, как сказала мне одна знатная дама: "Так часто приходится бывать на свадьбах — не будешь же каждый раз менять гардероб".

—

В общем, бедные верхнесредние: всё время подчёркивать свой статус, всё время волноваться, как бы тебя не приняли за "просто средний" или "рабочий"...

Как в н-цатый раз вытекает из работы Кейт, самыми свободными в Британии себя считают работяги и суперэлита: первые просто радуются жизни, вторые забивают на всё болт, потому что деньги, связи и семья освобождают их от общественных условностей.

А вот "вырвавшиеся снизу", ооо, нет бОльших поклонников этикета и подчёркивания своих отличий и "инаковости", чем в среднем классе общества, они всегда зажаты правилами и обязательствами, и всегда боятся "того, что подумают соседи".

Учитывая, что класс можно сменить только через поколение (даже сверхразбогатевший коммерсант не будет вхож в элитные клубы, туда пустят только его сына — как и поднявшегося и купившего дом в центре слесаря или ремонтника каких-нибудь яхт будут помнить до смерти именно ремонтником-наладчиком), то участи "среднего класса" не позавидуешь, конечно: неврозы и психоаналитики через одного.

Кстати, на тему классов и всего прочего: в 1987 году Нил Киннок, тогдашний лидер лейбористов (неплохой и достаточно искренний дядя, правда, травмированный эпохой Тэтчер и веривший, что для того, чтобы состязаться с Тэтчер и Рейганом нужно открутить в партии головы всем левакам и стать "ближе к обывателю") произнёс речь о том, что он (1942 г.р.) — первый из рода Кинноков, насчитывающего тысячу лет, который смог попасть в университет и аспирантуру.

(Собственно, "почему я первый из Кинноков в аспирантуре? потому что лейбористы выиграли выборы в 1945 и построили английский социализм для таких шахтёров как я, который госпожа Тэтчер сейчас разломала")

Эту фразу украл у него... Джозеф Байден (да, тот самый), который в 1988 году уже пытался стать кандидатом в президенты США от демократов.

Почему я, Джо Байден, первый в истории моей семьи, кто смог поступить в университет? Почему моя жена первая из её семьи, кто смогла поступить в университет? Неужели это потому что наши матери и отцы были не так умны, как остальные? Неужели мне нужно признать, что я умнее, чем остальные мои предки, которые не смогли этого сделать? Нет, причиной несправедливость...

(Байден прекрасен тем, что будучи весьма консервативным и тусклым политиком, когда представлялась возможность, не стеснялся рекламироваться через прогрессивные идеи)

Республиканские медиа немедленно назвали его вором и Байден с ворованной речью вылетел из предвыборной кампании-88. Постфактум выяснилось, что куски своих речей он также заимствовал у Кеннеди и вице-президента Хью Хамфри.

После этого Байден даже судился с Майклом Дукакисом, своим оппонентом: Дукакис сделал видеонарезку речей Киннока, Кеннеди и Байдена и распространял её на конференции демократов.

Птичка на хвосте принесла прекрасное: "Борис Джонсон, прозванный за свою жажду власти Николаевичем"

Посоны (и посон_ессы) из UK Youth Communist League выпускают довольно милые плакаты на злобу дня: вот теперь про полицейское насилие.

Несмотря на крайне осторожное отношение общества к открыто 'коммунистическим' названиям, 'юные коммунисты' после 2017 года сильно поднялись и имеют кучу ячеек по городам Британии, сохраняя сильное влияние в профсоюзах и студенческих кампусах, да и в промышленных городах жилые кварталы часто оклеены их стикерами или забиты их граффити.

И старый перепост, чуть про традиционную публичную политику – надеюсь, станет понятно, почему запрос на honesty politics и политиков-популистов, зачастую грубых, прямых, ужасных, но не юркающих в сторону, так взорвал старую Европу в 2010-х.

Часто приходится слышать кретинские вопросы типа “Можем ли мы быть уверены, что большой начальник X действительно приказал совершить действие Y?”. Например, приказывал ли он лично ликвидировать того или иного оппозиционного деятеля?

Вообще-то людей, задающих такие вопросы, следовало бы лишать дееспособности. Был такой Мартин Ломэсни, массачусетский политический деятель и “хозяин” бостонского Вест Энда начала XX в. Так вот он сформулировал прекрасное правило: “Никогда не пиши, если можешь сказать, никогда не говори, если можешь кивнуть, никогда не кивай, если можешь подмигнуть” (Never write if you can speak; never speak if you can nod; never nod if you can wink).

Рубите фишку? Кретины считают основным качеством политика умение брать на себя ответственность. Но в реале-то дело обстоит наоборот: важнейшее для начальника качество - это как раз умение снимать с себя ответственность. Например, не отдавать прямо заведомо преступный приказ, а устроить дело так, чтобы подчиненные сами догадались, что начальнику нужно. И действовали как бы по собственной инициативе, так чтобы снять с начальника всякую ответственность.

В художественной литературе это кстати хорошо описано - см. главу “Как прокуратор пытался спасти Иуду из Кириафа” в “Мастере и Маргарите”.

Хороший пример такого снятия ответственности с себя любимого, вернее, любимой - это казнь Марии Стюарт. Находясь в Англии под арестом, Мария плела против Елизаветы заговор за заговором. После раскрытия очередной попытки покушения свою жизнь, Елизавета объявила своим министрам: тут уж либо я, либо она - если Мария будет жить, то меня не будет.

Те по быстрому организовали суд и приговорили Марию к смерти. Сын Марии, шотландский король Яков, написал Елизавете письмо с просьбой сохранить жизнь его матери. Та ответила, что разумеется сделает все возможное. В реальности она не сделала ничего и Марии-таки отрубили голову.

И что сделала Елизавета? Немедленно объявила произошедшее “ужасной случайностью” (terrible accident) - дескать ее советники действовали без ее ведома, а сама она даже предполагать не могла, что Мария реально будет казнена.

Вопрос - давала ли Елизавета прямое указание казнить Марию? Нет - она тщательно этого избегала. Но давала ли она понять, что казнь Марии необходима? Да, несомненно. А там уже ее министры должны были сами сообразить, что делать. Но прямой ответственности за экзекуцию Елизавета на себя не брала.

Возвращаемся к старому диспуту с @reviewsreview: нанимают ли британцы румынов для работы на фермах просто потому что они дешевле и дают большую норму прибыли, или же потому что румыны ближе к земле, имеют агротехническую специализацию и быстрее работают в полную силу, чем городские британцы?

Старая статья в Гардиан как раз негодует: на дворе коронакризис, все ищут работу, а фермеры не хотят брать британцев в рабочие на своих фермах.

С одной стороны, десятки горожан, попробовавших пройти собеседование для подработки, пишут гневные письма во всякие Спортлото: и жить в фургончике, и в работе отказали, даже не дав пройти собеседование, и нельзя приезжать со своей автомашиной и парковать её у фермы.

В общем, как пишет Чей Хани, пытавшаяся устроиться сборщиком салата после того как её работа по организации музыкальных фестивалей превратилась в пыль, "всё заточено под мигрантов: не то, чтобы британцы хотели особого обращения, но фермеры вообще не хотят улучшать условия труда, потому что есть румыны, которые готовы спать в грузовике, не ходить по магазинам и не просить выходных".

Женевьева Блэк вроде как тоже подтверждает: "я попробовала записаться на десять разных сезонных работ и везде мне отказали, британцев считают слишком ленивыми, но на самом деле, условия просто ужасны".

Отвергнутые фермерами и агрохолдингами британцы даже создали особую группу в фейсбуке, Jobs For Camper Nomads — мол, дайте нам возможность работать и приезжать на своих машинах, подстройте фермы под нас, создайте условия, и мы перевернём вам сельское хозяйство, правь, Британия, полями!

Представители фермерских профсоюзов разводят руками и отвечают: котятки, вы слишком давно жили в городе, на земле нет праздников и выходных, работать придётся 39 дней из 40, иначе урожай сгниёт, а горожан мы не берём потому что они нежные и капризные. Жизнь в сельхозе это не туризм по выходным с пастушками и коровками.

Интересно, это можно считать первым массовым столкновением городских хипстеров с агрокультурой? (Жена 1/2 редакции Пшеничных Полей вспоминает, как всё детство и юность летний период проводился на садовом участке — никаких свиданий, надо сажать/полоть/копать картошку, отдых от земли есть только зимой)

Исследование фактчекингового агентства FullFact вроде бы подтверждает гнев фермеров по отношению к городским: из 35 000 человек, выславших резюме, на собеседования явились только примерно 5 500 человек, остальные прогуляли, а явившихся было сложно уговорить на временный характер работы: "окей, мы нанимаем тебя на 10 месяцев, и всё".

В целом британский сельхоз нанимает каждый год примерно 80 или 90 тысяч временных работников, так что кому-то нужно будет поджаться и "жить по средствам" — хотите вы или не хотите, но вам придётся обучать городских с нуля, потому что затыкать дыру всё же необходимо.

Не менее любопытно то, что иностранцев в страну традиционно приезжало примерно те же 35 000: то есть 60% всё же искали внутри Юкеши, набирали из своих.

Часть фермеров уже объяснили, что это просто в апреле-мае работы не так много. Вот иное обещает Том Брэдшоу, глава профсоюза производителей сельхозпродукции: "летом начнётся вал работ, будет огромное количество вакансий и мы будем хватать всех, перестаньте негодовать".

Нельзя, конечно, сказать, что кто-то однозначно прав или неправ: фермеры работают с землёй и реальностью, данной им в ощущениях — вот у тебя есть тёплые месяцы, убейся и сделай работу. В это же самое время возмущённые горожане и прочая творческая интеллигенция тоже в чём-то правы: получается, что условия работы на земле адские и никто не собирается их как-то двигать, менять или улучшать — по крайней мере потому что всегда можно было пригласить условных румын: окей, а румыны не заслуживают бОльших денег, больших гарантий и всего такого? они же не муравьи, тащащие щепочки в британскую экономику.

ППТМ хотят напомнить вам, что BBC в своё время делала хороший научно-популярный сериал про особенности фермерского хозяйства в разные времена и эпохи: "Ферма времён..." (Тюдоров, Стюартов, Виктории, войны, нужное подставить).

И там, да, хорошо видно, как ролевики-реконструкторы и студенты истфака вместе со съёмочной группой первое время впадают в ступор от того, насколько активное время работы на земле ограничено природными условиями: временем года, световым днём, погодой, осадками, почвой, и насколько много приходится пахать и тащить (а работают они инструментами и по книгам соответствующих эпох).

Но. Но. Может быть, зелёная революция и механизация пришли не зря, на дворе всё же XXI век — и прикрываться "объективными сложностями отрасли" можно не до бесконечности?

Очень наивная такая статья от британских коммунистов: 'Корбин был нашим Гапоном, следующим придёт наш Ленин'.

Там и сравнение деда с Розой Люксембург, пишущей в дневнике перед тем, как быть схваченной и убитой фрайкоровцами, что 'всё происходящее есть огромная школа для масс', и искреннее использование имени Гапона для похвалы – мол, это не тот Гапон, который оказался полицейским осведомителем, а тот Гапон, который бросил толпу к Зимнему дворцу, чтобы мирным путём договориться с царём, веря, что если привести сто тысяч, то всё возможно (товарищи, где вы такую траву берёте?)

И вывод у юкей-коммунистов один: Корбин и его революция были последними попытками изменить общество и экономику мирным путём, просто политически поменяв общественный договор – и именно потому что блэристы и олигархи задавили идеалиста Корбина, следующим придёт суровый британский Ленин, выучившийся на ошибках доброго Джереми.

Корбин был совершенно искренне и благородно возмущён тем, что в современном и успешном обществе считается нормой, когда безвылазное существование одной части общества на дне оплачивает успех и развитие другой, цветущей части общества. Корбин был первым, кто вынес эти проблемы наверх, заставил Парламент обсуждать рядовые для окраин и неимущих проблемы, а не геополитику и патриотизм.

Он видел проблему, но был не готов вести дальше.

Провал 'проекта Корбин' был Кровавым Воскресеньем, аналогом стрельбы в толпу, после которой низы хмурятся и берутся за совершенно другие способы. При Корбине на избирательные участки впервые пошли люди, которые раньше считали, что от них ничего не зависит, что политика не для них — сейчас они не уснут и не вернутся к тому тихому отчаянию, в котором жили раньше. Они попробовали высказаться и им понравилось.

Джереми разбудил их и, указывая на них, попробовал договориться с элитами по хорошему, "сверху".

Демократический порыв снизу был задушен на корню, против него было брошено всё, что имелось у британской элиты, и Корбин вырыл свою могилу, отказавшись идти до конца, остановившись на полпути, согласившись смягчиться, обтесаться, либерализоваться и проиграть – значит, идущий по его стопам будет не таким добрым и демократичным, и будет использовать яд против яда, огонь против огня, клевету против клеветы.

'Вместо решения проблем британского общества, вместо ответов на вопросы, правящий класс уничтожил Корбина, последнего политика, который верил в решение проблем мирным путём. Бурлящий котёл запечатали ещё сильнее, веря, что стенки выдержат. Теперь у нас нет клятв, присяг и обязательств, теперь всё дозволено.'

Чуть коснёмся американских протестов: любопытно посмотреть на разницу в дифференциации доходов чёрного и белого населения в США и в Юкеше.

В Соединённых Штатах сейчас средняя чернокожая американская семья зарабатывает примерно 12% (двенадцать процентов) от доходов белой семьи.

По другую сторону Атлантики же чернокожие британцы в среднем зарабатывают 91% дохода своих белокожих коллег.

Разница в семь с половиной раз.

Разумеется, с такой дифференциацией расовые бунты и безвыходность положения при рождении в гетто никуда не денутся — Пикетти и Стиглиц сколько лет уже твердят о радикализации среднего и рабочего классов американского общества: успехи детей всё больше и больше определяются тем, чего достигли их родители и с какой ступеньки стартовал ребёнок, а бедность и безысходность воспроизводят сами себя (и у вайт треша тоже, там спираль в ад, при этом у боссов премии куда жирней, чем у их аналогов времён Никсона и Картера).

Примерно поэтому небелое население США и вспыхивает после каждой провокации — соседей сверху по социальной лестнице оно ненавидит и небеспочвенно подозревает, что чужие успехи American Dream оплачены их безнадёгой и сверхэксплуатацией. Шансов в жизни оно не видит, поэтому либо почасово работает у Безоса, либо громит магазины.

В Британии всё лучше — и исторически, и в связи с относительно грамотной социальной политикой.

Нужно, конечно, отметить, что, в целом, негры успешно имплементировались в британское общество ещё в XIX веке: несмотря на торговлю рабами, на территории самих Британских Островов рабство классическое исчезло примерно начиная с 1100 года, когда единственной формой стало рабство долговое.

Те чернокожие, которые смогли осесть на Островах, работали слугами — но не были рабами и сами выбирали себе хозяев. К середине XVIII века примерно два-три процента населения Лондона были чернокожими, а к XIX веку, несмотря на появившийся научный расизм, негры Великобритании занимали посты и в государственном аппарате, и в банковском деле и в промышленности.

На самом деле, викторианская Англия всегда унижала неимущих больше чем иностранцев — поэтому нередки были совершенно дикие для США истории, когда темнокожий британец выигрывал суд у белого, забирал по итогам бизнес-разборок его дом и имущество или сажал белого компаньона в долговую яму. В общем и целом, к темнокожим в стране относились нормально: пробился в жизни, ну и молодец, значит, человек дельный, а беднота сама виновата, будь она хоть в тысячу раз белей.

(Не стоит забывать, что место, собственно, негров, в британской социальной лестнице занимали ирландцы, "белые негры" — если на приличной улице айриш покупал дом, то все дома вокруг падали в цене, ирландцы же алкаши, разбойники, католики и лентяи, ещё и наших женщин развращают. Неудивительно, кстати, что в двадцатом веке ирландский вопрос бомбанул не хуже расовых бунтов за океаном)

В итоге, как таковой, "вопрос гетто и рас" в современной Британии отсутствует — англичане фырчат на поляков и пакистанцев, но, по статистике, хуже всего приходится бангладешцам и вьетнамцам — они, о ужас, зарабатывают всего 79% от средних зарплат коренного населения: в общем, британское правительство старательно разряжало бомбу национального неравенства доходов и возможностей.

(И в США и в Британии, кстати, есть национальные группы, которые зарабатывают в среднем по больнице больше, чем белое население — это корейцы и китайцы)

В конце концов, при Тэтчер все страдали честно и одинаково.

Британцев любого происхождения примиряет то, что кроме истэблишмента и upper classes все примерно в равном положении: если уж плохо, то равномерно плохо всем. Да, в Лидсе и в Бирмингеме жить хуже, чем в Лондоне, но в деиндустриализованных регионах, опять же, жить плохо всем одинаково — и чёрным, и белым, и цветным. А в экономическом пузыре юга страны жить хорошо — и, опять же, всем в целом примерно одинаково.

А в бедной прослойке населения, в low-income classes, которые ходят в фудбанки за бесплатной едой, все цвета представлены вперемешку.

We are struggling together. Вот слова "тугезэ" в США как раз и не хватает.

Так, поскольку Джонсон с этого понедельника разрешил максимум шести людям собираться в одном помещении, то мы надеемся, что либдемы наконец-то проведут свою партийную конференцию, АХАХАХА.

Дорогие читатели и все, примкнувшие, спасибо за критику (отдельное спасибо Валентину со скрытым профилем, жаль, не можем его признательно затегать) — в общем, да, в статье про расовую/национальную дифференциацию доходов можно заметить разные методики подсчёта в разных местах.

Краткий комментарий Полей: мы считаем, что в среднем по больнице уровень дохода прямо пропорционален стоимости имущества, имеющегося в собственности. Условно, у студента, зарабатывающего $10, есть домик за $1000, а у банкира, зарабатывающего $50, есть домик за $5000 — исключения есть только "на верхних этажах", когда уже далеко не весь доход конвертируется в блага и собственность, а уже инвестируется или откладывается. Поэтому всё норм и эквивалентно.

Более полный комментарий Полей: мы чуть зашиваемся, поэтому более подробный разбор вопросов и ещё кучей статистики будет позже, но мы всё равно всех любим. Пишите письма, подмечайте недочёты.

Соответствующий раздел Википедии физически больно читать – раздробленность более левых, чем лейбористы, политических сил Британии давно стала анекдотом, и в таком виде попала в монтипайтоновское «Житие святого Брайана», там, где еврейские повстанцы спорят о «Народном фронте Иудеи» и «Иудейском фронте народа».

К счастью, наши друзья смогли хотя бы частично разобраться в том, кто на ком стоял и откуда что пошло.

Краткий обзор коммунистических партий, действующих в Великобритании — как не запутаться в этих аббревиатурах.

https://comprosvet.livejournal.com/1275075.html

Никто:
Даже Собянин:
Мэры Манчестера и Ливерпуля: face off in DJ battle of the North West

Бывший сотрудник Букингемского дворца рассказал сколько человек обслуживает королевских корги и подробно описал их меню. Что касается личных лакеев псов, то их было два: каждому пёсику по одному лакею по прозвищу Догги 1 и Догги 2. Меню – изысканное по-собачьи: тонко нарезанное мясо и не единой косточки, чтобы, не дай бог, нежные пушистые жопки не подавились. Чтоб вы понимали, повар у корги тоже был личный, именно он следил за толщиной кусочков и отсутствием лишнего в их блюдах. Итого получается 3 человека для 2-х собак. Желаемый уровень жизни: корги королевы.