Жалко, что пятую серию и это гениальное HOLD THE DOOR не обсудить ни с кем в соцсетях: уважаю чувства несмотревших и ненавижу, хотя казалось бы, спойлеры в лоб.

Приснился, что участвую в каком-то финале "Открой рот!" (может, в местном, может, в сибирском) в любимом Красноярске. Финал проходит в большом светлом помещении, из-за окон во всю стену похожем на автосалон (концертная студия "Серебряного дождя"?), и я, по всей видимости, собрался выигрывать. То есть сам я не вижу, как читаю, но зрители хлопают сильнее, чем землякам, и Лопатина постит в фейсбук фото с подписью: никто, мол, уже от него ждал, а вот вам, второе дыхание. А у Фаустова поезд скоро, то есть сразу после финала брать такси и мчать на вокзал, и он спрашивает меня: ты поедешь тем же поездом? Я соглашаюсь, начинаю где-то за кулисами переодеваться, чтоб не спешить потом, и тут объявляют выход всех финалистов на сцену для последнего раунда. Я выхожу и обнаруживаю, что забыл надеть джинсы. То есть стою на сцене в майке и трусах. Всем более-менее насрать, я как-то отшучиваюсь, в общем, ладно, прорвёмся. Но тут мне дают бумажку со стишком для прочтения, я успеваю увидеть, что это стишок, который я точно могу прочитать на все шестёрки, и уже настраиваюсь на победу. Но вдруг оказывается, что мне нечаянно вручили все бумажки, просто моя верхняя, другие читчики кидаются на них коршунами, расхватывают, и у меня в руке остается какой-то другой стишок, который я даже не могу ни прочитать, ни понять, где у него начало (а он с обеих сторон бумажки), и стою я как вкопанный, пялюсь в бумажку, время идёт, и я понимаю, что всё, трындец, финал я слил. Кошмар, в общем. И тут я просыпаюсь от света в окно, где-то за полтора часа до первого будильника, и обратно в этот жуткий сон уж точно не хочу. Спасибо ранним рассветам, как говорится.

И для чего мне еще нужен телеграмный канал, как не для пересказа снов.

День в Мурманске, день в Териберке, день в Москве, второй день в лесу под Владимиром - ездил бы и ездил, если бы в родном городе не оставались те, по кому не могу не скучать.

Призрачная Колыма мне снилась еще полгода после незабвенного блог-тура, и сильно подозреваю, что с прекрасной Териберкой будет то же самое. Зато точно никогда больше не перепутаю Магадан с Мурманском.

Никита не первый, но мне самому каждый раз смешно, как с Рики Джервейсом

Написал в фейсбук практически пост для ЖЖ про свои ЛГБТ-открытия в Мурманске, вспомнил, каким раньше был блогером, и осознал, что уже светло, потому что четыре часа https://www.facebook.com/fllgnff/posts/1164941840222570

Олег Нестеров и "Мегаполис" в начале июля представят новый проект zerolines на фестивале "Soundscape" в Никола-Ленивце. Уверен, там будет лучше звук, чем в "16 тонн", и люди, что смогут снять покруче.

Запишу, пока не забыл. Сегодня в двух снах пришлось бояться высоты. Сначала подъемный кран с магнитом вместо крюка поднял автобус со мной и какими-то еще людьми на крышу девятиэтажки, потом всё рухнуло, и я остался висеть на карнизе, держась одной рукой; открылось окно, и бабка, которая могла бы меня впустить и спасти, начала строго отчитывать меня за то, что я домушник; чем всё кончилось, не помню, видимо, всё-таки упал. А в другом сне я, отдыхая с компанией на каком-то курорте, напоминающем Институт морской жизни из мультика про Дори, который мы с Колей вчера посмотрели, дважды ссыканул прыгать с парашютом (таким вот там был один из аттракционов для курортников), тупо страшно стало в дверях, а потом, когда всё-таки решился, выяснилось, что сегодня прыжков больше не будет, и я всё, получается, проебал. Сны какие-то безумные, а главное, отчетливо помню в каждом сне ощущение, что с ног может свалиться вниз обувь; когда мне на параплане довелось полетать, это ощущение стало одним из самых сильных впечатлений от.

Один блядь Турчак непотопляемый

По дороге из ресторана "Тундра" в отель отлично прошлись по мурманской улице под песню "I Love To Hate You" группы "Erasure". На часах полпервого ночи: полярный день, он такой.

Какие времена, такие и пташки.

Что-то болит и тянет в районе кредитной карты.
Боль отдаёт под рёбра, взгляд застилает.
«Так не бывает, — думаешь — так не бывает,
ещё два дня до зарплаты».

Думаешь: жизнь — это мама-пенсионерка,
ждёт со службы сына своего клерка,
жарит котлеты.
Котлеты стынут. Жизнь повторяет: «Ну где ты, где ты,
макароны слипаются, зачем я варила ужин?»
Ты только ей и нужен.

Жизнь — это типа Бородинская панорама,
где смешались все, кто прокляты и забыты.
Вот человек разглядывает своё копыто,
и вот как бы мама

наконец рожает тебя обратно.
Перед глазами проплывают радужные такие пятна.
Воздуха не хватает.
«Так не бывает», —
кто-то тобой произносит и умирает.

Жизнь теперь — элементарно скорая помощь,
летит сквозь пробки, разбрызгивая сирену.
«Лечить так лечить», — считают врачи, так проще,
пробегают сквозь стены,
как Рон Уизли и Гермиона Грейнджер.

Врач говорит сестре: «Я, блядь, тебе не техасский рейнджер.
Остановилась на хуй его кредитная карта.
А сегодня, — продолжает, — Восьмое марта.
Давай не будем портить праздник его банку и кредиторам».
Врач разрешает шофёру заняться пока мотором,
достаёт стимулятор кредитки, растворы, жгут,
думает: «Медсестра сегодня пиздатая»,
работает, как в кино, потом говорит: «Девятое.
Время смерти ноль ноль ноль две. Зер гут».

http://www.vavilon.ru/texts/chepelev1.html

Хороший в моей жежешечке был тэг с вайлевским названием «Стихи про меня», надо возобновлять.

Да кто тебя трогает, Господи, не ори ты.
Это просто осколок, никто не целил тебе в живот.
Он похож на героев Алехандро Гонсалеса Иньярриту -
Чья-то скорая смерть во взгляде его живет.

Хранит наркоту в пузырьке от аскорутина.
Носит высокий ворот, как полицай.
Ты точь-в-точь Баттерфляй из последнего фильма Квентина Тарантино -
Та, которой потом отрезало пол-лица.

У тебя был бронежилет на такие случаи, но истерся от долгой носки.
- Сука, я же люблю тебя. Я люблю тебя.
- Я учту.
Вы почти персонажи Даррена Аронофски -
Два динамика,
отпевающие мечту.

http://mantrabox.livejournal.com/381465.html

Закат, покидая веранду, задерживается на самоваре.
Но чай остыл или выпит; в блюдце с вареньем — муха.
И тяжелый шиньон очень к лицу Варваре
Андреевне, в профиль— особенно. Крахмальная блузка глухо
застегнута у подбородка. В кресле, с погасшей трубкой,
Вяльцев шуршит газетой с речью Недоброво.
У Варвары Андреевны под шелестящей юбкой
ни-че-го.

Рояль чернеет в гостиной, прислушиваясь к овации
жестких листьев боярышника. Взятые наугад
аккорды студента Максимова будят в саду цикад,
и утки в прозрачном небе, в предчувствии авиации,
плывут в направленьи Германии. Лампа не зажжена,
и Дуня тайком в кабинете читает письмо от Никки.
Дурнушка, но как сложена! и так не похожа на
книги.

Поэтому Эрлих морщится, когда Карташев зовет
сразиться в картишки с ним, доктором и Пригожиным.
Легче прихлопнуть муху, чем отмахнуться от
мыслей о голой племяннице, спасающейся на кожаном
диване от комаров и от жары вообще.
Пригожин сдает, как ест, всем животом на столике.
Спросить, что ли, доктора о небольшом прыще?
Но стоит ли?

Душные летние сумерки, близорукое время дня,
пора, когда всякое целое теряет одну десятую.
"Вас в коломянковой паре можно принять за статую
в дальнем конце аллеи, Петр Ильич". "Меня?" —
смущается деланно Эрлих, протирая платком пенсне.
Но правда: близкое в сумерках сходится в чем-то с далью,
и Эрлих пытается вспомнить, сколько раз он имел Наталью
Федоровну во сне.

Но любит ли Вяльцева доктора? Деревья со всех сторон
липнут к распахнутым окнам усадьбы, как девки к парню.
У них и следует спрашивать, у ихних ворон и крон,
у вяза, проникшего в частности к Варваре Андреевне в спальню;
он единственный видит хозяйку в одних чулках.
Снаружи Дуня зовет купаться в вечернем озере.
Вскочить, опрокинув столик! Но трудно, когда в руках
все козыри.

И хор цикад нарастает по мере того, как число
звезд в саду увеличивается, и кажется ихним голосом.
Что — если в самом деле? "Куда меня занесло?" —
думает Эрлих, возясь в дощатом сортире с поясом.
До станции — тридцать верст; где-то петух поет.
Студент, расстегнув тужурку, упрекает министров в косности.
В провинции тоже никто никому не дает.
Как в космосе.

www.world-art.ru/lyric/lyric.php?id=7857

А когда ты бежишь с работы домой, дыша, как солдат на марше,
проступает неотвратимое, будто первая седина:
он всего лишь взрослеет, а ты — становишься старше,
это значит, становишься меньше ему нужна.

Прекратить бы весь этот цирк, но выходит такое дело,
что играть в любовь веселей, чем тоскливо глядеть в прицел.
Ты не знаешь, когда он придет, и, конечно, плевать хотела,
кто в его телефоне записан под именем Тинкер Белл.

Представлялось, что будешь с возрастом безразличнее и мудрее,
так какого же черта пять дней в неделю за два часа до утра
ты стоишь, упираясь коленками в холодную батарею,
прикипев глазами к нетронутой чернильной глади двора,

для чего набираешь текст, каждый вечер, как под копирку, —
ведь смешно доверять транслиту скребущееся в груди:
«Питер, милый, окно открыто, рубашки в стирке,
ужин сам разогреешь, мне рано вставать, придешь — не буди».

http://users.livejournal.com/_raido/127571.html

пока ты не поймешь что ты один
но состоящий из различных знаков
огня, воды, металла и земли,
замешанных однажды на любви

пока ты не поймешь что ты один
что мир един и всюду одинаков
а ты частично непереводим

пока ты не поймешь что ты один
иных уж нет, а те уже далече
что выпить нет, хотя еще не вечер
и все открыто, блин, а денег нет

и те кто пил с тобой – плывут вперед
и что моряк, похожий на дантеса
обмолвился – «он выпал из процесса»
когда ты встал и вышел из процесса
а на корме качает и клюет

пока ты не поймешь что ты один
что ты чужой на этом пароходе
где барышни еще дают в проходе
но в долг буфетчик больше не дает

пока ты не поймешь что ты один
один как свист, как чайник, как разведчик,
который за товарищей ответчик
по всем статьям партийно-гнездовым

пока ты не поймешь что будет день
и будет ночь когда тебя не будет
и что единый проездной билет
на этот месяц – скажем на январь
или апрель
переживет тебя и станет вечным

и первый встречный – он же вечный жид –
у входа встретит и не убежит
и выдаст новый проездной билет
и ты поймешь, что смерти в жизни нет
что смерти нет и никогда не будет

и что по этой стрит плывет процесс
но что тебе до этого процесса
но что тебе до этого матроса
когда с тобою рядом спит принцесса
веселая принцесса рядом спит

http://www.kreschatik.kiev.ua/13/27.htm

Подающий надежды молодой человек
Надевает одежду, готовится выйти в снег.
Провожает его возле двери, дыша тяжело,
Человек пожилой.

Говорит ему: паспорт, билеты, а деньги взял.
Что так рано вскочил, будто дольше поспать нельзя.
Осторожно, смотри, не случилось бы что в пути.
Да и нафиг тебе идти.

Молодой человек отвечает: да ладно, ага, угу.
Да меня уже ждут, нет, мне надо, да, не могу,
Да, на поезд, покамест, никто там меня не съест -
И выходит в подъезд.

Пожилой человек, устало рукой махнув,
Закрывает большую дверь и идет к окну.
Предварительно в маленькой комнате свет погасив,
Наблюдает светящийся на горизонте жилой массив.

http://manaev.livejournal.com/725642.html

Никто не нарочно, просто совпало, но как же славно совпало, что хайп вокруг стенограммы встречи РБК с новым руководством на Медузе поднялся через день после флешмоба #янебоюсьсказать

Экзистенциально провел субботу. С утра отвез в курьерскую службу пакет документов, которого ждал месяца два, и поехал на Затулинку снять показания счетчика в доме на Петухова, зайти в "Ленту" напротив и покормить кота в доме на Сибиряков-Гвардейцев. Оттуда хотел поехать на пикник в честь 60-летия "Науки в Сибири", но не смог. Всё это время адски болела голова, поэтому я решил снять линзы и немного подремать (под свои вконтактовые аудиозаписи с телефона; отчетливо помню, как в одном сне торжественно звучала Skyfall). Проснулся, когда ехать на пикник было уже поздно, и решил спать дальше, потому что. В итоге проснулся в три часа утра, за пять часов до вылета в Екатеринбург, впервые за две недели проспав не четыре часа, а девять. За окнами туман, в больше не ноящей голове пустота, на душе спокойно. Еду в дом на 1905 года собирать вещи для командировки и думаю о том, что находиться просто так в доме на Сибиряков-Гвардейцев, где всё напоминает о моей неудавшейся семье, по-прежнему невыносимо, зато высыпаться там - внезапно отлично. Аргумент про "родные стены" не проканает, потому что я эти стены давно не воспринимаю как родные. Скорее всего, дело в моем диване, на котором я многие годы проспал еще в доме на Петухова. Надо будет его вернуть себе при разделе имущества, ага.