Forwarded from что подарить? (настя захарова)
Посмотрите, какие хорошие штуки делает польское издательство и дизайн-студия Zupagrafika. Чем они больше всего известны: книгами-конструкторами про бетонные и панельные дома и вообще про модернистскую архитектуру Восточной Европы. Самая знаменитая из них, пожалуй, Panelki.
Книги-конструкторы сделаны так: даётся некоторый контекст страны и времени, в которое такие дома строились и до сих пор существуют, а к ним прилагается бумажный конструктор, с помощью которого можно построить небольшой панельный дом и украсить по своему усмотрению — выбрать занавески на окна, налепить кондиционеров и антенн (Panelki), собрать один из жилых комплексов Гонконга (Concrete Hong Kong), неапольское или римское бруталистское здание (Brutalia) или московский «Дом на куриных ножках» (Brutal East).
А ещё есть фотоальбомы: микрорайоны городов Сибири (Concrete Siberia), спальные районы городов Восточной Европы (Eastern Blocks), советские моногорода (Monotowns), советские детские площадки (Soviet Playgrounds) и даже альбом с фотографиями жильцов разных квартир, которые держат в руках бумажные модельки домов, в которых они живут (The Tenants). Лично я в свою коллекцию хотела бы книжки про ларьки (Kiosk) и про архитектуру Британии (Brutal Britain). Я вообще люблю брутализм и эти странные бетонные строения — в них и правда много удивительных форм и историй; часто в них заключены мечты их создателей и, я бы даже сказала, своеобразная поэзия. Часто в путешествиях такие здания — отдельный раздел в моём списке того, что нужно увидеть.
Всю эту роскошь можно купить во Friend Function. Вообще мне кажется, что этот магазин и просто так очень подходит для выбора подарочков (чего там только нет! всякая одёжка, штуки для дома, милая канцелярия), но ещё он и идеальное место для выбора именно книг, которые хочется дарить. Тут много не самых обычных, но очень красивых и здорово подобранных книг про города, архитектуру и культуру вообще. В прям книжном магазине можно растеряться или отвлечься на художественную литературу, а тут легче сориентироваться и найти что-то редкое и тематическое.
Все книжки — 4000 рублей (и все, кстати, на английском)
Книги-конструкторы сделаны так: даётся некоторый контекст страны и времени, в которое такие дома строились и до сих пор существуют, а к ним прилагается бумажный конструктор, с помощью которого можно построить небольшой панельный дом и украсить по своему усмотрению — выбрать занавески на окна, налепить кондиционеров и антенн (Panelki), собрать один из жилых комплексов Гонконга (Concrete Hong Kong), неапольское или римское бруталистское здание (Brutalia) или московский «Дом на куриных ножках» (Brutal East).
А ещё есть фотоальбомы: микрорайоны городов Сибири (Concrete Siberia), спальные районы городов Восточной Европы (Eastern Blocks), советские моногорода (Monotowns), советские детские площадки (Soviet Playgrounds) и даже альбом с фотографиями жильцов разных квартир, которые держат в руках бумажные модельки домов, в которых они живут (The Tenants). Лично я в свою коллекцию хотела бы книжки про ларьки (Kiosk) и про архитектуру Британии (Brutal Britain). Я вообще люблю брутализм и эти странные бетонные строения — в них и правда много удивительных форм и историй; часто в них заключены мечты их создателей и, я бы даже сказала, своеобразная поэзия. Часто в путешествиях такие здания — отдельный раздел в моём списке того, что нужно увидеть.
Всю эту роскошь можно купить во Friend Function. Вообще мне кажется, что этот магазин и просто так очень подходит для выбора подарочков (чего там только нет! всякая одёжка, штуки для дома, милая канцелярия), но ещё он и идеальное место для выбора именно книг, которые хочется дарить. Тут много не самых обычных, но очень красивых и здорово подобранных книг про города, архитектуру и культуру вообще. В прям книжном магазине можно растеряться или отвлечься на художественную литературу, а тут легче сориентироваться и найти что-то редкое и тематическое.
Все книжки — 4000 рублей (и все, кстати, на английском)
Сумасшедший трек «Recycle» Павла Пепперштейна (спасибо Марку, что напомнил; наверняка видел в блоге у Сапрыкина тогда, никогда сам бы не вспомнил); текст — безумнейший.
YouTube
Pavel Pepperstein - Recycle
Enjoy the videos and music you love, upload original content, and share it all with friends, family, and the world on YouTube.
«Его отправили в концлагерь, потому что он давал лекарства партизанам». Эту фразу я слышу снова и снова на протяжении всего детства. Она принадлежит миру бабушки и дедушки, как покрытые копотью дома с изрешеченными пулями фасадами, нескончаемая химиотерапия Эмиля или хроническая усталость Магды. Или грубые, изможденные лица людей в трамваях. Все вместе это образует ту особую реальность, которую мы встречаем с родителями и позже, после их развода, с мамой. Реальность, частью которой мы являемся, но и не являемся в полном смысле, пока мы с братьями и сестрами остаемся детьми. И вот 20 лет спустя меня не удивляет, что война и воспоминания об исчезновении отца возвращаются к Магде и начинают смешиваться с ее собственной реальностью, пока я сижу с ней в саду клиники и глажу ее кожу своей рукой.
https://perito.media/posts/dokumentalnost-vysshaya-forma-illyuzii
Мощный текст, хочется когда-нибудь тоже написать что-то такое.
https://perito.media/posts/dokumentalnost-vysshaya-forma-illyuzii
Мощный текст, хочется когда-нибудь тоже написать что-то такое.
Perito
«Документальность — высшая форма иллюзии»
Перевод пьесы швейцарского драматурга и режиссера Бориса Никитина о его бабушке, которая скрывала свои еврейские корни
Forwarded from Новая вкладка
Привет, друзья, это Иван Козлов, автор истории про жизнь печальной творческой женщины Раисы Павловны Кирилловой-Марченяковой.
Я принёс вам обещанную книжку, но сначала хочу сказать, что я дико тронут — вроде много всяких драматичных историй публиковал, но ни разу так много людей не писали, что плакали при их прочтении. Вы все молодцы, здорово что вы ещё не разучились испытывать живые эмоции от текстов, когда кругом творится чёрт знает что. Я тоже стараюсь не разучиться.
А ещё многие захотели по прочтении этого текста позвонить своим близким. Это вдвойне круто. Обязательно позвоните своим близким, если (пока) есть возможность, это всегда чудесная идея.
А книжка Раисы Павловны — вот она. На сайте её решили не выкладывать, потому что мне, честно говоря, так и не удалось дозвониться до маленькой типографии, которая десять лет назад её выпустила, не уверен что она вообще дотянула до наших дней. Поэтому от имени НВ выкладывать книжку было, наверное, не очень правильно, ну сделаю это от себя лично — как по мне, книги, мемы и в целом продукты интеллектуального труда должны быть максимально доступны всем, ну а если кто-то что-то предъявит — ну, отбрехаюсь как-нибудь.
Для меня главное, что эта книжка — печальное, смешное и в целом душеспасительное чтение, и интернет с ней стал чуть-чуть лучше, чем был без неё.
Я принёс вам обещанную книжку, но сначала хочу сказать, что я дико тронут — вроде много всяких драматичных историй публиковал, но ни разу так много людей не писали, что плакали при их прочтении. Вы все молодцы, здорово что вы ещё не разучились испытывать живые эмоции от текстов, когда кругом творится чёрт знает что. Я тоже стараюсь не разучиться.
А ещё многие захотели по прочтении этого текста позвонить своим близким. Это вдвойне круто. Обязательно позвоните своим близким, если (пока) есть возможность, это всегда чудесная идея.
А книжка Раисы Павловны — вот она. На сайте её решили не выкладывать, потому что мне, честно говоря, так и не удалось дозвониться до маленькой типографии, которая десять лет назад её выпустила, не уверен что она вообще дотянула до наших дней. Поэтому от имени НВ выкладывать книжку было, наверное, не очень правильно, ну сделаю это от себя лично — как по мне, книги, мемы и в целом продукты интеллектуального труда должны быть максимально доступны всем, ну а если кто-то что-то предъявит — ну, отбрехаюсь как-нибудь.
Для меня главное, что эта книжка — печальное, смешное и в целом душеспасительное чтение, и интернет с ней стал чуть-чуть лучше, чем был без неё.
Новая вкладка +
Жизнь прожита
История Раисы Кирилловой-Марченяковой — мемной бабушки, погрузившей нас в экзистенциальную тоску
Пришел Кириенко, тогда еще молодой банкир, и сказал: «Вы учите журналистов задавать вопросы. Научите меня отвечать». Классно. И тогда я говорю: «Давайте».
https://incrussia.ru/woman/put-ot-televedushhej-detskih-programm-do-biznes-trenera-i-pochti-gubernatora-nina-zvereva/
Очень интересное интервью, причем я до него о Нине Зверевой толком не знал, только встречал ее имя в книге «Преемник», а больше-то нигде и не сталкивался и специально не искал.
https://incrussia.ru/woman/put-ot-televedushhej-detskih-programm-do-biznes-trenera-i-pochti-gubernatora-nina-zvereva/
Очень интересное интервью, причем я до него о Нине Зверевой толком не знал, только встречал ее имя в книге «Преемник», а больше-то нигде и не сталкивался и специально не искал.
Инк.
Путь от телеведущей детских программ до бизнес-тренера и почти губернатора: Нина Зверева
Советская и российская журналистка, обладатель ТЭФИ, член Академии российского телевидения, бизнес-тренер, автор книг и преподаватель школы «Сколково» рассказала о ключевых жизненных принципах: умении радоваться каждому моменту, честности с собой и трех основах…
Архитектура — это «игрушка королей». Если раньше «королями» были инвесторы и банкиры, то сегодня запросы формируют преимущественно регуляторы.
https://www.myweekend.ru/doc/7736002
Красивые здания всегда приводят меня в неконтролируемый восторг, ничего не могу с собой поделать.
https://www.myweekend.ru/doc/7736002
Красивые здания всегда приводят меня в неконтролируемый восторг, ничего не могу с собой поделать.
Центральное правительство раз за разом пыталось передавать полномочия на места, но каждый раз сталкивалось с тем, что если людям дать выбор, они начинают делать не то, что заложено в государственных планах. Потому что в планах — соревнование в холодной войне, подготовка к горячей, развитие отраслей, космос, оборона. А на местах люди хотят ведомственное жилье, социальные объекты. Это не история про злоупотребления. Это все — нормальные, понятные цели. Но каждый раз вставал выбор: либо даем больше полномочий на местах, либо продолжаем реализовывать общегосударственные задачи. И каждый раз полномочия начинали отбирать обратно.
https://pchela.media/safronov/
https://pchela.media/safronov/
Пчела
«Если бы капитализм работал без сбоев, плановую экономику можно было бы не изучать». Беседа с Алексеем Сафроновым — автором книги…
Когда у государства одни экономические приоритеты, а у людей на местах другие, получается суперцентрализованное государство, за сохранение которого готовы бороться далеко не все.
ашдщдщпштщаа
Занятость в малом и среднем бизнесе в Новосибирской области прилично выше, чем в других регионах. Это настоящий ресурс — люди, которые сами рассчитывают на себя. Я понимаю, что многие начинали с Гусинобродского рынка, а потом, как на стрелках, делили муниципальные…
Если бы вы меня спросили про ранжирование западных компаний по привлекательности возвращения, это можно было бы обсудить. Но проранжировать прием западных компаний со стороны российских властей — увольте. Потому что система принятия решений в России никогда не была прозрачной. А когда там еще прикладывается чувство возмездия или интересы третьих лиц, согласитесь, гроссмейстерская задачка — понять итоговый вектор.
https://www.forbes.ru/rubriki-kanaly/video/538017-natal-a-zubarevic-forbes-ekonomika-polurynocnaa-s-kostylami
https://www.forbes.ru/rubriki-kanaly/video/538017-natal-a-zubarevic-forbes-ekonomika-polurynocnaa-s-kostylami
Forbes.ru
Наталья Зубаревич — Forbes: «Экономика — полурыночная с костылями»
Слова «трансформация экономики», которые так часто звучат в последнее время, многие используют как синоним импортозамещения, объясняет профессор кафедры экономической и социальной географии России МГУ Наталья Зубаревич. По ее оценке, по итогам первог
Лучше уж быть набором стикеров, у
частвовать в тщательно продуманных или,
напротив, легких, словно стрижи, разговорах, или
в разговорах, которые бесповоротно
зашли в тупик, хотя оба
старались прояснить ситуацию или во всяком
случае внимательно отнестись —
но ничего не остается кроме как кинуть стикер
с коровой, распадающейся пляской энергий,
что случается на сюрреалистическом,
на сюрреалистическом, проигравшем лугу…
И так уже много лет — с тех пор, как, играясь,
ты меня запилила спонтанным движением,
гениальная дизайнерка на полчаса,
но при этом вложила всю душу, а также
смутные воспоминания о картинках из тамблера,
cны, прошлые жизни.
Влад Гагин
частвовать в тщательно продуманных или,
напротив, легких, словно стрижи, разговорах, или
в разговорах, которые бесповоротно
зашли в тупик, хотя оба
старались прояснить ситуацию или во всяком
случае внимательно отнестись —
но ничего не остается кроме как кинуть стикер
с коровой, распадающейся пляской энергий,
что случается на сюрреалистическом,
на сюрреалистическом, проигравшем лугу…
И так уже много лет — с тех пор, как, играясь,
ты меня запилила спонтанным движением,
гениальная дизайнерка на полчаса,
но при этом вложила всю душу, а также
смутные воспоминания о картинках из тамблера,
cны, прошлые жизни.
Влад Гагин