Teddy 2027: либо Елисейский дворец, либо ничего!

Тем временем нашёлся идеальный кандидат, чтобы покончить со всеми протестами и разногласиями. Знаменитый дзюдоист Тедди Ринер, пятикратный олимпийский чемпион, герой парижской Олимпиады, а ныне ведущий реалити-шоу на Netflix Pour le meilleur et à l’aveugle («Любовь вслепую»), на днях взорвал эфиры информационных каналов. На BFMTV он буквально сказал:

Видите, какой я чемпион? Если завтра я войду в политику, то не для того, чтобы быть министром спорта.

На уточнение ведущих, хочет ли он стать президентом, он ответил — почему бы и нет. Недавно на саммите Choose France в Версале дзюдоист подтвердил свои амбиции:

Неважно, в какой области я начну работать, я хочу побеждать. Чемпион в политике — кто? Президент.

Накануне в эфире информационного шоу Quotidien Тедди также не стал скрывать, что хотел бы быть президентом, просто пока еще не решился идти в политику. Обещал ребятам первым сообщить в их передачах, когда настанет время. При этом на реакцию СМИ и одобрительные отклики французов он смотрел очень внимательно. Мне даже показалось, что он действительно серьезно намерен стать тем самым неожиданным элементом на выборах среди всеобщего политического хаоса. Кстати, именно так серьезно эти слова обсуждают эксперты на информационных каналах.

Кстати, Эммануэль Макрон очень любит Тедди, и тот вполне может стать его кандидатом в случае непредвиденного развития событий. Так что «макронизм» выживет, а кто будет против Тедди? Пусть попробуют!

Следовательно, цель — следующие президентские выборы? Ранее он подтвердил, что нацелен на Олимпийские игры в Лос-Анджелесе в 2028 году, чтобы завершить спортивную карьеру. Но, возможно, планы еще придется скорректировать!

Кстати, у меня уже есть фото с Тедди, так что все отлично!

В Бельгии — футбол, пиво и король, а во Франции — футбол, шампанское и Париж

Для второго парижского футбольного клуба Paris FC начинается новая эра.

Почти год спустя после того, как семья владельца LVMH Бернара Арно официально приобрела контрольный пакет акций клуба, было принято решение усилить участие в управлении — с целью превратить Paris FC в полноценного конкурента PSG в Ligue 1.

Сегодня управляющий клубом Антуан Арно объявил о назначении Жан-Марка Галло, президента дома шампанских вин Veuve Clicquot, на пост генерального директора Paris FC.

Похоже, теперь действительно придется чаще открывать шампанское — в честь будущих побед.

Кстати, в воскресенье клуб обыграл Брест, но до этого проиграл Марселю.

Ждем встречи с триумфатором Лиги чемпионов.

Juste la fin du monde или начало нового сезона

В самый разгар политического кризиса, накануне очередного протестного дня и прямо во время переговоров премьер-министра Лекорню с оппозицией, я открываю театральный сезон в любимом Théâtre de l’Odéon.

Новый художественный руководитель Жюльен Госслан, один из свежих и радикальных представителей французского театра (38 лет), приготовил обновленную версию своего спектакля, который он уже ставил несколько лет назад — Le Passé по мрачным произведениям Леонида Андреева. В программке указано, что это «забытый автор». Я же, как увидев такое, понял, что будет обязательно бомба. Вспоминая «Губернатора» Могучего и «Рассказ о семи повешенных» Карбаускиса, а также предыдущий радикальный спектакль Госслана Extinction, понимаешь, что по-другому быть не можешь. Андреев — отличное топливо для этого визионера.

Спектакль рассказывает о потерянном времени, об ушедшей форме, о том, что не вернуть. Как писали в Le Monde, это dark: «это мир, населённый смертью, ужасом, безумием, заброшенностью, вырождением — и радикальной иронией, черной до невозможности». Как и писал Блок, каждая его фраза похожа на скрип пилы.

Поэтому в интервью режиссер говорит о реквиеме, о том, что один театр с костюмами и оркестрами на сцене умирает, а другой приходит. То есть одновременно и о смерти, и о жизни. Вот что говорит сам автор:

Я хотел бы создать спектакль, который был бы для меня одновременно захватывающим и опустошающим, отражающим и конец света, и конец того театра… или, по крайней мере, конец определённого театра.

Ностальгия? Я отказываюсь от неё полностью. Это то, в чём я упрекаю многих художников, когда они стареют: они начинают думать, что театр, каким они его пережили в своё время, достиг какой-то идеальной формы, а последующие поколения его испортили или изуродовали.

Я же считаю, что радость — и печаль — этой профессии в том, что в какой-то момент находишь форму, которая выражает эпоху, и рано или поздно эта форма исчезает. Она теряется в небытии театра.

Я вот абсолютно поддерживаю такое эволюционное видение театра: без музея и нафталина как храма поклонения. Сейчас над этим обязательно пошутят на сцене.

Так что сезон умер? Да здравствует новый сезон! Начинаем с вешалки!

#18сентября: обстановка в Париже