В Париже дождь. Пошел в кино в свой любимый Le Champo, где продолжают показывать фильмы легендарного и уже ушедшего из жизни Патриса Шеро, чья версия «Валькирии», как и всего эпоса Вагнера, остается вне конкуренции. Помните, я писал про его шедевр музейного уровня – «Королева Марго»? Теперь я посмотрел его совсем другую по настроению и характеру работу.

Это «Раненый» (L'Homme blessé), фильм, который он снял по совместному сценарию с поэтом маргинального парижского мира Эрве Гибером. Радикальный, революционный и какой-то слишком свободный и живой, где показана свобода до предела возможностей, бунт без причины. Не хватает только Джеймса Дина.

Реализм здесь уже сильно побеждает театральность, без которой все равно не обходится в творчестве Шеро. Декорацией становится чрево Парижа, его закоулки, тайные уголки, где кипит страсть и скрывается порок. Главный герой – 20-летний Анри из семьи польских эмигрантов, который вдруг находит пульс и ритм жизни на вокзале. Вокзал – место встреч, перекресток возможностей, лотерея, в которой он и вытягивает свой билет по имени Жан.

Таинственный незнакомец, взрослый и поживший, повидавший жизнь, становится его Вергилием в мире Фассбиндера и Пазолини, того, чего ему так не хватало в родительском очаге с обоями в цветочек. Жан занимается проституцией в мире дряхлеющих и обрюзгших мужчин, а параллельно – грабежом и мелким хулиганством. Этой своей бравадой он увлекает Анри во все тяжкие. И он убегает за ним одним, к нему одному, ничего не замечая на этом пути. Потому что ему отчаянно не хватает воздуха: в одной из сцен он буквально вдыхает запах грозы из душной по всем параметрам родительской квартиры.

Но при этом Шеро остается реалистом и не допускает романтики и прочих Call Me by Your Name. В этом жестоком мире вуайеристов, карьеристов, проституток, тщеславия и алчности любовники выжить не могут. Глубокая привязанность Анри к своему опасному проводнику оборачивается аддикцией, сломом и неизбежным преступлением. Умение любить приводит его к тотальной свободе, с которой он не может никак справиться, что оборачивается трагедией. Где есть порок – там нет места настоящим чувствам. Есть только кодекс и правила поведения, а еще неимоверная жестокость.

Приговоренный к смерти никуда оттуда не убежит.

При этом такого Парижа в безликих цветах, но при этом живого и пульсирующего я в кино давно не видел. На время герой Анри обретает крылья и свободу, сбегая от скучного и чопорного семейного быта. Но все эти вокзалы, клубы и закоулки не для такой раненой души. Такая ситуация обязательно оборачивается жертвоприношением. Рваное, чувственное, такое кино на пределе получилось у Шеро, очень интимное и чрезвычайно тонкое.

А еще для своего времени – прогрессивное. Ведь фильм вышел в 1982 году, когда во Франции, благодаря стараниям Робера Бадентера, того самого министра отменившего смертную казнь, которого недавно внесли в Пантеон, окончательно декриминализировали гомосексуальность. А меньше чем через десять лет в Париже, в возрасте 36 лет, от СПИДа умрет соавтор фильма Эрве Гибер. Жан в фильме тоже принимает какие-то таблетки, которые Анри кажутся странными. Он не знает, куда он попал. Но он не виноват.

Потому что это по любви. Но чем выше любовь, тем ниже поцелуи.

Погнали !

Forza Sinner 🇮🇹

⚽️ А я сегодня тем временем впервые в своей взрослой жизни играл в футбол. Скажу я вам, что это гораздо физически сложнее, чем теннис. И больнее тоже.

Пока футболист из меня никакой, конечно, но в защите получается уже даже что-то. У вратаря — тяжелая работа, но руки спасают.

В общем, когда стану президентом, то продолжу традицию Эммануэля Макрона: смогу выйти на футбольное поле, поддержать игру в благотворительных целях.

Хотя скорее буду все же устраивать президентский теннисный турнир в Люксембургском. Ракетка мне все же ближе 🎾

Президенты на месте