Gourmet Micallef — странный градиент, встреча кирзового сапога с кондитерской. Сапог поскальзывается и медленно, но верно, тонет в густом и сладком, пока оно не смыкает над ним невозмутимую гладь. Брюле под ногами майора.

nb: перечитать Винни-Пуха

Chamade Guerlain edc

Товарищ напомнил, что сегодня уже третий день индийского праздника Наваратри, и день этот посвящен Дурге, защитнице миропорядка от злых демонов и вообще свирепой десятирукой женщине.

А я с первого вдоха влюбилась в Purple Mantra Room 1015 — сернистую, как бенгальский огонёк и минеральную, как целебная вода, с прохладным кока-кольным ладаном. Тихий праздник в санатории среди сосен, где всем бы нам отдохнуть и выдохнуть.

Дорогая Дурга! Посвящаю тебе эту фиолетовую мантру, а сколько у нас демонов! Вери велкам, в общем.

Так сказать, три в одном

Ну, лучше поздно, чем никогда. Наконец-то мне открылся New York Nicolai. Раньше все кружила вокруг версии intense, которая была совершенно непроницаемой, похожей на отполированную деревянную темноту кабинета в одном из старых небоскрёбов. Old money, вязкие, как мумие (происхождение сомнительно, но помогает, говорят, от всего). А вчера понюхала edt, напомнившую вдруг современный Pour Monsieur Chanel, но ярче и контрастнее за счёт очень витальных, уверенных и тёплых цитрусов, прямо солнце на день независимости в центральном парке и целая жизнь впереди. В Pour Monsieur этот свет более субтильный, не прогретый и оттого зеленоватый, вербеновый. Общее у них то, что у меня в голове называется сухой солярностью — солоновато-коричная, очень ладно скроенная база с мягчайшими переливами.

Дома перепробовала intense и в сумраке стал различим тот же тёплый и чуть загустевший цитрусовый свет, но как бы просачивающийся сквозь жалюзи, и в его бликах — сверкающий графин с бурбоном, книжные корешки, в общем, все необходимое.

Обе концентрации красивейшие, но чёрным меланхоликам типа меня edt необходима в хозяйстве однозначно. Кстати, если вдруг вы (ещё) в Москве и ни разу не были в бутике Nicolai в Пожарском — сходите. Я всякий раз проваливаюсь туда, как в кроличью нору и отключаюсь, как те «счастливцы, способные за игрой в шашки или в нарды забывать обо всех своих невзгодах и даже о том, в каком веке живут». За это кстати во многом спасибо Анне и ее историям — забегаешь на минутку и остаёшься на два часа.

По потолку бегать всяко приятнее в винтажном Шамаде (edt), что таки сжалился и запах сказочным розовым лукумом.

Картинка — обложка кассеты с сирийской попсой 93 года.

Герой бродит не столько по Стамбулу, сколько по снам и воспоминаниям, пытаясь проникнуть в чужие [сны и воспоминания], и все это выглядит так осязаемо и достоверно, что кажется уже моими собственными [снами и воспоминаниями]. Напоминает «Арабский кошмар» Ирвина своей сомнамбулической ориентальностью, но кошмар очевидно версия intense с щедрой дозой не очень чистых опиатов, а Чёрная книга неспешна и комфортна, что мой старенький колонь Vol de Nuit.

В нем тоже невыразимый запах другой жизни со всем ее оркестром: тенистая парадная со стертыми деревянными перилами и ступенями, обточенными волнами нескольких поколений ног, блик солнца на размохрившейся обивке зелёного кресла, шкапы и шкатулки, полные секретов. Запах одновременно чужой и знакомый, ускользающий и будто всегда бывший здесь, как память о детстве, как ночной полёт над зимним Стамбулом, дрейф по волнам бессознательного всех скитальцев, ищущих даже не разгадку тайны, а саму тайну, но неизбежно слой за слоем ее разгадывая и тем самым запутываясь ещё больше.

В общем, если не получается проснуться, можно попробовать занырнуть поглубже.

Байредо не моя марка, но Сан Андреас Лос Сантос понравился, хотя Santo Incienso TDK на эту же тему безусловно тоньше и пронзительнее.

Засыпая в неком пало санто Лос Сантос, просыпаешься в рассоле Сантала 33

Сегодня после поста в Инквизиции ночую в лошади Corpus Equus посреди пустыни творящегося всякого, и мне в ней тепло и покойно. Мягкие переливы разных не злых кож и абстрактного цветочного, как свет на крупе карамельного коня — сейчас правда самое время такое носить. В общем, нужен какой-то убер-скидос на корпус эквус, а то пробирка пустеет, а крыша все безвозвратнее скользит куда-то во всратосферу.

Маниакально впала в Une Rose Малля — рука сама потянулась к остаткам и все их на себя вылила. Коллега сказал, пахнет резиновой грушей для распыления духов, а сожителю пахнет чем-то чайным. Спросила — ну, нравится? Да! Это кстати первый раз, когда ему нравятся мои духи — обычно «пахнет духами» или «пахнет пластилином». Вообще конечно повезло парню — «и на дороге ужасы», и дома это нескончаемое ольфакторное время приключений.

Возвращаясь к Une Rose. Так иногда допираешь до Баха, голубого неба и Гэндзи-моногатари, которые прежде казались скучными или очевидными (и потому скучными). Бытие бытийствует, ничто ничтойствует, плевать надо в плевательницу, мечтать — в мечтательницу, а роза это роза это роза.

Tonka Imperiale Guerlain — снова какой-то новый год. Виски с колой, но не тот предвестник ужаса со студенческой попойки, а вполне нарядный, пропитанные кексы, заварные крема, золотые искры, и опять свои чудеса являет «герленовская кондитерская», на которую можно только полюбоваться, но не отведать. Под конец правда кажется, что все-таки можно)

Откопала старенький микро-пойзон и упиваюсь.

Друзья, кто знает, Жан-Поль был знаком с Шеллингом? Напишите мне в лс, если знаете, пожалуйста! 🌚

upd. Дорогая Юля подсказывает, что Бонавентура вовсе и не Шеллинг, а Карл Вецель (а «Гулыга натянул сову на глобус»))

Мантра для отстойных времён 🥀

Ха, мы тут внезапно подрубили ламповый стрим по героям 3 и Une rose — всем огромное спасибо, кто был 💔