Герой бродит не столько по Стамбулу, сколько по снам и воспоминаниям, пытаясь проникнуть в чужие [сны и воспоминания], и все это выглядит так осязаемо и достоверно, что кажется уже моими собственными [снами и воспоминаниями]. Напоминает «Арабский кошмар» Ирвина своей сомнамбулической ориентальностью, но кошмар очевидно версия intense с щедрой дозой не очень чистых опиатов, а Чёрная книга неспешна и комфортна, что мой старенький колонь Vol de Nuit.

В нем тоже невыразимый запах другой жизни со всем ее оркестром: тенистая парадная со стертыми деревянными перилами и ступенями, обточенными волнами нескольких поколений ног, блик солнца на размохрившейся обивке зелёного кресла, шкапы и шкатулки, полные секретов. Запах одновременно чужой и знакомый, ускользающий и будто всегда бывший здесь, как память о детстве, как ночной полёт над зимним Стамбулом, дрейф по волнам бессознательного всех скитальцев, ищущих даже не разгадку тайны, а саму тайну, но неизбежно слой за слоем ее разгадывая и тем самым запутываясь ещё больше.

В общем, если не получается проснуться, можно попробовать занырнуть поглубже.

Байредо не моя марка, но Сан Андреас Лос Сантос понравился, хотя Santo Incienso TDK на эту же тему безусловно тоньше и пронзительнее.

Засыпая в неком пало санто Лос Сантос, просыпаешься в рассоле Сантала 33

Сегодня после поста в Инквизиции ночую в лошади Corpus Equus посреди пустыни творящегося всякого, и мне в ней тепло и покойно. Мягкие переливы разных не злых кож и абстрактного цветочного, как свет на крупе карамельного коня — сейчас правда самое время такое носить. В общем, нужен какой-то убер-скидос на корпус эквус, а то пробирка пустеет, а крыша все безвозвратнее скользит куда-то во всратосферу.

Маниакально впала в Une Rose Малля — рука сама потянулась к остаткам и все их на себя вылила. Коллега сказал, пахнет резиновой грушей для распыления духов, а сожителю пахнет чем-то чайным. Спросила — ну, нравится? Да! Это кстати первый раз, когда ему нравятся мои духи — обычно «пахнет духами» или «пахнет пластилином». Вообще конечно повезло парню — «и на дороге ужасы», и дома это нескончаемое ольфакторное время приключений.

Возвращаясь к Une Rose. Так иногда допираешь до Баха, голубого неба и Гэндзи-моногатари, которые прежде казались скучными или очевидными (и потому скучными). Бытие бытийствует, ничто ничтойствует, плевать надо в плевательницу, мечтать — в мечтательницу, а роза это роза это роза.

Tonka Imperiale Guerlain — снова какой-то новый год. Виски с колой, но не тот предвестник ужаса со студенческой попойки, а вполне нарядный, пропитанные кексы, заварные крема, золотые искры, и опять свои чудеса являет «герленовская кондитерская», на которую можно только полюбоваться, но не отведать. Под конец правда кажется, что все-таки можно)

Откопала старенький микро-пойзон и упиваюсь.

Друзья, кто знает, Жан-Поль был знаком с Шеллингом? Напишите мне в лс, если знаете, пожалуйста! 🌚

upd. Дорогая Юля подсказывает, что Бонавентура вовсе и не Шеллинг, а Карл Вецель (а «Гулыга натянул сову на глобус»))

Мантра для отстойных времён 🥀

Ха, мы тут внезапно подрубили ламповый стрим по героям 3 и Une rose — всем огромное спасибо, кто был 💔

Дорогая коллега Юля показала прикольное — парфюмерную полку Оливии Лэнг. Стоит это дело в ванной, где разумеется есть окно в сад, как во всякой приличной ванной)

В целом — хороший конвенциональный вкус с непременным Philosykos и Une Rose, но также и внезапным Musc Ravageur и хорошо так убывшим Rien рядом с опустевшим старым Артизаном. За Aqua di Parma притаился кажется Pour Un Homme Caron. Из Маллей ещё вижу Geranium pour Monsieur и Monsieur, ии не возьму в толк, Cologne Indelebile?

https://youtu.be/sE0mYF_nKko

Дом само собой тоже кисейный и в целом все это очень вписывается в тональность ее книжек, о которых довольно точно написал Вилисов.

Всякий раз кончено вздыхаю, глядя на такие беспечные заводи необязательных вещиц и занятий, когда можешь просто тихо жить свою уютную маленькую жизнь и в хрен не дуть.

Ха, в комментариях у Аллы подсказывают, что почти все духи — мужа Лэнг) и чем я слушала! А мы там уже расследование развели 🔍

Извините, но тут иногда будет не только про духи и Weltschmerz (привет любимой Ане и любимому Жан-Полю), но и про игры немножко.

Как у Мейстера Экхарта: «Если бы здесь не было никого, я должен был бы сказать ее [проповедь] этой церковной кружке».

Так вот, по следам сегодняшнего срача Маска с Каспаровым — мол шахматы слишком простые и тумана войны там нет, и игроков лишь двое, нет рандомных карт и юниты одинаковые — мы кажется поняли, что кое-кто на досуге тоже катает Героев 3 🐎

Приписка про Политопию там для отвода глаз, считаю.

Вообще иногда хочется писать простыни о том, чем пахнет какая-нибудь игровая подворотня, заварушка или перс, но я себя пока сдерживаю, потому что ума не приложу, чем нам может помочь тот факт, что Голливуд в Vampire: The Masquerade – Bloodlines пропах винтажной Абанитой, а Чайнатаун с его всратыми лавочниками (украдите глаз у чела из морозильной камеры в лапшичной) — маллевской Music for a While.

Очень лень разгребать кучу дел и поэтому вот, целый день валяюсь:

«По ту сторону Тулы. Советская пастораль» Николева — прекрасная вещь и вообще срочно нужны такие духи с аккордом Ultima Thule. Книга похожа на сон или дерево, шелестящее на ветру — текст рябит и дробится, пряча сюжет под этим колыханием листьев, но не распадаясь на бессмыслицу. Очень красиво и переливчато, духи вышли бы потрясающие, а пока с удовольствием дочитываю книжку и хватаюсь за следующую.

«Восхищение» Зданевича написано в те же года, что Тула, только Николев (Егунов) был филолог-классик, а Зданевич — дадаист, а ещё крестной его дочери была Коко Шанель, но это ладно, биография у обоих довольно причудливая даже при беглом знакомстве.

So French! Eisenberg как-то незаметно стал незаменим и к тому же очень похож на сегодняшний день с вяжущей горчинкой прохладного воздуха и голубоватым, слабого молока туманом, смягчающим контуры леса сухофруктных оттенков. Прекрасный баланс, как если бы в мире существовал замшевый лунный камень.

Раз в день мне все-таки необходима некоторая концентрация кофеина и Боулза в крови. А вместо пледов, подоконников и сластей пусть будет Psychedelique Jovoy — добротный, маслянистый горький шоколад с отсветами мяты и хвои. Подвальный аспект пачулей тоже присутствует, но в чистой, уютной ипостаси, точно шоколадкой меня заманили в симпатичный вампирский склеп, а я и не против.

Люблю намерзнуться в лесу и прийти домой готовить рагу по-скеллигске. Скеллиге — островное королевство, знакомое нам по третьей части Ведьмака, славится оно добрым мордобоем, клановыми междоусобицами, пиратами, фьордами и легендами. Рецепт рагу писать не буду, тут каждый сходит с ума по-своему, а вот духи, похожие на местный дворцовый пир, у меня точно есть — как ни странно, это Grenadille d'Afrique Aedes de Venustas. У меня из прошлых выпусков и это настоящий старинный танец в сливовом, изумрудном и вишневом бархате, и кубки славного вина, и воздух золотой от свечей и чар местных колдуний, пьянящие интриги, беготня по коридорам замка, и даже ветивер здесь не скучный, а закрученный в этом нарядном вихре. Под дождливые осенние ночи и бокал-другой — прекрасно. Даже захотелось ещё раз игрушку пройти, эх, дико завидую тем, кто почему-то я ещё не играл)