Очень лень разгребать кучу дел и поэтому вот, целый день валяюсь:

«По ту сторону Тулы. Советская пастораль» Николева — прекрасная вещь и вообще срочно нужны такие духи с аккордом Ultima Thule. Книга похожа на сон или дерево, шелестящее на ветру — текст рябит и дробится, пряча сюжет под этим колыханием листьев, но не распадаясь на бессмыслицу. Очень красиво и переливчато, духи вышли бы потрясающие, а пока с удовольствием дочитываю книжку и хватаюсь за следующую.

«Восхищение» Зданевича написано в те же года, что Тула, только Николев (Егунов) был филолог-классик, а Зданевич — дадаист, а ещё крестной его дочери была Коко Шанель, но это ладно, биография у обоих довольно причудливая даже при беглом знакомстве.

So French! Eisenberg как-то незаметно стал незаменим и к тому же очень похож на сегодняшний день с вяжущей горчинкой прохладного воздуха и голубоватым, слабого молока туманом, смягчающим контуры леса сухофруктных оттенков. Прекрасный баланс, как если бы в мире существовал замшевый лунный камень.

Раз в день мне все-таки необходима некоторая концентрация кофеина и Боулза в крови. А вместо пледов, подоконников и сластей пусть будет Psychedelique Jovoy — добротный, маслянистый горький шоколад с отсветами мяты и хвои. Подвальный аспект пачулей тоже присутствует, но в чистой, уютной ипостаси, точно шоколадкой меня заманили в симпатичный вампирский склеп, а я и не против.

Люблю намерзнуться в лесу и прийти домой готовить рагу по-скеллигске. Скеллиге — островное королевство, знакомое нам по третьей части Ведьмака, славится оно добрым мордобоем, клановыми междоусобицами, пиратами, фьордами и легендами. Рецепт рагу писать не буду, тут каждый сходит с ума по-своему, а вот духи, похожие на местный дворцовый пир, у меня точно есть — как ни странно, это Grenadille d'Afrique Aedes de Venustas. У меня из прошлых выпусков и это настоящий старинный танец в сливовом, изумрудном и вишневом бархате, и кубки славного вина, и воздух золотой от свечей и чар местных колдуний, пьянящие интриги, беготня по коридорам замка, и даже ветивер здесь не скучный, а закрученный в этом нарядном вихре. Под дождливые осенние ночи и бокал-другой — прекрасно. Даже захотелось ещё раз игрушку пройти, эх, дико завидую тем, кто почему-то я ещё не играл)

Вчера вылила на себя остатки Attar Davana Arte Profumi и в который раз обомлела — тубероза здесь розовато-леденцовая и ласкающая, как домашние взбитые сливки или золотистая мыльная пена. Пишут, что там ещё циветта, а по мне разве что котёночек. Как пахнет давана, индийская полынь, не знаю, но верю, что тубероза здесь запелёнана в неё, как пухлый пупсик — зеленовато-шершавую, чуть мыльную, с обертонами шкапа, в котором я в детстве ото всех пряталась и играла в свои игрушки. Роскошная, неторопливая штука.

Сегодня в продолжении туберозной темы капнула бакелитовой ночи на затылок и вокруг взвились из крапивных зарослей голодные духи бессонницы. Туберозы мне здесь никогда впрочем нет, зато кусачих серых призраков — сколько угодно.

Чисто мое лицо в 4 утра после 100500 попытки завалить Ming Xiao(

Книжка кстати прекрасная для этого времени года, прицеплю под постом.

В ноябрьском московском воздухе звонче зазвучали ганимедовские ведра из обшивки космического корабля. А с энцеладом, кажется, не идёт перформанс — может, ещё не пронюхали, конечно.