Здание Arimaston в Токио.

Архитектор Кэйсукэ Ока вот уже почти 15 лет вручную возводит здание Arimaston в Токио — без чертежей, без команды, без крана. Только бетон и импровизация.

Необычное органичное строение, получившее прозвище «Гауди из Миты» (здание располагается всего в неск минутах от станции Мита), выросло на фоне масштабной реновации в районе. Иронично, но единственное, что осталось стоять — это созданное вручную здание Arimaston, соседние жилые и офисные здания снесены подчистую.

Название — смесь слов «муравей», «форель» и «коршун», отсылает к бедному детству Ока. Сейчас он завершает последние штрихи: будет жить на верхних этажах, первый сдаст под магазин.

А еще Кэйсукэ Ока издает ежемесячный зин, где рассказывает о последних новостях строительства этого дома

«Писать каждый день. Строить каждый день. Повторяя это снова и снова, дать читателю возможность стать свидетелем процесса создания Arimaston».

У меня только 2 букинистические слабости: «Алиса в стране чудес» и зины уличных художников. Я уже писала про парочку зинов из своей коллекции (тега так и не появилось, поэтому ищите по слову), но не один из них не был издан Инвалид букс. А их буки я люблю больше всего, у меня аж 3 теперь 4.

Вот вчера приобрела свеженький BLACKBOOK, аж 37 (!) художников. Альбом с крафтовыми страничками кочевал от художника к художнику с 2016 по 2023 год, а потом тщательно был отсакинирован и напечатан. Кого тут только нет и Има, и Озик, и Самек, и еще много известных ников/имен. Нам это надо.

А ниче тот факт что в Ростовской области существует остров, населенный дикими лошадьми?????

История этого места началась в 1948 году. При запуске канала, соединяющего реку Кубань и Егорлык, были затоплены прилегающие пастбища и образовалось несколько островов, самым крупным из которых стал Водный.

С 1929 года на этих землях располагался овцесовхоз №8. Остров оказался идеальным местом для выпаса животных. Для удобства организовали переправу и пробурили артезианскую скважину.

К 1980 году ситуация стала меняться: близлежащие станицы начали приходить в упадок, люди уезжали, скважины с питьевой водой быстро засорялись и паром перестал функционировать.

На острове остались только лошади.

Местные власти планировали создать здесь кумысолечебницу, но попытки отловить диких животных не увенчались успехом.
До середины 1990-х годов лошади существовали в тяжёлых условиях, регулярно становясь целью браконьеров.

Только в 1995 году, когда остров включили в состав заповедника, табун получил защиту.