Ещё прочитал некогда бестселлер Марио Пузо (неприлично смеяться над именами, но ха-ха) «Крёстный отец». Очень неплохо. Возможно, что книга, по сравнению с фильмом, делает более заметные усилия к изображению мафии бесчеловечным и трагичным явлением, не сильно его романтизируя. Но сказать, что книга в итоге справилась с этим, — нельзя. По ней тоже видно, что автор мало того, что симпатизировал своим «героям», так ещё и не особо-то осуждал их. Понятно, что в кино вообще трудно построить образ антигероя так, чтобы зритель не испытал больше симпатии, чем осуждения к нему. Но в литературе-то обычно это удаётся успешнее… По крайней мере, мне так показалось на основе того, что я прочитал и посмотрел.

Когда я дочитал книгу, мы с женой пересмотрели трилогию. Если не читали, но смотрели фильмы Копполы, то примерное схождение сюжетов такое: книга включает в себя историю из первого фильма и предысторию о молодом Вито Корлеоне из второго. Конечно же, много чего в сценарии отличается от романа Пузо. Кое-что повырезали из режиссёрской версии для проката, в том числе и явно для смягчения. Но в целом история такая же. Хотя, честно говоря, в книге она понятнее. Многое встаёт на свои места, так сказать.

В целом я бы определил этот роман скорее в ряды беллетристики, чем серьёзной литературы.

Когда-то давно один хороший сицилиец посоветовал мне, на контрасте с романтизирующей мафиози трилогией «Крёстный отец», посмотреть другой, уже итальянский, фильм о мафии «Сто шагов» (“I cento passi” — 2000) Марко Туллио Джордана. При первой же возможности я это сделал. С тех пор частенько пересматриваю его, показываю друзьям и родственникам. Он основан на реальной истории одного молодого парня по имени Пеппино (Джузеппе) Импастато из Чинизи — маленького городка западнее Палермо. Посмотрите и вы этот фильм.

«…mafia è una montagna di merda!»

#чтоПосмотреть

— Стойте, погодите! Я пойду, объясню! Бабы — платок! Белый! Егор Иваныч, идем, ты — старик! Сейчас, братцы, мы объясним! Ошибка у них. Платок, платком махай, Егор.

Большое тело кочегара легко повернулось к солдатам, он взмахнул платком и закричал:

— Эй, ваши благородья...

Отпустив его шагов на пять вперед, рабочие, клином, во главе со стариком, тоже двинулись за ним. Кочегар шагал широко, маленький белый платок вырвался из его руки, он выдернул шапку из-за ворота, взмахнул ею; старик шел быстро, но прихрамывал и не мог догнать кочегара; тогда человек десять, обогнав старика, бросились вперед; стена солдат покачнулась, гребенка штыков, сверкнув, исчезла, прозвучал, не очень громко, сухой, рваный треск, еще раз и еще. Самгин не почувствовал страха, когда над головой его свистнула пуля, взныла другая, раскололась доска забора, отбросив щепку, и один из троих, стоявших впереди его, гладя спиной забор, опустился на землю. Страх оглушил Самгина, когда солдаты сбросили ружья к ногам, а рабочие стали подаваться назад не спеша, приседая, падая, и когда женщина пронзительно взвизгнула:

— Стреляют, подлые, ой, глядите-ко!

— Холостыми-и! — ответило несколько голосов из толпы. — Для испуга-а!

Кочегар остановился, но расстояние между ним и рабочими увеличивалось, он стоял в позе кулачного бойца, ожидающего противника, левую руку прижимая ко груди, правую, с шапкой, вытянув вперед. Но рука упала, он покачнулся, шагнул вперед и тоже упал грудью на снег, упал не сгибаясь, как доска, и тут, приподняв голову, ударяя шапкой по снегу, нечеловечески сильно заревел, посунулся вперед, вытянул ноги и зарыл лицо в снег.

«Жизнь Клима Самгина» — Максим Горький

Сегодня четверг. Но тогда было воскресенье.
Писатель был свидетелем преступления, совершённого сто двадцать лет назад. Он в страшных деталях описал его в своём последнем произведении.

Из экранизации:

А давайте я о киноновинкaх выскажусь? А то всё был занят, а новые фильмы выходят и выходят.

«Анора»

Кино о проститутке, верящей почти до конца, что, уцепившись за избалованного, инфантильного сынка олигарха, можно удержаться достаточно долго, чтобы обеспечить себе беззаботное будущее. На этом заблуждении и завязывается конфликт истории. Девушка увидела уникальную возможность и немедленно пошла на трансформацию «из грязи в князи», но злые и комичные партнёры русского олигарха (папаши «принца») бросились ей помешать. По поведению девушки хорошо видно, что она осознаёт: её надежды нереалистичны, авантюра не выгорит. Но она отчаянно хватается за любой шанс, не смотря ни на что. И вместе с тем очень обижается, когда кто-то называет её проституткой.

Проституция – бич системы (простите за каламбур). Думаю, многие согласятся, что это — варварское явление. Ему, казалось бы, давно уже место в археологических и этнографических музеях, рядом с рабством, насильственным замужеством несовершеннолетних, эксплуатацией детского труда во вредных и опасных условиях и прочими пережитками. Но всё перечисленное то там, то сям по-прежнему происходит. Мы успокаиваем себя, пытаемся думать, что это какие-то уродливые атавизмы, эхо наших недоразвитых предков, как лишняя пара сосков или хвост. Но то и дело сталкиваемся с людьми, которые выдают эти явления за проявления «свободы воли» в истинно «демократическом обществе». То, что цветёт на невежестве, нищете и насилии, вызывает умиление и даже гордость у подобных людей. Они заявляют, что «улицы красных фонарей» в крупнейших городах Европы XXI века нужны прежде всего тем, кто ходит туда на работу, а не тем, кто ходит туда покупать плоть. Другой крайностью страдают напыщенные пуритане, сваливающие вину за проституцию на проституток. А это всё равно что сваливать вину за рабство на рабов, а за эксплуатацию детей — на самих детей.

В фильме «Анора» таких идей, к счастью, не прослеживается. И вообще фильм снят добротно. Остроумно. Мне показалась слабой работа российских актёров, но в целом я бы сказал, что фильм хороший.

В каком-то смысле отвечает тому фильму с Гиром и Робертс, который, наверняка, сохранился у вас в записи с ОРТ на видеокассете. Тот фильм пытался убедить обывателя, что если очень терпеливо и настойчиво стараться, то можно поймать щуку в унитазе. А этот добавляет, что даже если у горе-рыбака в унитазе начнёт клевать, то это ещё не значит, что щука не сорвётся. Да и вообще... щука ли это?

Хорошо, когда появляются фильмы, которые срезают морковки, подвешенные прежде другими фильмами.

А знаете, что мне показалось наиболее красноречивым в «Аноре»? Что главным, несокрушимым препятствием на пути героини к «успеху» в её изуродованном понимании, является мать «принца» – жена олигарха. Это важный аспект, потому что во многих, если не во всех случаях брак с олигархом мало чем принципиально отличается от проституции. Они продают себя эксклюзивно. На эксклюзивных условиях, но продают. Это было хорошо раскрыто в одном очень старом и всё никак не устаревающем Манифесте. Любовь, тепло семейной жизни – это для бедноты.

«Мелочи жизни»

Операторская работа, декорации и свет – вот и все достоинства фильма «Мелочи жизни», ради которых я могу рекомендовать его посмотреть. Можно было бы добавить сюда серьёзность взятой темы, но за взятие серьёзных тем под несерьёзный подход к делу особо не похвалишь.

Слабейшее место фильма – его драматическая композиция. Чтобы вы понимали, первая по-настоящему важная поворотная точка сюжета происходит буквально под финальные титры. Как герой будет преодолевать настоящие трудности, на которые он бросился, приняв волевое решение, – зрителю знать, видимо, не надо. После просмотра в осадке остаётся недовольство от того, что наиболее важное в рассказанной истории вообще не волновало автора и он заставлял нас смотреть на какую-то незначительную периферию.

Киллиану Мёрфи, судя по качеству актёрской игры, кажется, стараться не хотелось. Правда, не сказать чтобы история и её герой уж очень этого требовали. Сыграл он владельца пресловутого малого бизнеса – компании, торгующей углём. Мягкотелого человека с бессонницей и, вероятно, депрессией от воспаления чувства справедливости. Такой «душечка», в фильме он в одиночку развозит по заказам уголь на грузовичке, доставляя мешки на собственном горбу из кузова в чей-нибудь сарай. При этом своих работников, которые, видимо, освобождены от таких функций, он поощряет премиями и попойкой в баре к Рождеству. Типичный, знаете ли, остов общественного прогресса. Hard-working kulak с огромным сердцем! Но когда я за этим в фильме наблюдаю, мой классовый скептицизм нашёптывает мне: «что-то попахивает тут каким-то розовым единорожкой» — и никакого умиления я не испытываю.

В фильме очень много флешбэков. Дошло до того, что в линии воспоминаний происходят более значительные повороты истории, чем в основной линии. Но эти повороты в итоге не раскрываются, проблемные узлы не развязываются.

А в основной линии мы видим героя, которой постепенно проникает в тёмную правду, но достоверно так её и не вскрывает. При этом в процессе исследования тёмной правды он мучается и набирается решимости для важного поступка, который столкнёт героя с противоборствующей силой, значительно превосходящей его в своих возможностях. Вот же захватывающая завязка, способная привязать зрителя к экрану на следующие два акта. Но авторы решили на этой поворотной точке просто закончить историю. Типа зрителям не это нужно, им просто можно весь фильм показывать кирпичное лицо Киллиана Мёрфи, по которому нет-нет да и прокатится горькая слезинка, и тогда, если этот замечательный актёр в конце фильма таки улыбнётся, то зритель должен удовлетвориться и поклониться в пол.

Зато снято потрясающе. Явно недорого, но с очень хорошим художественным взглядом.

Чтобы представить себе, на что были похожи ирландские католические приюты Магдалины, рекомендую посмотреть фильм «Сёстры Магдалины» Питера Муллана.

«Бруталист»

На протяжении почти всего фильма мне казалось, что я понимаю, о чём он. Всё сказанное довольно последовательно складывалось в какую-то важную мысль. Но в конечном итоге оказалось, что фильм не имеет отношения к этой мысли, что всё сказанное в принципе можно забыть, потому что концовка делает заключение на совершенно другую тему, не имея при этом никакой драматургии, чтобы это заключение обосновать. Вот и получились фильм и его концовка, оторванные друг от друга, не поддерживающие и не утверждающие друг друга. И приходится делать для себя два заключения: фильм хороший, но не законченный; а концовка изолированная, необоснованная и неубедительная. Как будто человеку долго делали замеры под костюм, тщательно фиксируя все важные параметры: обхват шеи, талии, плеча, бедра, расстояние между локтевым и плечевым суставами и прочее. Отметили даже точный цвет и тон глаз и волос, чтобы не прогадать с подбором ткани. Затем замерявшие выходят из помещения и возвращаются с парой ботинок не по размеру. Зачем тогда всё это было?

Александр Дейнека написал картину «Будущие лётчики» в 1938 году. Искупавшиеся в Чёрном море мальчишки разглядывают улетающий самолёт. В этом самолёте нет бизнес-класса. В нём не летят топ-менеджеры и олигархи. Это самолёт самих мальчишек. Это их светлое небо и их будущее. Через несколько лет они станут достаточно взрослыми, чтобы драться за всё это и защитить любой ценой. Миллионы таких, как они, хозяев будущего, обменяют свои жизни на Победу, чтобы будущее оставалось в руках таких, как они. Сегодня Победе восемьдесят лет. Будущее приватизировано; народы, защищавшие его плечом к плечу, ограблены и стравлены между собой, а День Победы превращён в звонкий карнавал шовинизма. Но мальчишки с картины не несут за это ответственности. Страшно подумать, в каком мире пришлось бы жить нам сегодня, если бы у них тогда не было власти над будущим и желания защитить эту власть... Наверное, в совершенно безнадёжном.

Как-то не очень давно, на несколько дней, я оказался в окружении замечательных молодых людей из разных стран. Такое случается, к сожалению, нечасто, но это всегда заражает жизнью каким-то поразительным образом. И в таких ситуациях я не упускаю возможности говорить с людьми о своей дилетантской страсти – об искусстве. Я говорил с ребятами из Латинской Америки о Сикейросе, Кало, Куароне, Иньярриту. С Ирландцами говорили о фильмах Лоуча, литературе Фланна О’Брайена (набираю себе в списки «что почитать»), даже Джеймса Джойса, которого я не особо оценил. О фильмах про католические приюты в Ирландии (выше есть пост про «Маленькие вещи»). С одним киприотом обсуждали русскую литературу и кино. О наследии Тарковского, Кубрика и современных отсылках к их стилю беседовали с человеком с Ближнего востока. Даже Стейнбека с американцем вспоминали. Этих бесед было столько, что многие в памяти уже склеились в одну. Я, разумеется, назаписывал себе имён, заголовков. Нарекомендовал любимых вещей другим людям. А самое главное, слушал и говорил. Это прекрасно не потому, что я смог повыпендриваться своей скромной начитанностью и насмотренностью, (хотя, что уж там грешки отрицать), но потому, что имел очередную возможность обменяться мыслями с людьми, с которыми разделяю сумасшедшую любовь к хорошему, содержательному искусству.

Совершенно не обязательно оказаться именно в среде иностранцев для таких вдохновляющих и развивающих обсуждений. Национальность – последний критерий в этом деле. Но нужно, чтобы у вас было с кем говорить о прочитанных книгах. Нужно, чтобы было с кем обсудить, или даже вместе посмотреть хорошее кино. Нужно, чтобы у вас были люди, с которыми вы можете вместе посетить музеи и выставки. Кто-то один – уже хорошо, но лучше – больше. Ищите и создавайте культурные, философские клубы. Заражайте тягой к искусству друзей и близких. Это, при определённых, дополнительных условиях, может сделать вам жизнь понятнее, людей ближе, трудности преодолимее.

Прошу прощения, если в этом посте я опять говорю поучающим тоном. Поверьте, в нём я делюсь большими переживаниями, которые искренне желаю испытать всем.

К посту приложен кадр из фильма «Зал Джимми» Кена Лоуча, по сценарию Пола Лаверти. Надеюсь, что эта замечательная, трогательная история сможет компенсировать слабую убедительность моего призыва. Посмотрите этот фильм. Лучше посмотрите с кем-нибудь вместе.