БГ в гастрольном автобусе по пути из Франции в Голландию, осень '89 года.

Советские The Smiths, говорили они.

Идеальное видео для этого канала, конечно.

Африка в канотье режет мясо на шашлыки, Цой в мерче MTV давит чеснок, Гурьянов топлес молит перец, Липницкий чистит лук. Курехин за кадром рубит дрова.

“Русский обед, блять”, — говорит угадайте кто.

“Ага, снимем клип на Meat Is Murder”, — предлагает Стингрей, держа в руках камеру.

И тут сначала Африка, а потом все остальные затягивают:

This beautiful creature must die
This beautiful creature must die
A death for no reason
And death for no reason is murder
Meat Is Murder

“Мит из мердер, мёд из мидер! Мёд! На русский перевод слышал?”, — радуется каламбуру Африка.

И вот так смотришь и думаешь, чего это правда эти прекрасные создания должны были вот так ни с того ни с сего умирать.

Подробнейший рецепт вчерашних шашлыков от участников дачных посиделок

Автор Pitchfork, Rolling Stone и Daily Bandcamp Нед Рэггетт полтора часа слушал про Ленинград и Москву '80-х в зум-конференции по случаю выхода мемуаров Джоанны Стингрей на английском. Музей холодной войны тоже выходил на связь.

Хотел посмотреть за вас и пересказать самое интересное, но нет, вы и так всё знаете. Но если вам в кайф смотреть на Каспаряна, который молча дымит в сторону и изредка улыбается (мне да!), а на просьбу вспомнить "невероятные моменты, связанные с Цоем" отвечает no comment — почему бы и нет. Смотреть здесь.

«Наиболее любопытными страницами нашего гастрольного движения остаются покуда поездки ленинградских групп за границу. До сих пор таких поездок было немного: “Джунгли” и “Игры” побывали в Польше, “Авиа” — в ЧССР, а “Опыты Ляпина” (вместе с “Джунглями”) первыми преодолели “железный занавес”, выступив с серией концертов в Финляндии.

Все эти акции убеждают, что на сегодняшний день профессиональный уровень наших групп достаточно высок, чтобы всерьез думать об их конкурентоспособности на мировом музыкальном рынке: свидетельством тому может служить и приз журналистов, присужденный “Играм” как “лучшей группе фестиваля” на проходившем в ПНР [Польской Народной Республике] ежегодном рок-фестивале “Новая сцена”, и коммерческий тур “Джунглей” по стране Суоми (вместе с московским “Ва-банком”), и многочисленные заявки, получаемые нашими музыкантами со всех сторон света.

К сожалению, процедуры, предшествующие поездкам наших самодеятельных групп за границу, по-прежнему сложны, поэтому и происходят такие нелепости, как срыв сентябрьских благотворительных концертов с участием Гребенщикова в США, а группа “Аукцион” [орфография сохранена] наверняка бы смогла понравиться публике на фестивале в Мангейме (ФРГ), где долго и напрасно ждали рокеров из России.

Сейчас подобные приглашения перестают быть редкостью: “Авиа” готовится к поездке на фестиваль искусств в Эдинбург, “Игры” и “Телевизор” получили аналогичные приглашения из Голландии, “Аквариум” должен в конце мая выступать в Канаде. Ждут зарубежные слушатели “Алису”, “Зоопарк”, “Кино”, “Объект насмешек”, “Аукцион”... Хочется верить, что они все-таки дождутся».

Дождались.

Сегодня у ЛРК юбилей; специально к дате фронтмен Шаффл 2.0. героически выжал из стриминговых платформ 40 примечательных песен той поры, в том числе на английском. Слушать.

Навстречу гендерным стереотипам и правильной акции.

Конец '87 года, Москва. Если верить участницам "Женской болезни", это была их вторая репетиция — но немецким режиссерам уже вполне хватило, можно было снимать. Будет круто, если это видео долетит до Лены Кузнецовой из “Позоров”, может, какая коллаба, ну вдруг.

Выйди на улицу, хуй, подыши
Больше не пахнет помойкой
В винном отделе уже ни души
Вот это, сынок, перестройка

Бенджамин О'Ву, Эммануэль Эрскине, Френсис Джирако, Стивен Нцифуль. 

В прошлом году СБПЧ выпустили классный альбом “Все равно”, пропустив через себя африканскую танцевальную музыку в компании аутентичных певцов и диджеев.

Пять лет назад Олег Нестеров отстегнул от “Мегаполиса” проект Zerolines, для которого примерил на себя роль “тысячелетнего музыканта” и занялся интуитивной, родниковой музыкой без конца и начала — и, как правило, без слов.

32 года назад что-то похожее попробовали провернуть на “Мелодии”. “Мы живем на Земле. Будь то Шанхай, Лондон, Москва или Ленинград”, говорилось за задней обложке. Вот прямо так, да: эта музыка могла быть записана примерно где угодно, прописка слушателя — такая же.

Это был альбом “Весна в Шанхае” супер-группы “Джунгли”, пионеров советского world music родом из Рок-клуба. Они тоже понимали музыку как поток и состояние, тоже отказывались от слов и распускали мелодию как моток пряжи. Они тоже звали на запись музыкантов из Африки и Дании, а если требовалось, выезжали на место. Уж кто-кто, а "Джунгли" точно были готовы к интернациональным проектам.

Четверо музыкантов из начала поста — вокальная группа из Ганы. В заглавном треке “Весны в Шанхае” они появляются во второй половине, послушать можно здесь.

На басу, синтезаторе и перкуссии в “Джунглях” играл Игорь Тихомиров, будущий басист “Кино” и звукорежиссер ДДТ. “Но я-то тебя помню еще по “Джунглям”, когда ты колотил по бревну”, — сказал другой басист “Кино” на пресс-конференции по случаю реюниона группы. По какому еще бревну? Вот этому. На Зимнем стадионе в Ленинграде в ‘88 году как раз во время исполнения “Весны в Шанхае”.

Через три года лидер “Джунглей” Андрей Отряскин добрался до США, поселился в Сиэтле и решил не возвращаться.

обложка тоже классная

Сценарист и режиссер Михаил Идов перевел неизвестное стихотворение Набокова, найденное в университетской библиотеке в США, — и рассказал "Медузе", как так вышло.

Что ж, стоит вспомнить, с чего все начиналось. За 30 лет до этого недавно переехавший в Америку Идов переводил других авторов. Например, БГ.

«Я работал тогда в библиотеке в Кливленде и в свободное время выискивал статьи про „Radio Silence“ в подшивках журналов типа SPIN трехлетней давности. Они там были, но, признаться, совершенно дежурные и без восторгов. Еще я тогда носился по школе с кассетами русского рока как сумасшедший, а в журнал школьной поэзии сдал перевод „Рок-н-ролл мертв“»

Но этого перевода не сохранилось, я уточнял. Хотя подождем, может, и в этой библиотеке чего найдется.

Стадионный концерт, на котором "Джунгли" стучали по бревну и давали советских Tuxedomoon, все-таки был исключением — замерший медитативный арт-рок нигде не собирал арены.

Это был получасовой сет на одном из фестивалей Ленинградского рок-клуба, поделенного в тот раз на два этапа. Во второй проходили мэтры, новички телепались позади.

Например, группа "Тайное голосование", которой не повезло с солистом. Его будто вовсе не было.

Через три года, весной '91, "Тайное голосование" вернулось на фестиваль в обновленном составе, за микрофоном был уже другой человек. Он пел "О-о, как мне повезло! Я родился в СССР", рисовал себя с зарубежных рок-журналов и был готов представлять "красную волну" хоть на Ассамблеи ООН. Ведь такие тексты логичнее произносить где-то за пределами родины, даже если это лукавый соц-арт и постирония.

Экспорта не вышло, к зиме группа распалась.

Зато через пять лет вокалист собрал новый проект "Танцы минус" и прославился песней про город-сказку, город-мечту. О том, как ему снова повезло.

Нет ни одного музыканта, у которого бы не спросили "кто ваш слушатель?" и "какая публика приходит на ваши концерты?". Мамонов, не переходя на русский, рассказал (и показал!) всё за 10 сек.

Саймон Рейнольдс похвалил "Страну Лимонию", или "Дюна" как Madness на славянских ритмах.

Переводчик книги "Все порви, начни сначала" Илья Миллер показал ее автору и музыкальному критику Саймону Рейнольдсу советский постпанк на примере десяти групп, в том числе "Кино", "Алиса", "Центр" и сами знаете каких еще.

Оказалось, что, Рейнольдс был на концерте "Звуков Му" в '80-х, "Кино" напомнило ему Dire Straits, а наиболее близко к "чистому постпанку", на его взгляд, подошло "Дурное влияние".

Целиком вышло в Moscow Daily News, очень хорошо.

Для тех, кто не перешел по ссылке и не увидел заголовок "Люди действительно так танцевали на советских дискотеках?".

Это реакция Рейнольдса на клип "Форума" с молодым Салтыковым. "Похоже на ранних Depeche Mode, до того, как они стали проникаться политической сознательностью или мрачной тематикой", — говорит Рейнольдс.

Да, именно так и как раз под Depeche Mode (и Тихонова).

#транслит

В американский университет, где преподает Жак Деррида, приезжает Шумов и заходит на территорию “Русского шаффла” с проклятым вопросом, почему музыка не вставляет так, как раньше. Тоже, в общем, деконструирует.

Ловите пересказ шумовского доклада, который сводится к одному: перестройка открыла вчерашним подпольщикам двери на стадионы, и теперь им не до новой музыки, экспериментов и творческого роста — у всех чес по стране, отупели до жути. И под конец напутствие молодым и рисковым:

"Каждый из вас может приехать в Москву, обменять на черном рынке доллары на рубли, снять клип и через полгода стать очень популярным артистом, даже если вы не умеете петь или играть на гитаре”.

Поехали покорять Запад, дык, ёлы-палы.

Побочный эффект от поездок советских рокеров со своим искусством за границу — отчетливо рок-н-ролльные туры и других арт-групп и сообществ. Например, питерских митьков, добродушных увальней-алконавтов с красками. Они тоже двинули в Европу в режиме прощай-немытая-россия и привезли с гастролей часовой влог по музеям, паркам и мастерским, где висели их работы и тельняшки.

Снимал, что характерно, автор фильма “Рок” Алексей Учитель, так что оптика тут примерно одна — сцены из жизни и жизнь как сцена. Саундтреком идет душеспасительная акустика “Аквариума” с аккордеоном; короче, сиквел. Ну и немножко "Еще по одной".

У митьков три выставки и три больших остановки — Антверпен, Кельн, Париж — график жесткий, а они мягкие: конфликт вырастает за пять минут. С другой стороны, когда ехать, если не сейчас? Митьки были на пике популярности, их сугубо локальный, пропитанный водкой и ватником продукт вдруг оказался понятным среднему европейцу и верхушке Центра Помпиду (митьки в фильме куражатся и с теми, и с другими). Подумаешь, провинция — все одно теперь экспорт.

Да и вообще, чего бы не устроить свое волшебное таинственное путешествие и не снять роуд-муви с братушками и сестренками (готовьтесь, внутри будут “картинушки”, “спонсорушки”, “интервьюшечки” и т.д.). “Как Наполеон когда-то шел в Петербург европеизировать Россию, так мы едем гуманизировать Европу”.

Митьки обзаводятся продюсером, автобусом, фан-базой и, судя по фильму, парой групиз. Естественно, много пьют, шалят, открывают пиво бляхой на ремне, феерически заходят на нудистский пляж, братаются со всеми подряд и объявляют примат толстовского непротивления.

Помните, как ленинградские фавориты Джоанны Стингрей делали коллективные фото в музыкальном мерче? Митьки по просьбе бельгийского антрепренера рекламируют краски. Помните, “Парк Горького” носили косоворотки с серпом и молотом? Митьки подходят к Эйфелевой башне и отыгрывают образ революционных матросов, поверивших в большевизм. Требуют на камеру еды!

Финал ожидаем: открытые миру митьки соскучились по ебеням и мансардам. Возможно, лучший рок-док для склонных считать, что лучше бы наши никуда не совались и не тратили время зря.

Для промо “Red Wave” на MTV Стингрей сняла для каждой из четырех групп, попавших в сборник, по одному клипу. У “Странных игр” это было видео на “Метаморфозы”. Наверное, вы его видели. А вот дубли со съемок — сильно вряд ли.

Гляньте, там ор. Ооооооооооооор!

Какая советская рок-группа первой выпустила альбом на Западе?

“Аквариум”?
“Парк Горького”?
“Звуки Му”?
“Кино”?
“Автограф”?

Ну типа.

“Ва-Банкъ” Александра Ф. Скляра.