уровень изнеможения достиг той точки, где я раздумываю отлить пару устричных вилок, чтобы отбиваться ими от всех дневных обязательств, и окончательно соответствовать определению богемы

безответственно набрала ещё больше воска, чтобы в компании дракулы лугоши наваять бесконечно много серебряных кольев колец формы совершенно безумной
про столовые приборы, до речи, никто не шутил, но до их эстетически приемлемого вида осталось несколько десятков экспериментов

втайне питаю удовлетворение от осени, игнорирующей всяческие календарные рамки

измученный ригель, слёзы с серебром и дорогая английская душа
отливка всего на свете, накопленного за прошедший год

в последний раз перед отправкой в типографию пролистала макет книги – очнулась спустя три минуты, осознав, что в голове всё это время играла ненавязчивая музыка-призрак: не написанная, не существующая более нигде, кроме моего собственного сознания
книга-спонтанность, хранившаяся готовой несколько месяцев и отправленная в печать под гнётом обстоятельств (ограниченных неизвестным количеством времени); книга, у бумаги для которой было собственное приключение, тянущее на отдельную полноценную историю, что пришлось выслушать φιλτατη по возвращении домой

немножечко запечатлела ф., пока она увлечена миром постапокалипсиса