Пов: спиздил твой телефон и поставил свое селфи на заставку

#ИгнатиИда

Рыжие краснеют пятнами, так что Игнат сейчас леопардик:

Книжные краши 2025

Мужики, с которыми я бы пошла выпить кофейку, если б не два обстоятельства: они — книжные, я — замужем.

Харада Сэки, «Желтые цветы для Желтого Императора», Екатерина Звонцова (и автор книги, и автор арта).

Бывший солдат Левого берега смел, отбит, посмеивается над болезненным и тяжелым, а еще довольно неплох в уничтожении змей, из-за чего попадает в список крашей без лишних вопросов.

Отзыв на книжку

Николай Поулг, «Дело теней» и «Обитель теней», Анастасия Безденежных (арт К. Велесмайская)

На первый взгляд суров и холоден, но это только на первый. Алхимик, воин и педант в очках. Горой за своего братана. А если надо — сбацает правильную настойку.

Отзыв на книжку

Калеб Эспарца, «Телохранитель айдола»,
Соня Реш (арт — Ксения Рейк)

Бывший боец ММА Калеб попал в передрягу, так что теперь его не берут даже в рекламу трусов (а стоило бы!), не то что в октагон. Отличный друг, любит музыку, периодически тормозит, а когда не тормозит — может дать в табло.

Впроцессник, узнать подробности — у Сони в тг, там же есть арты с Калебом в трусах)

Игнат, «Потерянные дети», Алёна Хопер

Это должна была быть подборка книжных парней, которым уже исполнилось 18, но… Игнат краш. Тем более во второй книге он уже старше, так что можно😄 Игнат не самый умный, но яростный, решительный и добрый — в глубине души. Где-то очень в глубине. Второй год обожаю этого рыжего матерщинника и ничего не могу с собой поделать.

Книга выйдет в «Полыни» в 2026 году.

Дикарь, «Луна 84», Ислам Ханипаев

Чувак, собравший все штампы о русских, вышел живым и крутым. Дикаря боятся мужики и любят девчонки, и вот вообще неудивительно почему — потому что Дикарь крутой. Круто дерется, адекватно мыслит, сохраняет ясность ума и хладнокровие. Все три книжки болела только за него.

Отзыв на трилогию

Макс Метел, «Вся власть твоя», Ася Лыкова (образ героя — Анастасия Ясенецкая)

Макса читатель встречает вообще не в лучший период в его жизни: семья погибла, страны нет, да еще и в плен взяли. Но Макс умен и выдержит всё стоически, а интриганы получат по шапкам.

Отзыв на книжку

#фуллерпрочитано

Ну, с Новым годом, чё!

Надеюсь, в след году мы таки встретимся с Игнатом в бумаге, а пока — обнимаю!
Будем сильными, здоровыми, упрямыми и, насколько возможно, добрыми — тогда обязательно все получится.

Читаю и в радостном шоке — «Потерянных детей» включили в список ожидаемых книг 2026 года!

Игнат и Инка еще в кои-то веки оказались в приличной компании — даже не просто приличной, а рядом с такими фамилиями, что я краснею от смущения и себе не верю от счастья!

https://www.gazeta.ru/comments/column/articles/22287565.shtml?utm_auth=false

Словила гиперфикс на синхронной физике из «Сороки на виселице» и второй день радостно генерю псевдонаучные теории по ней. Можете считать это фанфиком по несуществующей науке (боже, а это я еще даже не дочитала).

Уистлер торжествующе поднял палец — так, словно наконец загнал Кассини в ловушку:

— Но! Теперь вы сами же и цитируете парадокс Тесея-Канта. Когда старая идея изнашивается, ее заменяют новой. Так и синхронная физика заменила традиционную, когда прошлые порядки — уж извините, — перестали подходить под современные реалии. Человечество требует перемен, и…

— Не изменила! — Кассини мотнул подбородком, круглые щеки его задрожали. — Подавила! Загнала в угол! Выстроила свои храмы на обломках чужих! Перекрасила картины художников современности! Примерила чужую шкуру!…

— Да-да, — отмахнулся Уистлер. Барсик лениво следил за его рукой, кончики ушей прижались к круглому черепу. — Волчью. С блохами. Вы повторяетесь, Рольф.

Кассини замолчал. Молчание у него было выразительное, негодущее.

— Ну-ну, — Уистлер, видимо, сменил гнев на милость, и присел на ручку кресла. — Ведь в чем-то мы же с вами можем согласиться? Например, что время субъективно, а не линейно?

— Это как? — я не выдержал.

— О, — Уистлер повернулся ко мне, заметно обрадованный новому собеседнику. — Вот смотрите, это очень просто доказать. Закройте глаза! Вы, да, вы все!

Мария послушно зажмурилась, а Кассини, проворчав что-то о «детских забавах», еле смежил веки, словно боялся, что Уистлер выкинет какой-нибудь фокус.

— Все просто, — весело сказал Уистлер. Я услышал легкие шаги: кажется, он соскочил с кресла и теперь расхаживал туда-сюда. — Откройте глаза, когда пройдет минута. Только считать секунды нельзя! Просто минута — по вашим ощущениям.

Ботинки у Уистлера были скрипучие. Или не ботинки, а сланцы? Синхронные физики носят шорты и высокие носки, это есть даже на карикатурах, но вот носят ли они сланцы?

Я опомнился. Прошла ли уже минута? Кажется, нет.

Нет ли со сланцами какой-то традиции, какой-то дурацкой приметы? Тогда бы синхронные физики бы их не надели. Я никак не мог вспомнить.

Может, Уистлер носил резиновые тапочки?

Наверное, минута уже прошла. Я открыл глаза и посмотрел вниз. Сандалии. Кажется, даже римские.

— 48 секунд у Яна! — возвестил Уистлер. — 35 секунд для Марии, и, — голос его стал насмешливым, — 18 секунд у Рольфа. Нужно ли вам еще доказательство о том, что время для всех идет по-разному? Вам, Рольф, в таком случае, не 48 лет, а…

— Чушь, — сказал Кассини грубее обычного, и вытер лысину салфеткой. Намек на возраст его, кажется, обидел. — Детские фокусы!

Играю с Димкой в Бальдурс Гейт в кооперативном режиме, и, господи, это не игра, а какая-то симуляция нашей семейной жизни.

Я: разговариваю с местными и глажу котиков, приручаю крысок
Дима: уже обшарил все сундуки, оглядел всю местность и изнывает, что мы стоим на месте — натурально, крутится на месте, пока у меня глаз не начинает дергаться от мельтешащего экрана.

Я: три раза переигрываю, чтобы к лагерю прибился песик Шкряб — хотя он вообще не влияет на сюжет. Да и вообще с трудом переживаю каждую «критическую неудачу»
Дима: спер монету у сойки, спровоцировал гражданскую войну с горой трупов в деревне (половину выкосили мы сами) — и рад! Прикольно, говорит, вышло, играем дальше!

Я: не останавливаю Астариона ночью (а кто бы стал?) и он меня предсказуемо убивает
Дима: ну, ты пострадала за свою похоть, — и сваливает, не воскресив моего персонажа

Нам такими темпами после первого акта уже надо будет на семейную терапию в It takes too идти, клянусь