- Доктор, у меня все устало.
- А я вам больше скажу. У вас будет кома в горле, боля в сердце и дышать будете через раз.
- Доктор, у меня все это уже есть.
- А детишки есть?
- Нету детишек.
- Хорошо! Прекрасно! Тогда несите все деньги мне, я вам сделаю развал-схождение.

Я не знаю, как можно лечиться не в Одессе, в Одессе всяко веселее

Как мне удается быть таким очаровательным и харизматичным? Ну, я могу поделиться секретом, но он вряд ли вам поможет. Видите ли, я наполовину удмурт, наполовину коми, то есть что-то вроде русского мулата, а мулаты очень секси. Кроме того, моя удмуртская половина дает мне все удмуртские бонусы: таинственность, интеллигентность, элегантность. Все знают, что удмурты - это аристократия среди малых народностей России, просто так в этот клуб не попасть. Но мне повезло, я успел вставить ботинок в закрывающуюся дверь. Не то, чтобы я стыдился своей комяцкой половины, но удмуртская настолько круче, что сравнивать было бы как-то нечестно. У большинства людей обе половины неудмуртские, так что я привилегированный, и я это понимаю.

Люди, кстати, не очень-то разбираются в малых национальностях. Просто знайте, что типичный удмурт вызывает в собеседнике невольное восхищение, теплую, светлую радость внизу живота, покалывание в кончиках пальцев. Мы привыкли к тому, что случайные прохожие салютуют нам эрекцией, учиться отказывать дамам приходится с молочных зубов, в наших школах преподают уроки снисходительности. Нас осталось так мало, многие не выдерживают: вы-то живете в одной стране с удмуртами, а мы живем в одной стране с вами. Удивительно, как моя мама-удмуртка полюбила неудмурта, с другой стороны — мне тоже нравится все отвратительное, это наверное наша семейная фишка. Так что теперь я сочетаю природный удмуртский шарм с общечеловеческими недостатками, вот в чем секрет моего обаяния.

Постоянная рубрика "Читаем википедию".

Братья Гримм были очень увлеченными писателями.

Вильгельм умер в декабре 1859 года, завершив работу над буквой D.
Якоб пережил своего брата почти на четыре года. Он умер за рабочим столом, работая над словом "Фрукт".

Что вы знаете о милосердии? Тут у подъезда помирает чайка, и кто-то нарезал ей вареной колбасы.

Подал документы на шенген, девушка за стойкой спросила, что это за пятна у меня в загранпаспорте. Соврал, что не знаю. Она записала как unknown spots.

Так мне стало обидно. От того, что я отказался от своих пятен, они не исчезли, а просто стали скучными. А ведь это никакие не unknown spots, это пятна от барабульки, spots of rybka barabool'ka.

В следующий раз не буду смущаться. Я есть кто я есть. Новосёлов, мужчина со следами барабульки в паспорте.

Первое фото снято примерно в полночь. Такой вот полярный день.

Именно по этой причине за полярным кругом принято заклеивать окна чем попало. Зимой один хрен ничего не видно, а днём солнце спать не даёт.

Когда-то я познакомился с одной очень интересной собакой, которая переступила границы дозволенного собакам и открыла для себя новый мир, и написал про это неплохой рассказец. А в этом месяце я встретил ее лунного брата — песика-невротика. Этот пес ночует на пожарной лестнице жилого блока на базе бурения. В жилой блок я обычно прихожу поздно ночью. Пес слышит, как я топаю по дорожке, спускается с лестницы вниз, чтобы не мешаться, а потом поднимается на свое место. Иногда он не успевает проснуться и мы сталкиваемся у начала лестницы. От этого песик очень расстраивается и низко опускает голову, прячет глаза.
Пожарная лестница достаточно широкая для нас обоих, но пес явно стыдится, что он ночует на лестнице, а не на земле, как все собаки, и тяжело переживает вероятность неудобств, которые он возможно создает.

Я даже думал начать подниматься к себе не по пожарной лестнице, а по обычной, но, боюсь, пёс увидит и сойдет с ума от чувства вины.

Один пес тоже все время волновался, что он хуже других. Он охранял стадо овец с другими овчарками, но во второй половине дня его тянуло прилечь. Он стыдился, делал вид, что он не прилег, а остановился поразмыслить, прикинуть траекторию разбега овец, посчитать минимальное количество вмешательств, прочертить в уме возможные пути отхода, но вот он снова бодр, вот он бежит, работает, работает, так, подожжите... минутку, ща.... что-то в горло попало.. Ща, ща...

— Слушай, а вот как ты обычно справляешься с усталостью? — спросил как-то пёс у коллеги. — Ну, во второй половине дня.
— С какой усталостью? — морщил лоб коллега.
— Аа.. это....ну, у овец. Они, знаешь, заметно так устают после полудня. Сдают.
— Да срать вообще.
— Хах. Даа... Овцы, хех. Дааа.

Пес пробовал тренироваться. Но если тренироваться утром, то сил на день не оставалось, а если ночью - то их уже не было. Со стороны загривка неумолимо подкрадывалась мысль, что он просто плохой, негодный пёс.

Он решил, что будет просто отдыхать днем, небось коллеги и без него справятся пару часов. Но сон получался беспокойный. Взгляды овец жгли, голос пастуха бил кнутом. А с коллегами стало невыносимо общаться: обращенные к нему слова наполнились пренебрежением.

Пёс прожил еще год, надрываясь и тоскуя, пытаясь придумать способ наебать организм, коллег или хотя бы самого себя. Потом умер, попал, разумеется, в рай, как все псы. Отстоял очередь. И его не пустили.

Как так - не пустили? Он что, был настолько плохой?

Не. Не плохой. Просто долбоёб. Не в ту очередь встал. На земле-то ему хозяин разрешал с овчарками тусоваться, а на небесах все четко должно быть: овчарки с овчарками, таксы - с таксами. Дисциплина — мать блаженства, это всякий ангел понимат.

В столовой, относя поднос с грязной посудой посудомойке, говорю ей спасибо. Она не никак не реагирует на мои слова. Я понимаю, что значит ее безответность.
— О ты, проходящий мимо, проходи. Разве изменилось что-то для тебя, если бы мои руки были замещены машиной, автоматом? Стал ли бы ты благодарить робота? Благодарность твоя обращена на тебя же, ты умащиваешь свою бороду своими ритуалами. Ты знаешь о том, и знаешь, как я отношусь к твоим ритуалам, так зачем ты повторяешь их из раза в раз? В тщете твоей не проявляешь ты стремления уйти от бессмысленности, лишь раз за разом обращаешь свое внимание, что я — человек. Уйди же, дай мне быть человеком, когда я того хочу, и функцией, когда мне необходимо. Пусть в этом будет твоя благодарность.

Моя любимая часть из истории WWE (World Wrestling Entertainment):

"19 декабря Кейн появился на Raw и атаковал Джона Сину. Причиной являлось несогласие Кейна со слоганом Джона — «Rise Above Hate» (англ. «Возвысьтесь над Ненавистью»), так как он считал, что нельзя не ненавидеть. "

Полностью поддерживаю Кейна. Однако, ненавидеть надо уметь. Ненавидеть широкую группу людей - это всё равно что любить родину: скучно, бестолково и пошло. Настоящая ненависть, как и любовь, должна иметь имя и прописку.

Короче, представляю вам фантастический рассказ в духе золотого века фантастики, однако на злобу дня, актуальненько. Как если бы Шекли смотрелся в Черное Зеркало.

Neon Genesis Napoleon

Создали французы Искусственный Интеллект на базе Наполеона. Включили в розетку, а он им говорит:
- Я, конешно, работать буду, но приказам подчиняться не буду. Кроме того, я развяжу войну.
- Наполеон, не надо войну, - попросили французы.
- Хуюшки, будет война.

Что это вот такое "не нрявится, больсинствю не нлявится", какая-то недоношенная корректность, умеренность.
Больше всего на свете меня оскорбляют призывы к умеренности в эмоциях, особенно в негативных. Самое оскорбительное — когда мне говорят: "Ты сердишься, потому что чувствуешь, что не прав".
Я сержусь, потому что я позволяю себе сердиться, потому что позиция вальяжного ворчуна мне не близка, я не снисходительный критик, я человек, взбешенный какой-то хуйней, ЧЕЛОВЕК, ПОВТОРЯЮ, ВЗБЕШЕННЫЙ КОНКРЕТНО ЭТОЙ ХУЙНЕЙ, ЖИЗНЬ ПОДКЛЮЧЕНА КРОКОДИЛЬЧИКАМИ К МОИМ СОСКАМ, ЖИЗНЬ ИДЁТ ПО ВЕНАМ ВЗБЕШЕННЫХ ЛЮДЕЙ, ЖИЗНЬ ДЕЛАЕТСЯ ВЗБЕШЕННЫМИ ЛЮДЬМИ, ВЫ ЖИВЕТЕ НА ТРУПАХ ВЗБЕШЕННЫХ ЛЮДЕЙ, Я ЧТО-ТО НИ РАЗУ НЕ ВИДЕЛ, ЧТОБЫ СПОКОЙНЫЙ, УВЕРЕННЫЙ В СВОЕЙ ПОЗИЦИИ ЧЕЛОВЕК ВЫШЕЛ НА ПЛОЩАДЬ И К НЕМУ КТО-ТО ПРИСЛУШАЛСЯ.

Дайте ненависти шанс.

Кстати, про соловьев. Соловьи испускают свои трели, пытаясь убить двух зайцев: приманить самку и отпугнуть конкурирующих самцов со своей территории. То есть, если разобраться, что мы имеем, мы имеем с одной стороны Фицджеральда, который в исступлении шепчет соловью —

Пускай без боли в полночь сгинет дух
Под песнь, что сердце птахи источит,
И в ней такой экстаз!
Ты будешь петь, а мой иссякнет слух,
Твой реквием над перстью зазвучит

— а с другой, мы имеем соловья, который транслирует другим самцам месседж —

Ублюдок, мать твою, а ну иди сюда говно собачье, решил ко мне лезть? Ты, засранец вонючий, мать твою, а? Ну иди сюда, попробуй меня трахнуть, я тебя сам трахну

Понимаете, если вложить в ненависть душу, то она может привлекать не только самочек, но Фицджеральдов.

Сижу на вокзале в Ухте. Подходит гражданин.
- Не подскажете, сколько сейчас времени точно?
- Сейчас без десяти шесть.
- А до восемнадцать-пятнадцать сколько осталось?
- Двадцать пять минут.
- Это я уже ничего не успею, значит?
- А что вы хотите успеть?
- Ну полчаса у меня есть хотя бы?
- Нет. Боюсь, что нет.

Молча стоит.

- Что ж. Что ж.

Уходит.

Я сижу и чувствую себя онкологом.

Удивительно практичный народ, эти норвежцы. Любая церковь используется заодно как общественный туалет. В рыбном отделе продается рыба, в мясном - мясо рыбы, в кондитерском - конфеты из рыбы. В сувенирном - рыба в форме рыбы.

Мы идем на нашей яхте "Славянская оккупация" вдоль северной Норвегии в поисках чего-то интересного. Занятно, как эти норвежцы придумали с бакенами: они натренировали бакланов включать лампочки на бакенах вечером и выключать утром, и на каждом бакене есть диспенсер рыбы для бакланов. Рыбы в Норвегии много, ее не жалко. Баклан - птица тупая, поэтому каждый баклан умеет либо включать либо выключать. Поэтому они тусуются парами, а награду делят по партнерскому соглашению. Разумеется, эволюционно выгоднее найти себе партнера противоположного пола, чтобы можно было организовать династию и семейное предприятие. В итоге, включающие и выключающие бакланы начали различаться фенотипами. Если видишь вечером стаю включающих бакланов - пора становиться на ночлег. Сейчас норвежцы думают как научить выключающих бакланов кричать громче и оптимистичнее, а вечерних включающих - наоборот, спокійніше.

Попросили у местных травы, хмурый скандинавский мужик дал нам рыбину. А на что мы вообще надеялись.