«В ясном полуденном небе Он держал мраморную плиту и велел мне взять инструменты и начать над ней работать. Я знал – это Господь направляет меня в моих поступках».


Так Уильям Эдмондсон объяснял свои причины начать заниматься скульптурой. Глыбы известняка, оставшиеся от разрушенных домов, ему отдавали строители, а он –уже шестидесятилетний сын рабов с плантации – превращал их в свои трогательные работы. Однажды мимо его коллекции, выставленной в саду дома, проходила Сидней Хирш, некогда натурщица Родена, она первая открыла Эдмондсона широкой публике, а вскоре он выставлялся в довольно крупных галереях. Сегодня его скульптуры одни из самых дорогих в мире outsider art.


Про другие вещицы из рынка аутсайдерского искусства нам рассказал экскурсовод при телеграм канале «Дерево и стекло» Д. Жукин

hyper-focus.ru

Алоиза Бланш Корбаз (28 июня 1886 – 5 апреля 1964) родилась в Швейцарии и как многие девочки мечтала стать певицей или балериной. Балериной она не стала, а стала учительницей в Потсдаме, где подрабатывала гувернанткой. В 25 лет она влюбилась…

Её всепоглощающая, обсессивная романтическая страсть свела её с ума. Девушку, влюблённую в немецкого кайзера Вильгельма II, направили в психиатрическую лечебницу, где ей суждено было пробыть очень долго.

Сотрудники больницы (в частности доктор Ганс Штек) обнаружили и оценили её рисунки, на которых она изображала свои фрустрации – девушки в ярких платьях порою в сопровождении статных мужчин в штатском и фантастические сцены любви. Своих красочных героев, которые переходили из картины в картину, Алоиза часто изображала зубной пастой, лепестками цветов и клочками бумаги, подчёркивая экспрессивность.

Хэппи энд.
Дюбюффе, наряду с сюрреалистом Андре Бретоном, признал своенравную пестроту работ Алоизы и включил ее работы в свою коллекцию, принеся ей заслуженное признание.